— Если я скажу, что прямо сейчас вот-вот разразится вирус, который захватит весь мир, и подавляющее большинство людей превратится в плотоядных зомби, ты поверишь мне, прекрасная сестричка, занимающаяся йогой? — Ли Цзе ничего не скрывал. Если бы это было в мирное время, человека, заранее предсказывающего будущее или обладающего какими-то сверхспособностями, скорее всего, схватили бы и потащили под микроскоп на препарирование. Но в апокалипсисе — бог весть, сколько тех ученых вообще в живых осталось, кому сейчас есть дело до исследований чужих способностей? И дело не в том, что Ли Цзе не собирался скрывать свою осведомленность о грядущей катастрофе, — он даже собственную маговку скрывать не планировал. В конце концов, наступала эпоха, где выживает сильнейший, и тот, кто станет прятать свою силу, может сразу готовиться пасть под чужими ногами в роли пушечного мяса.
— Ну ладно, малыш, раз тебе одиноко, сестричка побудет с тобой еще немного. Но только немного, ладно? У сестрички еще есть дела, — глядя на упрямый вид Ли Цзе, красавица-йогиня не стала поднимать его слова на смех и называть их бреднями. Напротив, на ее лице появилась улыбка, в которой читалась доля озорства и неверия, после чего она первой направилась обратно к беседке.
— Э-э... — Ли Цзе, глядя на эту поразительно понимающую и заботливую красавицу — настолько, что он даже не знал, как ее описать, — на мгновение действительно растерялся и не знал, что и сказать.
Когда они вернулись в беседу, часы показывали ровно 9:30.
— Малыш, ты все еще про...
— Старый Чжан... что с тобой, старый Чжан?
— А... что... что происходит?
Красавица-йогиня только попыталась о чем-то заговорить с Ли Цзе, как ее прервали несколько испуганных окриков неподалеку. Оба синхронно повернули головы и увидели, что из остальных шести человек, остававшихся в беседке, четверо внезапно потеряли сознание.
— Сестричка, не подходи, опасно! — заметив, что красавица-йогиня хочет подойти и помочь упавшим, Ли Цзе в испуге схватил ее за руку и окликнул. Красавица оглянулась на него: она ничего не сказала, но в ее живых выразительных глазах читался вопрос, требующий объяснений, а губки слегка надулись.
— Сестричка, посмотри на ту дорогу. — В порыве тревоги Ли Цзе невзначай перевел взгляд в сторону и как раз вовремя заметил, как на шоссе в нескольких сотнях метров по другую сторону искусственного озера друг за другом происходят автомобильные аварии. Он тут же указал на них красавице-йогине и тяжело произнес: — Я же говорил: это вирус, который охватит весь мир, и зараженные превращаются в плотоядных зомби. Причем угроза зомби не ограничивается людоедством — любой, кого зомби царапнет или укусит, вскоре сам станет новым зомби. Поэтому, сестричка, не ходи туда, я умоляю тебя.
Хотя Ли Цзе прочел бесчисленное множество романов об апокалипсисе, еще несколько часов назад он был самым обычным студентом образца 2012 года. Даже понимая, что в эту эпоху остается либо убивать, либо быть убитым, разве так просто обычному человеку перенять мышление непревзойденного владыки? Что уж говорить о Ли Цзе — если взять любого студента, прожившего двадцать лет в мирное время, и внезапно бросить его на поле боя, он тоже не сможет адаптироваться.
И дело было вовсе не в том, что Ли Цзе спасал ту красавицу-йогиню, — правильнее сказать, что он спасал самого себя, спасал собственную душевную опору. Ведь хотя он постоянно подбадривал себя прочитанными романами, чтобы казаться увереннее, при одной мысли о грядущих миллионах зомби у любого подкосятся ноги. Чистая, не замутненная никакими корыстными интересами улыбка красавицы-йогини дарила Ли Цзе чувство невероятного покоя и умиротворения. Если говорить прямо, именно это чувство служило ему источником мужества для борьбы! Окажись он один в этом брошенном мире, он бы очень скоро сошел с ума. Ему были нужны мужество и опора, поэтому в данный момент он подсознательно сделал из красавицы-йогини свою опору и символ стойкости.
Возможно, когда зомби бросятся прямо на него, от страха он не сможет даже сдвинуться с места. Но если бы они попытались навредить красавице-йогине, он наверняка схватил бы палку и принялся яростно колотить ими чудовищ. В этом и заключались мужество и опора. И пусть Ли Цзе еще толком не знал эту девушку, порой человеку хватает одного мимолетного взгляда или улыбки, чтобы найти опору. И хотя внешность девушки он тоже находил весьма привлекательной, перед лицом самой жизни страсть к красоткам пока могла отойти на второй план. По сути, поступок Ли Цзе был всего лишь инстинктивным стремлением найти спутника и опору посреди враждебного мира, где он остался совсем один.
— То, что ты сказал... это правда? — На безучастном прежде лице красавицы-йогини впервые отразился ужас. Она просто не могла вообразить, насколько чудовищной окажется всемирная катастрофа. Ее маленькие руки, до того неизменно твердые, слегка задрожали, а в глазах, обычно излучавших теплое сияние, затрепетал испуг...
— И... и что же нам теперь делать? — Столкнувшись с бедствием такого масштаба, красавица тоже потеряла дар речи и дрожащим голосом обратилась к Ли Цзе.
— Ждать. Когда зомби и люди поделят сферы влияния, настанет наш час для контратаки. Сейчас выжившие еще не осознали всей жестокости происходящего, никакой боеспособности из них не сформировать.
Хотя в этот момент красавица-йогиня ничем не могла помочь Ли Цзе, само ее присутствие рядом было для него величайшей поддержкой.
Только представьте: если вы в одиночку заблудились в глухом горном лесу, столкнувшись с полным одиночеством и бесконечным страхом, сколько минут вы продержитесь до нервного срыва? А что, если с вами рядом окажется семи-восьмилетний ребенок? Пусть вы познакомились всего минуту назад, пусть он совершенно ничем не может помочь, само его присутствие — уже огромная поддержка. Потому что рядом кто-то есть, и этот кто-то слабее вас, а значит, в подсознании невольно проснется желание защитить его. В этот момент вы станете намного сильнее, чем обычно, а мысли прояснятся. Без преувеличений можно сказать, что при возникновении опасности вероятность бросить всё ради спасения этого ребенка многократно возрастет.
Конечно, помимо красавицы-йогини, рядом с Ли Цзе находились еще два обычных человека. Но проблема заключалась в том, что Ли Цзе уже нашел душевную опору. Все трое были людьми, но как нормальный мужчина, имея выбор, Ли Цзе, разумеется, предпочел бы греющую душу красавицу, а не дедушек лет шестидесяти-семидесяти. Не стоит отпираться: в сердце почти каждого мужчины прячется хищный волк, и Ли Цзе не был исключением.
— А-а-а!
Стоило красавице-йогине собраться предупредить тех двух стариков, как четверо упавших и потерявших сознание людей внезапно «очнулись». Однако те старики даже вздохнуть с облегчением не успели, как четыре обратившихся в зомби существа впились зубами прямо в горла стоявших ближе всех к ним людей.
Раздался свистящий звук — глазницу ближайшего к Ли Цзе зомби пронзила стрела из чистой стали. Поняв, что дело принимает скверный оборот, Ли Цзе мгновенно извлек из пространственного мешка уже заряженный арбалет и выстрелил прямо в голову поднимавшемуся монстру. Хотя он отродясь не пользовался подобным оружием, сочетание инфракрасного и оптического прицелов в паре с практически полным отсутствием отдачи у арбалета гарантировало попадание. Если бы он промахнулся и в таких условиях, ему оставалось бы только утопиться в реке.
Монстр, получивший стрелу в глаз, тут же затих, а в сознании Ли Цзе прозвучал системный оповещающий голос: «Убит зомби 1-го уровня, получено очков опыта: 1, золотых монет: 1».
Но сейчас Ли Цзе было не до этого: остальные три зомби уже поднялись на ноги, а те двое укушенных тоже вот-вот должны были обратиться. Если не принять меры немедленно, быть беде. Отбросив страх перед демонстрацией сверхъестественного, он прямо из пространственного мешка достал второй арбалет и две пачки болтов. Один арбалет и одну пачку он отдал красавице-йогине, а сам, вооружившись новым болтом, принялся взводить тетиву.
К счастью, открытая площадка оказалась достаточно просторной, обеспечивая им с красавицей-йогиней необходимую для маневра глубину. Отступая шаг за шагом и отстреливаясь, они в конце концов перебили всех шестерых зомби.
Однако после расправы над монстрами Ли Цзе и красавица-йогиня выглядели совершенно обессиленными от пережитого страха. Как бы храбро человек ни держался за просмотром фильмов ужасов, столкнувшись с подобным лицом к лицу, любой покроется мурашками.
Бросив арбалеты, двое людей, еще не успевших даже назвать друг другу свои имена, крепко прижались друг к другу. Не произнося ни слова, не совершая никаких лишних движений, они просто стояли в тишине, обнимая друг друга. Ощущая испуганное биение чужого сердца и успокаивающее тепло живого тела, они простояли так долгое время, пока Ли Цзе не вспомнил о необходимости заблокировать оба прохода и не отстранился.
— Сестричка, хочешь, я пойду с тобой домой, проведаем твою семью?
Хотя Ли Цзе вовсе не горел желанием отправляться к ней домой — это было бы крайне глупым и опасным поступком, — было очевидно, что она тоскует по родным. Ли Цзе просто был обязан заговорить об этом первым. В конце концов, вирус только начал распространяться, и людей, обратившихся в зомби, пока не так много; отправиться в путь сейчас куда безопаснее, чем делать это позже.
— Нет, моя мама умерла, когда я была совсем маленькой, а папа сейчас далеко в стране Ю. Даже если бы сестричка захотела, боюсь, сейчас туда не добраться. А ты, малыш? — Успокоив дыхание, красавица-йогиня горько улыбнулась Ли Цзе и игриво указала на запад, где лежала Европа.
Хотя она изо всех сил старалась казаться спокойной, Ли Цзе по едва заметно сдвинутым бровям понял, что на самом деле она сильно переживает за отца. Все ее попытки выглядеть непринужденно были лишь способом поддержать его.
http://bllate.org/book/23640/2597941
Готово:
