Чу Янь в тот день узнал о семье Ван немало. В конце концов, их дома стояли рядом, разделенные лишь невысокой оградой. В отличие от внушительных стен усадьбы Сяо, через этот забор можно было запросто перекинуться парой слов с соседями. Чу Янь выяснил, что тетушка Лю — лучшая мастерица в округе, и именно она сшила для Ван Ци множество нарядов. При смене сезонов она всегда сначала обшивала Ван Ци, а уж потом — остальных членов семьи. Бабушка Ван тоже была доброй женщиной: в молодости она в одиночку вырастила сына, плотника Вана, сама справлялась со всем полевым хозяйством и смогла отправить сына учиться ремеслу. К счастью, плотник Ван оказался способным, а работая в соседнем городке, познакомился с тетушкой Лю. Поженившись, они вскоре обзавелись сыном — ученым Ваном, а спустя несколько лет родился Ван Ци. Если подумать, Ван Ци был даже на несколько месяцев младше самого Чу Яня. Чу Янь решил, что позже попробует подружиться с Ван Ци, ведь он был уверен, что между Пин-гэром и Ван Ци наверняка возникло недопонимание.
— Теперь ты понимаешь, что в отношениях между людьми нельзя полагаться лишь на слова одной стороны? В будущем, что бы ни случилось, всегда выслушивай самого человека, — закончив, тетушка Лю заметила, что вернулся Сяо Линь, и, не став задерживаться, пообещала зайти через пару дней.
Сяо Линь спросил:
— О чем вы говорили? Тетушка выглядела такой довольной, да и ты тоже.
— Разве плохо радоваться? — ответил вопросом на вопрос Чу Янь.
— Радоваться — это хорошо.
— Вечером я хочу тебе кое-что рассказать.
— Нельзя сейчас? — Сяо Линь легонько ущипнул Чу Яня за щеку.
— Нельзя.
— Ладно, раз нельзя, значит, нельзя.
— Ты сегодня... это из-за меня? — Чу Янь вспомнил утренние события.
— В следующий раз, если что-то задумаешь, просто скажи мне прямо. Что бы ты ни решил, я никогда тебе не откажу, — Сяо Линь хотел, чтобы Чу Янь по-настоящему почувствовал себя здесь как дома.
— Тетушка Лю сказала, что хочет усыновить меня, чтобы я стал ее названым сыном, и чтобы я выходил замуж из ее дома, — выпалил Чу Янь, внезапно передумав ждать вечера.
— Что? Тетушка сама предложила? — Сяо Линь был удивлен. Ведь стать названым сыном и выходить из дома Лю означало, что семья Лю должна будет собрать ему приданое. — Я не против, но давай дождемся, когда она снова придет. — Он не знал, было ли это минутным порывом, и боялся, что Чу Янь разочаруется, ведь у тетушки Лю большая семья.
— Да, хорошо. На самом деле, я и сам не ожидал. Просто тетушка Лю кажется мне такой родной... Я ведь никогда не видел своей матери, поэтому... — Чу Янь действительно ее не помнил. Казалось, она умерла, когда ему было два года, слишком рано, чтобы воспоминания могли сохраниться.
— Я понимаю. Не думай об этом. Когда мы поженимся, мы отправимся в твои родные края, найдем твоего отца и братьев, договорились?
— Правда? — в глубине души Чу Янь очень хотел этого, особенно после того сна. Он чувствовал, что он и есть тот самый Чу Янь, что все это — его пережитое прошлое.
— Конечно, правда. Верь мне, А-Янь.
— Хорошо.
*
В отличие от нежных сцен в доме Сяо, в семье Лю разгорелись нешуточные страсти.
— Что? Мама, ты хочешь усыновить Янь-гэра? — голос Лю Чэна звучал особенно громко.
— Да, а что такого? — спросила тетушка Лю, сидя за столом. Пятнадцать минут назад вся семья обедала: тетушка приготовила немного риса и пару овощных блюд. За столом сидели она сама, дядя Лю, второй сын Лю Чэн и третий сын Лю Вэнь (Лю У в это время работал в порту). Дядя Лю был обычным крестьянином с большими наделами земли и лесными участками. Раньше они жили богаче, но отец Лю Фэна был не слишком бережлив, и в итоге осталось лишь шесть десятков му земли и два лесных участка. Тем не менее, их дом был из синего кирпича — редкая роскошь в деревне. Помимо дома старосты, такие дома были только у семей Сяо, Лю и Ван. Правда, планировка у всех была разной. Дома Лю и Ван были построены раньше, но не были такими просторными, как у Сяо. Отец Сяо, будучи охотником, при переезде в деревню сразу отстроил себе огромный и высокий дом, в котором они жили уже лет десять.
Тогда семья Сяо выкупила у Лю около десяти му земли. Большая часть земель семьи Лю сдавалась в аренду, доход приносили и лесные участки: древесина, фрукты — все это превращалось в серебро. Именно поэтому, даже после смерти родителей Сяо, семья Лю могла поддерживать братьев — если бы им самим не хватало на еду, разве смогли бы они помогать другим?
— Я согласен, — подал голос Лю Фэн. — Ты уже рассказывала, что у этого сяо-гэра тяжелая судьба. Будем ему опорой, чтобы никто не смел его обижать. Я знаю, как ты давно хотела еще одного сына-гэра, ты после встречи с ним только об этом и говорила. Завтра пусть Эр-Чэн съездит в город и привезет старшего. Говорили ему помогать с арендой, так нет, уперся, пошел в порт тяжести таскать. Мол, это честный труд. Зарабатывает гроши, а еще и деньги нам с матерью пытается отдавать — нам с матерью только стыдно за него.
Лю Чэн и Лю Вэнь рассмеялись.
— А вы двое? Есть возражения?
— У меня нет, — ответил Лю Чэн. — Будет здорово иметь брата-гэра. Получается, старший брат Сяо теперь должен будет называть меня вторым братом? Ха-ха-ха!
— Вечно ты думаешь только об этом, — тетушка Лю перевела взгляд на младшего. — А ты, согласен?
Лю Вэнь задумался:
— Я согласен! Будет еще один старший брат, который будет меня баловать, я только рад. А еще смогу просить второго брата Сяо объяснять мне тексты, а то раньше как-то стеснялся.
— Эх, вы оба, прямо вцепились в семью Сяо, — рассмеялся Лю Фэн.
Ночью супруги лежали в постели.
— Хватит ворочаться, оба парня ведь сказали, что согласны, — прошептал муж.
— Я просто боялась, что старший будет против.
— Зря боялась, старший точно согласится.
— Правда?
— Правда, спи уже.
*
На следующее утро дождь, начавшийся еще ночью, стих. Ожидался солнечный день. Лю Чэна подняли спозаранку, чтобы он успел на телегу с быком. Скот у них был общий с арендаторами, которые по очереди пасли быков и обрабатывали землю.
Лю Чэн уехал самым первым рейсом и сразу направился туда, где работал его старший брат. Лю У уже вовсю перетаскивал грузы.
— Старший брат! — Лю У услышал голос, доставил товар, отпросился у бригадира и подошел к брату. — Ты чего здесь? Дома что-то случилось?
— Случилось, брат. Мама велела тебе немедленно вернуться.
— Сейчас? Мама не сказала, что именно? — Лю У нахмурился, не в силах придумать причину. — Ладно, жди здесь.
Лю У отпросился на два дня, сославшись на семейные дела. Бригадир, видя, что ситуация срочная, разрешил отдохнуть: из-за вчерашнего ливня река вышла из берегов, отправка грузов все равно задерживалась, а многие товары в городе оказались подмочены.
— Пошли, возвращаемся.
— Эй, подожди, брат, я еще не завтракал! — Лю Чэн поспешил остановить его. — К тому же, мама просила купить кое-что.
— Пошли, куплю тебе поесть, — Лю У успокоился: раз нужно что-то купить, значит, дело серьезное, но не беда.
— Хочу вонтонов.
— Хорошо. Ты правда не знаешь, что за дело у мамы? — не унимался Лю У.
— Ой, мама сказала, вернешься — узнаешь, — Лю Чэн подтолкнул брата. — Скорее, давай поедим, а потом за покупками.
После завтрака они отправились в лавку тканей. Лю Чэн достал образцы, которые дала мать:
— Хозяин, нам нужен отрез такой ткани. Есть другие цвета?
Лавочник показал хлопок и шелк:
— Есть, сейчас принесу.
— Кому это мы покупаем? — подозрительно спросил Лю У.
— Узнаешь, когда вернемся!
— Пожалуйста, выбирайте, — лавочник разложил отрезы. — У нас лучший товар, цвета яркие.
— Возьмем этот и этот, один гусино-желтый, другой нежно-голубой, — Лю Чэн помнил, что мать просила цвета поярче.
— Хорошо, заверну. С вас один лян и двести вэней. В подарок дам две ленты для волос, — лавочник был щедрым, за что его лавку все любили.
Купив ткани, Лю Чэн набрал сладостей, вина и две свиные ножки. Лю У с сомнением посмотрел на брата:
— Что случилось? Почему ты так на меня смотришь?
— Скажи честно, мама решила меня женить?
— Что? Как ты мог такое подумать? — вырвалось у Лю Чэна.
— Почему нет? Мне уже двадцать два, пора бы.
— Значит, ты согласен жениться?
— Я об этом не думал.
— Эх, брат, не бойся, это не сватовство, просто действительно радостное событие.
Всю дорогу до телеги они препирались. Попутчики спрашивали, что за праздник, но Лю Чэн отнекивался, говоря, что просто мать соскучилась по старшему сыну и велела приготовить угощение.
Когда братья вернулись, тетушка Лю сразу позвала старшего сына в комнату:
— Хочу сказать тебе кое-что. Ты можешь согласиться, можешь отказаться, я не буду тебя винить.
Лю У, видя серьезность матери, спросил:
— Что такое, мама?
— Помнишь Янь-гэра из семьи Сяо?
— Помню. Ты же часто ходишь к нему учить шитью? Они же вроде недавно обручились?
— Я хочу признать его своим названым сыном, чтобы он выходил замуж из нашего дома. Ты согласен? — тетушка Лю нервничала.
— Согласен! Это же хорошо. Раз вы с отцом решили, значит, так тому и быть. Я-то думал, что случилось, всю дорогу голову ломал, — Лю У сразу дал добро.
— Я просто хотела посоветоваться, мы же одна семья. Не хотелось бы, чтобы ты вернулся, а у тебя внезапно появился брат — испугался бы еще.
— Мама, я все понимаю. Ты всегда хотела дочку-гэра, а родила троих парней. Теперь у тебя будет сын, это же здорово. Значит, у вас с ним судьба такая. В деревне столько гэров, а ты выбрала его.
— Не зря ты мой сын, умеешь утешить. Пойдешь со мной к Сяо? Отец с Эр-Чэном сходят к старосте. Я уже узнала, сегодня отличный день.
— Договорились. А что подарить новому брату при первой встрече? Пойду переберу свой сундук.
*
Чу Янь проснулся рано. Вчерашняя одежда намокла, он решил постирать ее вместе с вещами Сяо Линя. Он надел светло-зеленый наряд — в летний день выглядело очень свежо. Заплетать волосы он еще не умел, просто подвязывал их лентой за ушами.
Выйдя наружу, он увидел, что Сяо Линь уже встал.
— Дождя нет, надеюсь, у дяди Вана все пройдет успешно.
Сяо Линь улыбнулся:
— Не волнуйся, все будет хорошо.
Они быстро позавтракали. Хотя свадьба была только в конце десятого месяца, Чу Янь хотел подготовить все заранее и сел на веранде за шитье. Он шил обувь не только для Сяо Линя, но и для Сяо Чжэна — теперь они одна семья, и не стоит делить их на своих и чужих.
Сяо Линь мастерил качели во дворе. Чу Янь смотрел на него:
— Хорошо, что у нас такой большой двор, а то и места бы не нашлось.
— Это точно. Отец, когда строил, сделал его просторным. Тут еще пара комнат поместится, — Сяо Линь установил качели рядом с виноградной лозой, под деревом мармелада, где было прохладно.
— Брат Сяо, давай в следующий раз сходим в горы? Поищем цветы, посадим у дома, у забора будет красиво.
— Хорошо. А если не найдем, сходим в цветочную лавку в городе.
— Договорились.
Как только Сяо Линь закончил с качелями, пришли тетушка Лю и Лю У. Ворота были приоткрыты, тетушка сразу вошла. Увидев Лю У, Сяо Линь понял, что дело выгорит. Он был рад, что у Чу Яня будет больше людей, которые его любят — так ему будет спокойнее уходить в горы.
— Тетушка Лю, брат У, проходите, садитесь. А-Янь, принеси воды, — Сяо Линь, у которого руки были в опилках, попросил Чу Яня помочь.
Лю У впервые увидел Чу Яня так близко: тот сидел на веранде с шитьем, у ног лежали две собаки, на лице — легкая улыбка. Он был таким красивым, что во всей округе не сыскать. Мысль о том, что такой человек станет его младшим братом, пришлась ему по душе.
— Янь-гэр, не нужно воды, — тетушка Лю взяла Чу Яня за руку. — Мы пришли по вчерашнему делу. Я узнала, сегодня хороший день, давай проведем церемонию признания? Что скажешь?
Чу Янь посмотрел на Сяо Линя, тот кивнул.
— Хорошо, спасибо вам, тетушка.
— Тогда я пойду, а вы с Линем приходите чуть позже.
— Обязательно, не беспокойтесь.
Мать и сын ушли.
— Мама, Янь-гэр такой красивый! Я так рад, что у меня будет такой брат.
— Рада, что ты доволен. Он ведь тоже был из знатной семьи, просто случилась беда, вот и оказался в наших краях.
— Расскажешь?
— Хорошо, раньше я только отцу говорила, но теперь мы одна семья, слушай.
И она рассказала Лю У все, что знала. Она знала, что старший сын не болтлив, и ему можно доверять.
http://bllate.org/book/23767/2677818
Готово:
