На следующий вечер Линь Муюнь привёз Линь Сюйжаня к вилле семьи Линь. Линь Цзинлэ с улыбкой ждал у входа.
Когда машина остановилась, он подошёл и открыл дверь со стороны Линь Сюйжаня.
— Старший брат, второй брат, добро пожаловать домой. Папа вас уже давно ждёт.
Линь Сюйжань встретился с ним взглядом, плотнее запахнул шарф и ничего не ответил.
— Пойдёмте внутрь.
Линь Цзинлэ повёл их в дом, радостно объявляя:
— Папа, мама, братья вернулись.
Из кухни вышла роскошно одетая женщина с мягкой, доброжелательной улыбкой.
— Муюнь, Сюйжань, вы вернулись. Ужин ещё готовят. Пока посидите с отцом, поговорите. Я заварю вам горячего чаю, согреетесь.
Линь Муюнь сохранил на лице вежливую улыбку:
— Спасибо за хлопоты, тётя Нин.
Гуань Нин прикрыла рот ладонью и рассмеялась. Её взгляд словно невзначай скользнул по молчаливому лицу Линь Сюйжаня.
— Да что ты, мы же семья. Садитесь пока.
— Старший брат, второй брат, садитесь.
Линь Цзинлэ пригласил их и повернулся к серьёзному Линь Чжэ, сидевшему в центре дивана перед телевизором.
— Папа, брат вернулся.
Линь Чжэ искоса посмотрел на старших сыновей, пошевелил губами, но гордость не позволяла заговорить первым.
Отец с сыновьями изначально не были близки, к тому же не виделись пять-шесть лет, а между ними накопилось множество событий. Неудивительно, что новая встреча была неловкой.
Линь Муюнь похлопал Линь Сюйжаня по спине, велел садиться, сам сел рядом и первым позвал:
— Папа, здоровье в порядке?
Застывшее выражение Линь Чжэ немного смягчилось. Он кивнул:
— Угу.
В огромной гостиной снова остался только голос телевизионных новостей.
Линь Цзинлэ оглядел всех и не удержался от смешка:
— Папа, ты же каждый день ворчал, чтобы брат поскорее вернулся. Ещё до их приезда шею вытягивал, а теперь сидишь и изображаешь неприступность.
Линь Чжэ стало неловко. Он сердито глянул на сына, прокашлялся, затем перевёл взгляд на Линь Сюйжаня.
— Как здоровье второго?
Линь Муюнь улыбнулся:
— После лечения намного лучше.
Линь Чжэ нахмурился:
— А привычка молчать ни капли не изменилась? Уже и поздороваться не умеет?
Смешно сказать: Линь Сюйжань с самого рождения ни разу не назвал его папой. В детстве он считал, что ребёнок замкнутый и нелюдимый, не любит говорить — и ладно. Но теперь тот вырос и всё равно не знает элементарных правил.
Линь Сюйжань опустил глаза к телефону, равнодушный к недовольству и укору в его голосе, и до конца выдержал линию «никаких манер».
Вовремя появилась Гуань Нин с чайником и чашками.
— Ну-ка, выпейте горячего. Ужин уже скоро.
Разлив чай, она села рядом с Линь Чжэ, успокаивающе похлопала его по спине и, изображая заботливую мать, начала расспрашивать братьев о жизни в Юньчэне — учёбе, работе, последних годах.
Линь Муюнь терпеливо принимал её показную заботу и, как примерный младший, рассказывал только хорошее, не упоминая плохое.
Она спрашивала, он отвечал, и к концу улыбка Гуань Нин едва держалась на лице.
— Господин, госпожа, молодые господа, — подошла служанка после того, как накрыла стол. — Ужин готов.
Линь Чжэ поднялся:
— Сначала поедим.
Пятеро людей с разными мыслями уселись за стол. Внешняя гармония была пропитана едва уловимой странностью.
После ужина Гуань Нин с улыбкой предложила:
— Муюнь, Сюйжань, оставайтесь сегодня дома. Поговорите с отцом. Вы столько лет не виделись. Он вслух не скажет, но всё это время очень о вас думал. Комнаты я велела убрать, одежду дизайнеры уже прислали.
Линь Сюйжань оставаться не хотел, но Линь Муюнь решил за двоих:
— Спасибо, тётя Нин.
— Ха-ха, семья же. Не нужно так официально.
Вид всей семьи за одним столом явно порадовал Линь Чжэ.
— Муюнь, иди со мной в кабинет. Поговорим.
Линь Муюнь кивнул и посмотрел на младшего брата:
— Сяо Жань, иди пораньше отдыхать.
— Угу.
Когда они поднялись, Линь Сюйжань тоже собирался уйти.
— Сюйжань, — остановила его Гуань Нин, улыбаясь лишь губами. — Подойди. Тётя хочет кое о чём поговорить.
Линь Сюйжань поднял глаза:
— О чём?
Она взяла чашку, отпила чай. В её манере появилась резкость и высокомерие.
— В университете ты изучал живопись, верно?
— Угу.
— Какие планы на будущее?
Линь Сюйжань слегка улыбнулся:
— Никаких. Тётя Нин хочет указать мне дорогу?
— У меня есть знакомый профессор в одном из лучших художественных институтов США. Я могу вас познакомить. Поедешь туда на несколько лет учиться дальше?
Стоявший рядом Линь Цзинлэ поддержал:
— Второй брат, серьёзно подумай. Профессор Смит — художник мирового уровня. Если будешь учиться у него, может, и сам станешь великим художником.
Линь Сюйжань лениво откинулся на спинку дивана, посмотрел на мать и сына и неторопливо сказал:
— У меня нет настолько высоких художественных амбиций. К тому же я только начал встречаться. Не могу бросить любимого ради карьеры.
Линь Цзинлэ мгновенно застыл.
Гуань Нин продолжила уговаривать с натянутой улыбкой:
— Сюйжань, вся эта любовь — мимолётное. Собственное будущее важнее. Поездишь по миру, увидишь больше людей, станешь лучше, встретишь ещё больше выдающихся людей. Когда повзрослеешь внутренне, поймёшь, кто на самом деле тебе подходит.
— Но мне кажется, кого-то лучше Хо Цичэня я уже не найду. — Линь Сюйжань невинно моргнул.
Он совершенно не пытался скрывать отношения, а для Линь Цзинлэ эти слова звучали как намеренное хвастовство и провокация. Дыхание сразу стало тяжёлым.
Гуань Нин едва не раздавила край чашки пальцами. Наконец притворство слетело, лицо похолодело.
— Я надеюсь, ты понимаешь: некоторые люди тебе не подходят.
Линь Сюйжань приподнял уголок губ и спокойно встал.
— Спасибо тёте Нин за заботу о моей личной жизни. Подходим мы друг другу или нет — решим после того, как повстречаемся подольше. Холодно, я пойду в комнату. Вы тоже отдыхайте пораньше.
Гуань Нин проводила его спину яростным взглядом и с силой поставила чашку на стол.
— Острый язык! Я его недооценила!
— Мама... — глаза Линь Цзинлэ покраснели. — Что делать? Брат Чэнь и правда с ним вместе...
Она нахмурилась и попыталась успокоить сына:
— Не переживай. Цичэня просто соблазнило его лицо. Это ненадолго, и семья Хо его тоже не примет.
— Но...
— С ним разберусь я. Тебе нужно хорошо вести проекты компании. — Гуань Нин тревожно посмотрела наверх. — Не дай Линь Муюню найти возможность наговорить отцу чего-то за твоей спиной и отобрать то, что принадлежит тебе.
Линь Цзинлэ стиснул зубы и кивнул:
— Я понял.
Вернувшись в комнату, Линь Сюйжань сел на край кровати и, повинуясь собственному желанию, позвонил Хо Цичэню. Едва тот ответил, он сразу потребовал, даже слегка капризно:
— Хо Цичэнь, я не хочу ночевать в доме семьи Линь. Приезжай за мной. Я хочу тебя увидеть.
Хо Цичэнь только что закончил сверхурочную работу и вышел из компании. Он улыбнулся:
— Хорошо. Приеду.
Лицо Линь Сюйжаня просияло.
— Я буду ждать.
Через полчаса пришло сообщение. Линь Сюйжань схватил пальто и поспешил вниз.
У виллы семьи Линь Хо Цичэнь в длинном чёрном пальто стоял рядом с машиной. Увидев, как его малыш быстро идёт к нему, он распахнул руки.
Линь Сюйжань подошёл и буквально врезался в объятия, запрокинул голову и поцеловал его в уголок губ. В глазах сияли звёзды.
— Ты так быстро приехал.
Хо Цичэнь крепко обнял его и ласково коснулся лбом его лба.
— Мой малыш по мне соскучился.
Линь Сюйжань чуть поднял лицо, легко потёрся носом о его нос.
— Хочешь меня поцеловать?
Улыбка разлилась по глазам Хо Цичэня. Он накрыл губами предложенные ему губы.
Линь Сюйжань крепко прижался к нему, и в холодной зимней ночи сердце стало тёплым и мягким.
http://bllate.org/book/23658/2643548
Готово:
