Услышав это, Шэнь Яньчжи обвел всех присутствующих своим длинным, узким и холодным взглядом:
— Кто из вас пойдет и убьет его?
В тот же миг и сотрудники, и NPC дружно потупились.
По уставу сотрудников, в Игру на выживание разрешено затягивать лишь тех, кто находится на пороге смерти. После прохождения испытания им залечивают раны, стирают память и возвращают обратно. Тех же работников, что нарушали правила, без исключений отправляли на межзвездную арену Игры на выживание сражаться с мириадами рас Вселенной. За исключением Владыки, никто из отправленных туда еще не возвращался живым.
— Разойдитесь, — приказал Шэнь Яньчжи.
Толпа людей и духов тут же разлетелась во все стороны, словно спугнутая стая птиц.
Глядя на то, как подчиненные в мгновение ока испарились, Шэнь Яньчжи даже слегка поморщился. Все они до смерти боялись этого паренька по имени Вэй Цинлин. В Игре на выживание тот обрел способность пожирать темных духов и демонов, став весьма сильной занозой.
Шэнь Яньчжи прекрасно понимал: если отпустить такого человека на волю, проблем не оберешься!
Но и пускать дело на самотек нельзя — его необходимо вернуть.
Вот только как именно вернуть? Будь он хоть хозяином Игры на выживание, ему тоже приходилось следовать правилам.
Достав телефонную книжку, Вэй Цинлин на первой же странице нашел контакт с подписью «дедушка» и нажал вызов.
— Ты несешь какую-то чушь, — ответил старейшина семьи Ван. — С чего бы моей правнучке менять сущность? Мофэй, твой братец случайно не того...
Старейшина запнулся на полуслове. Он хотел спросить, не повредился ли у этого пареньца рассудок и не пора ли тому показаться врачу.
Загнанный в тупик Вэй Цинлин и сам никак не мог взять в толк, что происходит. Если живая душа утеряна, как человек может оставаться в полном сознании?
Днем от солнечных лучей становилось так жарко и больно, что все это время она пряталась в тени деревьев.
В старом особняке семьи Ван в Шэнцзине, как только Шэнь Мовэнь умолк, а Шэнь Мофэй погрузилась в воспоминания о последних днях, проведенных с дочкой Наньнань, у старейшины семьи Ван внезапно зазвонил телефон...
— Что вы сказали? Наньнань не в коме? Как такое возможно? — услышав это, Вэй Цинлин остолбенел.
Старик Ван счел происходящее полнейшим бредом. Глянув на незнакомый номер на экране, он изначально вообще не хотел отвечать.
— Старый хрыч, ты что за чепуху несешь? Моя Наньнань в полном порядке, хватит накликать на нее беду! — разъярился старик, аж усы от злости задергались.
Но раз уж младший брат невестки попросил ответить, проявить каплю вежливости было нужно.
Старейшина семьи Ван бросил взгляд на Шэнь Мовэня — младшего деверя своей внучки.
Сбросив вызов, Вэй Цинлин присел на корточки:
— Наньнань, у тебя дома есть фотографии? Это ведь правда твой дом, и телефон твоего прадедушки настоящий? Пусть имена и совпадают, но не мог же я ошибиться номером? Или тут кроется какая-то другая причина?
Сама Наньнань тоже была в растерянности. Вообще-то она смутно догадывалась, что с ней что-то не так.
В конце концов, он чувствовал за собой вину: из-за того, что с младшим внуком стряслась такая беда, он уже занимался поисками психотерапевта.
Когда вызов наконец приняли, Вэй Цинлин произнес:
— Здравствуйте, вы прадедушка Наньнань? Несколько дней назад Наньнань получила травму и впала в кому, ее душа отлетела, и сейчас она находится вилле Ваньшоу Шаньчжуан. Я хочу вернуть живую душу Наньнань обратно, не могли бы вы подсказать мне адрес?
Старейшина Ван поднес трубку к уху:
— Алло, ты кто?
— Братик, пойдем со мной, фотографии лежат в маминой спальне, — Наньнань потянула старшего брата за руку.
Шэнь Мовэнь не стал возражать и лишь бросил:
— Дедушка, отвечайте на звонок, а ты, сестра, пошли водителя встретить гостя в Ваньшоу Шаньчжуан.
Столкнувшись с бранью, Вэй Цинлин на мгновение замер.
Она толком не понимала, что за живую душу упомянул старший братик и каких еще духов он имеет в виду. Но солнце ее пугало, и искать дорогу домой удавалось только под покровом ночи.
Надо же было так заболеть, чтобы вмиг тронуться рассудком.
Вэй Цинлин растерянно моргнул:
— Простите, что побеспокоил.
Вэй Цинлин тут же выдвинул ящик прикроватной тумбочки в главной спальне. Внутри лежали перевернутые фотографии. Взяв одну из них в руки, Вэй Цинлин сравнил снимок: на нем счастливая пара держала на руках маленькую девочку. Затем он взглянул на девочку, стоявшую перед кроватью — сходство было стопроцентным, ни единого изъяна.
— Все верно, — потерев подбороднок, Вэй Цинлин хлопнул себя по колену. — Наньнань, а часом не какой-нибудь мелкий злой дух занял твое тело? Если так пойдет и дальше, настоящее тело погибнет.
Показав сестре запись с камер видеонаблюдения, Шэнь Мовэнь сказал:
— Сестра, как думаешь, вдруг он говорит правду? На воришку он совсем не похож, к тому же знает пароль от твоего сейфа — ты ведь не говорила его Наньнань?
— Съезди за ним и приведи сюда. Судя по его словам, нынешняя Наньнань в нашем доме вполне может быть одержима злым духом, — Шэнь Мофэй глубоко нахмурилась и нервно дернула кончик пряди волос.
Шэнь Мофэй не верила в подобную чепуху, но за последние два дня произошло слишком много невероятных вещей, так что она предпочитала проявлять крайнюю осторожность.
Каких бы уловок ни задумывал этот человек, стоило привезти его сюда, как правда мигом выплывет наружу.
Старейшина семьи Ван тоже от начала до конца посмотрел видеозапись.
— Даже если злой дух и захватил тело Наньнань, с чего бы ему, не имея никаких прежних обид, пытаться навредить Чэнтяню? — старейшина ломал голову над этой загадкой, но никак не мог найти ответа.
Шэнь Мовэнь на это заметил:
— Кто знает, может, у него зуб на зятя, на семью Ван или даже на клан Шэнь.
Шэнь Мофэй глубоко вздохнула:
— Сначала я попрошу дядю Вана съездить за ним, а ты, братишка, наведайся и выясни, что из себя представляет этот парень. Наньнань упала и потеряла сознание пять дней назад, а потом перенесла сильный испуг — такое состояние вполне могло стать причиной странностей. До конца ситуация еще не ясна, в столь смутные времена нам необходимо действовать предельно осторожно.
Услышав это, Шэнь Мовэнь кивнул.
Старейшина семьи Ван неожиданно произнес:
— Скажите, ваша семья Шэнь ведь пригласила в Шэнцзин даоса Сюаньцзи? У него должен быть большой опыт в подобных делах.
Шэнь Мовэнь перевел взгляд на старшую сестру.
Вообще-то Шэнь Мофэй относилась к подобным вещам скептически. В последнее время в клане Шэнь было неспокойно, и к затее дедушки устроить призрачный брак ради успокоения младшего дядюшки она относилась нейтрально — ни за, ни против.
— Я позвоню дедушке и попрошу пригласить даоса Сюаньцзи, пусть он взглянет на все это, — предложил Шэнь Мовэнь.
Глядя на подростка в домашней спальне, Шэнь Мофэй решила сама перезвонить с телефона деда.
Вэй Цинлин, погруженный в раздумья о том, как убедить родственников Наньнань, вздрогнул от телефонного звонка. Глянув на экран, он увидел, что звонит прадедушка девочки.
— Алло, дедушка, я пересмотрел фотографии и сравнил их — могу подтвердить, что настоящая Наньнань сейчас со мной. Считаю, вам стоит отнестись к этому со всей серьезностью. Если живая душа слишком долго находится вне тела, Наньнань может по-настоящему умереть. А когда гибнет душа, вскоре угасает и плоть. Тем более что ее телом завладел мелкий злой дух: его темная ци быстро разрушит физические функции. У маленькой девочки слабая янская энергетика, долго она не продержится, — пояснил Вэй Цинлин.
Выслушав объяснения Вэй Цинлина, Шэнь Мофэй произнесла:
— Здравствуйте, меня зовут Шэнь Мофэй, я мама Наньнань. Как вас зовут и правда ли, что вы видите духов?
Вэй Цинлин ответил:
— Здравствуйте, меня зовут Вэй Цинлин. Если говорить точно, от рождения у меня инь-янские глаза — я вижу и живых людей, и призраков, и блуждающие души. Прошу вас, отнеситесь к этому серьезно. Если случится беда, купить лекарство от сожалений уже не удастся.
— Вэй, молодой человек, дело не в том, что я вам не верю, просто ситуация выглядит слишком невероятной, мне нужно быть осторожной. Пождите у моего дома, я уже отправила за вами машину, пожалуйста, наберитесь терпения, — произнесла Шэнь Мофэй.
Вэй Цинлин почувствовал, что женщина на том конце провода говорит с ним сугубо деловым тоном и верит ему лишь наполовину:
— Ладно, чего не сделаешь ради Наньнань.
Протянув руку, он ласково покроил хорошенькую головку малышки, залечивая тем самым свою уязвленную детскую гордость.
Темные кудряшки девочки спадали на плечи, длинные ресницы слегка подрагивали, круглые глаза с розоватым отливом казались прозрачными, носик был аккуратным и чуть вздернутым, а черты лица — более глубокими, чем у обычных детей. Очень красивая, с двумя яркими заколками-цветочками справа.
— Наньнань, ты что, метиска?
Моргнув большими глазами, Наньнань ответила:
— У моего дедушки корни из разных стран.
— Вот как. Твоя мама говорит, что за нами приехали. Похоже, там ситуация немного запутанная — какое-то скверное создание захватило твое тело. Не бойся, братик поможет тебе победить злодея, — наклонившись, успокоил ее Вэй Цинлин.
По прибытии на место Наньнань действительно могла пострадать.
Услышав слова старшего брата, Наньнань кивнула:
— Раз со мной большой братик, Наньнань ничего не боится!
— Брату нравится это слышать, — улыбнулся Вэй Цинлин.
Шэнь Мовэнь позвонил старику из семьи Шэнь.
Старейшина, у которого в последнее время были проблемы со сном, обрушился на внука с яростной отповедью, и лишь после этого Шэнь Мовэнь смог наконец рассказать, что произошло.
Стать причиной звонка посреди ночи могло только одно — нечто такое, с чем младший внук был не в силах справиться сам.
Шэнь Мовэнь, разумеется, нравился старику, но мальчик был рожден его второй дочерью от мужа-иностранца, пришедшего в семью в качестве примака, а потому все равно казался чуточку не тем.
По сравнению с блистательным и талантливым младшим сыном Шэнь Яньчжи, все эти дети, внуки и правнуки казались старейшине Шэню какими-то ущербными.
К сожалению, младший сын пропал два года назад: ни живого, ни мертвого его так и не нашли.
Машину обнаружили на дне реки Хэнцзян, но внутри никого не было.
С тех пор как младший сын исчез, в семье Шэнь не было ни дня покоя. Старший сын попал в автокатастрофу и сломал руку.
Старший внук упал с лестницы и несколько дней провел в коме.
У жены старшего сына диагностировали рак желудка, потребовалась операция.
Сам он оступился на ровном месте и сломал ногу.
Одно за другим — сплошные несчастья.
Покоем наслаждались лишь переехавшие из особняка вторая дочь с мужем и их семейство.
Опасаясь, что это бунтует душа погибшего младшего сына, старейшина Шэнь специально разыскал своего старого друга, обладающего немалыми познаниями даоса Сюаньцзи, чтобы тот помог разобраться.
Даос Сюаньцзи подтвердил: его младший сын действительно погиб насильственной смертью, накопив чудовищную обиду, и чтобы успокоить этот гнев, требовалось заключить призрачный брак.
Старейшина Шэнь передал даосу Сюаньцзи дату и час рождения младшего сына, и тот рассчитал идеальную пару. Девушки с дефицитом янской энергии для усмирения гнева не годились, поэтому требовалось подобрать юношу с избытком янской ци.
После долгих поисков среди равных по положению семей выбор пал на младшего сына семьи Вэй.
Узнав, что у семьи Вэй возникли проблемы с инвестициями и срочно требуются оборотные средства, старейшина Шэнь немедленно связался с ними.
Вэй Чэн дал согласие на месте и тут же вылетел обратно из-за границы.
Выслушав отповедь деда, Шэнь Мовэнь наконец изложил суть дела: рассказал о неприятностях сестры с зятем и обо всем, что касалось Наньнань.
— Дедушка, сейчас все происходящее окутано тайной, а у нас нет инь-янских зорких глаз, мы ничего не видим. Тот парень говорил с такой уверенностью... Если это правда, неужели тело нашей Наньнань захватит кто-то чужой? А если это ловушка, мы все равно не можем позволить чужим козням увенчаться успехом. Прошу вас, помогите пригласить даоса Сюаньцзи взглянуть на все своими глазами, нельзя допустить беды в семье сестры, — с беспокойством в голосе произнес Шэнь Мовэнь.
Выслушав старшего внука, старейшина Шэнь уставился на фотографию на прикроватной тумбочке.
Сделав несколько тяжелых вдохов, старейшина Шэнь проговорил:
— Скажи своей сестре, чтобы не переживала. Дедушка лично отправится за даосом Сюаньцзи и непременно защитит Наньнань.
Ведь она пока была единственным ребенком четвертого поколения в их семье — пусть даже и правнучкой, но старейшина Шэнь любил ее.
— Шэнь Яньчжи, какого черта ты творишь?! Это же внучка твоей собственной сестры, как у тебя рука поднялась? Ей всего четыре года, чем она могла тебе навредить? Если твой старший брат действительно виновен в твоей смерти, ступай и мсти ему, а к остальным не лезь! — взревел старейшина Шэнь на младшего сына, чувствуя, как от злости у него на висках запульсировали вены.
Шэнь Яньчжи только что вернулся домой, чтобы разобраться в ситуации, и понятия не имел, с какой стати статеине пришло в голову устраивать ему какой-то призрачный брак.
Да я же столько лет пахал как проклятый и дома-то не появлялся, а вы меня вот таким взглядом встречаете?!
Поднявшись с постели, старейшина Шэнь поспешил к своему старому другу даосу Сюаньцзи.
Тем временем Вэй Цинлин, доставивший Наньнань ко входу на виллу, увидел, как в темноте мелькнул свет фар. Резкий рев мотора — и черный кайенн, прорезав мрак, затормозил прямо перед ними.
Телохранитель вышел из машины и уставился на незнакомого подростка:
— Ты и есть Вэй Цинлин?
Вэй Цинлин кивнул:
— Я.
— Пойдемте, старейшина и госпожа ждут вас, — бросил телохранитель по имени А-Дэ.
Вэй Цинлин бегло окинул охранника взглядом: парень явно не промах и держится уверенно. Впрочем, за два года в Игре на выживание Вэй Цинлин тоже кое-чему научился. С десятком-другим противников он бы, может, и не справился, но с тремя-четрьмя разделался бы запросто.
— Ой, братик, это же дядя Гоу нас встречать приехал! — радостно воскликнула Наньнань, теребя старшего брата за руку.
http://bllate.org/book/24339/2833300
Готово:
