Тёплый ветерок коснулся её ушей — они зачесались и потеплели. Ань Цзя инстинктивно втянула шею и, запинаясь и смутно выговаривая слова сквозь сладковатый запах алкоголя, пробормотала:
— Соседка по комнате… как зовут мою соседку по комнате…
Голос её становился всё тише. Цяочи наклонился ближе — и вдруг услышал:
— Хм, не скажу тебе. А вдруг ты плохой человек?
— Я не плохой, — серьёзно ответил Цяочи. Хотелось улыбнуться, но не получалось.
Да, пьяная она вела себя тихо, но при этом оставалась настороже. Он не знал, хорошо это сейчас или плохо.
Словно провинившийся ребёнок, Ань Цзя ещё глубже зарылась в его объятия.
— Но, старший брат-наставник, зачем ты спрашиваешь, как зовут мою соседку? Если я не хочу говорить, зачем злишься? Ууу… Не скажу! Почему ты не даёшь мне спать? Уууу… Хочу спать…
Слёзы собрались в уголках глаз, превратившись в капельки. Никто не ожидал, что она вдруг расстроится до такой степени, что разрыдается в голос.
Оба сидевших в машине на миг замерли от неожиданности.
Увидев её слёзы, у Цяочи словно сердце оборвалось. Он растерялся, чувствуя, как в груди разливается боль.
Вздохнув, он аккуратно вытер катившуюся по щеке слезу и начал поглаживать её по спине:
— Ань Цзя, не плачь. Хочешь спать — спи. Не будем больше говорить о имени. Спи.
Фан Чэн, сидевший за рулём, смотрел в зеркало заднего вида и не верил своим глазам. Кто этот человек, из которого сейчас капает нежность? Неужели он сел не в ту машину?
Цяочи долго успокаивал её, пока рыдания не перешли в тихие всхлипы. Она что-то бормотала себе под нос, но он не мог разобрать слов.
Она прижалась к нему, вздрагивая, мокрые ресницы прилипли друг к другу, щёки пылали — от выпитого или от слёз, он не знал.
Взгляд невольно упал на её алые губы. Горло пересохло. Он сглотнул и отвёл глаза.
Раньше он не знал, а теперь точно понял: пьяные — все сплошь маленькие капризные вредины.
Не получив имени, Цяочи поднял голову, и тон его голоса мгновенно изменился.
— Возвращаемся в апартаменты.
Получив приказ, Фан Чэн немедленно тронулся с места.
Всю дорогу, даже после того как она перестала плакать, Цяочи продолжал гладить её по спине. Ань Цзя молчала, тихо дышала и вела себя очень послушно.
Когда машина въехала в подземный паркинг, вдруг зазвонил телефон Ань Цзя. Цяочи взял его и увидел на экране имя:
Цинцин.
Он взглянул на спящую Ань Цзя, нажал на зелёную кнопку и поднёс аппарат к уху.
— Ань Цзя, милая! Ты сегодня домой вернёшься? Или уже вернулась?
Голос Цинцин звучал громко, и в тишине вечера Фан Чэн легко его услышал. Он перевёл взгляд на зеркало и подумал про себя: «Неужели Великий Демон решил вернуть девчонку хозяйке? Такой целомудренный?»
— Это Линь Цяочи. Она у меня. Не переживай.
……
На другом конце провода воцарилась тишина. Лишь спустя долгое время раздался механический, будто безжизненный голос:
— Хорошо… Тогда… берегите себя…
Цинцин положила трубку и медленно, будто в замедленной съёмке, опустила телефон.
— Ну что? — спросила Лу Шуан, заметив, что подруга ведёт себя необычно.
Цинцин ещё не пришла в себя, её слова спотыкались:
— Шу… Шуань… Ань… Ань Цзя у… у бога Лина…
……
Машина остановилась. Фан Чэн вышел, открыл дверь, и Цяочи аккуратно поднял Ань Цзя на руки. Она недовольно заерзала в его объятиях от внезапного движения.
Фан Чэн вытащил её сумочку и телефон, снова закрыл дверь и последовал за ними.
Лифт медленно поднялся на верхний этаж. Зайдя в квартиру, Фан Чэн положил вещи Ань Цзя на диван в гостиной. Сделав полшага к выходу, он вдруг остановился. Решив, что обязан проявить заботу о своём боссе и девушке, он обернулся и спросил с полной серьёзностью:
— Линь, может, сбегать за средствами защиты?
Автор говорит: [Сейчас выходит современная романтическая новелла в формате сериала: «Чернильный Призрак». Женщина-призрак × Мошенник.
Го Фэн встретил в казино приставучую маленькую нечисть, которая сразу же потребовала у него крови и стала ходить за ним повсюду. В конце концов Го Фэн сдался:
— Почему ты за мной ходишь?
Люй Цзи, прищурив свои миндальные глаза, игриво уставилась на него:
— Хочу пойти к тебе домой.
Го Фэн: «Ладно, ладно. Иди за мной. Всё равно мне не в убыток».
Но тут появился старый даос, который никак не мог оставить его в покое:
— Женщина рядом с тобой — крайне опасный злой дух. Лучше поскорее избавься от неё.
Го Фэн с презрением ответил:
— Да брось! Разве злой дух может быть таким красивым!?
Даос уговаривал его одуматься, но тот лишь усмехнулся и беззаботно бросил:
— Такая красивая жена… даже если она злой дух, я всё равно её оставлю».
Примечание: сюжет вымышленный, действие происходит в альтернативной реальности.
Это сборник новелл; кроме главных героев, все сюжеты независимы друг от друга.
Предупреждение: первая история не всем придётся по вкусу и не связана с остальным содержанием — просто пролистайте (позже будет фанфик).
Последняя новелла в сборнике — скоро финал! Можно читать без опасений.
Спасибо, что читаете! (поклон) Спасибо за добавление в избранное!]
Фан Чэн моргнул, подумав, не показалось ли ему: неужели он уловил, как силуэт Великого Босса слегка пошатнулся?
«Нет, наверное, просто свет тусклый», — решил он.
— Кхм, не надо, — ухо Цяочи в слабом свете слегка порозовело, он сжал руку и направился в спальню.
Фан Чэн, будучи человеком принципиальным и искренне заботящимся, не сдавался:
— Линь, точно не надо? Я сейчас легко могу сбегать.
На этот раз он точно увидел, как шаг Великого Демона замер. Воздух вокруг сгустился, и Фан Чэну вдруг стало холодно по всему телу.
— Вали…
Великий Демон рассердился!
Фан Чэн вздохнул, напрягшись всем телом. Он лишь хотел помочь, но их босс не слушает. Жаль, что добрые советы остаются без внимания.
Увидев, что фигура Цяочи почти исчезла в коридоре, Фан Чэн стряхнул свои мысли и крикнул вслед:
— Тогда… Линь, будьте осторожны! Только не убейте друг друга…
Неизвестно, услышал ли его Цяочи. Фан Чэн, выполнив свой долг, выключил свет в гостиной и вышел, тихо прикрыв за собой дверь.
Вся квартира погрузилась во тьму.
В полумраке спальни он осторожно опустил её на край кровати и тихо сказал:
— Ань Цзя, отпусти. Пора спать.
Когда её спина коснулась мягких простыней, она слегка шевельнула ресницами и послушно разжала пальцы.
Цяочи снял с неё туфли, аккуратно уложил голову на подушку и попытался вытащить руку из-под её шеи, но на миг задержался, чувствуя нежность её кожи.
Тёмное постельное бельё образовало вмятину. Она лежала совершенно беззащитная, руки покорно сложены по бокам, щёки пылали, губы приоткрыты, дыхание ровное и спокойное.
Горло Цяочи пересохло. Он выругался про себя и собрался уйти в гостиную.
Но вдруг почувствовал, как его рубашку кто-то схватил за край.
Он обернулся и увидел её тонкие пальцы, цепляющиеся за ткань на его талии.
Она смотрела на него, медленно поднялась на колени и, казалось, полностью пришла в себя.
Если бы не густая дымка в её глазах, он бы подумал, что она трезва.
Ань Цзя подняла голову, растерянно и серьёзно глядя на него:
— Ты не ляжешь со мной?
— Ань Цзя… ты пьяна… — в нос ударил сладковатый запах вина.
— Я не пьяна! Кто сказал, что я пьяна? А?
Последний звук прозвучал соблазнительно.
Она вдруг встала на ноги, оказавшись выше его, и хлопнула ладонями по его щекам.
Пытаясь «выровнять» его голову, сама покачнулась из стороны в сторону.
Цяочи на миг оцепенел от неожиданности.
Ань Цзя радостно улыбнулась, наклонилась и лёгким поцелуем коснулась его кончика носа. Потом отстранилась, довольная, будто только что отведала мёда.
Он резко вдохнул, будто слыша, как внутри рушатся все запреты и правила, и погрузился в её звонкий смех.
— Хи-хи.
Она смеялась искренне, щёки горели, как закат, а в глазах отражался свет люстры на потолке.
Глубокой ночью, под лунным светом,
их дыхание сливалось — одно тяжёлое, другое — лёгкое.
Ань Цзя была в полубреду, её глаза то приоткрывались, то закрывались, взгляд блуждал, а от её губ исходил соблазнительный фруктовый аромат.
Её руки бессознательно обвили его шею, нежно поглаживая кожу и вызывая мурашки.
Жар внизу живота становился всё сильнее.
От жажды она инстинктивно провела языком по губам — и в этот миг разум окончательно покинул его.
Он склонился к ней, коснулся её губ, её зубов, её шеи, ключицы… В нос ударил цветочный аромат, дыхание участилось, движения стали настойчивее.
Тепло растекалось вниз, оставляя на коже алые следы.
Чувствуя, как она беспокойно зашевелилась под ним и тихо простонала:
— Уфф… устала…
Он резко открыл глаза, частично вернув себе контроль. Поднявшись, он увидел её распухшие губы, растрёпанный ворот и лёгкие красные отметины на шее.
С ясным взглядом он попытался отстраниться, но её руки, обнимавшие его шею, ослабли и безвольно упали.
Она склонила голову на его руку и тут же уснула, дыша ровно и тихо.
Взгляд упал ниже — её поднятая рубашка обнажала плоский живот. Она не питала к нему ни капли недоверия.
Когда разум и раскаяние вернулись одновременно, он аккуратно опустил ей рубашку, поправил складки, уложил посреди кровати и укрыл одеялом.
Линь Цяочи долго сидел на краю кровати, нахмурившись и погружённый в мысли.
Сцена этой ночи, намерения Сунь Цзэ, слова Чэнь Цинцин и Фан Чэна, её лицо — всё крутилось в голове.
Он провёл рукой по лицу и горько усмехнулся:
— Линь Цяочи, ты, наверное, сошёл с ума.
……
Рассвет разогнал ночную тьму, тонкий туман начал рассеиваться.
На тёмной кровати ресницы Ань Цзя дрогнули, и она медленно открыла глаза. Тяжёлые шторы не пропускали свет, и она на миг растерялась, не понимая, где находится.
Она приподнялась, голова кружилась. Пыталась вспомнить вчерашнее — помнила лишь последнюю усталость.
Тот напиток…
Сунь Цзэ обманул её. Старший брат-наставник так и не пришёл. Больше она ему не верит…
Оглядевшись, она поняла: комната оформлена просто и строго — явно мужская спальня, да ещё и очень чистоплотного мужчины.
Откинув одеяло, она увидела, что всё ещё вчера в одежде. Найдя туфли, она надела их и подошла к двери спальни.
Долго колеблясь, она наконец взялась за ручку и тихонько приоткрыла дверь.
Выглянула в коридор.
Тихая гостиная была пуста.
— Шшш—
Раздался звук раздвижной двери. Ань Цзя напряглась и тревожно посмотрела в ту сторону.
Из ванной вышел Линь Цяочи в тёмно-синей футболке. Увидев её, он лёгкой улыбкой.
Она незаметно выдохнула с облегчением. Хорошо, что это старший брат-наставник, а не кто-то другой.
Он подошёл к ней и, видя её растерянный вид, ласково погладил по голове, слегка кивнув в сторону ванной:
— Иди умойся и почисти зубы. Всё новое. Фан Чэн привёз тебе комплект одежды — лежит на столе. Потом позавтракаешь, и я отвезу тебя в университет.
Ань Цзя долго молчала — не из-за чего-то особенного, просто вдруг показалось, что голос старшего брата звучит особенно приятно.
— Быстрее, — мягко подтолкнул он.
Она широко улыбнулась:
— Хорошо.
Схватив одежду со стола, она побежала в ванную.
Он смотрел ей вслед и не замечал, как его рука, опущенная вдоль тела, слегка дрожала.
Цяочи покачал головой. Судя по её обычному поведению, она ничего не помнит. Хотя ему самому казалось, что он бежит от ответственности, возможно, ей и не нужно это знать. Даже если узнает — только расстроится.
Подойдя к обеденному столу, он заметил, что на телефоне мигает индикатор пропущенных звонков. Пять пропущенных — все от Сунь Цзэ.
Глядя на имя из четырнадцати черт, он презрительно фыркнул. Тот ещё осмеливается ему звонить.
Он уже собирался отложить телефон, как в этот момент раздался звонок.
Цяочи поднёс аппарат к уху, и тут же послышался раздражающий голос:
— Цяочи, ну как тебе спалось этой ночкой с малышкой?
— Как, по-твоему?
http://bllate.org/book/2415/266017
Готово:
