Мо Си изобразила на лице глубокую обиду, словно сердце ее было разбито любимым человеком, и произнесла:
— Дедушка Лун, хотя я очень люблю брата Ханьчжи, его нынешнее поведение почти полностью истребило во мне прежние нежные чувства. Я никак не могу смириться с тем, что моим мужем станет человек, которого я не люблю. Может быть, установим трехмесячный испытательный срок? Пусть брат Ханьчжи попробует завоевать мое расположение за эти три месяца. Если по истечении этого времени моя любовь к нему вспыхнет с новой силой, тогда мы не станем расторгать помолвку.
Закончив, Мо Си с застенчивой улыбкой посмотрела на Лун Ханьчжи:
— Брат Ханьчжи, как ты на это смотришь?
— Ко… конечно, — ответил Лун Ханьчжи. Его чуть не стошнило от отвращения, а улыбка вышла до крайности неестественной.
Если бы всего два дня назад он не видел, насколько агрессивной и напористой может быть Мо Си, он бы почти поверил этой женщине, которая сейчас так робко опустила глаза. А Мо Си, глядя на то, как Лун Ханьчжи вынужден проглатывать свой гнев, едва сдерживала торжествующий смех.
Поистине, древние не лгали: стиль в духе романов Цюн Яо — это незаменимое средство для дома, путешествий и эффективного усмирения всяких подонков.
После обеда Старейшина Лун и Мать Му отправили Лун Ханьчжи погулять с Мо Си, прикрывшись благородным предлогом укрепления отношений, а сами вернулись в родовое поместье Лунов. В машине Мо Си и Лун Ханьчжи смотрели друг на друга, не произнося ни слова. Атмосфера была до предела неловкой.
Наконец Лун Ханьчжи решил нарушить тишину:
— Куда ты хочешь пойти?
— По магазинам.
— О, значит, ты любишь шопинг? Это хорошо, — продолжил он поддерживать нелепый разговор.
— ...
Мо Си смотрела на него так, будто перед ней инопланетянин. У него что, характер переменился или Старейшина Лун отбил ему голову? Мо Си не стала тратить время на общение, надела наушники и уткнулась в телефон. По правде говоря, она всерьез начала сомневаться, не подменили ли этого Лун Ханьчжи.
Дорога прошла в молчании, и вскоре машина подъехала к торговому кварталу. Мо Си занялась покупками, а Лун Ханьчжи, к своему несчастью, превратился в бесплатного носильщика пакетов. Проходя мимо одного бутика люксовой одежды, Мо Си изначально не собиралась заходить внутрь, но заметила там Линь Сяосяо — судя по всему, та устроилась туда продавцом-консультантом.
Руководствуясь принципом, что чем больше шума, тем интереснее, Мо Си без колебаний развернулась и, увлекая за собой увешанного пакетами Лун Ханьчжи, вошла в магазин.
— Это ты? — Линь Сяосяо узнала Мо Си.
— Да, и еще кое-кто, — Мо Си указала на Лун Ханьчжи, стоявшего за ее спиной с грудой сумок.
— Хань... Ханьчжи? Как ты здесь оказался? И кто она такая? — Линь Сяосяо посмотрела на него с болью в глазах и, не веря в происходящее, отступила на несколько шагов.
— Сяосяо, что ты здесь делаешь? — Лун Ханьчжи опустил пакеты и нахмурился, увидев ее.
— Я здесь работаю. Ответь мне, кто она такая? — Линь Сяосяо упрямо смотрела на него.
Ее тон был точь-в-точь как у законной жены, заставшей мужа с любовницей и устроившей ему допрос.
— Здравствуйте, я невеста Лун Ханьчжи, Му Шанси, — не дожидаясь ответа Лун Ханьчжи, Мо Си первой протянула Линь Сяосяо руку.
— Невеста... — Линь Сяосяо с недоверием перевела взгляд с Лун Ханьчжи на Мо Си, выдавила из себя неестественную улыбку и пожала руку. — Поздравляю.
— Благодарю, — грациозно ответила Мо Си, совершенно не обращая внимания на то, что лицо Лун Ханьчжи стало чернее тучи.
— Ну что же вы, не расскажете мне об ассортименте? — с любопытством спросила Мо Си, заметив, что Линь Сяосяо застыла на месте.
— А? Да, конечно, пройдемте со мной, — опомнилась та и, словно деревянная кукла, принялась показывать товар.
Когда Линь Сяосяо ушла на склад за вещами, Лун Ханьчжи схватил Мо Си за руку и прошипел сквозь зубы:
— Му Шанси, не переходи границы. У нас с Сяосяо ничего нет, не смей ей докучать.
— Я и не докучаю. Я покупаю у нее вещи, повышаю ей показатели, помогаю заработать — я ей только помогаю, — Мо Си вырвала руку, которую он сжал до боли.
Вот теперь Лун Ханьчжи вел себя как обычно.
— Надеюсь, что так.
Вернувшись с вещами, Линь Сяосяо увидела, как Мо Си и Лун Ханьчжи стоят в подозрительной близости и о чем-то шепчутся.
— Госпожа Му, вот вещи, которые вы просили, — сказала Линь Сяосяо, подойдя ближе и протягивая одежду.
Она горько усмехнулась про себя: конечно, такая бедняжка, как она, никогда не будет вместе с парнем из богатой семьи, как Лун Ханьчжи. Не стоило и мечтать о том, что ей не принадлежит.
Мо Си забрала одежду и скрылась в примерочной, оставив эту пару несчастных голубков наедине.
— Сяосяо, все не так, как ты подумала. Я и Му Шанси... в общем, что бы ни случилось, ты должна мне верить, — едва дверь закрылась, Лун Ханьчжи поспешил оправдываться.
— Тебе не нужно ничего объяснять. Вы с госпожой Му отлично смотритесь вместе, я буду молиться за ваше счастье, — ответила Линь Сяосяо, и по ее щекам покатились слезы. — Не волнуйся, я не буду тебе мешать и не стану разрушать ваши отношения.
Она решительно вытерла слезы, но именно этот вид — когда человеку больно, но он вынужден быть сильным — еще больше разжалобил Лун Ханьчжи. Он обнял ее и прильнул к губам, заставив замолчать.
Мо Си в примерочной услышала шум снаружи и пришла в ярость. Вы что, меня за человека не считаете? Тут вообще-то живой свидетель есть! Пусть я за дверью, но я же тоже человек! Проявите хоть каплю уважения!
— Размер не тот, принесите мне на размер меньше! — громко заявила Мо Си, бесцеремонно прерывая их нежности.
— Хорошо, — Линь Сяосяо вся покраснела, оттолкнула Лун Ханьчжи и убежала с вещами. А Лун Ханьчжи остался стоять на месте, глупо смакуя остатки поцелуя.
Когда Мо Си вышла из примерочной, Лун Ханьчжи уже взял себя в руки. Увидев, что она одета в то же самое, он продолжил неловко искать тему для разговора:
— Ты же пошла мерить вещи?
— Не подошло, не стала надевать, — бросила она.
— А, понятно.
Лун Ханьчжи спросил это просто для галочки, поэтому, получив ответ, просто молча сел рядом. Линь Сяосяо принесла нужную вещь, отдала Мо Си и бросила на Лун Ханьчжи застенчивый взгляд. Мо Си показалось, что в глазах Линь Сяосяо читается торжество и жалость.
Жалость? Торжество?
Какая жалость, какое торжество! Она что, жалеет меня за то, что мне наставили рога? Любовница жалеет законную невесту прямо у нее перед носом — вот уж поистине сюрреализм. Как же хочется врезать!
Мо Си глубоко вздохнула, приказывая себе успокоиться. Это общественное место, за драку могут задержать. Она законопослушный гражданин, как можно устраивать побоище при всех? Черт возьми, если я не доведу вас обоих до слез, я не буду носить свою фамилию!
— Ханьчжи, я хочу букет роз, купишь мне? — Мо Си посмотрела на него с невинной улыбкой.
— Хочешь — иди и купи сама, — машинально отказался он.
— Но дедушка... — Мо Си сделала беспомощное лицо.
— Жди здесь, я куплю.
http://bllate.org/book/23685/2627275
Готово:
