В день ответного матча трибуны домашнего стадиона сборной Лунго заполнились за три часа до начала.
Многие не садились.
Они стояли перед своими местами, зажав в руках красные шарфы, и не сводили глаз с туннеля для игроков.
Когда на главном табло впервые высветились составы обеих команд, над стадионом поднялся плотный гул голосов.
До тех пор, пока в строке нападающих не появился номер двадцать семь.
Лу Жань.
Шум взметнулся, словно подожженная бумага, в одно мгновение прокатившись от южной трибуны до северной.
Лу Жань стоял в туннеле и слышал доносившиеся снаружи крики.
Он опустил взгляд и заново прижал тейп на правом колене.
Края пластыря легли идеально ровно.
Но он прекрасно знал: застарелый недуг внутри от этого не станет послушнее.
Ци Е шагнул к нему сзади.
— Нервничаешь?
Лу Жань покачал головой.
— Шумно.
Ци Е усмехнулся.
— На домашнем поле всегда так шумно.
Лу Жань поднял голову.
Белый свет у выхода из туннеля казался распахнутой дверью.
Игроки Байты уже выстроились на противоположной стороне.
Рейна в упор смотрел на него.
Его взгляд скользнул с лица на правое колено и медленно вернулся обратно.
Лу Жань не стал отводить глаз.
Команды вышли на поле.
Волна красного цвета обрушилась с трибун.
Лу Жань впервые ступил на газон домашнего стадиона сборной Лунго в стартовом составе. Трава под ногами оказалась мягче, чем на чужом поле в первом матче, в воздухе витал запах зелени и жар от сотен тысяч затаенных дыханий.
Он не смотрел на гигантский транспарант.
И на телекамеры тоже не смотрел.
Перед самым началом матча он лишь переступил с ноги на ногу, проверяя, как шипы вгрызаются в дерн.
Ци Е стоял в центральном круге и, повернувшись, посмотрел на него.
— Первая передача за тобой.
Лу Жань кивнул.
Форвард Байты уже придвинулся к Ци Е, что-то зло выкрикивая на ходу.
Главный судья взглянул на часы.
Раздался свисток.
Ци Е мягко качнул мяч внутренней стороной стопы, и партнер отдал его обратно.
Нападающий Байты тут же бросился наперерез.
Раньше Ци Е перевел бы мяч центральному защитнику, чтобы линия обороны сначала закрепилась.
На этот раз он не оглянулся.
Он шагнул навстречу прессингу, продвинулся вперед на полшага и толкнул мяч внешней стороной правой стопы.
Мяч по диагонали проскочил мимо игрока Байты и устремился прямо в ноги Лу Жаню.
Домашние трибуны взревели.
Лу Жань принял мяч спиной к воротам.
Рейна атаковал в ту же секунду.
Не ради отбора.
Он шел в стык.
Лу Жань принял удар грудью, но устоял на ногах. Оставив мяч под внешней стороной левой стопы, он подался корпусом назад, отгоняя Рейну спиной.
Опорный полузащитник Байты тоже выбросился вперед.
Они зажали Лу Жаня вдвоем, лишив его даже пространства для разворота.
Но он изначально и не собирался разворачиваться.
Он откинул мяч пяткой.
Снаряд покатился к Шао Синхэ.
Шао Синхэ не стал возвращать пас назад.
Он заранее занял более продвинутую позицию.
Первая линия, расчерченная на предматчтовом совещании, воплотилась на поле.
Рейна понял, что Лу Жань не будет разворачиваться, и от этого взбесился еще сильнее.
Он преследовал Лу Жаня, вжимаясь грудью в его спину.
Лу Жань качнулся от толчка, но снова выровнял шаг.
Шао Синхэ отдал поперечную передачу на Ци Е.
Впервые с начала матча сборная Лунго не стала откатывать мяч вратарю.
Аплодисменты на трибунах грянули вовсе не из-за угрозы воротам.
Люди увидели, что первая реакция команды изменилась.
Главный тренер Байты у бровки поля немедленно взмахнул рукой.
Рейна понял знак.
На тридцать шестой секунде мяч снова оказался у Лу Жаня.
На этот раз Лу Жань не повернулся спиной.
Он отступил на полшага к боковой линии, качнул левым плечом, будто собираясь рвануть по флангу.
Нога Рейны уже вытянулась вперед.
Лу Жань не стал уворачиваться.
Он подставил корпус под удар.
Шипы бутс Рейны прочертили по газону, задев внешнюю сторону его опорной ноги.
Лу Жаня сбили с ног.
Но падая, он успел ткнуть мяч Шао Синхэ.
Шао Синхэ подхватил мяч и рванул вперед, опорный полузащитник Байты на миг замялся, но все же бросился за ним.
Раздался свисток главного судьи.
Судья не стал давать доиграть эпизод.
Он свистнул фол.
Трибуны взорвались.
— Карточку!
— Он же целенаправленно в игрока шел!
Лян Жэн вылетел в техническую зону.
Хэ Чанцин не кричал — он сначала посмотрел на Лу Жаня.
Лу Жань сидел на траве, упершись ладонями в газон, и смотрел на свое правое колено.
Тейп не порвался.
Просто было больно.
Боль не острая, но такая, будто кто-то стучит костяшками пальцев рядом со старой травмой.
Панель Шторма мигнула перед глазами предупреждением:
Нагрузка на тело: 37%.
Удар по правому колену.
Лу Жань поднял руку и смахнул уведомление.
Он поднял взгляд на судью.
Арбитр бежал к Рейне.
Его рука уже нырнула в нагрудный карман.
Рейна развел руками с невинным выражением лица.
Лу Жань ничего не сказал.
Он не сводил глаз с этой руки.
Шум трибун слился в единый рокочущий поток.
Наконец судья вытащил карточку.
Желтая.
Улыбка на лице Рейны испарилась.
Ци Е подошел к Лу Жаню и протянул руку, поднимая его.
— Первая минута.
Лу Жань смахнул с формы травинки.
— У них висит карточка.
Ци Е посмотрел на него.
— Ты заранее все рассчитал?
— Они боялись моего разворота.
Лу Жань размял правый голеностоп.
— Кто боится, тот совершает ошибки.
Игроки Байты обступили судью, выражая недовольство.
Лунго не стала устраивать споров.
Ци Е отходил на свою позицию, выкрикивая на ходу:
— Линию выше!
Шао Синхэ стоял у мяча, его сердце колотилось как безумное.
Первый пас пошел на Лу Жаня.
Первая карточка тоже досталась правому флангу Байты.
Но он отлично понимал: соперник не станет сбавлять обороты.
Просто они сменят тактику.
Проходя мимо него, Лу Жань бросил негромко:
— Не смотри на карточку.
Шао Синхэ повернул голову.
Лу Жань смотрел на ту зону перед штрафной Байты, которую Рейна только что освободил своим смещением.
— Смотри на свободное пространство.
Шао Синхэ проследил за его взглядом.
Пространство было небольшим, его едва ли можно было назвать полноценным шансом. Но при таком жестком прессинге со стороны Байты даже просвета шириной в шаг хватало, чтобы изменить направление атаки.
Карточка — это еще не все.
Уверенность правого фланга Байты слегка надломилась.
Шум трибун продолжал давить сверху.
Шао Синхэ наклонился и установил мяч.
Его пальцы больше не были ледяными, как перед стартовым свистком.
Ци Е в центре поля кивнул ему.
Первое проявление доверия досталось Лу Жаню.
Теперь пришла очередь принимать решение ему, Шао Синхэ.
Шао Синхэ отступил на два шага и поднял глаза на ту самую свободную зону.
Впервые в жизни ему показалось, что такой гул на домашнем поле — это не так уж плохо.
По крайней мере, сейчас он не слышал голосов, требовавших сыграть надежно и отдать назад.
Перед самым ударом Шао Синхэ откатил мяч еще на полкорпуса назад.
Это была его старые привычки, выработанные годами. Чем сильнее он нервничал, тем точнее должен был стоять мяч. Раньше он выравнивал его ради того, чтобы избежать ошибки, а теперь — чтобы набраться смелости отдать передачу еще точнее.
Игроки Байты уже отошли за пределы стенки.
Рейна массировал голеностоп, его взгляд по-прежнему метался злобно и хищно.
Шао Синхэ не смотрел на него.
Его целью было пространство за спиной Лу Жаня.
Оно напоминало приоткрытую от сильного толчка дверь.
Дверь узкую.
Но уже распахнутую.
Шао Синхэ вдавил носок бутсы в дерн.
Больше нельзя было притворяться, будто ничего не происходит.
Когда мяч оказывается у ног, в человеке просыпаются инстинкты.
Раньше его главным инстинктом была безопасность.
Теперь этот инстинкт предстояло переписать.
Перемены не случаются по одному лишь свистку арбитра.
Но они могут начаться с этого удара.
С первой передачи на домашнем поле.
Перед тем как замахнуться ногой, он больше не оглядывался назад.
Только вперед.
Вперед.
В тот миг, когда мяч сорвался с нока, Шао Синхэ не смел сделать вдох.
Трибуны на секунду затихли.
Передача не блистала изяществом, ее едва ли можно было назвать красивой: мяч катился по траве, по пути задев опорного полузащитника Байты, и потерял половину скорости.
Но он не покатился назад.
Гао Юань вылетел из полуфланга и перекрыл корпусом тянущуюся сзади чужую ногу. Сзади раздался окрик Ци Е: «Держи!» — и вся линия обороны сместилась вперед, никто больше не оттягивался к линии вратарской в ожидании неизбежного.
Опорный хавбек Байты, уже было нацелившийся на перехват, лишь проводил взглядом Лу Жаня, который перетек из центра на левый фланг, увлекая за собой сместившегося Рейну. В центре поля образовалась брешь длиной меньше двух секунд.
Шао Синхэ заметил ее.
Он шагнул вперед, подстраиваясь.
И тут трибуны взметнулись новой волной звука.
В этом розыгрыше не было ничего сверхъестественного.
Но каждый на стадионе видел: они наконец осмелились отдать вторую передачу под жесточайшим прессингом Байты.
Лу Жань принял мяч, даже не поднимая головы, резким движением стопы качнул его и переадресовал вбегающему Гао Юаню. Тот не стал бить, отпустил мяч чуть дальше, чем следовало приеме, и защитник Байты вынес его за боковую линию.
Кто-то на трибунах разочарованно хлопнул по сиденью.
Лян Жэн же опустил ладони вниз, призывая к спокойствию.
Этого достаточно.
Смысл первой передачи на домашнем поле никогда не сводился к одному лишь удачному пасу.
Она дала понять всем на поле: первую волну прессинга Байты можно прорвать. Пусть даже удается всего один раз — этого хватит, чтобы поверить в успех во второй.
Шао Синхэ стер со лба пот.
На этот раз он не стал подгонять партнеров криками.
Он ждал, когда они продолжат разыгрывать мяч.
http://bllate.org/book/23894/2721008
Готово:
