Режиссер Сун судорожно перебирал в голове варианты развития событий, обдумывая, как отвечать на возможные вопросы.
Блюда одно за другим появлялись на столе, а режиссер, стараясь не подавать виду, старательно игнорировал того, кто сидел рядом с Ю Му.
Ю Му не любил ходить вокруг да около. Увидев, что режиссер Сун притворяется, будто ничего не замечает, он решил расставить все точки над i.
— Цзян Хуай, почему ты такой невежливый? Весь в еде, да? Поздоровайся. — С виду это было похоже на замечание, но на самом деле Ю Му просто перевел внимание на Цзян Хуая и слегка уколол режиссера Суна.
Цзян Хуай, хранивший до этого молчание, слегка опешил, но тут же покорно отозвался:
— Здравствуйте, режиссер Сун.
— …О, Цзян Хуай. Мы ведь виделись совсем недавно. Неужели ты ушел из Юэшэна? — Режиссеру Суну больше не удавалось притворяться, что он ничего не видит. Он неловко улыбнулся в ответ.
Он был наслышан о том, что творится с артистами в Юэшэне, и нетрудно было догадаться: если Цзян Хуай теперь при господине Ю, значит, он просто пытался сбежать из этой компании.
Честно говоря, любой зрячий человек видел, сколько денег Юэшэн вбухивает в своего наследного принца. Из-за этого чрезмерного перекоса в распределении ресурсов дела у компании в последние годы шли из рук вон плохо.
Все артисты, что могли, старались оттуда вырваться. А те, кто оставался… эх.
Мысли режиссера Суна унеслись куда-то вдаль, и он тихо вздохнул. В шоу-бизнесе нет ничего хорошего. Попасть в хорошую компанию — это удача, но большинству артистов такая удача не светит.
— Да.
Цзян Хуай подтвердил его слова, но, не зная, что еще сказать, в растерянности повернулся к Ю Му.
— Почисти креветку. — Ю Му пододвинул тарелку с креветками к Цзян Хуаю, заставляя его заняться делом, пока сам продолжал обсуждать с режиссером инвестиции. — Слышал, вы закупили партию импортного съемочного оборудования?
— Верно. Технологии развиваются быстро, мне приходится обновлять свой рабочий инвентарь. Потратился немало!
Режиссер Сун пытался перевести разговор на тему финансирования, но Ю Му не поддавался. Взяв палочками креветку, которую Цзян Хуай положил ему в тарелку, Ю Му медленно, с удовольствием ее съел и только потом неторопливо произнес:
— Я слышал, вы ранее приглашали Цзян Хуая на пробы?
— Мы уже сотрудничали раньше, вот я и искал подходящую кандидатуру. К сожалению, он не совсем подошел. — Улыбка режиссера Суна стала холоднее; в присутствии Ю Му он выразился максимально вежливо.
Снова оказавшись в центре внимания, Цзян Хуай почувствовал себя настолько ничтожным, что хотел провалиться сквозь землю.
— Та партия оборудования прибудет только к середине месяца, а съемки у вас начинаются через месяц. Оставьте кастинг на роль Чжоу Чэна в юности еще на полмесяца. — Ю Му отложил палочки, сложил руки на столе и подался вперед. В одно мгновение обеденный стол превратился в стол переговоров.
Режиссер Сун был поражен тем, насколько глубоко тот изучил его график, и помрачнел, услышав требование отдать роль Чжоу Чэна.
Чжоу Чэн в юности — это именно та роль, на которую он пробовал Цзян Хуая, но теперь-то он видел, что актерское мастерство Цзян Хуая совершенно не дотягивает!
— …Господин Ю, кастинг — вещь тонкая, тут все зависит от удачи… — Режиссер не хотел сдаваться, ведь Чжоу Чэн был ключевой фигурой в его новом сценарии.
— Разве вы не приглашали Цзян Хуая на пробы потому, что считали его подходящим?
— Это было раньше, господин Ю. Сейчас он… — заспорил режиссер, заметно нервничая.
Слушая это отрицание, Цзян Хуай крепко сжал кулаки под столом. Все верно, он пробовался, и у него… действительно ничего не вышло. Цзян Хуай хотел попросить Ю Му не тратить на него деньги и не пытаться выбить эту роль — он ее не заслуживал.
Но не успел он и слова сказать, как под столом его запястье крепко перехватили. Ладонь Ю Му была прохладной, и, хотя его движение не было мягким, оно придало Цзян Хуаю огромной уверенности.
— Режиссер Сун, если он смог однажды, то сможет и сейчас.
Голос молодого человека был тихим и лишенным резкости, но каждое его слово звучало веско, эхом отдаваясь в ушах собеседников.
— Вы должны прекрасно понимать: если я упрусь, то добиться этой роли не составит труда. Либо Чжоу Чэна играет Цзян Хуай, либо этот сериал вообще не выйдет в производство — вариантов всего два.
— Полгода? Нет, дайте мне полмесяца. Я прошу отложить выбор актера на роль лишь на полмесяца. А через полмесяца вы сами решите, подходит он или нет. При этом инвестиции от Ю не прекратятся.
На самом деле он мог бы настоять на своем прямо сейчас, но Цзян Хуаю еще предстояло работать в этой индустрии и сниматься у этого режиссера, поэтому портить отношения было невыгодно.
Режиссер Сун посмотрел на невозмутимого Ю Му, потом на Цзян Хуая, который завороженно смотрел на своего спутника, и надолго замолчал. Изначально он и сам хотел видеть Цзян Хуая в этой роли, но тогда это был совсем другой, талантливый Цзян Хуай.
Слова господина Ю имели смысл: если Цзян Хуай вернется в прежнюю форму, он действительно станет лучшим кандидатом на роль Чжоу Чэна. Если дело только в том, чтобы подождать полмесяца, и окончательное решение остается за ним — это еще можно обсудить…
— Хорошо. Я дам Цзян Хуаю полмесяца. Но если по истечении этого срока он все еще не будет соответствовать моим стандартам, уж извините.
— Договорились.
— И еще кое-что. Я слышал, Юэшэн планирует инвестировать в ваш новый проект?
Чтобы прославить Цзи Шимина, Юэшэн был готов на все, даже предлагал сотрудничество любому известному режиссеру. Режиссер Сун был весьма популярен, и хотя в прошлой его работе Цзи Шимина высмеивали за нелепую игру, сериал все равно стал настоящим хитом.
Имея такого потенциального лидера в прокате, режиссер, конечно, не хотел упускать шанс. Однако Небесный Путь никак не мог позволить Цзи Шимину и Цзян Хуаю находиться на одной съемочной площадке, поэтому настаивал, чтобы Ю Му использовал свои финансовые возможности и выкинул Цзи Шимина из проекта.
— …Да, было такое дело. — Режиссер Сун бросил взгляд на Цзян Хуая. Теперь он действительно подумал, что господин Ю относится к парню неплохо, раз даже такие вещи учитывает.
В индустрии все знали, что Цзи Шимин и Цзян Хуай враждуют и вечно перехватывают друг у друга ресурсы и рекламные контракты. И теперь, после таких слов, намерения Ю Му стали очевидны.
— Утрою сумму. Я дам вам в три раза больше инвестиций, чем планировалось изначально, при условии, что вы откажетесь от денег Юэшэна и выставите Цзи Шимина за дверь.
— Господин Ю, приятно иметь с вами дело. — Тройная сумма значительно превышала все ожидания, и режиссер Сун был только рад такому повороту, тем более что он сам терпеть не мог этого бездарного наследного принца из семьи Цзи.
Оставшаяся часть ужина прошла в мирной обстановке. Цзян Хуай, словно в тумане, последовал за Ю Му из отеля и сел в машину.
Весь путь он молчал, но внезапно, когда автомобиль остановился на светофоре, он поднял голову и пристально посмотрел на водителя:
— Господин Ю, у нас всего полмесяца. Почему вы решили, что я смогу вернуться к тому, что было раньше?
Его талант, которым он когда-то гордился, был разбит и растоптан, и он сам уже смирился с этим. Почему вдруг нашелся человек, который пришел и сказал, что он еще на что-то способен?
— Ты все тот же. Разве ты изменился? Мнение со стороны, конечно, важно, но ты сам… ты правда с ним согласился?
Ю Му, держась за руль, повернул голову и твердо посмотрел на него, а затем снова перевел взгляд на обратный отсчет светофора.
— Ты… неплохо умеешь вдохновлять людей! — неожиданно подал голос Небесный Путь.
— Матушка, тебе тоже нужно вдохновение? — Ю Му был в хорошем настроении и решил поддразнить его.
— …Проваливай!
Голос молодого президента, звучавший необычайно мягко, в этой ночной тишине и полумраке автомобиля придал Цзян Хуаю неописуемую поддержку.
Цзян Хуай долго молчал, перебирая в памяти все те оскорбления, что он слышал, и голос Ю Му. В конце концов, этот легкий, но решительный тон разогнал все тени.
В тишине салона Ю Му смотрел на дорогу, и спустя долгое время рядом послышался низкий, вновь наполненный силой голос Цзян Хуая:
— Я не согласен.
http://bllate.org/book/24234/2805634
Готово:
