Палящее солнце палило прямо над головой, отчего одежда давно прилипла к телу, пропитавшись потом. Фу Байчжи взглянула на двух бойцов, увлеченно сражавшихся на арене, и тяжело вздохнула. Она искренне жалела, что сама же назначила межклановый турнир на такой знойный день, в итоге сама же от него и страдала.
На арене как раз разгар схватки, все вокруг затаили дыхание, следя за каждым движением. Пожалуй, только Фу Байчжи витала в облаках. Громкие крики толпы вернули её к реальности, и она машинально посмотрела на помост. Увидев, как один из учеников клана, сложив руки в приветственном жесте, сошел вниз, она перевела взгляд на его соперника.
Прошло несколько месяцев, раны Хуа Еюй наконец затянулись, не оставив ни последствий, ни хворей. Всё это время Фу Байчжи под предлогом заботы часто расспрашивала её о тайных свитках. Конечно, она не была настолько глупа, чтобы спрашивать напрямую, а действовала исподтишка, уточняя непонятные ей фразы или иероглифы, которые потом помечала у себя.
За этот период Фу Байчжи наконец освоила основы внутренней энергии. Она поняла: даньтянь — это средоточие дыхания и силы, а само мастерство заключается лишь в том, чтобы преобразовывать внутреннюю энергию в мощь и, концентрируя её, направлять по меридианам туда, где она необходима. Разобравшись с азами, она усердно штудировала найденный свиток. И хотя теперь она могла ловко владеть мечом и управлять дыханием, её не покидало чувство, что свиток не так уж и божественен, как описывалось в легендах — иначе почему, прозанимавшись несколько месяцев, она до сих пор не стала великим мастером?
— Еюй, твои приемы лишены лишней вычурности, а владение внутренней силой безупречно. Похоже, твое здоровье полностью восстановилось, — подал голос Лу Юань. Если предыдущих учеников он критиковал, указывая на огрехи, то Хуа Еюй осыпал похвалами. Увидев, как та скромно опустила голову, а на её бледных щеках выступили капельки пота, Фу Байчжи в душе порадовалась, что сегодня ей не нужно выходить на бой.
В оригинальном сюжете именно этот турнир стал началом вражды между Хуа Еюй и той дурой Лу Цзили. По идее, старшим ученикам, Лу Цзили и Лу Хэну, участвовать в состязаниях было не обязательно, но Лу Цзили, услышав похвалу наставника в адрес Хуа Еюй, из ревности к её главной роли сама вызвалась на бой. Итог был предсказуем: сокрушительное поражение, позорный вылет с арены под ударом Хуа Еюй и некрасивая истерика на глазах у всех.
Именно после того случая показная мягкость Лу Цзили перестала работать. Ученики клана словно подменили: они перестали ею восхищаться и начали игнорировать, перенеся всю свою любовь и преданность на Хуа Еюй. Каждый раз, вспоминая это, Фу Байчжи не могла не выругаться на глупость Лу Цзили, но, подумав, что сама же этот сюжет и придумала, почувствовала к ней некоторую жалость.
Теперь, когда она сама заняла это тело, Фу Байчжи, зная, что должно произойти, конечно, не собиралась напрашиваться на поединок. Не будешь драться с Хуа Еюй — не потеряешь лицо. Однако, как бы хорошо Фу Байчжи всё ни просчитала, против так называемой судьбы не попрешь. Как раз когда она отвлеклась, раздался голос Лу Юаня, донесшийся с главного места, и Фу Байчжи потребовалось время, чтобы прийти в себя.
— Что такое? Чего ты ждешь? Как старшая ученица, иди и наставь свою младшую сестру, проведи с ней спарринг.
Лу Юань назвал имя именно её, точнее, той, в чьем теле она сейчас находилась — Лу Цзили. Она никак не ожидала, что наставник вдруг прикажет ей сразиться с Хуа Еюй. Взглянув на девушку на арене, которая подняла на неё глаза, Фу Байчжи перебрала в голове сотни отговорок, но поняла, что ни одна не сработает.
— Наставник, я сегодня неважно себя чувствую, может быть, пусть старший брат...
— Довольно. Я знаю, что в последнее время вы с ней сблизились, и ты боишься навредить ей. Но её мастерство уступает твоему, тебе не нужно сражаться в полную силу, просто покажи пару приемов и заканчивай. Живее на арену.
— Ученица... слушается.
Понимая, что выбора нет, Фу Байчжи с тяжелым сердцем поднялась на помост. Стоя рядом с Хуа Еюй, она заметила на её лице остатки пота, но, как ни странно, от неё не пахло потом — напротив, её естественный аромат стал лишь насыщеннее. Вдыхая этот сливочный запах, Фу Байчжи сглотнула, собираясь что-то сказать, но в итоге промолчала.
Она прекрасно понимала, что её мастерство сейчас уступает мастерству Хуа Еюй, да и прежняя хозяйка этого тела вряд ли смогла бы её одолеть. Она надеялась избежать этой участи, но, видимо, судьбу не изменить. Нахмурившись, Фу Байчжи сжала деревянный меч, чувствуя, как на душе становится горько.
— Старшая сестра, я в искусстве боя не сильна, надеюсь, вы будете снисходительны, — тихо проговорила Хуа Еюй, заметив напряжение собеседницы. Она и сама не ожидала, что ей придется сразиться с Фу Байчжи. За эти дни их отношения заметно улучшились, и Хуа Еюй до сих пор не понимала, почему первая ученица клана вдруг стала такой бестолковой в боевых искусствах, но расспрашивать не решалась. Сейчас, оказавшись друг против друга, она видела нежелание Фу Байчжи сражаться и сама не хотела побеждать.
— Хорошо, начнем, — негромко ответила Фу Байчжи и, схватив деревянный меч, бросилась вперед. С первых же выпадов Хуа Еюй поняла, что стойка у соперницы крайне неустойчивая, а приемы — лишь пустая форма без силы. Несмотря на это, Хуа Еюй не стала контратаковать, а лишь делала вид, что с трудом уворачивается. Заметив это, Фу Байчжи облегченно выдохнула, и симпатия к младшей сестре в её сердце только возросла.
Какая же милая младшая сестра, догадалась поддаться, не зря я так о ней забочусь.
Убедившись, что Хуа Еюй не будет нападать, Фу Байчжи расслабилась. Используя освоенную за эти дни внутреннюю энергию, она начала нарочито вычурно выполнять приемы. В конце концов, они обе отбросили мечи и перешли на рукопашный бой, что теперь действительно походило на дружескую тренировку, а не на турнир.
Уклонившись от удара ногой, Фу Байчжи довольно усмехнулась про себя. Она отступила на пару шагов, намереваясь поставить точку в этом фарсе, но, пятясь, случайно наступила на брошенный ранее деревянный меч и подвернула ногу. Острая боль заставила её поморщиться, тело потеряло равновесие, и она начала заваливаться назад. Хуа Еюй, которая в этот момент как раз наносила удар ладонью, никак не ожидала такого поворота событий.
Она изо всех сил попыталась сдержать удар, но успела погасить лишь часть инерции, и рука всё же легко коснулась плеча Фу Байчжи. В обычных условиях этот шлепок без вложенной энергии не причинил бы никакого вреда, но Фу Байчжи уже потеряла равновесие и, не удержавшись, полетела с арены. В момент падения она увидела в глазах Хуа Еюй жалость и раскаяние и про себя прокляла этот чертов сценарий.
Даже если она просчитала всё до мелочей, неужели от судьбы всё равно не уйти?
http://bllate.org/book/23969/2746623
Готово:
