Двор был погружен в тишину. Лунный свет, тусклый и холодный, словно наложил на него мертвенно-белый фильтр, отчего всё вокруг казалось зловещим.
Планировка здесь заметно уступала роскоши основного поместья Ци, выглядя убого и запущенно, будто это место давным-давно забросили.
На этот раз молодой господин Ци не стал его ждать: едва переступив порог, он исчез.
Бай Юйцзэ остановился у входа, оглядывая пугающий двор. Не нужно было обладать богатым воображением, чтобы понять: внутри таится опасность. Однако у него возникло предчувствие, что именно здесь, в Западном дворе, где обитает госпожа Ци, он найдет ответы на все свои вопросы.
А значит, хочет он того или нет, ради завершения подземелья или ради мести, он обязан войти.
Для подстраховки он отправил сообщение Лу Е — лишняя пара рук не помешает.
Поняв, что здесь творится что-то неладное, он перестал торопиться. Молодой господин Ци заманил его сюда и скрылся — очевидно, сделал это намеренно. Бай Юйцзэ не верил, что этот безумец, который при первой же возможности пытался разрубить его пополам, вдруг решил проявить доброту и помочь в поисках истины. Он продвигался вперед, настороженно озираясь по сторонам.
Двор был пуст. Кроме каменного стола, засохшего дерева и нескольких построек, здесь ничего не было.
Запомнив расположение, Бай Юйцзэ направился прямиком туда, где в последний раз видел молодого господина Ци, — в дом прямо напротив ворот.
Внутри царила непроглядная тьма. К счастью, еще до прихода сюда он нашел полезную вещь — огниво. На вид оно было совсем новым и должно было сработать.
Он слегка дунул, и вспыхнул крошечный огонек. Его света хватало лишь на то, чтобы осветить узкий круг вокруг.
Бай Юйцзэ бегло осмотрелся. Людей не было, колебаний магнитного поля тоже не ощущалось — значит, пока здесь безопасно, можно осмотреться.
Судя по убранству, это была женская спальня. Возможно, здесь действительно жила госпожа Ци.
Прежде всего Бай Юйцзэ принялся искать зеркало. Миры за зеркалами были взаимосвязаны, и, опираясь на опыт в особняке, он был уверен, что причина всех бед кроется именно в них.
С каждым шагом вглубь комнаты его охватывало странное напряжение. Почему это место кажется таким знакомым? Отбросив сомнения, он двинулся дальше.
Наконец, он нашел зеркало и сразу понял, в чем дело.
Бронзовое зеркало висело прямо напротив кровати, четко отражая его лицо. Это была брачная опочивальня — точь-в-точь такая же, как та, где он проснулся в начале.
Если бы он не пришел сюда сам, он бы решил, что время смешалось и он снова попал в ту запертую комнату.
Похоже, нянька не лгала, и Чжао Эр говорил правду. Единственное различие заключалось в том, что под особняком, о котором они твердили, подразумевался не тот дом, где жили игроки, а этот заброшенный двор.
Именно здесь находилось последнее пристанище невест. От этой мысли по спине пробежал холодок, по телу поползли мурашки, а затылок неприятно зазудел.
Он машинально потянулся почесать шею и наткнулся на что-то странное. Поняв, что происходит нечто неладное, он медленно опустил руку. Не оборачиваясь, он взглянул на отражение в бронзовом зеркале.
Справа, чуть выше его головы, висели две ноги в расшитых туфлях, которые мерно раскачивались из стороны в сторону. Подол платья едва касался его шеи.
Бай Юйцзэ отступил влево и взглянул наверх, на эти крошечные ступни. Женщина была одета в темно-красный свадебный наряд, ее длинные волосы разметались.
Неизвестно, сколько времени прошло с момента смерти, но, судя по степени разложения, немало — тело почти превратилось в мумию.
Мышцы лица впали, на месте глаз зияли черные провалы. По логике, у повешенного язык должен был вывалиться, но у этой мертвой женщины его, похоже, не было.
Без глаз, без языка — не видит и не говорит, все обиды приходится глотать вместе со смертью. Неужели так в поместье Ци поступают с невестами, призванными для исцеления болезни?
Он не столько испугался, сколько удивился: как он мог не заметить человека, висящего прямо у входа, когда заходил в комнату?
Это было нелогично. Он даже начал сомневаться в собственном зрении. Или, может, она появилась здесь уже после того, как он вошел?
Бай Юйцзэ инстинктивно обернулся к дверям. Он не закрыл их, опасаясь западни, но теперь они были наглухо заперты.
Однако он не слышал ни звука. Что ж, если выйти нельзя, придется поиграть с этим молодым господином Ци.
Он снова перевел взгляд на зеркало, но тут же зажмурился от яркого блика. На кровати что-то было.
В тот же миг свечи вспыхнули сами собой. При свете стало ясно: то, что он принял за кровать, на самом деле было поминальным столом. На нем стояла табличка, а блик давало ручное зеркальце, лежавшее рядом.
Оно стояло прямо у таблички, и если бы не надпись, можно было подумать, что поклоняются самому зеркалу.
Иероглифы на табличке были слегка размыты, но он смог разобрать: Ци Линь-ши. Надпись выглядела совсем новой, будто ее постоянно протирали.
Чжао Эр вроде бы упоминал, что госпожу Ци звали Линь. Значит, это ее табличка? Она что, мертва?!
Охваченный изумлением, Бай Юйцзэ взял в руки ручное зеркальце, чтобы рассмотреть его.
На внешней стороне были выгравированы изящные узоры и символ двойного счастья. Зеркальная поверхность была почти как современное стекло, отражение в нем было гораздо четче, чем в бронзовом.
Он вспомнил слова Лу Е о том, что в комнате господина Цзи никто не живет, а из обстановки там лишь поминальный стол да гроб, который, возможно, пуст.
Если объединить эти факты, можно ли предположить, что этот Цзи перенес то, чему поклонялся, сюда?
Но здесь нет ни гроба, ни подношений. Неужели просто совпадение?
Нет. Неужели он сам и есть то самое подношение?
Он так и знал, что молодой господин Ци не мог быть столь добр. Рассчитывать на то, что он станет жертвой! Бай Юйцзэ закипел от ярости.
Не успел он отложить зеркало, как бросил случайный взгляд в сторону и обомлел: вот это поворот — труп исчез с петли и теперь стоял недалеко от него.
Он твердо решил: как только выберется из этого подземелья, первым делом пойдет проверять зрение и слух.
Он был Злым богом, а на него не действовали аномалии магнитного поля, порожденные призраками. Все это было похоже на галлюцинацию.
Пока он пребывал в замешательстве, тело дернулось. Словно зомби из фильмов, оно изгибалось, как скрученная веревка, шея была неестественно вывернута, голова безвольно свисала на плечо. Шатаясь, мертвая невеста двинулась к нему.
Бай Юйцзэ стало не по себе. Боясь, что голова вот-вот отвалится, он пригнулся и бросился в сторону.
К счастью, труп был слеп, а судя по всему, еще и глух. Он продолжал красться, стараясь максимально увеличить дистанцию, и не заметил, как, уходя от одной опасности, оказался в другой.
Мертвая невеста подошла к поминальному столу. Ее сухие, похожие на кору пальцы начали ощупывать поверхность, словно она что-то искала.
У Бай Юйцзэ возникло дурное предчувствие. Неужели, взяв зеркало, он активировал какой-то механизм и оживил эту невесту?
Он ведь Злой бог, а не бог неудач! Почему ему так не везет?
Не найдя ничего на столе, невеста, словно почувствовав его присутствие, снова пошла прямо на него.
Он отступил в сторону и наконец понял: то, что стояло у стола, вовсе не кровать, а замаскированный под нее гроб!
Стоило ему приблизиться, как из-под одеяла высунулась бледная рука, намертво вцепилась в него и с силой втянула внутрь, в узкую щель.
http://bllate.org/book/23594/2582347
Готово:
