Гу Цзиньцзинь вернулась в западное крыло. Компьютер остался включённым, все отредактированные файлы лежали на рабочем столе — ей нужно было лишь нажать несколько клавиш, чтобы отправить их.
Цзинь Юйтин откинулся на спинку сиденья и бросил водителю:
— Поехали.
Водитель повернул руль. Цзинь Ханьшэн, слегка понизив голос, произнёс:
— Девятый, так спешишь уехать? Неужели в твоей машине что-то неладное спрятано?
— Хочешь обыскать?
— Если тебе не жаль, то мне и подавно.
Цзинь Юйтин холодно усмехнулся:
— Сегодня Шанлу должна была быть с Шан Ци, разве нет?
— Может, она запуталась и зашла не в то крыло. Вдруг снова очутилась в западном?
Цзинь Ханьшэн явно тянул время. Между ними разворачивалась игра, и Цзинь Юйтин не мог допустить ни малейшего промаха. Если бы он настоял на отъезде, Цзинь Ханьшэн наверняка приказал бы водителю следовать за ним, и тогда у него не осталось бы шансов вывезти Шанлу и Шан Ци.
Главное — Цзинь Юйтин не боялся Цзинь Ханьшэна. Но в итоге с ним всё равно останется одна Шанлу.
Когда Цзинь Ханьшэн сходит с ума, он страшнее всех на свете. Если он увидит, что Шанлу сейчас в машине Цзинь Юйтина, его изощрённые пытки, без сомнения, заставят дрожать даже самых стойких.
Гу Цзиньцзинь, выйдя из здания, с изумлением обнаружила, что машина Цзинь Юйтина всё ещё стоит на месте.
Она не понимала, в чём дело. Цзинь Ханьшэн, заметив её приближение, засунул руку в карман и сказал:
— Цзиньцзинь, ты бы придержала Девятого.
— Что случилось?
— Он спрятал Шанлу в машине.
Гу Цзиньцзинь была потрясена. Что он имеет в виду?
Цзинь Юйтин, услышав эти слова, не проявил ни малейшего волнения, в голосе не было и тени вины. Цзинь Ханьшэн ведь не впервые позволял себе подобные выходки — его жестокость Цзинь Юйтину хорошо знакома.
— Брат, слова требуют доказательств. Зачем мне прятать Шанлу?
— Ты сам знаешь, зачем.
Гу Цзиньцзинь нахмурилась. Она стояла с другой стороны автомобиля и не видела лица Цзинь Юйтина, но в уши врезался его голос:
— Цзиньцзинь, садись.
Цзинь Ханьшэн мгновенно перевёл взгляд на неё.
У неё внутри всё сжалось. Она посмотрела на машину, загородившую путь. Цзинь Ханьшэн уже из-за пустяка поднял такой шум. А если его слова правда? Он ведь способен перевернуть весь Зелёный Город вверх дном!
Рука Гу Цзиньцзинь легла на ручку двери, глаза уставились на тонированное стекло — внутри ничего не было видно.
— Цзиньцзинь, если увидишь Шанлу, сразу скажи мне. Она моя, ей не к лицу всё время глазеть на Девятого, верно?
Щёлкнул замок. Чёрная дверца медленно открылась, и перед Гу Цзиньцзинь предстал салон. Вскоре она увидела две фигуры: Шан Ци с напряжённым лицом и Шанлу рядом с ней.
Сердце Гу Цзиньцзинь словно ударили молотом. Она подняла глаза и встретилась взглядом с Цзинь Ханьшэном. Его глаза будто прожигали в ней сотни дыр. Она знала: Цзинь Ханьшэн — лиса. Любая мельчайшая деталь, любой дрожащий нерв — всё он соберёт и сложит в картину, которую захочет увидеть.
Гу Цзиньцзинь изо всех сил сдерживалась. Сердце кровью обливалось, но она заставила себя растянуть губы в лёгкой улыбке.
В воздухе воцарилась гнетущая тишина. Цзинь Юйтин молчал. Все будто ждали её слов.
Глаза Гу Цзиньцзинь болели, будто их резали ножом, но она легко занесла ногу, собираясь сесть в машину.
— Брат, да ты шутишь! Где тут твоя супруга?
— Нет? — Цзинь Ханьшэн приподнял бровь, и в голосе не было понятно — шутит он или нет. — Посмотри внимательнее.
— Здесь так тесно, я же не слепая, — ответила Гу Цзиньцзинь. Голос её дрожал, хотя, возможно, это было незаметно для других. — Родители ждут нас в отеле. Мы с Юйтином поедем.
С этими словами она села в машину и с силой захлопнула дверцу.
Цзинь Юйтин слегка махнул рукой. Водитель, увидев знак, повернул руль.
Цзинь Ханьшэн на этот раз не стал мешать. Он смотрел, как машина Цзинь Юйтина уезжает прямо из-под его носа.
Глаза Гу Цзиньцзинь горели. Машина давно выехала за пределы резиденции рода Цзинь, когда Шан Ци наконец расслабила руки. Шанлу с трудом выпрямилась и начала тихонько постукивать себя по груди.
В салоне никто не говорил ни слова, никто не пытался что-то объяснить. Гу Цзиньцзинь посмотрела в окно, но мысли не давали покоя.
— Почему супруга оказалась в твоей машине?
Шан Ци бросила взгляд на мужчину впереди и поспешила оправдать его:
— Сегодня днём я повела сестру погулять. По дороге домой она перепутала западное крыло с восточным. Ты же знаешь характер моего зятя — даже если объяснить ему спокойно, он всё равно не послушает. Поэтому мы решили сначала вывезти сестру, а потом позвонить зятю. Прошу, не думай ничего плохого…
Гу Цзиньцзинь молчала. Остынув, она уже не чувствовала такой острой боли.
Если бы Цзинь Юйтин действительно что-то замышлял с Шанлу, Шан Ци точно не была бы при этом.
Но…
Он так долго не уезжал — потому что Шанлу была в машине?
Гу Цзиньцзинь очень хотела, чтобы Цзинь Юйтин хоть что-то объяснил ей. Но тот сидел впереди, молча. Атмосфера становилась всё холоднее.
Водитель то и дело поглядывал в зеркало заднего вида. Доехав до площади Синхай, машина свернула в подземный паркинг.
— Господин Девятый, господин Цзинь, кажется, не последовал за нами, — доложил водитель.
Цзинь Юйтин обернулся к сидящим сзади:
— Выходите.
— Хорошо, — Шан Ци открыла дверь и, взяв сестру за руку, вышла.
Дверь снова захлопнулась. Водитель развернул машину. Гу Цзиньцзинь чувствовала тяжесть в груди. Когда они отъехали от площади Синхай, Цзинь Юйтин вдруг велел остановиться.
Гу Цзиньцзинь ещё не успела опомниться, как он вышел, а затем открыл заднюю дверь и сел рядом с ней.
Она отвела взгляд, не желая смотреть на него. Цзинь Юйтин посмотрел на её профиль:
— Не ожидал, что ты сумеешь его обмануть.
— Мне следовало сказать, что в машине кто-то есть.
Цзинь Юйтин усмехнулся:
— Но ты этого не сделала.
— Почему супруга перепутала западное крыло с восточным?
Объяснение Цзинь Юйтина звучало правдоподобно:
— Когда её разум затуманен, все места кажутся ей одинаковыми.
Гу Цзиньцзинь слегка сжала пальцы:
— Почему бы тебе просто не отвезти её обратно в восточное крыло?
— У него слишком сильное подозрение. Каждый, кто приближается к Шанлу, в его глазах преследует скрытые цели. Даже я, его родной брат, не исключение.
Гу Цзиньцзинь слушала его спокойный голос и постепенно успокаивалась. Её тревога улеглась.
Она всегда переживала и ревновала, но отношение всех было открытым и честным. Объяснение Шан Ци полностью логично. Неужели Шан Ци помогала бы Цзинь Юйтину и Шанлу обмануть её?
В тот момент мысли Гу Цзиньцзинь были просты. Она ещё не сталкивалась с коварством людей и сложностями общества. Даже если возникали сомнения, она легко находила им объяснение.
Она не знала, что однажды и сама станет такой же — её чувства больше не будут читаться на лице, она научится скрывать мысли и даже вынуждена будет хитрить ради выживания.
В ладони вдруг распространилось тепло. Гу Цзиньцзинь опустила взгляд — Цзинь Юйтин взял её за руку.
Она попыталась вырваться, но он спокойно посмотрел на неё:
— Твои родители, наверное, уже заждались?
— Всё в порядке.
Он играл её пальцами. Раньше, приглашая её сесть в машину, он рисковал — у неё ведь не было никакой подготовки.
Он не ожидал, что Гу Цзиньцзинь справится так блестяще и уверенно.
Машина подъехала к ресторану. Цзинь Юйтин вышел первым. Водитель открыл багажник, и Гу Цзиньцзинь увидела лежащие там вещи.
Цзинь Юйтин протянул ей подарочную коробку, взял букет цветов и бросил взгляд на торт:
— Надеюсь, он ещё не растаял.
После ухода Гу Цзиньцзинь Лу Ваньхуэй и Гу Дуншэн почти не притронулись к еде. Услышав шаги у двери, Лу Ваньхуэй поспешила встать.
Дверь распахнулась, и Цзинь Юйтин вошёл первым:
— Мама, простите, мы опоздали.
Лицо Лу Ваньхуэй сразу озарилось улыбкой:
— Ничего страшного, ничего страшного. Вы, наверное, проголодались?
Цзинь Юйтин вручил ей цветы, поставил торт на стол и сказал Гу Цзиньцзинь:
— Открой.
Гу Цзиньцзинь развязала ленту. Торт остался целым. Цзинь Юйтин снял пиджак и положил его рядом, наблюдая, как Гу Цзиньцзинь вставляет свечи.
— Мама, это подарок на день рождения, — сказала Гу Цзиньцзинь, передавая коробку Лу Ваньхуэй и добавляя: — Он выбрал.
Лу Ваньхуэй взглянула на изящную упаковку, открыла коробку и увидела женские наручные часы с бриллиантами.
Она удивилась, но понимала, что отказываться нельзя, и спрятала подарок:
— Юйтин, ты такой внимательный.
— Это моя обязанность, мама.
— Мама, загадай желание, — Гу Цзиньцзинь подвинула торт к Лу Ваньхуэй. Та смутилась — раньше дни рождения отмечали дома, всей семьёй за скромным ужином, и никто не загадывал желаний. Гу Дуншэн подбодрил её:
— Загадай.
— Хорошо, — Лу Ваньхуэй сложила ладони и тихо произнесла: — Пусть моя дочь благополучно родит ребёнка. Будь то мальчик или девочка — всё равно. Пусть вы с Юйтином будете счастливы.
Губы Гу Цзиньцзинь дрогнули, лицо побледнело. Она до сих пор не решалась признаться родителям в том, что случилось. Теперь ложь превратилась в снежный ком, и чем больше времени проходило, тем труднее становилось сказать правду.
На плечо легла тяжёлая рука. Цзинь Юйтин начал мягко массировать её плечо. Лу Ваньхуэй разрезала торт. Блюда уже остыли, и Гу Дуншэн поспешил предложить всем сесть за стол.
Гу Цзиньцзинь машинально брала еду, несколько раз собиралась что-то сказать, но каждый раз замолкала. Ведь сегодня день рождения матери — не время для таких признаний.
Но правду всё равно придётся сказать.
Цзинь Юйтин видел её тревогу и знал, о чём она думает. Он положил палочки на стол:
— Цзиньцзинь, закажи ещё пару блюд.
— Не нужно, — Лу Ваньхуэй посмотрела на почти нетронутый стол. — Хватит.
— Закажи горячие блюда, — Цзинь Юйтин лёгонько хлопнул Гу Цзиньцзинь по ноге. — Иди.
Гу Цзиньцзинь, хоть и сомневалась, всё же встала и вышла из кабинки. Закрыв за собой дверь, она оставила небольшую щель.
Цзинь Юйтин явно хотел отослать её, но что такого он собирался сказать родителям без неё?
Лу Ваньхуэй, в приподнятом настроении, не могла удержаться:
— Юйтин, Цзиньцзинь ещё молода, по сути, ребёнок. Мы всегда её баловали, дома она никогда не сталкивалась с серьёзными трудностями. Поэтому я так переживаю, что ей будет нелегко в вашем доме, боюсь, она не знает всех правил.
— Мама, не волнуйтесь. В доме Цзинь нет особых правил.
Цзинь Юйтин подумал, как начать. Это признание рано или поздно должно прозвучать. Лучше сделать это сейчас, чем позволять этому грузу давить на Гу Цзиньцзинь день за днём.
— Я рад, что вы так думаете.
— Мама…
Гу Цзиньцзинь видела, как Цзинь Юйтин сидит вполоборота. Белая рубашка подчёркивала его благородные черты лица, но в этот момент профиль казался печальным.
— Простите меня.
Лу Ваньхуэй удивилась:
— Что случилось?
— Ребёнка у Цзиньцзинь больше нет.
Лу Ваньхуэй и Гу Дуншэн вскрикнули в унисон:
— Что?!
— В начале года на горнолыжном курорте я не уберёг её. Она упала.
Гу Цзиньцзинь думала признаться родителям в вымышленной беременности, но если копнуть глубже, правда наверняка всплывёт, и тогда наружу вылезут даже их изначальные, не самые чистые намерения.
Глаза Лу Ваньхуэй наполнились болью, и она не могла вымолвить ни слова. Гу Цзиньцзинь готова была ворваться в кабинку, но что она могла сказать в этот момент?
http://bllate.org/book/2388/261855
Готово:
