Этот человек и есть супруг Сяо Бай.
Фахай сам того не замечая, начал сравнивать себя с ним.
Сюй Сянь — человек, а Сяо Бай — демон, и в случае опасности, возможно, именно ей приходится его защищать.
У Сюй Сяня нет богатства, тогда как у Сяо Бай есть состояние, накопленное за долгие годы благотворительности, так что здесь налицо подозрение в неравном браке.
Хотя Сюй Сянь и хорош собой, по сравнению с ним, Фахаем, ему не хватает мужской стати. При таком раскладе вкус Сяо Бай кажется несколько заниженным.
Сюй Иньюань допил лекарство и, заметив, что Фахай смотрит в пустоту, погруженный в свои мысли, невольно позвал его:
— Учитель Фахай?
Встретившись с ясным взглядом Сюй Иньюаня, Фахай на мгновение замер. Поймав себя на том, что сравнивает себя с этим человеком, он усмехнулся и ответил:
— М-м?
Сюй Иньюань протянул ему пустую чашу:
— Учитель Фахай, осмелюсь спросить, как я здесь оказался?
Фахай принял чашу, поставил ее на стол и, обернувшись, произнес:
— Это… меня попросила госпожа Бо. Она каждый год жертвует деньги на благовония нашему храму Цзиньшань.
— Моя жена? — Сюй Иньюань намеренно перевел разговор на Бо Чжэн. — Учитель Фахай тоже знаком с моей супругой?
— Мы старые знакомые, — взгляд Фахая стал немного рассеянным.
— И как же вы познакомились? — спросил Сюй Иньюань.
Безрассудная маленькая белая змейка нечаянно забралась в его сменную одежду, чтобы согреться, и с тех пор привязалась к нему.
Вспомнив, как умоляюще выглядела тогда та змейка, Фахай невольно слегка улыбнулся, и его лицо просияло, словно весенние цветы:
— Пожалуй, это была проявленная мною милость.
— Вот как? — Сюй Иньюань, казалось, заинтересовался. — И как же супруга отплатила за доброту?
— Она целыми днями вилась вокруг меня, слушала, как я читаю сутры, и без всякого стеснения подшучивала надо мной.
На душе у Фахая стало горько: жаль, что потом…
Сюй Иньюань улыбнулся:
— Не думал, что в юности моя жена была настолько наивна. А что сейчас?
— Сейчас? — Фахай осекся. — Это всего лишь старая история из далекого прошлого. Наверное, она уже забыла, да и я забыл.
Но ты ведь прекрасно всё помнишь.
Сюй Иньюань приподнял бровь, подумав про себя: воистину, несчастная пара — один не ведает, что такое любовь, а другой был слишком глубоко ранен.
Придется действовать постепенно, чтобы Фахай понял: любовь — это не яд, а сладость.
— Но, глядя на вас, учитель, мне кажется, что вы очень тоскуете по тем дням.
— Лишь дым, проплывший перед глазами, — Фахай больше не смотрел на него и холодно удалился.
Что толку тосковать? Прошлое осталось в прошлом, и вернуться туда уже невозможно.
Спустя полмесяца.
Цин Ши с нетерпением вглядывался в дверной проем, боясь пропустить что-то важное.
— Перестань смотреть, — Бо Чжэн неспешно налила себе чаю. — Фахай ненавидит меня до глубины души, он непременно попытается удержать Сюй Сяня. Через пару дней я сама схожу и заберу его.
— А если он не отдаст? — спросил Цин Ши.
— В любом случае, это он передо мной виноват, он не сможет отказать. Ну а если все же упрется… — она по-прежнему улыбалась, тепло и нежно, — я до сих пор помню обиду за тот удар мечом восьмисотлетней давности.
Цин Ши немного успокоился:
— Раз так, то хорошо.
Затем он вернулся к своему обычному небрежному виду:
— Я не пойду, сходишь сама.
Бо Чжэн бросила на него взгляд и усмехнулась:
— Почему ты в последнее время перестал ходить в цветочные кварталы?
Цин Ши, наполовину всерьез, наполовину шутя, ответил:
— Положил глаз на своего зятя.
Бо Чжэн приподняла бровь:
— Серьезно?
— Может быть, не знаю, — Цин Ши пожал плечами, всем видом показывая полное безразличие.
Бо Чжэн вдруг подшутила:
— Помнишь, я рассказывала тебе о мужчине, о котором бредил Сюй Сянь в своей прошлой жизни?
Цин Ши опешил:
— М-м?
Бо Чжэн подперла лицо рукой, словно погрузившись в раздумья:
— Как раз в то время я подобрала тебя. Может быть, это ты и был тем самым мужчиной?
Цин Ши глупо уставился на нее:
— Но ведь Сюй Сянь — мужчина…
— Ты тоже мужчина, — невинно ответила Бо Чжэн.
http://bllate.org/book/23942/2735946
Готово:
