На следующий день съёмки продолжились.
Сегодняшним заданием был «семейный пикник»: каждая семья должна была сама приготовить еду, а потом устроить пикник на траве.
Ло Сюнь и Фу Чэнъянь готовили сэндвичи.
Ло Сюнь резал хлеб, Фу Чэнъянь укладывал начинку.
Рука Ло Сюня всё ещё немного дрожала, поэтому ломтики хлеба получались разной толщины. Но он работал очень внимательно, медленно отрезая кусок за куском.
Фу Чэнъянь рядом выкладывал начинку: лист салата, ломтик ветчины, ломтик сыра, ещё один лист салата, а сверху второй кусок хлеба. Закончив каждый сэндвич, он серьёзно проверял, равномерно ли распределена начинка.
В итоге они сделали четыре сэндвича. Выглядели те не особенно красиво, зато очень аппетитно.
Во время пикника Фу Чэнъянь протянул Ло Сюню самый большой.
— Папочка, ешь этот. Он самый большой.
Ло Сюнь взял его, откусил и кивнул:
— Вкусно.
Фу Чэнъянь улыбнулся, взял себе другой и стал есть маленькими кусочками.
Они сидели на траве, под тёплым солнцем и лёгким ветерком, и сцена была прекрасна, словно картина.
Линь Хао с племянником тоже устроили пикник рядом. Увидев их, он с улыбкой поздоровался:
— Господин Ло, ваши сэндвичи выглядят очень вкусно.
Ло Сюнь кивнул:
— Неплохо.
Линь Хао улыбнулся:
— Хотите обменяться? Мы сделали суши.
Ло Сюнь посмотрел на Фу Чэнъяня.
Тот подумал и кивнул.
Так два сэндвича обменяли на два суши.
Фу Чэнъянь взял суши и первым делом протянул один Ло Сюню.
— Папочка, попробуй.
Ло Сюнь откусил и кивнул:
— Очень вкусно.
Только после этого Фу Чэнъянь начал есть сам.
Линь Хао смотрел на них и не удержался от улыбки.
— Сяоянь правда такой разумный. Всегда первым думает о папочке.
Чжан Цянь тоже сидела рядом и с улыбкой сказала:
— Вырастет — точно будет очень заботливым мужчиной.
От похвалы щёчки Фу Чэнъяня слегка порозовели, но он всё равно сохранил серьёзное лицо и заявил:
— Папочка плохо себя чувствует, поэтому я должен о нём заботиться.
Все рассмеялись.
Но, посмеявшись, опять почувствовали немного жалости.
Трёхлетний ребёнок настолько разумный — наверняка потому, что ему пришлось многое пережить.
После пикника во второй половине дня начались «семейные игры».
В разных испытаниях родитель и ребёнок должны были участвовать вместе.
Ло Сюнь посмотрел на них — прыжки в мешках, бег на трёх ногах, перенос мяча спина к спине… — и замолчал.
С его телом такое вообще возможно?
Фу Чэнъянь взял его за руку и серьёзно сказал:
— Папочка, не спеши. Я тебя подожду.
Ло Сюнь посмотрел на него и кивнул.
Первое испытание — прыжки в мешках.
Родитель и ребёнок должны были каждый залезть в свой мешок и вместе допрыгать до финиша.
Ло Сюнь надел мешок и попробовал прыгнуть.
После первого же прыжка едва не упал.
Фу Чэнъянь тут же поддержал его, и маленькое лицо наполнилось тревогой.
— Папочка, осторожно!
Ло Сюнь удержал равновесие и пару раз перевёл дыхание.
— Всё нормально.
Фу Чэнъянь всё равно беспокоился. Он придерживал Ло Сюня, и они медленно прыгали шаг за шагом.
Другие группы быстро неслись вперёд, а их группа едва-едва продвигалась.
Но Фу Чэнъянь совсем не торопился и просто сопровождал Ло Сюня, пока они шаг за шагом не добрались до финиша.
Пусть пришли последними, Фу Чэнъянь всё равно улыбнулся.
— Папочка, мы дошли!
Ло Сюнь посмотрел на него и тоже улыбнулся.
Второе испытание — бег на трёх ногах.
Родителю и ребёнку связывали по одной ноге, и так им нужно было вместе дойти до финиша.
Ло Сюнь и Фу Чэнъянь связали ноги и попробовали сделать первый шаг.
Ло Сюнь пошёл слишком быстро, Фу Чэнъянь не успел за ним и чуть не упал.
Ло Сюнь поспешно остановился и поддержал ребёнка.
— Сяоянь, ты в порядке?
Фу Чэнъянь покачал головой:
— Всё нормально. Папочка, иди помедленнее, я буду за тобой.
Ло Сюнь кивнул и сбавил скорость.
Они шаг за шагом медленно двинулись вперёд.
Медленно, зато устойчиво.
И снова пришли последними.
Но Фу Чэнъянь всё равно улыбнулся.
— Папочка, мы дошли до конца!
Ло Сюнь посмотрел на него и тоже улыбнулся.
Третье испытание — перенос мяча спина к спине.
Родитель и ребёнок становились спиной друг к другу, зажимали между собой мяч и должны были вместе дойти до финиша.
Ло Сюнь и Фу Чэнъянь встали спина к спине и зажали мяч.
Ло Сюнь был слишком высоким, Фу Чэнъянь — слишком низким, поэтому мяч держался немного криво.
Но они всё-таки попробовали идти вперёд.
Два шага — мяч упал.
Фу Чэнъянь тут же поднял его, и они зажали снова.
Ещё два шага — опять упал.
Подняли. Зажали.
Так повторилось несколько раз, но в конце концов они добрались до финиша.
Пусть снова последними, Фу Чэнъянь смеялся от всей души.
— Папочка, мы справились!
Ло Сюнь смотрел на него, и сердце одновременно согревалось и щемило.
Как же этот комочек легко радуется.
Съёмочный день закончился, и все группы вернулись к месту сбора.
Режиссёр объявил сегодняшние результаты: Ло Сюнь и Фу Чэнъянь снова оказались последними.
Но Фу Чэнъяню было совершенно всё равно. Напротив, он утешил Ло Сюня.
— Папочка, ничего страшного. Завтра постараемся.
Ло Сюнь погладил его по голове и улыбнулся.
— Хорошо, завтра постараемся.
Вечером Ло Сюнь принял душ, лёг на кровать и взял телефон.
В горячих трендах появилась новая тема —
в комментариях все были растроганы и переживали за них.
【Сяоянь такой тёплый, всё время шёл медленно рядом с папочкой】
【Другие группы летели вперёд, а они едва двигались, но Сяоянь совсем не торопил】
【Последнее место неважно. Когда Сяоянь сказал: «Мы справились», я расплакалась】
【Папочка тоже смотрит на Сяояня с такой нежностью】
【Эти отец и сын правда идут навстречу друг другу с обеих сторон】
Ло Сюнь смотрел на комментарии и слегка улыбался.
Он отложил телефон и посмотрел на уже уснувшего рядом маленького комочка.
В лунном свете его лицо казалось особенно спокойным.
Ло Сюнь протянул руку и легко ткнул его в щёку.
Фу Чэнъянь пошевелился, придвинулся к нему и пробормотал:
— Папочка…
Ло Сюнь улыбнулся и обнял его.
— Спокойной ночи, Сяоянь.
Следующие несколько дней съёмки продолжались.
Каждый день были новые задания, каждый день — новые испытания.
Ло Сюнь по-прежнему лежал, Фу Чэнъянь по-прежнему о нём заботился.
Сбор овощей, кормление животных, посадка дерева, поделки, игры…
Каждое задание Фу Чэнъянь выполнял один, а потом бежал к Ло Сюню с гордым выражением на лице.
— Папочка, я всё сделал!
Ло Сюнь каждый раз улыбался, гладил его по голове и говорил:
— Сяоянь такой молодец.
А Фу Чэнъянь каждый раз слегка краснел, устраивался у него в объятиях и довольно прижимался.
Зрители прямого эфира каждый день таяли от их общения.
【Каждый день плачу от этой сладости】
【Эти отец и сын правда так исцеляют】
【Сяоянь заботится о папочке, папочка балует Сяояня — они оба идут навстречу друг другу】
【Объявляю: это самый сладкий шип, который я нашёл в этом году】
Репутация Ло Сюня полностью изменилась.
Те, кто раньше ругал его за симуляцию болезни, лень и говорил, что он не достоин быть родителем, либо извинялись, либо молча исчезали из обсуждений.
В высшем свете, где прежде над ним насмехались, тоже больше никто не смел сказать лишнего слова.
В конце концов, тот самый человек из семьи Фу уже вмешался.
В последний день съёмок организаторы устроили особый этап —
«Письмо друг другу».
В каждой семье взрослый и ребёнок должны были написать по письму и прочитать его друг другу вслух.
Ло Сюнь взял бумагу и ручку, долго смотрел на чистый лист и молчал.
Что написать?
Он подумал и начал.
Писал медленно, аккуратно выводя каждый штрих.
Закончив, сложил письмо и отложил в сторону.
Фу Чэнъянь тоже писал рядом, нахмурив маленькие брови от старания.
Слова, которых не умел писать, он заменял пиньинем или рисунками.
Закончив, тоже сложил письмо и прижал к груди.
Наконец настала их очередь.
Сначала Ло Сюнь прочитал письмо Фу Чэнъяня.
Он развернул лист. На нём были кривоватые иероглифы вперемешку с пиньинем и рисунками.
«Дорогой папочка!
Я пишу тебе это письмо.
Я тебя люплю (люблю).
У тебя плохое здоровье, я буду о тебе заботиться.
Ты хорошо ко мне относишься, и я тоже буду хорошо относиться к тебе.
Ты лежишь, я выполняю задания, и мы занимаем первое место.
Когда ты улыбаешься, мне нравится больше всего.
Давай всегда будем вместе, хорошо?
Твой Сяоянь».
Чем дальше Ло Сюнь читал, тем сильнее краснели его глаза.
Он поднял голову и посмотрел на маленького комочка перед собой; голос немного охрип.
— Сяоянь…
Фу Чэнъянь поднял личико и серьёзно спросил:
— Папочка, тебе нлавится (нравится) моё письмо?
Ло Сюнь кивнул и обнял его.
— Нравится. Папочке очень нравится.
Фу Чэнъянь улыбнулся, устроился у него в объятиях и довольно прижался.
Теперь настала очередь Ло Сюня читать своё письмо.
Он развернул лист и тихо начал:
«Дорогой Сяоянь!
Спасибо, что появился рядом со мной.
Ты самый послушный, самый разумный и самый милый ребёнок из всех, кого я встречал.
Каждый день ты заботишься обо мне: приносишь воду и лекарства, укрываешь пледом, обмахиваешь веером.
Ты один выполняешь задания, один сажаешь дерево, один играешь в игры.
Ты никогда не жалуешься на усталость и никогда не ворчишь.
Ты всегда улыбаешься, и твои глаза становятся полумесяцами.
Сяоянь, пока ты рядом, папочке ничего не страшно.
В будущем папочка всегда будет рядом с Сяоянем.
Хорошо?
Твой папочка».
К последним строкам голос Ло Сюня уже заметно дрожал.
Фу Чэнъянь слушал и тоже заплакал.
Он бросился Ло Сюню в объятия и крепко обнял его за шею.
— Папочка… папочка…
Ло Сюнь обнял его и мягко похлопал по спине.
— Сяоянь, хороший мой, папочка здесь.
Вокруг стало тихо. У всех покраснели глаза.
Комментарии в прямом эфире понеслись сплошным потоком:
【У-у-у-у-у, я сейчас умру от слёз】
【Эти отец и сын слишком трогательные】
【Письмо Сяояня — сплошной пиньинь и рисунки, но каждая фраза бьёт прямо в сердце】
【Письмо папочки нежное, как вода】
【Взаимность навстречу друг другу — навсегда лучшая вещь】
http://bllate.org/book/23946/2744646
Effulgent (читатель/заложение основ)
30 сентября 2026 в 18:51
1
Готово:
