Хотя его настойчиво пытались свести с кем-то в воображении окружающих, всё равно было невероятно неловко… Интересно, сколько он услышал?
Вряд ли много… Судя по тому, как незаметно держался Линь Цзяньлу, стоило ему появиться, как его тут же кто-нибудь замечал.
Подумав об этом, Янь Хань немного успокоился. Он обернулся и встретился взглядом с невозмутимыми, словно гладь древнего колодца, глазами Линь Цзяньлу, после чего окончательно утвердился в этой мысли и расслабился.
После появления Линь Цзяньлу никто вокруг уже не смел болтать попусту. Толпа немного расступилась, но расходиться пока никто не спешил.
Янь Хань увидел, как Линь Цзяньлу слегка прищурился. Не став возвращаться к тому грязному делу, он произнес:
— Я посмотрел запись с камер видеонаблюдения: судя по внешним признакам, этот человек действительно очень похож на нашего сокурсника.
Линь Цзяньлу смотрел как раз в сторону Ло Вэньлуна.
Это в очередной раз подтвердило, что именно Ло Вэньлун умышленно выставил напоказ чужое любовное письмо, которое предназначалось не ему.
Множество острых взглядов вонзилось в Ло Вэньлуна, словно кинжалы. Ему казалось, что весь мир рушится, и он был готов провалиться сквозь землю.
— Это не так, я вовсе не собирался… Тот человек сказал мне… — бормотал он себе под нос, но тут кто-то ощутимо ткнул его в поясницу. Боль была такой резкой, что Ло Вэньлун мгновенно пришел в себя и умолк.
Он затмевал свой разум жаждой мести, наивно полагая, что так сможет жестоко отомстить и больно ранить ту девчонку! Ведь она совсем недавно заявляла, что любит его, а не прошло и двух недель, как нашла кого-то получше и решительно переметнулась к другому!
Но он никак не ожидал, что всего за каких-то десять с лишним дней прежде замкнутая и застенчивая девчонка словно переродится! Ее внутренний мир стал таким же сильным и уверенным, как и внешность; она сияла ярким солнышком, и причинить ей боль было уже не так-то просто.
Он никак не предполагал, что всё зайдёт так далеко.
Всё началось с того человека, который уверял: стоит лишь вывесить любовное письмо и фотографии, как он отомстит Янь Хань, а заодно привлечет внимание богини в роли жертвы. Тот человек еще обещал помочь ему со сводничеством…
— Пойдем со мной в дисциплинарный отдел, — сказал Линь Цзяньлу.
Под всеобщие громкие крики «подлец!» Ло Вэньлун предпочел промолчать, опустил голову и послушно побрел за Линь Цзяньлу.
Янь Хань, как непосредственный участник, разумеется, тоже был вынужден следовать за ними.
Световой экран перед его глазами снова выдал порцию мыслей Ло Вэньлуна, но имя тайного подстрекателя так нигде и не мелькнуло.
Из-за подобного инцидента он в худшем случае потерял бы время, отведенное на обед и учебу, а в худшем… если бы у него не хватило духу дать отпор, пришлось бы просто стоять и терпеть побои.
Даже если ему было плевать на чужие мнения и сплетни, доводить дело до школьного руководства — себе дороже.
Он только что уточнял: хотя Система не поощряет и не поддерживает романтические отношения, на достижения в сфере всестороннего развития это никак не влияет.
По словам Сяо У, все они уже взрослые люди, так что заводить легкие романы не возбраняется. Но если из-за амурных дел страдает учеба или выполнение достижений, то это перестановка приоритетов с ног на голову, а значит — глупость.
С этим Янь Хань был полностью согласен.
Вот только беда заключалась в том, что Системе-то всё равно, а вот школа относилась к подобному крайне трепетно.
Происшествие это нельзя было назвать ни слишком крупным, ни совсем уж мелким.
Кто-то прекрасно знал историю отношений прежней хозяйки тела и Ло Вэньлуна, да еще и подбил его вывесить всё на общее обозрение. Кто знает, какие у них припасены козыри в рукаве, а Старшая школа Луцзэ издавна славилась суровыми порядками.
Если бы разгорелся настоящий скандал и его исключили, о выполнении заданий можно было бы забыть, и оставалось бы только собирать манатки и отправляться на покой.
Поэтому Янь Хань интуитивно чувствовал, что на этом история не закончена.
Что же до Юй Цзин, он искренне считал, будто она просто решила замутить воду. Возможно, закулисный кукловод и связывался с ней, но зачинщицей всего безобразия она точно не была.
Разве могла женщина, которую он парой фраз загнал в угол, спланировать подобную интригу?
Разумеется, нет.
Янь Хань рассчитывал вытянуть из Ло Вэньлуна правду, но, к его удивлению, всю дорогу до кабинета дисциплинарного отдела тот упорно брал всю вину на себя.
Поступок его был подлым и немужским, однако никаких школьных правил и дисциплины он формально не нарушил, так что школе в итоге пришлось ограничиться официальным выговором и предупреждением.
Правда, об этом узнал их классный руководитель. Посчитав Ло Вэньлуна злопабным и мелочным человеком, мысли которого явно далеки от учебы, он тут же лишил его должности старосты класса.
Ло Вэньлун полностью потерял лицо перед одноклассниками — его буквально травили всем классом. Не дожидаясь экзаменов по распределению потоков, он забрал документы и перевелся в другую школу.
Но это было уже потом.
Что касается Янь Хань, то он перед лицом всех учителей наотрез отказался признавать авторство этого любовного письма, с бесстыдством отыграв роль хрупкого и обиженного белого цветочка.
Хрупкая прелестница, растоптанная безжалостной бурей; чистый лотос, стремящийся к знаниям, но окруженный сплошными глупцами с дурными наклонностями. Она жаждет вырваться из этого кошмара, мечтает лишь в тишине постигать науки, но оказывается совершенно беззащитна перед лицом обстоятельств…
Янь Хань решил действовать на опережение и заранее подготовить почву на случай возможных неприятностей в будущем — в конце концов, запасной план еще никому не вредил.
После утренней зарядки у завуча сложилось о нем вполне благоприятное впечатление, а классный руководитель всё еще кипел гневом на Ло Вэньлуна, так что никто не стал обвинять Янь Хань. Напротив, учителя даже утешили его парой ласковых слов, призывая усердно учиться и не позволять этому инциденту выбить его из колеи.
— Я всё понял, спасибо вам, учителей, — Янь Хань изо всех сил старался изображать несчастный хрупкий цветочек, спасенный благородными педагогами, и теперь изливал искреннюю благодарность: — Я обязательно буду стараться изо всех сил и не разочарую ваших ожиданий!
— Вот и хорошо, — завуч, польщенный столь ненавязчивой лестью, не преминул дать наставление: — Возникнут вопросы — обращайся к Цзяньлу. Цзяньлу, помогай ей с учебой, постарайся вытянуть в передовые классы.
Стоявший рядом классный руководитель: «……»
Он прекрасно понимал, что по школьной системе градации семнадцатый класс считается откровенно слабым. Уже хорошо, что их пока не чехвостят на педсовете за бардак, где уж тут возмущаться явным презрением завуча к их классу.
Классный руководитель поспешил поддакнуть: — Да, побеспокой тебя, Линь Цзяньлу. Янь Хань — отличный материал для учебы, я тоже надеюсь, что он сможет пробиться в первые классы…
……
Совершенно забыв при этом, что Линь Цзяньлу вообще-то гуманитарий.
Выйдя из дисциплинарного отдела, Янь Хань глянул на часы: времени до конца перемены еще хватало, и он позвал Линь Цзяньлу в столовую.
— Ты меня здорово выручил, так что обед за мой счет, без вопросов!
Едва покинув кабинет, хрупкий цветочек в мгновение ока сбросил маску и вновь превратился в прежнего лихого парня.
В то же время в голове прозвучал голос Сяо У: [Поздравляем хозяина! Выполнено побочное задание «Девичьи секреты»! Получен навык «План миллиардера»!]
При звуках этого голоса на сердце у Янь Хань стало чуточку легче. Где-то в глубине души мелькнула мысль, что на самом деле тайные желания «Янь Хань» вовсе не касались Ло Вэньлуна.
Она была робкой, незаметной и до ужаса забитой. Если бы сегодня на ее месте не оказался он, в другой временной шкале ей всё равно пришлось бы пройти через это — вопрос времени. И тогда ей неизбежно пришлось бы молча сносить удары, копить обиду и гнев в глубине души, позволяя им гнить и разъедать ее разум и жизнь.
Но ведь она не сделала ничего дурного.
Так называемые девичьи секреты сводились лишь к одному: получить крупицу справедливости и защиту от жестокости.
Если это так, он помог ей добиться желаемого.
Сяо У добавил: [«План миллиардера» активирован! Первая подсказка о богатстве: хозяину надлежит прибыть в книжный магазин на коммерческой улице XX в это воскресенье до пятнадцати ноль-ноль.]
Янь Хань: ?!!
— Это еще что значит?!
[Ну, это подсказка от навыка! А все подробности узнаешь, когда прибудешь на место!]
После недолгого расспроса Янь Хань пришел к выводу, что этот план миллиардера куда практичнее, чем он предполагал.
Намекать, в какое время и куда нужно пойти и что сделать, чтобы разбогатеть — да это же просто артефакт чистейшей воды!
Разумеется, это всего лишь наводка, а идти туда или нет, действовать или нет — зависело исключительно от его собственной воли.
Но, по мнению Янь Хань, этого было вполне достаточно.
Он как раз ломал голову над тем, где раздобыть денег, и тут подвернулась такая функция…
Янь Хань был готов отвесить земной поклон Ло Вэньлуну за столь своевременную результативную передачу от противника.
Туча, нависшая над ним из-за тайного недоброжелателя Ло Вэньлуна, рассеялась. Настроение улучшилось, и Янь Хань вновь обрел свою прежнюю беспечность, машинально хлопнув Линь Цзяньлу по плечу по-пацански.
Пока…
— Ой, прости.
Явно ощутив, как Линь Хяньлу напрягся, Янь Хань смущенно отдернул руку, только сейчас вспомнив про его гермофобию и непереносимость физического контакта с людьми.
— Я так обрадовался, что совсем забыл, извини тысячу раз.
Говоря это, он совершенно не заботился о собственном имидже и от души хлопнул себя по оплошной руке в знак наказания.
Линь Цзяньлу медленно повернул голову. Его взгляд был полон глубоких раздумий и оценки, а слегка поджатые губы выглядели довольно сурово — трудно было понять, о чем он думает.
Вот это поворот…
Янь Хань попятился.
Линь Цзяньлу тут же шагнул за ним.
Янь Хань отступил еще на шаг, Линь Цзяньлу снова качнулся вперед. Этого Янь Хань уже не ожидал: с какой стати? Он же просто косну… шлепнул пару раз, неужели парень потребует у него за это руку в компенсацию?
Его трудно было винить за паранойю — просто взгляд Линь Цзяньлу сейчас был слишком мрачным. Под этим тяжелым давлением Янь Хань вновь осознал свою вину и растерял весь боевой задор.
Хотя достоинств у брата Яня было немного, умение признавать свою неправоту входило в их число.
— Прости, — в эн-ный раз извинился Янь Хань.
Выражение лица Линь Цзяньлу стало чуть менее суровым, сменившись налет пытливого любопытства.
Не говоря ни слова, он продолжал неумолимо наступать, вынуждая старшего брата пятнаться до тех пор, пока его спина не уперлась в холодную стенку.
Прижатый к стене, он больше не мог отступать, зато Линь Цзяньлу — вполне.
Видя, как сокращается расстояние между ними, Янь Хань попытался сменить тему:
— Т-ты говоришь, завуч велел тебе подтягивать меня по учебе, а он не боится, что мы с тобой… — он замолк на полуслове, сообразив, что тема звучит двусмысленно.
Пришлось срочно искать другую.
И дело было не в том, что он потерял самообладание — в прошлом, во время уличных драк, Янь Хань вступал в тесный контакт с противниками куда чаще, чем хотелось бы, но вот в такое положение, когда его буквально вжимали в стену без возможности маневра, он попадал впервые.
— Чего нам бояться? — неожиданно подал голос Линь Цзяньлу.
— Да так, ничего, — Янь Хань облизнул пересохшие губы, отводя глаза и снова пытаясь вильнуть в сторону: — Слушай, а зачем ты вообще так мне помог?..
— Я хочу попросить тебя об ответной услуге, — произнес Линь Цзяньлу.
— О какой? — встрепенулся Янь Хань.
— Дотронься до меня еще раз.
— ……
Нет-нет-нет, давай обойдемся без этого!
Встретив чуть просительный взгляд Линь Цзяньлу, прижатый к углу Янь Хань был вынужден обреченно выдавить:
— Куда трогать-то?
Эта задачка, судя по всему, поставила в тупик и самого Линь Цзяньлу. Подумав немного, он наконец медленно поднял руку.
Сложив ладонь в кулак, Линь Цзяньлу продемонстрировал тыльную сторону ладони.
— С-сюда, что ли? — Янь Хань с трудом сглотнул слюну, сам не понимая, с чего вдруг так нервничает.
Линь Цзяньлу едва заметно кивнул.
Первую, вторую и третью секунду после того, как Янь Хань приложил свою руку к тыльной стороне ладони Линь Цзяньлу, ничего не происходило.
На четвертой секунде Линь Цзяньлу сам убрал руку и произнес:
— Достаточно. Спасибо.
Янь Хань: «Уфф??»
— Ну как ощущения? — пересохшим ртом выдавил Янь Хань.
— Кажется, я способен выносить твои прикосновения, — сообщил Линь Цзяньлу. — …Около трех секунд. Пожалуй, даже смогу удержаться и не бежать мыть руки.
Янь Хань: «……» И это типа комплимент такой?
— Ты только что спрашивал, почему я тебе помог?
— …А, ну да, — Янь Хань чувствовал, что за ходом мыслей Линь Цзяньлу ему не угнаться.
— Потому что ты человек интересный.
Произнося это, Линь Цзяньлу вновь одарил его тем же пронзительным, изучающим взглядом, от которого у Янь Хань мурашки побежали по коже.
— Я интересный?
— Угу. Если взять сегодняшнюю историю, то, судя по моим текущим наблюдениям, вероятность того, что ты добровольно связался бы с этим пареньком, равна нулю, — рассудительно заметил Линь Цзяньлу.
Янь Хань: «……»
Рассуждения вполне здравые, вот только подставила его чертова Система.
— Если бы тот парень действительно донимал тебя до такой степени, что тебе стало невтерпеж, ты бы точно не стал решать вопрос подобным методом.
— ……
Еще бы! Навались на меня такой козлик, я бы просто вмазал ему со всей дури, кто бы стал терпеть его выходки!
— Если первое предположение верно, то версия о том, что этот парень подстроил всё намеренно, автоматически отпадает, а второе утверждение превращается в парадокс.
— ……
Чего-ого?!
— Иными словами, два взаимоисключающих факта почему-то произошли одновременно, и вероятность такого наложения стремится к нулю.
— „……“
— Но событие с нулевой вероятностью всё же случилось… — Линь Цзяньлу поднял на него глаза, просверливая взглядом: — Если только тут не замешан какой-то неизвестный фактор.
— „……“
— Но что это за фактор, я пока не могу понять, — договорил Линь Цзяньлу и снова погрузился в глубокие раздумья.
— ……
— Сяо У! Быстро объясни, что он, черт побери, несет! — взревел в мыслях Янь Хань.
Каждое отдельное слово было знакомо, но вместе они складывались в абсолютную абракадабру!
[Эм… я и сам без понятия… По идее, он не должен знать о наших настройках…] — Сяо У задумчиво потер подбородок.
Янь Хань: «……?»
Ладно, слова Сяо У он тоже не понял.
— Пойдем, поедим, — Линь Цзяньлу слегка одернул одежду и лишь теперь осознал, как близко они стоят друг к другу — фактически он вжал парня в стену. Поспешно сделав широкий шаг назад, он бросил: — Прости.
Янь Хань уже ничего не соображал. Он находился в состоянии глубокого ступора.
Оставалось лишь на автопилоте покинуть административный корпус и плестись за Линь Цзяньлу в сторону столовой.
Полуденный переполох оставил след в душах некоторых учеников, но для большинства это было лишь мимолетным зрелищем. Сейчас по школьному двору вновь неслась бодрая рок-музыка, на спортплощадке гуляла и резвилась молодежь, и кампус выглядел всё таким же полным жизни.
Янь Хань слегка оттаял от этой картины. Проходя мимо футбольного поля, он увидел, как мяч со свистом пролетает мимо и падает прямо перед ним. Рефлекторно сделав пару шагов вперед, он мощным ударом вернул мяч выбежавшему на перехват игроку и небрежно махнул тому рукой.
Лишь после этого до него запоздало дошло, что только что между ним и Линь Цзяньлу развернулась форменная битва умов. Обернувшись, он обнаружил, что взгляд Линь Цзяньлу, как и ожидалось, прикован к нему…
Их взгляды вновь пересеклись в воздухе. Янь Хань твердо усвоил: когда Линь Цзяньлу молчит — это страшнее всего, потому что в этот момент в его голове идет мыслительный процесс.
А те вещи, которые он додумывает, просто ужасны!
Посмотрев друг на друга пару секунд, Линь Цзяньлу наконец заговорил. Янь Хань ожидал услышать что-нибудь вроде похвалы его технике владения мячом, но парень выдал совершенно иное:
— Без школьной юбки ты выглядишь лучше, чем в ней.
Янь Хань: «……»
?!!
Резко опустив взгляд, он с ужасом обнаружил, что юбка от школьной формы, повязанная вокруг его пояса, легко покачивается на легком ветерке.
Когда это он был без школьной юбки?.. Во время игры в мяч? Или когда размахивал кулаками в выходные?
Так! Что, черт побери, он сейчас имел в виду?!
http://bllate.org/book/24413/2851828
Готово:
