Ли Му одной рукой сдерживал поводья, а другой внимательно осматривал двух юношей перед собой. Увидев, что оба они с ног до головы покрыты кровью, но при этом не имеют ни единой царапины, он довольно кивнул.
Особенно пристально Ли Му вгляделся в Линь Ваньюэ, которая несла на спине его боевой лук. В этот момент к чувству удовлетворения примешалось искреннее восхищение. Ли Му не забыл, как она натянула его лук в два ши, как без колебаний бросилась в бой, сжимая в руках копье, и как теперь стоит перед ним, вся в чужой крови, но невредимая. Все это вызывало у него глубокое уважение.
Конечно, было и нечто более важное: как человек, прошедший через множество сражений, Ли Му остро чувствовал в этой девушке боевой дух, которого недоставало многим бывалым воинам.
— Вечером, после того как разобьем лагерь, приходите ко мне в главную палатку, — бросил Ли Му, дернул поводья и развернул коня. Уезжая, он еще раз взглянул на Линь Ваньюэ. Ему все не давало покоя странное чувство, что этот юноша кажется ему знакомым...
Слова Ли Му были отчетливо слышны всем уцелевшим солдатам. В одно мгновение Линь Ваньюэ и Линь Юй оказались в центре всеобщего внимания. На них смотрели с самыми разными чувствами: завистью, ревностью, досадой...
Одни думали: Лично позвал великий маршал! Такое счастье выпадает не каждому, теперь эта парочка пойдет в гору.
Другие рассуждали иначе: Все выжили в этой мясорубке, так почему же вся удача досталась именно этим двоим?
Сами же виновники переполоха, казалось, не осознавали, что стали объектом всеобщего внимания. После короткого замешательства Линь Юй в восторге схватил Линь Ваньюэ за плечи и закричал, точно ребенок:
— Брат! Нас позвал великий маршал! Великий маршал хочет нас видеть! Брат, ты слышал!? Он лично хочет встретиться с нами!
Линь Ваньюэ лишь безучастно позволяла трясти себя. Она хотела изобразить на лице ответную радость, но как ни старалась, не смогла.
***
По приказу Ли Му отряды приступили к уборке поля боя, готовясь сниматься с места и продолжать путь — до темноты нужно было дойти до места новой стоянки.
Линь Ваньюэ выдернула свое копье из тела сюнну, и труп, лишившись опоры, тяжело рухнул на землю. Она стерла с древка липкую кровь и пнула тело врага в сторону. Подойдя к дереву, кора которого была густо забрызгана кровью, она коснулась рукой глубоких отметин — это были следы от ее собственного копья.
Лишь сейчас в сердце Линь Ваньюэ прокрался холодный страх: если бы Линь Юй опоздал хоть на миг, она была бы уже мертва.
Это было странное, двоякое чувство, смесь облегчения и горьких размышлений. Облегчение от того, что она снова избежала смерти. И мысли о том, что, если бы она тогда погибла, это, пожалуй, стало бы неплохим концом. Две эти идеи боролись в ее душе, терзая ее.
— Эй, брат, я Ван Дали из второго отделения!
Мысли Линь Ваньюэ прервались. Рядом стоял коренастый детина в пехотной форме. Его одежда, хоть и не новая, была подозрительно чистой, а сам он скалился в широкой улыбке.
Линь Ваньюэ холодно хмыкнула и, проигнорировав дружелюбие незнакомца, молча отошла. Она не видела, как лицо Ван Дали побагровело от гнева, а в глазах вспыхнула ярость.
Поле боя было быстро расчищено. Две горы трупов — сюнну и воинов государства Ли — возвышались почти на одинаковую высоту. Линь Ваньюэ смотрела на них, и на душе становилось тяжело: в этой битве их сторона не получила никакого преимущества, потери были почти равны.
Она горько усмехнулась: именно из-за таких, как Ван Дали, которые после боя остаются в чистой одежде, и случаются такие огромные потери! Настоящие воины идут в первых рядах, а в итоге им даже гроба не достается, тогда как славу за победу забирают себе подобные люди.
Даже в войске такого просвещенного полководца, как Ли Му, после внезапного столкновения на марше не было возможности похоронить каждого павшего воина. Тыловые службы собрали с грудей погибших окровавленные именные таблички, и по взмаху руки генерала обе горы трупов были подожжены.
Отряд Линь Ваньюэ снова двинулся в путь. Позади догорали тела, наполняя воздух тяжелым, тошнотворным запахом, который пропитал каждого выжившего.
До захода солнца они добрались до места стоянки. Тыловики очистили собранные деревянные таблички и развесили их на специальном стенде в лагере. Линь Ваньюэ пришла на это безлюдное место и села перед стеллажом, усеянным табличками — свидетельствами оборвавшихся жизней.
Ветер колыхал таблички, заставляя их тихонько звенеть при столкновении друг с другом. Время от времени их отправляли в город, чтобы вывесить на доске объявлений в надежде, что семьи заберут их домой.
У Линь Ваньюэ тоже была такая табличка. На лицевой стороне значились ее отряд и имя, на обороте — округ Дацзэ, деревня Чаньцзюань. Она знала: в Чаньцзюань не осталось никого, кроме нее.
Часто, когда наступала глубокая ночь, она выходила из палатки, смотрела на звезды и думала: если однажды от нее останется только эта табличка, если ее вывесят на городской доске, найдется ли хоть кто-то, кто не вынесет вида бесхозного куска дерева и сжалится, чтобы предать его земле?
— Брат, я обыскал весь лагерь, а ты здесь!
Линь Юй издалека увидел одинокую фигуру брата, застывшего перед длинным рядом табличек. Он тихо вздохнул: даже если Линь Ваньюэ не была мастером слова и никогда не заводила друзей, он знал, что его старший брат вовсе не холоден душой.
Линь Юй хотел позвать его к Ли Му, но, увидев состояние брата и вспомнив, как странно тот вел себя сегодня на поле боя, решил повременить. Он сел рядом и притих. Ветер продолжал дуть, и от этого бесконечного звона табличек в душе Линь Юя тоже разлилась тоска.
— Брат, — не удержался он, — как думаешь, моя табличка тоже будет висеть здесь?
— Что за чепуху ты несешь? Не будет! — твердо отрезала Линь Ваньюэ.
— Брат, серьезно. Если я умру, не оставляй меня здесь. Моя семья из поколения в поколение служит в армии. Мой отец и так остался с одной ногой, если он будет прыгать на костылях через полстраны, чтобы забрать меня, я себе этого не прощу.
— Я же сказала — не будет!
Линь Юй не обратил внимания на ее тон и улыбнулся:
— Если это случится, забери мою табличку. Когда мы окончательно победим, сам отвезешь ее отцу и скажешь ему, что я не посрамил род Линь.
Видя, что Линь Юй настаивает, Линь Ваньюэ ответила:
— Если моя табличка окажется здесь, ты возьми ее вместе с той дощечкой, что я тебе показывала, и отвези в деревню Чаньцзюань, сожги их там. Мне еще хуже, чем тебе, у меня вся деревня вымерла. Если и ты погибнешь, мою табличку будет некому забрать. Так что живи, ты должен будешь позаботиться о моем погребении.
— Тьфу, тьфу, тьфу! Брат, ты невыносим! Я же пошутил, не бери в голову. Лучше нам обоим остаться в живых и вместе совершить великие дела. А когда я женюсь, мой сын будет твоим сыном, а мой отец — твоим отцом! Пошли, нас ждет маршал.
Линь Юй поднял брата с земли, отряхнулся и, улыбаясь, направился к палатке Ли Му.
— Докладываю! Солдаты пехотного отряда Б, третьего и четвертого отделений, Линь Фэйсин и Линь Юй, явились по приказу!
— Входите!
Ли Му ждал их внутри. Они вошли, плечом к плечу, и скованно замерли перед ним. Маршал внимательно разглядывал их юные лица.
— Кажется, я где-то вас видел? — спросил он, глядя на Линь Ваньюэ.
Та тут же опустилась на колени:
— Линь Фэйсин хочет поблагодарить великого маршала. Два года назад, когда я записывалась в армию, у меня не было статуса военного, и это вы, маршал, сделали исключение, позволив мне служить и даровав этот статус. Благодарю за ваше милосердие!
Ли Му припомнил: три года назад действительно был такой случай с сиротой из Чаньцзюань, который во что бы то ни стало хотел в армию. Таких историй было много, и он тогда согласился — негоже ребенку скитаться. Но он и представить не мог, что спустя два года этот мальчишка не только выжил, но и натянул его лук в два ши!
Ли Му погладил бороду, с довольным видом посмотрел на Линь Ваньюэ и притворно строго спросил:
— Линь Фэйсин, знаешь ли ты, в чем твоя вина?
***
После слов Ли Му Линь Ваньюэ застыла на коленях, опустив голову, ее лицо выражало крайнюю растерянность. Линь Юй, испугавшись, что брата накажут, хотя и не понимал причины, без колебаний опустился рядом.
Ли Му, глядя на двух дрожащих юношей, не выдержал и улыбнулся. Когда-то у него самого были такие верные товарищи, готовые разделить любую беду. Реакция Линь Юя тронула его.
Он протянул руку, помогая им встать:
— Помню, недавно в лагере Фэйюй был набор командиров, одним из условий было умение натянуть лук в два ши. Почему я не видел тебя среди подавших заявку, Линь Фэйсин?
Линь Ваньюэ изо всех сил старалась сохранить невозмутимое выражение лица. Сердце бешено колотилось, пока она не поняла, что Ли Му не раскрыл ее истинную личность. Она с облегчением выдохнула.
— Виноват, — тихо проговорила она, снова опускаясь на колени.
Ли Му снова поднял ее:
— Неужели я такой страшный, что вы оба то и дело падаете передо мной на колени? Знаешь ли ты, что черный лук у тебя за спиной раньше принадлежал мне? Я списал его, потому что корпус треснул и точность упала. Не ожидал, что ты сможешь его натянуть и уложить с его помощью двух сюнну. Вставай, давай поговорим.
— Слушаюсь.
— Благодарю, великий маршал.
Ли Му вернулся на свое место:
— Я хочу услышать, что вы думаете о сегодняшнем сражении.
В голове Линь Ваньюэ тут же пронеслось множество мыслей. Она открыла рот, но разум вовремя остановил ее, и она проглотила все, что хотела сказать.
Ли Му пристально наблюдал за ней. Он искренне восхищался этим худощавым юношей. Ему казалось, что, несмотря на отсутствие внешней силы, в этом парне есть нечто особенное, особенно в бою против сюнну — в нем просыпался врожденный боевой дух. Если бы у него еще был стратегический ум, Ли Му непременно взял бы его под свое крыло. Скоро в государстве Ли появился бы еще один талантливый молодой полководец!
— Линь Фэйсин, ты, кажется, хотел что-то сказать? — спросил он, заметив нерешительность.
Линь Ваньюэ в изумлении распахнула глаза. Проницательность маршала пугала — казалось, от него невозможно ничего скрыть. Инстинкт самосохранения шептал: беги!
Линь Юй хотел было высказаться, но Ли Му жестом велел ему ждать. Хотя Линь Юй почувствовал легкое разочарование, оно тут же улетучилось, сменившись радостью за брата. В палатке было очевидно: маршал крайне благоволит к его брату!
Если бы это был кто-то другой, Линь Юй, возможно, затаил бы обиду или попытался перебить маршала, чтобы выставить себя в лучшем свете. Но это был Линь Ваньюэ. Линь Юй не испытывал ни капли зависти. Брат не раз спасал ему жизнь, и за два года в армии Линь Юй видел, как тот старается. Его качества вызывали у Линь Юя глубокое уважение.
— Брат, давай же, маршал спрашивает тебя! — Линь Юй слегка толкнул его локтем.
Почувствовав прикосновение, Линь Ваньюэ словно ухватилась за спасительную соломинку. Она подняла голову и пристально посмотрела на Линь Юя, а затем повернулась к Ли Му:
— Докладываю, маршал. По пути сюда мы с Линь Юем обсуждали ситуацию. Я считаю, что нападение сюнну было внезапным, им срочно нужно зерно на зиму. Однако у нас с Линь Юем возникли разногласия. Он считает, что это была спланированная атака. Мы воюем с сюнну много лет, и все знают, что они привыкли нападать наскоком и сразу отступать. Но сегодня, когда мы уже перехватили инициативу, Линь Юй услышал странный звуковой сигнал, после которого сюнну начали организованно отходить. Когда он сказал мне об этом, меня словно осенило...
Слова Линь Ваньюэ заставили обоих присутствующих изумленно замереть. Линь Юй вытаращил глаза: он не понимал, почему брат говорит такое, ведь он сам не слышал никакого сигнала! Но, выслушав анализ, он был потрясен — только сейчас он осознал, какая пропасть лежит между ними.
Линь Юй почувствовал досаду и стыд. Он не понимал, что делает брат. Это же такой шанс! Маршал лично принимает их, это выпадает не каждому!
Ли Му тоже был удивлен. Он считал Линь Фэйсина талантливым, но теперь понял, что ошибся в том, кто именно здесь настоящий стратег! Если то, что сказал Линь Фэйсин, правда, то Линь Юй — это скрытый дракон!
Маршал вздохнул: даже его адъютант не заметил ничего странного в том сигнале. Но после слов этого юноши Ли Му понял, что его смущало: сюнну никогда раньше не обладали такой дисциплиной!
Он перевел взгляд на Линь Юя с восторгом и глубоким уважением:
— Линь Фэйсин говорит правду?
Линь Юй встретился с его горящим взглядом и открыл рот... Вдруг он почувствовал, как Линь Ваньюэ, с той стороны, где не видел маршал, легонько пихнула его. Линь Юй посмотрел на брата, но тот не смотрел на него.
— Да! — кивнул Линь Юй.
— Ха-ха-ха, отлично! — Ли Му радостно хлопнул по столу. — Хорошо! А скажи-ка мне, как ты думаешь, почему наши обученные войска годами воюют с варварами сюнну и никак не могут получить преимущество?
Линь Юй почувствовал, как в голове пустота. Мысли мелькали, но стоило ему открыть рот, как они исчезали.
— Маршал, прошу прощения за бестактность, я еще не поблагодарил вас за подаренный лук. Впредь я буду сражаться изо всех сил, чтобы отплатить вам! — вдруг вклинилась Линь Ваньюэ.
Ли Му недовольно нахмурился, взглянул в ее ясные глаза и вздохнул — жаль, но ругать за бестактность не стал. А Линь Юй, услышав слова брата, внезапно все понял. Он вспомнил, что тот говорил ему у кучи оружия!
На душе стало горько и стыдно: если бы это был брат, он бы сейчас блестяще ответил на все вопросы маршала. А он сам может лишь повторять за ним...
Подавив стыд, Линь Юй посмотрел на Ли Му:
— Докладываю, маршал, дело в оружии...
***
За одну ночь в лагере Ли Му поднялся настоящий вихрь. Имена Линь Юя и Линь Ваньюэ прогремели на все войско. Все солдаты обсуждали: кто же эти двое, что удостоились такой чести от самого великого маршала?
Линь Юй был произведен в Ланцзяны авангарда с жалованием сотника, а Линь Ваньюэ — назначена командиром отряда Фэйюй.
Со всех сторон посыпались любопытные взгляды, нашлись и те, кто хотел заискивать. Но Линь Юй и Линь Ваньюэ, которые всегда были неразлучны, внезапно отдалились друг от друга.
Тем же вечером, выйдя из палатки, Линь Юй потребовал объяснений, на что Линь Ваньюэ ответила лишь:
— Поверь мне, для меня это лучший исход.
Линь Юй не мог принять такой ответ. Он знал способности брата, а сегодня в палатке лишь убедился в его стратегическом уме. Он думал, что брату просто нужен шанс, но теперь, когда этот шанс появился, Линь Ваньюэ отдала его ему.
В ночной тьме они впервые поссорились. Вокруг было так темно, что Линь Юй не мог разглядеть выражения лица Линь Ваньюэ.
http://bllate.org/book/24012/2752805
Готово:
