— Сяо Тянь повторил это имя, и его голос прозвучал безжизненно, в нём не угадывалось никаких эмоций.
— Прошлой ночью, где ты был?
— Маленький... маленький спал дома, тайдзюнь!
Голос Лю Саня слегка дрожал.
— Прошлой ночью не было ни звука, честное слово! Маленький ничего не знал! И только сегодня утром услышал, как люди говорят... говорят, что с императорской армией стряслась беда...
Взгляд Сяо Тяня наконец упал на Лю Саня.
Этот взгляд был леденящим и острым, словно скальпель, препарирующий дрожащего перед ним мужчину. Лю Сани почувствовал, как у него подкашиваются ноги, и едва не рухнул на колени.
— Говорят, раньше ты работал на господина Чжоу?
— спросил Сяо Тянь.
Господин Чжоу — это тот самый предатель родины, главарь коллаборационистов, которого прошлой ночью убил Ван Мо.
— Да... да, тайдзюнь!
Лю Сань ухватился за эти слова, словно за соломинку, и торопливо заговорил:
— Раньше маленький ходил за братом Чжоу, нет-нет, за господином Чжоу, и служил императорской армии! Господин Чжоу велел мне присматривать за тем, что творится в городе, и докладывать ему о любых подозрительных людях или делах...
— Тогда.
Сяо Тянь подался вперёд, скрестив руки на столе.
— Не мог бы ты рассказать мне, что в последнее время вообще здесь происходило? Что за человек этот Призрачный Демон?
Лю Сань сглотнул слюну, его мозг лихорадочно соображал. Он понимал, что это шанс проявить себя, но в то же время — и вопрос жизни и смерти.
Скажет хорошо — глядишь, удастся занять место господина Чжоу; скажет плохо — пожалуй, его, как те трупы во дворе, вытащат наружу и скормят собакам.
— Тайдзюнь, я... маленький и сам мало что знает, — осторожно произнёс Лю Сань.
— Маленький раньше слышал от брата Чжоу... то есть от господина Чжоу пару слов. Он говорил, что в последнее время на Хэйфэнлине неспокойно. Вроде как там объявился какой-то вооружённый отряд, выступающий против императорской армии; они словно сквозь землю проваливаются и из ниоткуда возникают, перебили уже немало солдат императорской армии.
Сяо Тянь кивнул. Это полностью сходилось с описанием из телеграммы Араки и с обстановкой на месте происшествия.
— Сколько человек в этом отряде? Каково их вооружение? Кто у них главарь?
— допытывался Сяо Тянь.
— Этого... маленький действительно не знает.
На лбу Лю Саня выступил пот.
— Господин Чжоу тоже не предавался деталям. Слышал лишь, что они неуловимы, стреляют божественно метко, приходят и уходят быстрее ветра. Простолюдины дали им прозвище Призрачный Демон, в том смысле, что они словно духи — не увидишь и не поймаешь. А что до численности... одни говорят, что это крупный отряд, другие — что всего несколько человек, а третьи утверждают... будто он и вовсе один.
— Один?
Брови Сяо Тяня взлетели вверх.
— Да... да, ходят такие слухи.
Голос Лю Саня стал ещё тише.
— Но маленький считает, что это невозможно. Разве может один человек перебить столько императорских солдат? Наверняка пустая болтовня, смутьяны мелят языком понапрасну!
Сяо Тянь ничего не ответил. Он вспомнил картину на месте преступления: подавляющее большинство погибших были убиты холодным оружием с одного удара, а редкие огнестрельные ранения получены с близкого расстояния.
Если бы действовал крупный отряд, провернуть всё так чисто и без следов попросту не удалось бы. Но если это горстка элитных бойцов или даже один-единственный человек...
Эта мысль звучала безумно.
В одиночку проникнуть в уездный город, за одну ночь вырезать больше ста пятидесяти хорошо обученных солдат и при этом разграбить все ценные припасы? Это уже не боевые действия, а какая-то сказка.
— Продолжай.
Сяо Тянь подавил охватившие его сомнения.
— Что ещё тебе известно об этом вооружённом формировании? Где их база? Откуда они берутся припасы? С кем поддерживают связь во внешнем мире?
Лю Сань напряг память, выскребая со дна всё, что знал:
— База... должно быть, где-то в глубине Хэйфэнлиня, но точного места никто не ведает.
Брови Сяо Тяня сошлись ещё круче.
Загадочные, сильные, неуловимые.
— Прошлой ночью.
Сяо Тянь сменил тему.
— Ты действительно ничего не слышал? Ни выстрелов, ни взрывов, ни криков?
— Клянусь, нет, тайдзюнь!
Лю Сань замахал руками.
— Дом у меня не так далеко от штаба, обычно по вечерам слышно, как шагают императорские патрули. Но прошлой ночью стояла такая тишина, ни звука. Спал я крепко, и только сегодня утром, когда на улице поднялся шум, сообразил, что что-то стряслось.
Сяо Тянь несколько секунд пристально смотрел на Лю Саня, пытаясь понять, лжёт ли тот.
Однако на лице Лю Саня читались лишь страх и подобострастие, никаких признаков обмана заметить не удавалось.
К тому же, судя по обстановке на месте бойли, масштабного столкновения прошлой ночью действительно не было.
Большинство убитых пали без всякой задней мысли, застигнутые врасплох, а те немногие следы сопротивления, что имелись, были быстро пресечены.
Вся операция напоминала тщательно спланированную хирургическую процедуру — точную, стремительную и безмолвную.
— Ладно, можешь идти.
Сяо Тянь махнул рукой.
Лю Сань словно заново родился, закланялся:
— Спасибо, тайдзюнь! Спасибо, тайдзюнь! Если узнаю хоть что-нибудь, сразу же доложу!
Пятясь, он вышел из комнаты, и только когда дверь закрылась, тяжело выдохнул и потёр со лба холодный пот.
Внутри комнаты майор Сяо Тянь погрузился в раздумья.
Один из адъютантов тихо произнёс:
— Господин майор, то, что рассказал этот Лю Сань, в целом совпадает с нашими выводами. Боеспособность этого вооружённого формирования Призрачных Демонов невероятно высока, тактика изощрённая, к тому же они пользуются поддержкой местного населения. Но похоже, что сами они первыми на контакт с обывателями не идут.
— Это не обычные антипартизанские отряды, — заметил другой офицер.
— Обычные формирования состоят либо из разрозненных остатков разбитых войск, либо из сброда крестьян. Но эти Призрачные Демоны... их манера действовать больше напоминает элитное подразделение.
— Элитное подразделение?
Сяо Тянь поднял взгляд.
— Так точно.
Ван Мо находился в глубине мрачной горной долины, окружённой гигантскими древними деревьями и густым кустарником; тусклый свет, пробиваясь сквозь переплетение ветвей и листьев, пятнами ложился на землю.
Шёл третий день его пути из Хэйфэнлиня. Он продвинулся на восток по меньшей мере на сто пятьдесят ли, окончательно очутившись в незнакомых местах.
Горы здесь стали круче, леса — дремучее, людей не было и в помине.
Ван Мо сохранял предельную бдительность, активировав Восприятие опасности на полную мощность, словно невидимая сеть раскинулась на сотню метров вокруг. Малейший шуршащий ветер, всполошенные птицы и звери — всё это отражалось в его сознании.
В полдень он решил передохнуть и перекусить чем-нибудь простым. Как раз когда он собрался достать из пространственного кармана сухой паёк, брови его внезапно сошлись на переносице.
М?
В тот самый миг ему показалось, будто он заметил какую-то тень: слева спереди, примерно в пятидесяти шагах, за стволом исполинского древнего дерева что-то шевельнулось.
Движение было едва уловимым, мимолётным; обычный человек решил бы, что это игра воображения или дикий зверь.
Но Ван Мо не был обычным человеком.
Присвоенный ему пурпурный навык Меткость даровал не просто способность точно стрелять, а запредельное динамическое зрение и наблюдательность.
Он был уверен, что глаза его не обманули: там действительно мелькнул человеческий силуэт — очертания фигуры, неосторожно высунувшейся из-за укрытия.
Откуда в этой глухой чаще взяться людям?
Японцы? Вряд ли. Эти места давно лежали в стороне от оживленных дорог и крупных деревень, крупные силы японской армии не стали бы забираться в такую глушь.
Может, охотник? Но в этот сезон и в такой местности одинокий охотник вряд ли забрел бы так далеко.
Ван Мо медленно опустился на корточки, скрывшись за кустами, и впился взглядом в ту сторону, прищурившись подобно ястребу.
Прошла минута, вторая... ни малейшего движения.
Но интуиция подсказывала Ван Мо, что кто-то там всё-таки есть. Подумав немного, он решил проверить всё лично.
Он скользнул по лесу подобно бесплотному призраку, а навык Маскировка позволил ему практически слиться с окружающим ландшафтом.
Пятидесятиметровую дистанцию он преодолел за пять минут, каждый шаг выверяя с абсолютной точностью, обходя сухие ветки и опавшую листву, не производя ни звука.
Когда до цели осталось не больше двадцати метров, Ван Мо наконец обнаружил нечто странное: у подножия огромного дерева, толщины которого не хватило бы обхватить втроём, чернел тщательно замаскированный лаз.
Вход прикрывали свисающие лианы и густые заросли кустарника; если бы не случайно выдавшая себя фигура, заметить его не удалось бы даже подошедши вплотную.
Отверстие было примерно метр с небольшим в диаметре, вряд ли больше двух метров, едва позволяя взрослому человеку протиснуться внутрь согнувшись.
Края лаза несли на себе следы человеческой работы, притом свежие — судя по всему, им пользовались совсем недавно.
Ван Мо остановился в пяти шагах от входа, прислушиваясь. Изнутри доносилось слабое дыхание — дышал не один человек, как минимум двое, а то и больше.
Дыхание было учащенным, очевидно, обитатели убежища тоже почуяли чужака и находились на взводе.
Мысль мелькнула в голове, и в левой руке мгновенно возник штык от винтовки Арисака, холодная рукоять плотно легла в ладонь.
А в правой зажался пистолет Намбу образца 14 — пусть оружие паршивое, но для ближнего боя сойдёт.
Затем он качнулся вбок и, приняв боевую стойку, плавно втиснулся внутрь.
Проход оказался узок, пришлось согнуться в три погибели; длина туннеля составляла около пяти метров. Миновав этот тесный лаз, Ван Мо внезапно выплыл в просторное помещение.
Он замер.
Пейзаж и вправду поражал воображение.
Снаружи вход казался до смешного крошечным, но внутреннее пространство открылось поистине огромным — это была природная карстовая пещера высотой метра в четыре-пять и площадью не меньше сотни квадратных метров.
Что еще больше удивило Ван Мо, так это подземный ручей, сочившийся из скальной стены с одной стороны, образующий небольшое чистое озерцо и уходящий дальше в расселину в противоположной стене.
Вода была прозрачной и проточной, а это значило, что здесь имелся постоянный источник питья.
Пока Ван Мо осматривал пещеру, из глубины донесся испуганный, сорванный окрик:
— Кто там?!
Голос принадлежал мужчине, в нём отчетливо слышался страх, прикрытый напускной твёрдостью.
Ван Мо перевёл взгляд на источник звука. В самом дальнем углу пещеры, за выступающей каменной глыбой, медленно поднимались две фигуры.
Мужчина и женщина.
Мужчине на вид было около сорока, жилистый, крепкого телосложения, одетый в груду заплат на холщовой одежде, он судорожно сжимал в руках тяжелый дровосекский тесак.
Женщина примерно того же возраста, бледная, с глазами полными ужаса, прижимала к груди сверток из ткани. Младенец, казалось, спал и не издавал ни звука.
Они глядели на Ван Мо, мелко дрожа, особенно когда заметили холодную сталь клинка и ствол пистолета в его руках — ноги у женщины подкосились так, что она едва стояла на ногах.
— А? И правда люди?
Ван Мо мысленно выдохнул.
Судя по их одежде, испуганным лицам и примитивному оружию, перед ним стояли вовсе не японцы и не разбойники, а самые обыкновенные беженцы.
Мужчина напротив сейчас тоже переживал не лучшие времена.
Его звали Чэнь Дашань, он был крестьянином из деревни по ту сторону гор.
Два месяца назад карательный отряд японцев сжёг его родную деревню, родители были убиты, а он с беременной женой бежал в глубокие горы.
Полмесяца назад жена родила в этой пещере ребёнка, но из-за нехватки питания и отсутствия медицинской помощи её здоровье сильно пошатнулось.
Они прятались в этой пещере, питаясь дикими ягодами да добычей с охоты, наглухо отрезанные от внешнего мира.
Сегодня он как раз собирался выбраться наружу в поисках съестного и никак не ожидал столкнуться у входа с незнакомцем.
В панике он поспешил укрыться в пещере, но всё равно был обнаружен.
Глядя на Ван Мо, Чэнь Дашань испытывал необъяснимый ужас.
Этот человек казался странным — он не походил ни на крестьянина, ни на охотника, и тем более не на японца.
В одной руке нож, в другой пистолет, а взгляд донельзя отрешенный; в нём не было ярости, лишь какая-то...
Чэнь Дашань не мог подобрать слов, это было похоже на то, как человек смотрит на безмолвную добычу.
К тому же, неизвестно почему, но при встрече с глазами Ван Мо его прошибал первобытный страх, точно кролик, увидевший волка.
— Земляки, не бойтесь, я не враг.
Ван Мо заметил их испуг.
Одним движением кисти он убрал штык и пистолет — те мгновенно растворились, вернувшись в пространственный карман.
От этого фокуса супруги Чэнь лишились дар речи, заморгав от удивления и решая, не померещилось ли им всё это.
— Земляки, я просто хотел узнать, где я нахожусь?
Тон Ван Мо был максимально миролюбивым.
Ему действительно нужно было сориентироваться на местности: за три дня бесцельного марша-броска, когда он шёл исключительно на восток, он потерял всякое представление о том, в каком уезде или около каких гор сейчас находится.
Увидев, что незнакомец спрятал оружие, а главное — услышав слово земляки, Чэнь Дашань немного расслабился.
Тем не менее тесак он из рук не выпускал, заслоняя собой жену и ребёнка.
— Это Тоутянькулун!
ответил Чэнь Дашань, всё ещё посасывая воздух от нервного напряжения.
— Тоутянькулун?
Ван Мо показалось, что это название звучит крайне знакомо...
— Погодите-ка!
Сознание Ван Мо пронзило словно вспышкой молнии, он так и застыл у входа.
Тоутянькулун... Тоутянькулун...
Это имя, это название он определенно где-то слышал!
Не в этом мире, не за тот месяц скитаний по лесам, а гораздо раньше, в далеком прошлом, в другой жизни, в другом измерении.
Ван Мо резко обернулся, вперив взгляд в узкий лаз пещеры, словно пытаясь взглядом прожечь скалу и тьму, чтобы заново рассмотреть ту семью из трёх человек.
Его мозг работал с невиданной доселе скоростью, шаря по самым потаенным уголкам памяти.
Прошлая жизнь.
Двадцать первый век. Тот самый обычный офисный планктон, засидевшийся допоздна за работой и сметённый автомобилем по дороге домой. Тот ничем не примечательный человек, чьей единственной отдушиной под бременем суровой действительности были аниме да новеллы.
Аниме... маньхуа... Личность под именем Ань... То есть... «Одноногий»... Вернее, Изгои!
Если я не ошибаюсь,
пробормотал про себя Ван Мо, и в его голосе прорезалась едва сдерживаемая дрожь,
Тоутянькулун — это же название из маньхуа Изгои!
Он чётко помнил, что в той истории была арка под названием Ржавое железо.
В ней рассказывалось о том, как в годы Войны сопротивления группа иноземцев-одаренных вела отчаянную борьбу с захватчиками на Северо-Востоке.
Но... но ведь это была всего лишь манга! Выдуманная история!
Сердце Ван Мо заколотилось птицей в груди, по спине побежали ледяные мурашки. Заставив себя успокоиться, он принялся выуживать из памяти всё новые и новые детали.
В мироздании Изгоев существовала особая категория людей — те, кого называли одаренными, обладающие способностями за гранью обычного человеческого восприятия и владеющие самыми невероятными техниками управления Ци.
И арка Ржавое железо как раз повествовала о смертельной схватке китайских одаренных с японскими мастерами из Синоби горы Хихэцу на Северо-Востоке.
Тогда...
Ван Мо перевел взгляд обратно вглубь пещеры, на младенца, которого женщина прижимала к груди.
Это была девочка, на вид всего несколько месяцев от роду, худенькая, но с очень живыми глазами.
Затем он скользнул взглядом по обшарпанному тесаку в руках мужчины — самому обычному деревенскому тесаку для колки дров, сильно потёртаю, с зазубринами на лезвие.
Младенец. Тесак. Тоутянькулун.
Три детали столкнулись в голове Ван Мо, сложившись в единую картину, от которой у него кровь застыла в жилах:
— Сю Цюй!
— Вот оно что.
Голос Ван Мо звучал глухо и хрипло, словно выталкиваемый из самой глубины горла.
Именно она, та самая девушка из арки Ржавого железа в Изгоях, что с одним лишь тесаком разрубила демона из Синоби горы Хихэцу по имени Эйта!
Он вспомнил.
По сюжету маньхуа существовал женский персонаж по имени Сю Цюй.
Она не была какой-то ключевой фигурой, скорее даже массовкой, но на её счету имелся поразительный подвиг в финальной битве.
Эта простая крестьянка, вооружившись лишь ручным тесаком, в критический момент выплеснула наружу чудовищную волю и силу, в буквальном смысле зарубив Эйту — японского мага-чудовище, уничтожившего немало китайских одаренных.
Это был один из самых пронзительных моментов арки Ржавого железа: простая деревенская женщина, не обладающая никакими сверхспособностями, не прошедшая никаких тренировок и вечно голодная.
Движимая лишь слепой яростью и жгучей ненавистью к захватчикам, она совершила то, что оказалось не под силу многим мастерам ци.
Множество вопросов крутилось в голове Ван Мо, спутавшись в тугой клубок, который никак не удавалось распутать.
Но в одном он был уверен наверняка: этот мир оказался вовсе не той обычной исторической реальностью, какой он представлял его прежде.
Значит, это и вправду мир Изгоев!
Если это действительно вселенная Изгоев, то Война сопротивления здесь — не просто противостояние обычных людей и захватчиков, это скрытая война между китайскими одаренными и японскими магами.
Все те столкновения, сокрытые в тени истории, все те кровавые бойни, описанные в манге, происходили на самом деле.
— Земляк.
Ван Мо заговорил, и голос его прозвучал значительно мягче прежнего.
— Можно мне немного передохнуть здесь?
Чэнь Дашань опешил: он никак не ожидал, что этот таинственный незнакомец вдруг передумает.
Он посмотрел на ребенка на руках жены, потом на Ван Мо, колеблясь в нерешительности.
— Не бойтесь, я пробуду здесь недолго!
поспешил добавить Ван Мо.
— Просто сильно устал, хочу немного отдохнуть и заодно... пообщаться с вами.
— Т-тогда... располагайтесь, пожалуйста.
Чэнь Дашань качнулся в сторону, освобождая проход.
— У нас тут бедно, уж не обессудьте.
Ван Мо снова шагнул вглубь пещеры. На этот раз его настрой кардинально изменился.
Если прежде он видел в этом месте лишь случайное укрытие, а в этой паре — обычных беженцев, то теперь всё выглядело иначе.
Он нашёл относительно ровный камень, устроился на нём и достал из пространственного кармана немного припасов.
У четы Чэнь глаза полезли на лоб.
Они уже давно не видывали такого изобилия еды.
Особенно мешок с рисом — в полумраке пещеры белые рисовые зёрна казались почти светящимися, источая характерный сытный аромат.
Ван Мо не обращал внимания на их взгляды и принялся молча разжигать небольшой кострок.
Сложив из камней подобие очага, он поставил на него небольшой котелок — трофейный японский армейский котелок, в котором вполне можно было сварить нехитрую похлёбку.
Вскоре по всей пещере поплыл густой аппетитный запах.
Супруги Чэнь невольно сглотнули слюну, а малыш на руках матери, почуяв аромат, тихонько захныкал и протянул ручки.
Ван Мо взглянул на них и поманил рукой:
— Идите сюда, поедим вместе.
Чэнь Дашань замялся, но искушение едой и молящий взгляд жены сделали своё дело — он всё же сделал шаг вперед.
Ван Мо извлек из кармана пару мисок и две пары деревянных палочек, протянув им.
— Спасибо... спасибо вам.
Голос Чэнь Дашаня сорвался на шёпот. Осторожно наполнив одну миску доверху, он сначала протянул её жене, а затем зачерпнул порцию для себя.
Трое людей — если считать младенца, то четверо — уселись вокруг скромного огонька, в тишине наслаждаясь долгожданной сытной трапезой.
Супруги ели неторопливо, тщательно прожёвывая каждый кусочек, словно пытаясь распробовать самое изысканное лакомство на свете.
http://bllate.org/book/24414/2851978
Готово:
