— Хуайюань, ешь помедленнее, никто у тебя не отнимает. Посмотри на это личико, ты же совсем исхудал, разве это дело? Тетя считает, что в этой твоей академии нет ничего такого, ради чего стоило бы так убиваться. Неужели наша огромная резиденция не в состоянии тебя прокормить?
Цзин Лоло, которого вел слуга, едва успел войти во двор, как услышал женский голос. Он невольно нахмурился: должно быть, это та самая наложница из книги.
Слуга сделал несколько быстрых шагов вперед и громко объявил:
— Ваше Сиятельство, к вам пришел молодой господин из поместья Го-гуна.
Чжао Хуайюань проглотил кусок свиной ножки, который держал в руке, и поспешно пододвинул еду в сторону, ворчливо отозвавшись:
— Тетя, я же сказал, что больше не хочу, зачем ты накрыла целый стол?
Сказав это, он подмигнул гостю. Тань Юйцзяо, тетя Чжао Хуайюаня, удивленно спросила:
— Хуайюань, что с тобой? С чего бы это вдруг пропадать аппетиту?
Цзин Лоло вошел во двор и, увидев заставленный яствами стол, нахмурился так, что между бровей могла бы застрять муха. Он перевел взгляд на женщину, сидевшую рядом с Чжао Хуайюанем. В книге об этой наложнице из резиденции князя Ань было написано немного: лишь то, что законная супруга князя, Тань Няньцы, годами предавалась молитвам и почти не поддерживала связей с внешним миром. Поэтому на всех банкетах, где требовалось присутствие представителей княжеского дома, ее заменяла Тань Юйцзяо.
Женщина выглядела свежо и молодо, ей было едва за двадцать — самый расцвет. Она была облачена в лунно-белое расшитое платье, а в руках сжимала платок с вышитыми цветами персика. Увидев Цзин Лоло, она, распоряжавшаяся служанками, озарила лицо приветливой улыбкой, подобающей старшей родственнице:
— О, Цзин Лоло пришел! Как раз вовремя. Посмотри на этого мальчишку, совсем не хочет нормально есть. Помоги мне его уговорить, он же в самом возрасте для роста, как можно отказываться от еды?
Цзин Лоло сложил руки в приветственном жесте:
— Приветствую вас, госпожа Тань. Вы не знаете, но мы с Хуайюанем в последнее время занялись физическими упражнениями, нам не стоит злоупотреблять тяжелой мясной пищей.
Тань Юйцзяо нахмурила тонкие брови и недовольно произнесла:
— Цзин Лоло, ты не понимаешь. Мой Хуайюань с детства слаб здоровьем, лекари велели ему хорошо питаться. Нельзя же так легкомысленно относиться к своему телу.
Цзин Лоло хотел было возразить, но его перебил Чжао Хуайюань:
— Тетя, я же сказал, что не буду! Сяо Цзин водил меня к лекарю, и тот сказал, что если я продолжу так объедаться, это будет только во вред!
Услышав это, Тань Юйцзяо слегка покраснела глазами и, прижав платок к лицу, обиженно проговорила:
— Хуайюань, что за слова? Неужели ты думаешь, что тетя желает тебе зла?
Цзин Лоло, наблюдавший за ее игрой, лишь презрительно усмехнулся про себя: тысячелетняя лисица решила разыграть передо мной спектакль? Он шагнул вперед:
— Госпожа Тань, вы неправильно поняли Хуайюаня. Недавно в академии я не до конца залечил рану на голове и попросил Хуайюаня сходить со мной к врачу. Так вышло, что лекарь осмотрел и его, и посоветовал ограничить жирное, так как у Хуайюаня с детства есть признаки слабости сердца.
Чжао Хуайюань закивал:
— Тетя, Сяо Цзин говорит правду. Ты всегда любила меня, и лекарь тоже желал мне добра.
К удивлению всех, Тань Юйцзяо лишь фыркнула:
— И из-за слов какого-то деревенского шарлатана ты решил отказаться от еды?
Она взяла пухлую ручку Чжао Хуайюаня и проникновенно добавила:
— Хуайюань, разве императорские лекари хуже какого-то лекаря из захолустья? Почему ты веришь чужакам, а не нам?
Она бросила косой взгляд на Цзин Лоло, стоящего чуть поодаль, и внутри у нее закипела ярость: этот мальчишка из поместья Го-гуна рушит все мои планы!
Чжао Хуайюань, поколебавшись под ее взглядом, хотел было что-то сказать, но Цзин Лоло резко прервал его:
— Хуайюань, давай тогда съездим во дворец и покажемся императорским лекарям? Пусть они рассудят, как будет лучше.
Тань Юйцзяо мгновенно занервничала:
— Это невозможно!
Осознав, что выдала себя, она поспешно добавила:
— Тетя имела в виду, что это лишние хлопоты. Лучше мы сами пригласим лекаря в резиденцию. Хуайюаня с детства лечит лекарь Ху, он знает все особенности его организма!
Чжао Хуайюань уже собирался кивнуть, но Цзин Лоло снова перебил его:
— Тогда, Хуайюань, поехали со мной во дворец, я как раз давно не навещал Императрицу!
Он схватил друга за руку и собрался уходить, но Тань Юйцзяо вскрикнула:
— Постой!
Чжао Хуайюань, никогда не видевший свою обычно ласковую тетю в таком состоянии, застыл в недоумении:
— Тетя… ты… почему так кричишь?
Тань Юйцзяо прикрылась платком и зарыдала:
— Господин Цзин, я знаю, что вы друг Хуайюаня, но зачем же устраивать такие сцены? Неужели вы подозреваете, что я хочу навредить ребенку? Я ведь его родная тетя! Ваши слова… это просто нож в сердце!
Сквозь ее всхлипывания Чжао Хуайюань, рассердившись, выдернул рукав из рук Цзин Лоло:
— Цзин Лоло, что ты творишь? Тетя любит меня больше всех, не смей больше говорить такое!
Цзин Лоло не понимал, что происходит. Эта женщина играла настолько фальшиво, что даже слепой увидел бы ложь, но Хуайюань поверил! Он тоже разозлился:
— Не буду, и не надо! Чжао Хуайюань, ешь сколько влезет! Станешь толстым как свинья — больше ко мне не приходи!
Тань Юйцзяо перестала плакать и, словно наседка, защищающая цыплят, закричала:
— Господин Цзин, придержите язык! Вот чему вас учат в поместье Го-гуна? Оскорблять наследника резиденции князя Ань! Вы совершенно потеряли всякий стыд!
Цзин Лоло, которому было уже все равно, отрезал:
— А я не прав? Посмотри, во что ты его превратила! Это ты так о нем заботишься?
Тань Юйцзяо, опешив от дерзости мальчишки, вскинула брови:
— Что ты мелешь? Разве я не забочусь о нем, может, я должна морить его голодом?
— Ха! Да ты просто хочешь довести его до сердечного приступа, чтобы твой собственный сын получил титул наследника!
Цзин Лоло больше не боялся. В этом мире, где знать могла творить что угодно, почти никто не осмелился бы пойти против него. Раз уж толстяк Хуайюань попал в сети этой женщины, нужно было выложить все начистоту, чтобы она испугалась и перестала вредить ему.
В столовой воцарилась гробовая тишина. Слуги и служанки втянули головы в плечи, мечтая лишь о том, чтобы не слышать этих слов. Чжао Хуайюань замер, а спустя мгновение в ярости взревел:
— Цзин Лоло! Я не позволю тебе клеветать на тетю, я с тобой разделаюсь!
Он бросился вперед и навалился на Цзин Лоло всей своей тучной массой. Тот не ожидал такого напора и оказался прижат к полу.
— Ах так! Чжао Хуайюань, ты еще и дерешься? Получай!
Они сцепились в яростной схватке, осыпая друг друга ударами. Тань Юйцзяо визжала:
— Вы что, онемели? Немедленно разнимите их!
http://bllate.org/book/24056/2764022
Готово:
