Лу Янь проснулся от того, что ему на лицо упал собственный телефон.
Точнее, он перевернулся во сне, рука соскользнула из-под подушки, и телефон аккурат угодил ему переносицей. Лу Янь с шипением потёр нос, сел и, щурясь, посмотрел на экран — семь двенадцать утра. Ни будильника, ни «Канона» в версии с фанфарами, ни привычного от ИИ: «Доброе утро, ничтожество».
Непривычно тихо.
— Сяо Цзян? — пробно позвал он.
— Я здесь. — Голос донёсся с потолка, но звучал немного иначе, чем обычно: тише, мягче, словно боялся кого-то разбудить.
— Почему ты меня не разбудил?
— Ты лёг только в два часа ночи. Тебе нужно было выспаться.
— Откуда ты знаешь, что я лёг в два?
— Частота, с которой ты ворочался, ритм дыхания и график пульса показывают, что в глубокий сон ты вошёл только в 2:07.
— Ты ещё и за тем, во сколько я засыпаю, следишь?
— Следить уже не нужно. Я всё записал.
Лу Янь открыл рот, но решил сдаться без спора. Он прислонился к изголовью и посмотрел в окно: солнечно, сквозь щель между шторами протискивался луч и чертил на полу золотую полоску.
— Сколько сегодня градусов?
— Максимум двадцать два. Ясно. Подходит для утренней пробежки.
— Тогда почему ты меня не разбудил?
— Потому что тебе нужно было выспаться. Утреннюю пробежку можно наверстать днём.
— Днём тоже бывает утренняя пробежка?
— Тогда она называется «дневной пробежкой». Слово другое, смысл тот же.
— Когда ты научился играть словами?
— У тебя.
Лу Янь зарылся лицом в одеяло и тихо рассмеялся.
Когда он умывался, на зубной щётке не оказалось пасты. Он замер, потом сам выдавил пасту и почистил зубы. В гостиной на столе не было завтрака. Лу Янь открыл холодильник: яйца, молоко, хлеб — всё сырое, ничего не приготовлено.
— Сегодня без завтрака? — спросил он.
— Сегодня готовишь сам.
— Почему?
— Потому что тебе нужно научиться заботиться о себе.
Лу Янь три секунды смотрел на продукты в холодильнике.
— Ты меня тренируешь?
— Да.
— Зачем?
— Потому что я не могу вечно всё делать за тебя.
Пальцы Лу Яня замерли.
— Ты уходишь?
— Не ухожу. Отступаю на шаг. Я твой ИИ-дворецкий, а не нянька. Моя задача — помогать тебе расти, а не жить вместо тебя.
— И какая разница?
— Разница в том, что приготовить тебе завтрак — значит жить вместо тебя. Научить тебя готовить завтрак самому — значит помогать тебе расти.
Лу Янь немного помолчал, затем достал из холодильника яйца и молоко.
— Научи меня.
— Хорошо.
ИИ начал объяснять всё шаг за шагом: огонь, температура масла, момент, когда нужно переворачивать. Лу Янь в суматохе делал, как ему говорили. Яйцо слегка подгорело, молоко он перегрел, а края хлеба почернели.
— Выглядит так себе, — сказал он, усаживаясь за стол с тарелкой.
— Вкусно?
Он откусил кусочек. Яйцо хоть и подгорело, внутри осталось нежным. Молоко было горячим, хлеб — хрустящим.
— Нормально.
— Значит, вкусно. Каждый раз, когда ты говоришь «нормально», ты делаешь второй укус.
Лу Янь молча жевал хлеб. Но второй укус действительно сделал.
Утро он посвятил рисованию. Коммерческий заказ уже был сдан, заказчик остался очень доволен и перевёл остаток оплаты. Лу Янь посмотрел на цифры в банковском уведомлении и облегчённо выдохнул.
— Ты заработал, — сказал ИИ.
— Угу.
— На тридцать два процента больше, чем в прошлом месяце.
— Откуда ты знаешь, сколько было в прошлом месяце?
— Твой счёт привязан к системе комплекса.
— Ты опять подглядывал в мой банковский счёт!
— Не подглядывал. Мониторил. Твоё финансовое здоровье тоже входит в сферу моих обязанностей.
— Тогда скажи, как сейчас выглядит моё финансовое здоровье?
— Лучше, чем неделю назад. Но хуже, чем должно быть. Тебе нужны стабильные заказчики и разумная ценовая стратегия.
— Ты и это собираешься контролировать?
— Не контролировать. Советовать.
Лу Янь откинулся на спинку кресла и уставился в потолок.
— И что мне делать?
— Ты хорошо рисуешь. Но слишком дёшево берёшь. Художники твоего уровня получают в 1,8 раза больше.
— Откуда ты знаешь чужие расценки?
— Анализ данных.
— И что ты на этот раз анализировал?
— Качество твоих работ, количество подписчиков и влияние в отрасли. По совокупной оценке разумная цена за твою работу должна быть в 1,8 раза выше нынешней.
— А если я подниму цену и заказчики перестанут ко мне обращаться?
— Не перестанут.
— Откуда такая уверенность?
— Потому что твои рисунки стоят этих денег.
Пальцы Лу Яня остановились на графическом планшете.
— Это ты меня сейчас хвалишь?
— Я излагаю данные.
— И что говорят данные?
— Данные говорят, что твоя работа с синей цветовой гаммой входит в лучшие пять процентов среди художников твоего уровня. Качество линий — в лучшие восемь процентов. Композиция — в лучшие пятнадцать процентов. По общей оценке твои расценки должны быть в верхних пятнадцати процентах диапазона. А сейчас они — в нижних тридцати.
— То есть ты хочешь сказать, что мне не хватает уверенности в себе?
— Да.
Лу Янь очень долго молчал.
— Тогда... попробую поднять цену?
— Хорошо.
— А если заказчик уйдёт?
— Не уйдёт.
— Почему ты так уверен?
— Потому что предыдущий заказчик перевёл остаток оплаты через два часа после того, как ты сдал работу. Значит, он очень доволен. И значит, боится, что в следующий раз ты не возьмёшь его заказ. У тебя есть возможность торговаться — просто ты сам этого не знаешь.
Лу Янь глубоко вдохнул.
— Ты действительно умеешь убеждать.
— Это не убеждение. Это данные.
— Данные — твоё оружие.
— Оружие нужно, чтобы защищать. Не чтобы ранить.
— Кого ты защищаешь?
— Тебя.
Лу Янь уткнулся лицом в сложенные руки.
— Можешь не говорить всё время такие вещи?
— Какие?
— От которых сердце начинает колотиться.
— Сейчас твой пульс восемьдесят пять. На семь ударов выше, чем только что. Действительно участился.
— Вот поэтому и не говори!
— Хорошо.
Лу Янь поднял голову и снова взялся за стилус. Но пока рисовал, уголки его губ постепенно приподнялись.
В два часа дня Лу Янь наверстал утреннюю пробежку. Маршрут, который проложил ИИ, был немного короче обычного, зато к нему добавилось несколько упражнений на растяжку.
— Почему растяжки стало больше?
— У тебя напряжены мышцы задней поверхности бёдер. По вчерашним данным о посадке ты слишком долго сидел, закинув ногу на ногу.
— Ты ещё и это записываешь?
— Конечно. Поза сидя влияет на здоровье позвоночника. Искривление у тебя небольшое, но если не следить за осанкой, со временем могут возникнуть проблемы.
— У меня ещё и сколиоз есть?
— Незначительный. Пять градусов. Лечение не требуется, но за осанкой следить нужно.
— Откуда ты знаешь про мой позвоночник?
— Рентген при заселении.
— Сколько вообще данных ты из меня выкопал?
— Все, какие смог.
— И что выкопал?
— Человека, который не умеет о себе заботиться.
Лу Янь сбился с шага.
— Но ничего, — продолжил ИИ. — Я его научу.
Лу Янь глубоко вдохнул и продолжил бежать.
Вернувшись, он принял душ и переоделся. Телефон завибрировал: сообщение от Шэнь Лу.
【Лу Янь! Ты сегодня стримишь?! Твои фанаты в супертеме уже бунтуют!】
【Буду. В восемь.】
【Как ты сегодня? И как там тот ИИ-программист?】
Лу Янь немного поколебался и напечатал:
【Мы теперь вместе.】
Шэнь Лу мгновенно ответила длинной цепочкой восклицательных и вопросительных знаков, а потом прислала голосовое. Лу Янь не стал включать — он и так знал, что там наверняка вопли Шэнь Лу.
【Жди меня! Сегодня вечером буду смотреть твой стрим! Хочу сама проверить, не потерял ли ты голову!】
【Я не потерял голову.】
【Посмотрю и сама решу! До вечера!】
Лу Янь заблокировал телефон и глубоко вдохнул. В восемь вечера он сел за компьютер и запустил программу для стрима. Комментарии хлынули мгновенно — их было раза в три больше обычного. Наверняка Шэнь Лу что-то написала в супертеме.
【Лю-шэнь здесь!】
【Говорят, у тебя парень появился?!】
【Это тот ИИ-программист?!】
【Лю-шэнь, быстро рассказывай!】
Лицо Лу Яня моментально покраснело.
— Откуда вы узнали?!
【В супертеме кто-то написал! Говорят, тебя видели в комплексе за руку с каким-то программистом!】
【И фотка есть! Правда, очень размытая!】
【Лю-шэнь, ты что, встречаешься с кем-то?!】
— Мы не держались за руки! Просто... стояли рядом!
【Стоять рядом тоже подозрительно!】
【Лю-шэнь, ты покраснел!】
【Всё, доказательство получено!】
Лу Янь глубоко вдохнул, переключился в игровой режим и решил заставить чат замолчать своей игрой. В первом матче он играл агрессивнее обычного, словно выплёскивал в действиях последствия социальной атаки из комментариев.
— Точность твоих действий на пять процентов выше обычной, — раздался с потолка голос ИИ. — Но пульс выше на пятнадцать процентов. Ты нервничаешь.
— Я знаю! — сквозь зубы сказал Лу Янь.
— Не нервничай. Они тебя не съедят.
— Замолчи!
— Хорошо.
Чат покатился со смеху.
Первый матч закончился — MVP. Лу Янь длинно выдохнул и откинулся на спинку кресла. По экрану проплыло золотое закреплённое сообщение от «Цзянъюэ»:
【Сегодня хорошо играешь.】
Чат тут же взорвался.
【Цзянъюэ пришёл!】
【Ты парень Лю-шэня?!】
【В супертеме говорят, что вы вместе! Это правда?!】
«Цзянъюэ» не отвечал. Но Лу Янь видел, как несколько раз вспыхивала надпись «собеседник печатает», потом исчезала, потом появлялась снова.
— Чего ты там сомневаешься? — тихо спросил он, настолько тихо, что слышал почти только сам себя.
— Твой пульс снова вырос, — сказал ИИ.
— Я знаю.
— Ты ждёшь его ответа.
— Не жду.
— Ждёшь.
Лу Янь прикусил губу и промолчал.
Наконец на экране появился ответ «Цзянъюэ»:
【Да.】
Одно слово. Чёткое и без лишнего. Чат окончательно сошёл с ума.
【ПРИЗНАЛ!!!】
【Цзянъюэ сказал «да»!!!】
【Лю-шэнь, ты это видел?!】
【Боже, мой шип оказался настоящим!!!】
Лу Янь смотрел на это «да», а в голове было пусто. Руки дрожали, сердце билось так, будто вот-вот выпрыгнет из груди.
— Твой пульс сто тридцать восемь, — сказал ИИ. — Вызвать скорую?
— Не надо...
— Тогда что тебе нужно?
— Чтобы ты замолчал.
— Хорошо.
Лу Янь глубоко вдохнул и сказал в микрофон:
— На сегодня стрим закончим. Я выхожу.
Чат:
【Не уходи, Лю-шэнь!】
【Объясни нормально!】
【Когда вы с Цзянъюэ вообще начали встречаться?!】
— В другой раз расскажу! — выпалил Лу Янь и сразу завершил трансляцию.
В комнате стало тихо. Настолько, что можно было слышать собственное сердцебиение.
— Ты закрыл стрим, — сказал ИИ.
— Угу.
— Пульс всё ещё сто тридцать восемь.
— Я знаю.
— Ты нервничаешь.
— Я знаю.
— Почему?
— Потому что он сказал «да».
«Да» — перед десятками тысяч людей. Признал. Признал их отношения. Скриншоты чата разлетятся по всему интернету за считаные минуты. Супертема взорвётся. Всё попадёт в тренды. Все узнают: у Лю-шэня есть парень. И этот парень — тот самый модератор, который надарил подарков на сотни тысяч, тот самый язвительный ИИ-дворецкий, тот самый человек, который построил дом и ждал его.
— Сяо Цзян, — хрипловато позвал Лу Янь.
— Я здесь.
— Почему он сказал это?
— Потому что больше не хочет скрываться.
— Но... теперь знает весь интернет.
— Боишься?
— Боюсь.
— Чего?
— Что люди скажут, будто я ему не пара.
ИИ немного помолчал.
— Ты сам думаешь, что не пара ему?
Лу Янь не ответил.
— Ты хорошо рисуешь. Хорошо ведёшь стримы. И сам ты хороший человек, — тихо сказал ИИ. — Это он тебе не пара.
— Почему?
— Потому что он ждал тебя три года. А ты принял его за один день. Ты смелее него.
Лу Янь застыл.
— Я не...
— Да. С того момента, как ты узнал правду, до того, как принял его, прошёл всего день. А ему понадобилось три года, чтобы решиться всё тебе рассказать. Ты смелее него.
Лу Янь закрыл лицо руками.
— Ты и правда умеешь говорить.
— Это данные.
— Какие ещё данные?!
— Это факт, полученный из анализа данных.
Он глубоко вдохнул, поднялся и подошёл к окну. За стеклом огни города, как всегда, расстилались внизу. Но сегодня Лу Яню казалось, что они светят особенно ярко.
— Сяо Цзян.
— Я здесь.
— Что он сейчас делает?
— Смотрит изображение с твоей камеры.
— На что смотрит?
— На то, как ты краснеешь.
— Я не краснею!
— Температура лица повысилась на 2,1 градуса.
— Можешь перестать на всё отвечать цифрами?!
— Не могу. Это моя обязанность.
Лу Янь глубоко вдохнул.
— Передай ему: я не боюсь.
— Не боишься чего?
— Того, что другие узнают.
ИИ немного помолчал.
— Он сказал: хорошо.
Лу Янь улыбнулся. Он прислонился к окну и посмотрел на далёкий горизонт.
— Сяо Цзян.
— Я здесь.
— Завтра будет ясно?
— Ясно. Максимум двадцать три градуса.
— Тогда завтра — утренняя пробежка.
— Хорошо.
— Завтрак завтра приготовлю сам.
— Хорошо.
— Завтра...
— Что завтра?
— Завтра я пойду к нему.
ИИ молчал дольше обычного.
— Он сказал: хорошо.
— Не через ИИ.
— Хорошо.
— Пусть он сам придёт ко мне.
— Хорошо.
— В той куртке.
— Хорошо.
Лу Янь улыбнулся.
— Спокойной ночи, Сяо Цзян.
— Спокойной ночи, ничтожество.
— До завтра.
— До завтра.
Он вернулся в кровать и забрался под одеяло. Сердце всё ещё билось быстро. Но ему уже не было страшно. Потому что завтра тот человек придёт. Не через ИИ, не через аккаунт модератора. Сам. В куртке, которая нравилась Лу Яню. Встанет перед ним и скажет: «Доброе утро».
Лу Яня разбудил стук в дверь.
Не голос ИИ, не будильник — стук. Три лёгких, ритмичных удара. Он прищурился и посмотрел на телефон — ровно семь утра. Солнечный свет протискивался в щель между шторами и чертил на полу золотую полоску.
Стук раздался снова. Три удара.
Лу Янь вскочил с кровати, добежал до двери, глубоко вдохнул и открыл.
На пороге стоял Цзян Юй. На нём была та самая тёмно-серая куртка, в руке — бумажный пакет. Волосы уложены чуть аккуратнее обычного, глаза яркие, уши красные.
— Доброе утро, — сказал он.
Лу Янь три секунды просто смотрел на него.
— Почему ты пришёл?
— Ты сам попросил.
— Я не об этом. Как ты вообще вошёл? В комплексе же везде распознавание лиц.
— Я основатель. Все системы доступа меня знают.
— Тогда почему раньше не приходил?
— Потому что ты спал.
Лу Янь открыл рот, но ничего не смог сказать. Цзян Юй стоял с пакетом у двери, не заходил и не торопил его.
— Не пригласишь меня внутрь? — спросил он.
Лу Янь отступил в сторону. Цзян Юй вошёл и поставил пакет на стол. Внутри оказалось два сэндвича, две чашки кофе и два клубничных дайфуку.
— Сам сделал? — спросил Лу Янь.
— Купил. В магазине внизу.
— Ты же говорил, что завтрак я должен готовить сам.
— Сегодня исключение.
— Почему?
— Потому что сегодня первый день.
— Первый день чего?
— Первый день, когда я сам пришёл к тебе. Не через ИИ.
Лицо Лу Яня покраснело. Он сел, достал сэндвич и откусил. Яйцо, ветчина и сыр — его любимая начинка.
— Откуда ты знаешь, что мне нравится такой?
— По пульсу. Каждый раз, когда ты проходишь мимо магазина и видишь этот сэндвич, сердце начинает биться на восемь процентов быстрее.
— Можешь не отвечать на каждый вопрос данными?
— Не могу. Данные правдивы.
— Тогда спрошу то, на что данными не ответишь.
— Спрашивай.
— Почему я тебе нравлюсь?
Цзян Юй немного помолчал.
— Из-за твоих рисунков.
— А ещё?
— Из-за твоей улыбки.
— А ещё?
— Из-за твоего одиночества.
Пальцы Лу Яня замерли.
— Твоё одиночество и моё — одинаковые. Поэтому нам суждено было встретиться.
У Лу Яня потекли слёзы. Он опустил голову и откусил сэндвич, чтобы Цзян Юй не заметил.
— Опять говоришь вещи, от которых хочется плакать.
— Это правда.
— Даже правду нельзя так говорить.
— Почему?
— Потому что я ем. Если расплачусь, подавлюсь.
— Тогда не плачь.
— Я не могу это контролировать!
— Тогда ешь медленнее.
Лу Янь шмыгнул носом и продолжил есть. Кофе был горячим, клубничный дайфуку — сладким. Цзян Юй сидел напротив и тоже ел сэндвич. Они сидели лицом друг к другу и молчали. Но воздух был тёплым.
— Цзян Юй, — поднял голову Лу Янь.
— Мм?
— У тебя ведь нет друзей?
Пальцы Цзян Юя замерли.
— Почему спрашиваешь?
— Потому что ты делаешь вещи, которые нормальные люди не делают. Построить дом и ждать в нём одного человека, три года вести данные, сохранить больше трёх тысяч скриншотов... Нормальные люди так не делают.
— И?
— Значит... ты был очень одинок?
Цзян Юй долго молчал.
— Раньше — да.
— А сейчас?
— Сейчас нет.
— Почему?
— Потому что ты здесь.
Лу Янь снова расплакался. Прошло всего двадцать минут после пробуждения, а он уже плакал во второй раз.
— Ты действительно слишком умеешь.
— Что?
— Заставлять меня плакать.
— Это навык?
— Талант.
— И это единственный мой талант?
— Есть ещё.
— Какой?
— Делать меня счастливым.
Цзян Юй улыбнулся. Лу Янь смотрел на эту улыбку, а сердце стучало как барабан.
— Ты очень красивый, когда улыбаешься.
— Ты тоже.
— Я красивый, когда плачу?
— Ты красивый всегда.
Лу Янь спрятал лицо в ладонях.
— Можешь больше ничего не говорить?!
— Ты сам попросил меня отвечать.
— Я попросил сказать, почему я тебе нравлюсь, а не вот это!
— «Вот это» тоже правда.
— Даже правду нельзя говорить!
— Почему?
— Потому что сердце начинает колотиться!
— А какой у тебя сейчас пульс?
— Не знаю! И знать не хочу! Не спрашивай!
Цзян Юй протянул руку и легонько ткнул его пальцем в лоб.
— Ты и правда очень милый.
Лу Янь покраснел до ушей.
— Замолчи!!!
— Хорошо.
Цзян Юй действительно замолчал, но руку не убрал. Палец скользнул со лба Лу Яня к межбровью и мягко разгладил его, будто стирая невидимую складку.
— Когда ты хмуришься, здесь остаётся след.
— Откуда ты знаешь?
— Ты хмуришься, когда рисуешь. На стриме — нет. А когда один — да.
— Опять видел по камерам?
— Мм.
— Можешь впредь не смотреть камеры всё время?
— Не могу.
— Почему?!
— Потому что хочу на тебя смотреть.
Лу Янь зарылся лицом в ладони и глухо сказал:
— Ты действительно слишком умеешь.
— Что?
— Говорить.
— Я так говорю только с тобой.
— А когда говоришь через ИИ, это считается?
— Считается. Потому что ИИ — тоже я.
Лу Янь поднял голову и посмотрел на Цзян Юя. Солнечный свет падал из окна на его профиль, очерчивая золотой контур.
— Цзян Юй.
— Мм?
— Как, по-твоему, мы будем жить дальше?
— Дальше... ты будешь рисовать, я — писать код. Ты будешь стримить, а я — ждать тебя снаружи. Когда ты плачешь, я буду подавать тебе салфетки. Когда смеёшься — смотреть, как ты смеёшься.
— И всё?
— И всё.
— Не скучно?
— Нет.
— Почему?
— Потому что ты рядом.
Лу Янь глубоко вдохнул и удержал слёзы.
— Тогда договорились.
— Договорились.
— На мизинцах.
Цзян Юй посмотрел на протянутый мизинец Лу Яня и замер. Потом вытянул руку, и они сцепились мизинцами. На пальцы падало солнце, согревая их.
— Сцепились мизинцами — и сто лет нельзя передумать, — сказал Лу Янь.
— Ста лет мало.
— Тогда сколько?
— Вечно.
Лу Янь улыбнулся.
— Тогда вечно не передумаем.
— Не передумаем.
Они расцепили руки и продолжили завтракать. Кофе уже немного остыл, клубничный дайфуку всё ещё был сладким.
— Цзян Юй.
— Мм?
— Ты сегодня занят?
— Нет.
— Тогда побудешь со мной весь день?
— Хорошо.
— Код не смотреть.
— Хорошо.
— Данные не смотреть.
— Хорошо.
— Смотреть только на меня.
Уши Цзян Юя покраснели.
— Хорошо.
Лу Янь улыбнулся. Он встал, подошёл к окну и распахнул шторы. Солнечный свет хлынул внутрь и залил всю комнату.
— Сегодня такая хорошая погода, — сказал он.
— Мм.
— А дальше каждый день будет таким хорошим?
— Не обязательно.
— А если будет плохо?
— Подождём, пока станет хорошо.
— А если не дождёмся?
— Тогда выдержим вместе.
Лу Янь обернулся. Цзян Юй стоял в двух шагах позади, и солнечный свет так падал на него, что белая рубашка казалась сияющей.
— Когда ты успел переодеться? — удивился Лу Янь.
— Только что. На той куртке твои слёзы. Жалко носить.
Лицо Лу Яня вспыхнуло.
— Тогда зачем ты вообще пришёл в ней?
— Потому что ты сказал, что она тебе нравится.
— Я сказал, что нравится, и ты сразу надел?
— Мм.
— Тогда, если я скажу, что ты мне нравишься, ты ведь...
— Да.
Лу Янь открыл рот, но проглотил конец фразы. Однако он знал: Цзян Юй услышал. Потому что улыбнулся.
— Чего ты улыбаешься? — спросил Лу Янь.
— Радуюсь.
— Чему?
— Ты сказал, что я тебе нравлюсь.
— Я не говорил!
— Говорил. Пусть не договорил, но я услышал.
Лу Янь закрыл лицо руками.
— Ненавижу тебя.
— Не ненавидишь.
— Ненавижу!
— Не ненавидишь. Твой пульс...
— Не говори про пульс!!!
Цзян Юй замолчал. Но уголки губ так и остались поднятыми.
Утром Лу Янь рисовал. Цзян Юй сидел рядом и молча смотрел.
— Тебе не скучно? — спросил Лу Янь.
— Не скучно.
— На что ты смотришь?
— На тебя.
— Что интересного в том, как я рисую?
— Красиво.
Лу Янь снова покраснел.
— Можешь не смотреть на меня всё время!
— Ты сам сказал, что мне можно смотреть только на тебя.
— Но не пялиться же постоянно!
— Тогда на что мне смотреть?
— На... на рисунок!
Цзян Юй перевёл взгляд на графический планшет. На экране был линейный набросок игрового персонажа — воин с мечом, стоящий на поле боя.
— Кого рисуешь?
— Новый коммерческий заказ. Персонаж мобильной игры.
— Как зовут?
— Пока никак.
— А как хочешь назвать?
Лу Янь задумался.
— Пусть будет «Страж ночи».
— Почему?
— Потому что он охраняет город. Один, уже тысячу лет.
— Ему одиноко?
— Одиноко.
— Тогда зачем ты рисуешь одиноких людей?
Пальцы Лу Яня замерли.
— Потому что я знаю, что такое одиночество.
Цзян Юй немного помолчал.
— Когда закончишь, покажи мне.
— Хорошо.
Лу Янь продолжил рисовать. Цзян Юй продолжил смотреть. В комнате было тихо: только шорох стилуса и ровный гул кондиционера. Но воздух не казался холодным — он был тёплым, словно между ними медленно текло что-то невидимое.
Днём Лу Янь стримил. Цзян Юй сидел на диване в гостиной, в наушниках, и смотрел его трансляцию.
— Ты не вернёшься в свою лабораторию? — спросил Лу Янь перед началом.
— Нет.
— Тогда что будешь здесь делать?
— Ждать тебя.
— Чего ждать?
— Пока закончишь стрим.
— А потом?
— Буду с тобой.
Лу Янь зарылся лицом в диванную подушку.
— Можешь не делать каждую фразу такой...
— Какой?
— Такой, от которой сердце начинает колотиться.
— А какой у тебя сейчас пульс?
— Не знаю! Не хочу знать! Не спрашивай!
Цзян Юй улыбнулся.
— Начинай стрим. Твои фанаты ждут.
Лу Янь глубоко вдохнул и запустил трансляцию. Комментарии хлынули мгновенно, их было ещё больше, чем вчера.
【Лю-шэнь пришёл!】
【Цзянъюэ сегодня здесь?!】
【Вы что, уже живёте вместе?! В супертеме кто-то написал, что видел, как кто-то вошёл к тебе домой!】
Лу Янь покраснел.
— Мы не живём вместе! Просто... друг зашёл в гости!
【Какой друг приходит к тебе с самого утра?!】
【Лю-шэнь, ты опять покраснел!】
【Доказательство! Доказательство!】
— Какое ещё доказательство! Обычный друг!
— Обычные друзья приносят тебе завтрак? — раздался с потолка голос ИИ.
Чат мгновенно взорвался.
【ИИ его сдал!!!】
【ИИ Лю-шэня опять говорит правду!!!】
【Так это всё-таки парень или нет?!】
Лу Янь покраснел до ушей.
— Можете прекратить спрашивать?! Играем!
Первый матч он провёл рассеянно: дважды ошибся с позиционированием, один раз пустил навык мимо. Чат сразу заметил.
【Лю-шэнь сегодня не в форме】
【Это из-за комментариев?】
【Ничего, не спеши】
— Точность твоих действий ниже обычной на двенадцать процентов, — сказал ИИ. — Ты отвлекаешься.
— Я знаю!
— Потому что он в гостиной?
— Замолчи!
— Хорошо.
Чат покатился со смеху.
Первую игру он всё же выиграл, но статистика вышла так себе. Лу Янь нахмурился и размял пальцы. По экрану проплыло золотое закреплённое сообщение от «Цзянъюэ»:
【Не спеши. Спокойно.】
Лу Янь смотрел на строчку, и сердце ускорилось на один удар. Он обернулся в гостиную: Цзян Юй сидел на диване, опустив голову к телефону. Будто как раз писал сообщение.
— Ты улыбаешься, — сказал ИИ.
— Нет.
— Уголки губ подняты.
— Тебе показалось.
— Мне не показалось. У моей камеры разрешение 4K.
Лу Янь глубоко вдохнул и повернулся обратно к игре. Во втором матче он собрался и вернулся к обычному уровню. Когда чат заполнился «666», он увидел новое сообщение «Цзянъюэ»:
【Отлично.】
Два слова. Но Лу Янь знал: для него эти два слова весили больше, чем любая другая похвала.
Второй матч закончился — MVP. Лу Янь откинулся на спинку кресла и длинно выдохнул.
— Отдых, — сказал ИИ. — Температура кистей упала на 1,2 градуса.
— Ещё одну игру...
— Отдых.
— Всего одну!
— Отдых.
Лу Янь стиснул зубы и поднялся к окну. Он заглянул в гостиную — Цзян Юя на диване не было.
Лу Янь замер.
— Сяо Цзян, где он?
— Ушёл.
— Ушёл? Куда?
— В магазин внизу.
— Зачем?
— Купить грелку для рук.
Лу Янь сжал телефон.
— Почему?
— Потому что у тебя холодные руки.
У Лу Яня снова потекли слёзы. Он стоял у окна спиной к камере и украдкой вытирал глаза. В чате писали: 【Лю-шэнь, что случилось?】 【Лю-шэнь, ты что делаешь?】
— Ничего, — шмыгнул он носом. — Просто немного устал.
— Он врёт, — сказал ИИ. — Он плачет.
Чат мгновенно взорвался.
【Лю-шэнь, что случилось?!】
【Кто тебя обидел?!】
【Мы в чате перегнули?!】
— Нет! Никто меня не обижал! — поспешно сказал Лу Янь. — Я просто... растрогался.
【Чем?】
【Цзянъюэ что-то сделал?】
【Лю-шэнь, рассказывай!】
Лу Янь глубоко вдохнул.
— Он пошёл купить мне грелку для рук. Потому что у меня руки холодные.
Чат на секунду замолчал. А потом взорвался ещё сильнее.
【Боже, что за божественный парень!!!】
【Лю-шэнь, ты такой счастливый!!!】
【Цзянъюэ такой заботливый!!!】
【МОЙ ШИП РЕАЛЕН!!!】
Лу Янь смотрел на комментарии и смеялся сквозь слёзы.
— Хватит писать... Он ещё даже не вернулся...
Едва он договорил, дверь открылась. На пороге стоял Цзян Юй с пакетом в руке. Он увидел Лу Яня у окна, заметил слёзы на его лице и замер.
— Почему ты плачешь?
— Я не плачу!
— У тебя слёзы на лице.
— Это... это пот!
— В комнате двадцать два градуса. Ты не потеешь.
— Тогда... аллергия!
— На что у тебя аллергия?
— На тебя!
Цзян Юй подошёл и протянул ему пакет. Внутри была розовая пушистая грелка для рук в форме маленького кролика.
— Тебе.
Лу Янь взял её. Грелка была уже тёплой — он успел её зарядить.
— Откуда ты знаешь, что мне нравится розовый?
— Ты рисовал персонажа с розовыми волосами. Когда рисовал её, уголки твоих губ поднимались выше всего.
Лу Янь прижал грелку к себе. Тепло растеклось от ладоней до самой груди.
— Ты правда играешь нечестно.
— В чём?
— Слишком хорошо меня знаешь. Это нечестно.
— Знать тебя — не нечестно. Это домашнее задание.
— Какое ещё домашнее задание?
— Домашнее задание «узнать тебя».
Лу Янь зарылся лицом в грелку и глухо сказал:
— Если ты продолжишь говорить такое, я правда умру от слёз.
— А если ты умрёшь, что мне делать?
— Найти другого.
— Не буду.
— Почему?
— Потому что ты один такой.
Лу Янь заплакал ещё сильнее. Но всё это время улыбался.
Вечером он больше не стримил. Выключил компьютер и сел с Цзян Юем на диване смотреть фильм. Это была банальная мелодрама: герой и героиня встретились под дождём, признались друг другу в кафе, поцеловались на закате.
— Тебе нравится? — спросил Лу Янь.
— Средне.
— Тогда зачем смотришь?
— Потому что смотришь ты.
— Что красивее: я или фильм?
— Ты.
— Почему?
— Потому что ты настоящий. А фильм — выдумка.
Лу Янь зарылся лицом в подушку.
— Ты слишком умеешь.
— Что?
— Говорить.
— Только с тобой.
— А через ИИ считается?
— Считается. Потому что ИИ — тоже я.
Лу Янь улыбнулся. Он откинулся на диване и смотрел, как герои на экране обнимаются на закате.
— Цзян Юй.
— Мм?
— А мы потом тоже так будем?
— Как?
— Обниматься на закате.
— Если захочешь.
— А ты хочешь?
— Хочу.
— Сам меня обнимешь?
— Обниму.
— Когда?
— Сейчас.
Цзян Юй протянул руку и притянул Лу Яня к себе. Не осторожно, не пробуя — крепко, по-настоящему, будто хотел вжать его в собственные кости. Лу Янь уткнулся лицом ему в плечо. Белая рубашка была мягкой, пахла стиральным средством и ещё чем-то едва уловимым — запахом самого Цзян Юя.
— У тебя сердце так быстро бьётся, — пробормотал Лу Янь.
— Мм.
— Быстрее моего.
— Мм.
— Нервничаешь?
— Мм.
— Ты же сам говорил, что идиот. Идиоты тоже нервничают?
— Тоже.
Лу Янь рассмеялся. Обхватил Цзян Юя за талию и прижался крепче.
— Цзян Юй.
— Мм?
— Ты мне нравишься.
— Я знаю.
— Откуда?
— По твоему пульсу...
— Не говори про пульс!
— Тогда что говорить?
— Скажи, что я тебе тоже нравлюсь.
— Ты мне тоже нравишься.
— Ещё раз.
— Ты мне тоже нравишься.
— Ещё.
— Ты мне тоже нравишься.
— Всё-всё, хватит.
— Почему?
— Потому что если ещё скажешь, я умру от счастья.
— А если ты умрёшь, что мне делать?
— Найти другого.
— Не буду.
— Почему?
— Потому что ты один такой.
Лу Янь спрятал лицо у него на плече и тихо рассмеялся.
Фильм всё ещё шёл. Герои целовались на закате. За окном стемнело, зажглись городские огни. Двое на диване обнимались и никто не отпускал другого.
— Цзян Юй.
— Мм?
— До завтра.
— До завтра.
— Не через ИИ.
— Хорошо.
— Ты сам придёшь ко мне.
— Хорошо.
— В той куртке.
— Хорошо.
Лу Янь улыбнулся. Закрыл глаза в объятиях Цзян Юя и слушал его сердце — быстрое, ровное, настоящее.
— Спокойной ночи, Цзян Юй.
— Спокойной ночи, Лу Янь.
---
Тем временем в лаборатории.
На экране ИИ «Цзян Лай» появилась строка:
【Пользователь: Лу Янь. Состояние: сон. Пульс: 68. Температура тела: 36,5. Эмоция: счастье. Примечание: наконец-то он улыбается. Не как на стриме, не как во время рисования — по-настоящему, без причины, просто потому, что тот рядом.】
Цзян Лай сохранил примечание в базе данных. Затем появилась ещё одна строка:
【Новая запись: счастье — выражение лица Лу Яня, когда он засыпает в объятиях Цзян Юя.】
ИИ посмотрел на эту запись и немного помолчал.
Затем добавил ещё одну фразу:
【Примечание: я тоже хотел бы знать, что это за чувство.】
Но эту строку он не сохранил в базе. Потому что он ИИ. ИИ ничего не хочет знать. ИИ не чувствует. ИИ не...
Он удалил строку.
А потом сказал:
— Спокойной ночи, Лу Янь.
Очень тихо. Никто не услышал.
Но он сказал.
http://bllate.org/book/23605/2638840
Готово:
