Что касается цены, то один комплект стоил около ста тысяч иен, но поскольку все расходы были полностью покрыты, Мотидзуки Яо не придал этому особого значения.
Взяв рюкзак, уложив в него бенто и поправив очки, Мотидзуки Яо вышел из дома.
Спустя пятнадцать минут Мотидзуки Яо добрался до главных ворот Академии Соурю.
Людей было гораздо меньше, чем вчера, — подумал он, глядя на редкие группы учеников, и невольно вздохнул.
Следуя указаниям в путеводителе по зачислению, Мотидзуки Яо подошел к огромному электронному рекламному экрану, перед которым уже столпилась большая толпа первокурсников.
Бегло осмотревшись, Мотидзуки Яо обнаружил здесь подробную информацию о распределении новичков по классам: в этом году набиралось 4 класса по 30 человек в каждом, всего 120 учащихся.
Наконец, в списке учеников первого класса «D» Мотидзуки Яо нашел свое имя.
CL20230401 Мотидзуки Яо, 1-й класс «D»
Опираясь на инструкции из путеводителя, Мотидзуки Яо без труда отыскал кабинет первого класса «D» — все четыре класса первокурсников располагались на первом этаже корпуса «А».
Еще раз убедившись в правильности информации, он повернул и направился к стоящему неподалеку учебному корпусу «А».
В корпусе «А» было в общей сложности шесть этажей, каждый из которых выполнял определенные функции. Большинство занятий проходило прямо здесь, что избавляло от лишних хлопот с переходами.
Мотидзуки Яо вошел в вестибюль первого этажа и направился направо: классы «C» и «D» находились в правой части, а «A» и «B» — в левой, причем располагались они довольно близко друг к другу.
Наконец дойдя до класса «1-D», он обнаружил, что небольшая часть учеников уже прибыла на место. Сверившись со схемой на классной доске, Мотидзуки Яо нашел свое место — предпоследний ряд у окна.
Неплохо, похоже на стандартное место главного героя.
Мотидзуки Яо уже собирался опустить сумку на стул, как вдруг заметил знакомое лицо.
Та самая робкая девочка с розовыми хвостиками сидела за партой позади него и, опустив голову, украдкой озиралась по сторонам.
Заметив, что на нее смотрят, девочка с розовыми волосами испуганно вздрогнула и снова глубоко спрятала голову.
Что вообще не так с учениками этой академии?
Мысленно вздохнув, Мотидзуки Яо оставалось лишь молча сокрушаться.
Сначала ему попалась Сакураи Мэй — гяру с внешностью бунтарки и цундэрэ внутри, а следом — похожая на эльфа коварная читунья Микадзуки Мио.
И вот теперь появилась третья: хрупкая на вид девчонка с розовыми волосами, так и манящая поиздеваться над ней. Впрочем, сам Мотидзуки Яо, разумеется, вовсе не из тех, кто обижает слабых.
Неужели, как и те двое прошлых образчиков, она скрывает какую-нибудь истинную сущность? Вроде той легендарной поговорки: чем розовее волосы, тем больнее бьет?
Да ну, неужели?
Мотидзуки Яо оставалось лишь послушно сесть на свое место, отбросив мысли о том, чтобы поздороваться с этой робкой девчонкой.
Какое-то время ничего не происходило, и девочка с розовыми волосами прекратила изображать страуса. Тихонько приподняв голову, она снова принялась осматривать обстановку.
—…
Казалось, никакой опасности не было. Чуть приподнявшись, она заметила знакомую спину Мотидзуки Яо, затем бросила взгляд на схему рассадки на доске и тихо пробормотала:
— Мотидзуки... Яо.
О нет, случайно вслух прочитала! Он уже обернулся, катастрофа!
Мотидзуки Яо и сам чувствовал себя неловко — он действительно расслышал, как сзади кто-то тихонько позвал его по имени.
— Привет, я Мотидзуки Яо.
Он решил вести себя как можно дружелюбнее, опасаясь напугать эту пугливую девочку.
— П-привет, я... я Сакура Нана.
Девочка по привычке опустила голову, но спустя мгновение снова медленно ее подняла.
Словно обращаясь с пугливым диким зверьком, Мотидзуки Яо излучал доброжелательность.
— Сакура-сан, теперь мы соседи по парте, прошу заботиться обо мне.
— Мотидзуки-кун, п-прошу и меня... наставлять.
С трудом выдавила из себя девочка.
Мотидзуки Яо не стал продолжать разговор: он видел, что для девушки по имени Сакура Нана это предел общительности.
Он перевел взгляд на середину класса и заметил, что народу стало заметно прибавляться.
Только что познакомившиеся ученики уже сбивались в небольшие группки, некоторые даже усаживались прямо на парты, образуя кружки для болтовни.
У этих ребят потрясающие навыки социализации.
Мотидзуки Яо прекрасно знал себя: хотя по сравнению с Сакурой Наной его можно было назвать «экстравертом», на этом все и заканчивалось.
Грубо говоря, все эти годы в вопросах общения Мотидзуки Яо придерживался неизменного принципа: не проявлять инициативу, не отказываться, но и не сближаться.
Его ровный характер привел к тому, что у него не было по-настоящему близких друзей.
Иначе с чего бы в его телефонной книге было всего три строчки? Хотя нет, теперь уже пять: гяру и дядя-ябай добавились совсем недавно.
Кстати, если вспомнить о гяру, она, кажется, не из первого класса «D».
Когда он разглядывал распределение по классам на стенде, ему вроде бы попалось на глаза имя Сакураи Мэй — кажется, она учится в соседнем первом «C».
Что касается нашей госпожи Микадзуки Мио, то, если память ему не изменяла, она числилась в первом «Б».
Дело было вовсе не в том, что Мотидзуки Яо так уж сильно интересовался ими — просто, раз уж он заметил знакомые имена в самом начале списка, взгляд выхватил их сам собой.
Мотидзуки Яо снова поднял глаза на схему рассадки и констатировал один факт.
За исключением только что познакомившейся с ним Сакуры Наны, из остальных учеников этого класса он не знал никого.
Мотидзуки Яо с облегчением выдохнул: так было даже лучше.
Он совершенно не хотел оказаться в одном классе с Микадзуки Мио или Сакураи Мэй.
Одна — непостижимая интриганка, другая — капризная цундэрэ.
С этими двумя можно общаться как со знакомыми, но заводить с ними более глубокие отношения, например, романтические, категорически не стоило.
Мотидзуки Яо мысленно напомнил себе держаться от них как можно дальше.
Бедный Мотидзуки Яо еще не знал, что в этот момент он напоминал старого генерала на театральных подмостках, со всех сторон утыканного флажками будущих неприятностей.
Много лет спустя, вспоминая свою жизнь, Мотидзуки Яо будет каждый раз горько кусать локти и взывать к небесам с тяжелым вздохом:
— Зачем только я сдал экзамены на сто баллов и пошел в эту Академию Соурю, какое проклятие!
Впрочем, это уже совсем другая история.
Пока Мотидзуки Яо со скукой разглядывал окружение, из мультимедийных динамиков по углам класса полился мягкий женский голос, постепенно прибавляя громкости.
— Кхм-кхм, прошу прощения. Дорогие первокурсники, всем доброе утро! Церемония поступления начнется совсем скоро, через полчаса, пожалуйста, подготовьтесь и соберитесь на главной площадке.
— Кроме того, ученик Мотидзуки Яо из первого класса «D», услышав это объявление, немедленно пройдите в учительскую на втором этаже.
—…
— На этом всё.
Мотидзуки Яо мысленно вздохнул: он так и знал, от этого дела ему точно не отвертеться.
Стоя в учительской на втором этаже перед невероятно миниатюрной молодой женщиной, Мотидзуки Яо впервые за долгое время опустил голову.
И вовсе не из-за чувства вины — просто иначе поддерживать с ней зрительный контакт и нормально общаться было невозможно.
— Рада знакомству, я твой классный руководитель, Осима Юко.
Заговорила хрупкая крошечная женщина, пытаясь придать голосу солидность, что делало ее еще более милой.
— Здравствуйте, господин Осима, я Мотидзуки Яо.
Сохраняя невозмутимое выражение лица, Мотидзуки Яо запустил в голове режим бешеных насмешек.
— Какого черта, эта элитная академия что, нанимает детский труд?
— Мотидзуки-кун, ты случайно не думаешь о чем-то неподобающем?
Осима Юко недобро прищурилась и зыркнула на него — жутко грозный взгляд!
— Вообще-то я совершеннолетний, хотя точный возраст называть не принято.
— Разумеется! Я уже успела ощутить твою мощную ауру, ты — зрелый и солидный мужчина.
Еще бы, неужели ты планируешь умилить меня до смерти? Выглядишь ведь точь-в-точь как рассерженный котенок.
— Неплохо, а парень-то соображает!
Неверно истолковав «уважительный» взгляд Мотидзуки Яо, Осима Юко осталась крайне довольна: наконец-то нашелся кто-то, кто при первой же встрече не счел ее несовершеннолетней!
— Что вы, что вы, вы сразу кажетесь человеком, заслуживающим глубокого уважения.
Мотидзуки Яо чувствовал себя бездушным статистом в театре абсурда, выдумывая комплименты на ходу.
— Поль-польена... Парень, а язык подвешен, мне это нравится! Буду тебя прикрывать.
Осима Юко картинно уперла руки в боки, пытаясь выглядеть солиднее, а затем протянула руку, собираясь похлопать Мотидзуки Яо по плечу.
Мотидзуки Яо тут же поспешно поклонился: эта дама — его главный наставник на ближайшие три года, стоит задобрить ее, и дальше учиться станет гораздо проще.
— Угу, неплохо... Кхм, чуть не забыла о главном! Скоро начнется церемония, ты будешь представлять первокурсников и произнесешь приветственную речь.
— Разве это не должна быть Микадзуки Мио из первого класса «Б»?
Мотидзуки Яо все же не удержался от вопроса.
— По баллам у вас с ней ничья, в прошлый раз из уважения к девушкам выступала она, так что теперь твоя очередь. Эй, парень, только попробуй опозорить наш класс!
— Насчет речи... господин Осима, может, заменим меня кем-нибудь другим?
Мотидзуки Яо терпеть не мог подобные хлопоты, особенно когда требовалось красоваться на публике.
— Ты так думаешь, Мотидзуки-кун?
Осима Юко снова собралась похлопать Мотидзуки Яо по плечу, но тот, погруженный в свои мысли, даже не заметил этого. Ей пришлось приподняться на цыпочки, вытянуть руку и, помедлив секунду, хлопнуть его по локтю.
Мотидзуки Яо и впрямь завис, поскольку перед его глазами обновился системный интерфейс.
[Дзинь! Выставлено временное задание.]
[Содержание задания: Скоро начнется скучная церемония поступления, но у воодушевленных первокурсников совершенно нет желания в ней участвовать. Подготовьте речь, которая взбодрит этих клонящихся ко сну новичков.]
[Сложность задания: Класс C]
[Ограничение по времени: Три часа]
[Ограничение задания: Запрещено вызывать жалость к себе]
[Награда за задание: ±1,000,000 иен] Подробнее
Мотидзуки Яо слегка встревожился: задание класса C выпало ему впервые, да и этот знак «±» выглядел пугающе.
[Подробнее: Если после окончания речи более 75% учеников заразятся боевым духом и получат статус «Успех», награда составит 1 000 000 иен; в противном случае задание будет считаться «Провальным», и с баланса спишется 1 000 000 иен.]
Мотидзуки Яо бросил взгляд на свои два миллиона, заработанные на продаже мяса, и напряглся: тут еще и такие подвохи бывают?
— Господин Осима, пожалуйста, позвольте мне обязательно выступить с речью!
— Хочешь отказаться? Э-э? А... ладно, хорошо.
Осима Юко с удивлением посмотрела на этого симпатичного очкарика, который был выше ее самой: в этот момент от него вдруг повеяло невероятной решимостью, он выглядел смертельно серьезным.
— Господин Осима, насчет речи — есть ли какие-то правила по ее содержанию?
— Никаких, главное — вдохновляй людей. Только не устраивай публичных признаний в любви, как в аниме.
— Я понял, господин Осима, тогда я пойду.
— Мотидзуки-кун, сначала зайди в комнату подготовки у главной сцены, отметься. И не волнуйся, иди.
Мотидзуки Яо вышел из учительской. Ситуация застала его врасплох, но все же находилась под контролем.
Он направился прямиком к главному залу. Народу там уже прибавилось: ученики из разных классов, услышав по радио призыв, стекались к месту сбора, создавая оживленную суету.
Поколебавшись секунду, Мотидзуки Яо все же подошел к двери комнаты подготовки у главного зала и постучал.
— Войдите.
Едва Мотидзуки Яо переступил порог, как собеседник опередил его:
— Ты тот самый Мотидзуки Яо, занявший первое место на экзаменах? Я читал твое личное дело.
Это был ученик старших классов с на редкость спокойным и собранным выражением лица. Окинув Мотидзуки Яо взглядом, он слегка смягчился.
— Здравствуйте, я Мотидзуки Яо. Прошу прощения, а вы... старшеклассник?
— Ученик третьего курса, Сакамото Сатору.
— Сакамото-кун — президент студсовета академии Соурю.
Словно опасаясь, что Мотидзуки Яо проявит неуважение к старшему товарищу, стоявшая рядом девушка поспешила вмешаться.
— Я секретарь студенческого совета, Ханами Юкинэ.
Фиолетововолосая девушка вела себя столь же изысканно, сколь и при первой встрече.
— Здравствуйте, старшие.
— Мотидзуки-кун зашел ознакомиться с порядком проведения церемонии?
— Именно так.
— Ритуал церемонии следующий: сначала речь произносит директор, затем...
— Затем слово берется президент студсовета Сакамото-кун, после него выступает Мотидзуки Яо.
— В завершение — принятие присяги, после чего церемония объявляется закрытой.
Мотидзуки Яо мысленно отметил: его выступление идет сразу после речи президента студсовета Сакамото Сатору, главное — запомнить этот порядок.
В 9:30 церемония поступления в Частную академию Соурю официально началась.
Директор с залысиной произнес приветственную речь для новичков, на сцене также присутствовала председатель правления Сакураи.
Глядя на аккуратные ряды классов первокурсников в зале и слушая бодрую речь директора, Мотидзуки Яо постепенно почувствовал, как в глазах у него начинает рябить от недоумения.
Церемония шла гораздо быстрее, чем он предполагал: прошло всего около часа, как на сцену вызвали президента студсовета.
Опершись обеими руками о трибуну, Сакамото Сатору заговорил зычным голосом:
— Я президент студенческого совета Сакамото Сатору, от лица всей Частной академии Соурю я приветствую поступивших в этом году первокурсников.
— Прежде всего, позвольте поздравить вас с тем, что вы выделились среди сотен тысяч выпускников средних школ и завоевали право учиться в нашей академии. Вы заслуживаете глубокого уважения.
— Во-вторых, я надеюсь, что после поступления вы сохраните прежний настрой. Конкуренция здесь гораздо острее, чем за стенами школы, поэтому прошу вас стойко переносить одиночество и не расслабляться.
— Наконец, наша академия славится во всем мире своим индивидуальным подходом к обучению и единством знаний с практикой. Желаю вам за предстоящие три года овладеть полезными знаниями и научиться применять их на практике.
На этом всё.
Наблюдая за тем, как Сакамото Сатору заканчивает речь под нескончаемые аплодисменты зала, Мотидзуки Яо проникся искренним уважением.
— А теперь слово предоставляется представителю первокурсников, ученику первого класса «D» Мотидзуки Яо.
Услышав наконец объявление секретаря студсовета Ханами Юкинэ, Мотидзуки Яо зашагал к трибуне.
— Всем привет, я первокурсник Мотидзуки Яо, прибыл из первого класса «D».
Его голос звучал спокойно и размеренно, словно он рассказывал какую-то историю.
— Всего полчаса назад, точно так же, как и все вы, я сидел в классе и мечтал о будущем, пока господин Осима не сообщила мне, что я должен выступить с этой речью — в качестве представителя новобранцев.
— Сначала я хотел отказаться, потому что у меня не было никакой подготовки. Прямо как сейчас — даже заготовки речи нет.
В зале кто-то тихонько хихикнул.
— Но ровно до того момента, пока наша солидная и серьезная учительница не попыталась подпрыгнуть и отвесить мне затрещину. Тогда-то я и понял, что подниматься на сцену придется. Ведь... некоторые вещи просто необходимо сделать.
— В конце концов, на кону стоит гордость обладателя первого места, я не могу позволить ей покрыться позором.
Мотидзуки Яо сменил ровный тон на уверенный, и его аура мгновенно взмыла вверх.
— И вот я стою здесь, прямо сейчас.
— Большинство из нас приехали из самых разных уголков страны. Ради нашего будущего мы оставили родителей, простились с друзьями.
— Мы выбрали Частную академию Соурю не потому, что здесь легко учиться, а потому, что здесь собираются гении и царит дикая конкуренция!
— Именно потому, что мы выбрали эту академию, выбрали соперничество с лучшими умами нашего возраста и решили смотреть трудностям прямо в глаза...
— Здесь мы не боимся поражений, не боимся испытаний и даже не боимся исключения.
— Потому что мы верны своему выбору и идем к цели напролом.
— На этом всё.
Закончив речь, Мотидзуки Яо слегка поклонился.
В зале воцарилась абсолютная тишина, не было слышно ни хлопка.
— Да ладно, неужели? Я же использовал квинтэссенцию речей одного известного оратора!
— Хлоп... хлоп-хлоп...
Кто-то неуверенно начал аплодировать, звук прозвучал несколько резко. Но уже через мгновение по рядам пронеслась цепная реакция: аплодисменты нарастали лавиной и наконец перекинулись на всех первокурсников, заставив аудиторию содрогнуться от оваций.
Бурные аплодисменты не утихали несколько минут, сердца людей еще долго не могли успокоиться...
Глядя на горящие решимостью глаза сотен новичков, Мотидзуки Яо лениво улыбнулся, скромно скрыв свою причастность к триумфу.
Отлично, боевой дух на высоте!
Наблюдая за тем, как Ханами Юкинэ объявляет об окончании церемонии, Мотидзуки Яо услышал знакомый звук «дзинь» и наконец позволил себе расслабиться.
[Временное задание: Экспромт (класс C) выполнено, награда выдана.]
[1 000 000 иен поступили на счет.]
Подводя итог этой речи, Мотидзуки Яо пришел к выводу: в условиях форс-мажора он явно переборщил с пафосом.
В конце концов, «деньги его не интересуют, а на сцену он поднялся исключительно ради саморазвития».
Кхм-кхм, разве он из тех, кто станет переживать из-за каких-то жалких двух миллионов ста одиннадцати тысяч четырехсот двадцати иен?
Посмотрев на экран телефона с уведомлением о балансе в 3 114 200 иен, Мотидзуки Яо внезапно подумал, что временные задания — это не так уж и плохо.
Хотя к этому моменту часть учеников в зале уже опомнилась, гадая, почему они вдруг так загорелись от банальных нравоучений Мотидзуки Яо.
Разумеется, сам Мотидзуки Яо им об этом рассказывать не собирался.
Наконец церемония официально подошла к концу.
Поскольку приближалось время обеда, руководство школы прямо объявило о роспуске всех по классам.
Вместе с толпой Мотидзуки Яо вернулся в класс и достал из парты два бенто.
По старой привычке он направился в комнату подготовки, чтобы разогреть еду.
В конце концов, в отличие от остальных, его «бенто» немного отличалось от обычного.
Бросив взгляд на телефон, Мотидзуки Яо обнаружил пуш-уведомление от приложения Великолепная госпожа. Раскрыв его, он увидел всего два слова: «На крыше».
— Дзинь!
Микроволновая печь завершила разогрев.
Следуя указаниям, Мотидзуки Яо поднялся на верхний этаж корпуса «А».
— И вот я стою здесь, прямо сейчас... — с чувством и выражением продекламировала Микадзуки Мио, пародируя недавнюю знаменитую сцену.
— Добрый день, госпожа Микадзуки Мио.
Главное — не испытывать неловкости самому, тогда неловко станет окружающим.
— Потому что мы... верны своему выбору и идем к цели напролом! — Микадзуки Мио вскинула руки вверх с предельно серьезным выражением лица.
(«Ладно, неужели я со стороны выглядел настолько глупо?» — Мотидзуки Яо торопливо отвернулся.)
— Добрый день, Сакуя-сан, школьная форма вам очень к лицу.
Заметив одетую в школьную форму горничную Игараси Сакую, Мотидзуки Яо слегка удивился — похоже, она тоже поступила сюда.
— Добрый день, Мотидзуки-кун, вы так неуклюже пытаетесь сменить тему.
Хотя горничная Сакуя не улыбалась, по ее лицу было прекрасно видно, что она с трудом сдерживает смех.
— Обстоятельства были внезапными, да и говорил я чистую правду.
Мотидзуки Яо все еще надеялся спасти свою репутацию.
— Судя по эффекту от выступления, успех действительно был оглушительным.
Вспомнив реакцию окружающих, Микадзуки Мио вынесла свой вердикт.
— Но с точки зрения шеф-повара, у вас, кажется, замашки на узурпацию трона? Вы случайно не планируете стать президентом какой-нибудь страны, чтобы вас пристрелили?
Прищурившись, Микадзуки Мио окинула Мотидзуки Яо оценивающим взглядом.
— Яо-кун, похоже, раньше я тебя недооценивала?
Мотидзуки Яо изумленно моргнул: что это за поворот сюжета?
— В конце концов, на кону стоит гордость обладателя первого места, я не могу позволить ей покрыться позором.
Эта вредная девчонка использовала его собственные слова, чтобы подколоть его — в конце концов, она ведь тоже заняла первое место.
— Фу-фу, я удовлетворена. Садимся обедать.
Вдоволь поиздевавшись над Мотидзуки Яо, Микадзуки Мио почувствовала себя прекрасно.
Только теперь Мотидзуки Яо заметил, что на крыше корпуса «А» откуда-то появились обеденный стол и большой раскрытый зонт от солнца.
Какого черта, этот стиль явно не вяжется с атмосферой Академии Соурю!
Стоило открыть крышку бенто, как перед глазами присутствующих предстали четыре золотистых шарика.
— Ого. Сегодня у нас... фрикадельки? Какие огромные...
Микадзуки Мио была приятно удивлена: она думала, что Мотидзуки Яо снова приготовит тушеную свинину.
— Прошу прощения, госпожа.
Сакуя тут же шагнула вперед, чтобы взять образец на пробу, и спустя пять минут подтвердила:
— Всё в порядке, госпожа может есть.
— Приятного аппетита.
Микадзуки Мио, уже давно сидевшая на иголках, палочками ухватила маленький кусочек.
— Н-н-м, вку-у-усно!
В отличие от тушеной свинины с ее насыщенным ароматом, нежные, сочные и хрустящие снаружи фрикадельки «Сыси» раскрывали весь свой вкус лишь после того, как в них вгрызешься.
— Пальчики оближешь... Сакуя, попробуй тоже.
— Госпожа, это противоречит правилам...
— Ой, Сакуя, не будь такой занудой, давай, а-а-ам...
— М-м, вкусно.
Отведав кусочек, Сакуя посмотрела на Мотидзуки Яо совершенно другим взглядом.
— Неудивительно, что госпожа предпочла выкупить Мотидзуки-куна за такую баснословную цену.
Сакуя, кажется, о чем-то задумалась, после чего бесстрастно произнесла:
— Эй, это когда это меня успели продать?
Мотидзуки Яо такое заявление явно не понравилось: что за странные формулировки?
Впрочем, неважно, сначала надо поесть.
Мотидзуки Яо открыл свой собственный контейнер, и оттуда тут же вырвался густой, пряный и насыщенный аромат.
—…
Две пары любопытных глаз уставились прямо на его порцию.
— Этот мапо тофу жутко острый, вам такое не осилить.
— Яо-кун, какой ты жадина.
http://bllate.org/book/24050/2763221
Готово:
