Вода в Иокогаме глубокая — это общепризнанный факт в кругу обладателей эзотерических способностей.
Конфликт «Кровавой Весельной Войны», захлестнувший несколько лет назад регион Канто и завершившийся именно в Иокогаме, а также прославившиеся в нём «Белый Кирин» и «Два Черных» — всё это окутало город плотной завесой тайны.
Будучи одним из немногих ключевых членов Черной Организации, обладающих особыми способностями, Галиано при вступлении в должность «главы операций в районе Иокогамы» был морально готов к возможным трудностям. Перед тем как войти в город, он даже воспользовался Гиассом, чтобы провести всестороннее расследование в отношении всех крупных группировок Иокогамы.
Согласно информации Вооруженного детективного агентства, он выделил две основные цели: первая — Рампо Эдогава, обладающий «Сверхдедукцией» и способный с одного взгляда насквозь видеть правду вещей; второй же — Осаму Дадзай, владеющий «Исповедью неполноценного человека», которая способна аннулировать любые эзотерические способности, а в прошлом являвшийся исполнительным директором Портовой Мафии, чьё умение манипулировать человеческими сердцами и умами считалось просто непревзойденным.
Бросая на этот раз вызов Вооруженному детективному агентству, он специально подгадал момент, когда Рампо Эдогава отправится на выездное задание, и выбрал электронную почту как средство, наименее способное раскрыть его личные данные. Он искренне полагал, что сможет перекинуться с ними парами ходов в интеллектуальной игре, но никак не ожидал, что потерпит сокрушительное фиаско уже в первый же день.
Галиано решительно не мог постичь: до какой же степени нужно уметь разбираться в человеческой психологии, чтобы на основании одной-единственной электронной почты с сокрытым адресом отправителя молниеносно вычислить его истинную личность? Как можно было заранее предвидеть, что он решит взорвать здание именно в этом месте, станет наблюдать за пожаром из соседней кондитерской, а затем переоденется в женское платье, устроится в кофейню официантом и искусно подтолкнет его к нападению на эту «женщину»?
Осаму Дадзай — он вообще представитель какой нечисти?
Определенно да!
Ты:
— Ты… Осаму Дадзай?
— Правильно, поздравляю с тем, что ты разблокировал мой редчайший женский образ.
Когда ты произнес эти слова, то почувствовал, как рука, закрывавшая тебе глаза, слегка задрожала, а в ушах раздался легкий кашель.
Одасаку, ты ведь наверняка тихонько смеешься, да!
Ты уже пять дней был привязан к этому призраку из прошлого, но еще ни разу не видел, чтобы тот улыбался, и вот наконец-то поймал его с поличным!
Жаль только, что ради блокировки Гиасса тебе приходилось сохранять положение с закрытыми глазами, иначе очень хотелось взглянуть на это собственными глазами.
Впрочем, неважно, разобраться с Галиано сейчас было куда важнее.
Ты отогнал блуждающие мысли и, продолжая подражать тем словечкам Дадзая, которые впервые услышал сегодня утром, в сочетании с добытой только что из компьютера информацией, принялся методично и беспощадно разрушать психологическую оборону Галиано.
Шаг первый: экспроприация чужого имущества.
— Одолжу-ка твой кошелек на пару дней. Безвозвратно.
Шаг второй: насмешка над профессиональными навыками.
— Ой, говорят, вы гонялись за тигром, а в итоге сели в лужу — я могу смеяться над этим целый год.
Шаг третий: прямая угроза личной безопасности.
— Угадай, как именно я с тобой поступлю? В стиле Вооруженного детективного агентства или в стиле Портовой Мафии?
Что же касается того, в чем именно заключаются стили этих двух организаций… разумеется, ты понятия не имел! Но судя по тому, как лицо Галиано из белого сперва покраснело, а затем снова побелело, а тело против воли забилось в дрожь, сам он, судя по всему, прекрасно это знал.
Тогда ты сменил тон:
— Впрочем, если будешь вести себя послушно, я могу выбрать и более мягкие методы.
Галиано резко поднял голову.
— Я человек, который жутко не любит впутывать в свои дела невинных граждан. Сегодня ты устроил в кондитерской такой шум, что двое обывателей испытали сильнейший испуг. Есть такая мудрость: кто заварил кашу, тот ее и расхлебывает. Заставь их при помощи своей эзотерической способности забыть обо всём, что произошло в кондитерской, и я тебя отпущу. Ну как?
Ты — человек слова, но это вовсе не значит, что ты намерен держать слово перед негодяями.
Судя по тому, с каким выражением этот Галиано у кассы предлагал тебе перерезать горло, он был стопроцентным первертом и Преступником Ради Удовольствия, и только дурак стал бы отпускать подобного типа.
Поэтому, воспользовавшись его гипнотическим даром, чтобы стереть из памяти двух полицейских воспоминания о твоем «публичном насилии и оглушении клиента», и проводив взглядом растерянно удалившихся стражей порядка, ты решительно вырубил самого Галиано, а затем со стационарного телефона кондитерской набрал номер настоящего Осаму Дадзая.
— Алло, Дадзай-кун, кажется, мне в руки попалась занятная вещица, не хочешь взглянуть?
Когда зажглись первые огни вечернего города, в дверь кондитерской постучали.
Это был Осаму Дадзай, а рядом с ним стоял молодой человек, чье лицо ты уже видел на фотографии в рамке, похоже, его звали Анго Сакагути.
Ты отпер дверь, впустил их и предъявил заранее подготовленное «заявление о найме» в адрес Вооруженного детективного агентства, обнаруженное в компьютере Галиано.
— Вот этого человека я поймал, — небрежным тоном произнес ты.
Судя по всему, Осаму Дадзай понял, в чем дело, с первого же взгляда на документ:
— Какая несправедливость! Мы же договаривались заняться этим поручением завтра вместе, а ты выполнил его в одиночку сегодня. Как это печально.
Говоря это, он с удивительным правдоподобием изобразил на лице крайнюю степень обиды — точь-в-точь младшеклассник, с которым товарищ договорился вместе сбегать в туалет, но вероломно бросил одного.
Ты:
— …
Стоявший рядом Анго Сакагути от столь виртуозной актерской игры Дадзая даже поморщился, после чего поспешно осведомился:
— Где он?
— Наверху, в подсобке.
Ты провел Осаму Дадзая и Анго Сакагути на второй этаж и продемонстрировал им всё еще пребывающего без сознания Галиано.
Анго Сакагути подошел ближе, словно собираясь провести осмотр товара, решительно ухватил Галиано за воротник и приподнял.
Заметив что-то на безмятежном лице бесчувственного пленника, он принялся всматриваться в него с нарастающим недоумением.
— О чем ты думаешь? — Осаму Дадзай почуял неладное.
Анго Сакагути перевел на него взгляд, силясь сдержать улыбку:
— Мда… знаешь, пожалуй, тебе стоит примерить новую прическу. Например, высокий хвост или что-то в этом роде.
http://bllate.org/book/24463/2868273
Готово:
