Классный руководитель нахмурился.
Все студенты в аудитории перевели взгляды на Чжоу Цзиня.
Цинь Шуаншуан вскочила, уперла руки в бока и, защищая его, выпалила:
— Что значит, должно быть, пропали? Ты так говоришь, что это бросает тень на Чжоу-шэня!
— Именно! Есть хоть какие-то доказательства?
…
Чжоу Цзинь всегда был отзывчивым, учился на отлично, и многие, сталкиваясь с трудностями, шли к нему за советом — он неизменно помогал, терпеливо разъясняя материал. К тому же он был невероятно красив и по праву считался главным красавцем факультета искусств.
Сейчас девушки, словно наседки, защищающие цыплят, наперебой принялись отчитывать Линь Чэня. Даже классный руководитель засомневался, решив, что Линь Чэнь ведет себя безответственно, делая подобные заявления.
Вокруг собиралось все больше людей, включая студентов с других факультетов, проходивших мимо после занятий. Линь Чэнь не ожидал, что вся эта толпа из Университета Цин будет так яростно выгораживать Чжоу Цзиня. Он, наследник клана Линь, никогда еще не подвергался подобным нападкам.
Не сдержавшись, он попытался оправдаться:
— Я просто предположил, я же не утверждал наверняка. К тому же, все знают, в каком положении семья Чжоу Цзиня, так что это вполне возможно…
Не успел он закончить, как от дверей раздался властный, глубокий голос:
— Оживленно тут у вас.
Все обернулись к выходу. Ого!
Что здесь делает этот господин?
Чу Шиянь вошел в аудиторию с ироничной усмешкой на лице. Следом за ним шли Фэн Цзюньшань и Лу Цзюнь.
Линь Чэнь с восторгом посмотрел на Чу Шияня и поспешно пригладил волосы.
— Брат Янь, это же я, Чэньчэнь, — пролепетал он с нежностью.
Чу Шиянь холодно взглянул на него:
— Не знаю такого.
— Как же так? Я Линь Чэнь из Шэньяо, мы же играли вместе в детстве!
— Не помню.
Кто-то из студентов не сдержал смешка.
Линь Чэнь задрожал, в его голосе зазвучала обида:
— Брат Янь, я знаю, ты злишься, что я уехал за границу. Мне не стоило этого делать, давай я объясню все позже, наедине?
Как только прозвучали эти слова, Чу Шиянь нахмурился и уставился на него с нечитаемым выражением лица.
— Я только перевелся на факультет искусств, и у меня украли часы. Это был подарок родителей на день рождения, — сказал Линь Чэнь и бросил взгляд на Чжоу Цзиня.
Лицо Чу Шияня помрачнело. Заметив это, Линь Чэнь торжествующе улыбнулся.
Смотри, брат Янь, вот какой Чжоу Цзинь на самом деле. Как он вообще посмел мечтать о тебе? Он тебя недостоин.
У Чу Шияня были удивительно красивые глаза, которые в спокойном состоянии придавали его лицу легкий налет игривости. Но когда он хмурился, его взгляд становился острым, тяжелым, подавляющим.
Он шаг за шагом приближался к Чжоу Цзиню, сжав кулаки. Некоторые студенты даже закрыли глаза, боясь увидеть кровавую расправу. Классный руководитель уже хотел вмешаться, как вдруг услышал яростный голос Чу Шияня:
— Ты что, дурак? Тебя обвиняют, а ты даже не пытаешься оправдаться?
Весь класс, включая Линь Чэня, остолбенел.
Видя эту покорность, Чу Шиянь только сильнее злился. Как его самого злить — так он мастак, а как дать отпор обидчикам — так молчит. Черт бы его побрал! Руки так и чесались кому-нибудь врезать.
Чжоу Цзинь почувствовал, как внутри все сжалось:
— Ты… остынь.
— Остыть? Я сейчас сам взорвусь, понятно?
Ну надо же!
Чжоу Цзинь потерял дар речи, но в то же время ему стало смешно. Он примирительно пробормотал:
— Я как раз собирался ответить, но тут вошел ты.
Все в комнате отчетливо услышали это. Выходит, господин Янь пришел заступиться за Чжоу-шэня? С каких это пор они так близки?
Фэн Цзюньшань не мог на это смотреть — у него было полное ощущение, что он наблюдает за тем, как влюбляется господин Янь.
Лу Цзюнь подумал: Весь в Шияня, все делает с таким размахом.
Гнев Чу Шияня словно сдулся, стоило Чжоу Цзиню произнести эти тихие слова.
— Брат Янь, я правда… — начал было Линь Чэнь, но его прервал один из студентов:
— Нашлись! Тут, за коробками!
Часы передали в руки классного руководителя.
— Линь Чэнь, это они?
Как они могли оказаться там? Он ведь точно положил…
Линь Чэнь резко обернулся к Чжоу Цзиню. Это он. Он все знал с самого начала, разгадал его план. Какой расчетливый человек. Его близость с братом Янем явно преследует недобрые цели.
Но сейчас… Линь Чэнь спрятал эмоции в глазах:
— Да, мои.
Студенты начали возмущаться:
— Сам был неосторожен, а еще и Чжоу-шэня обвинил, ну надо же!
— И не говори, никакой ответственности за свои слова.
— Извинись, — ледяным тоном произнес Чу Шиянь.
Линь Чэнь вздрогнул, его глаза наполнились слезами, и он с трудом выдавил:
— Прости, я ошибся.
Чжоу Цзинь равнодушно хмыкнул. После всех интриг прошлой жизни методы этих детей казались ему смехотворными. Еще в обед, когда Линь Чэнь намеренно задержался и снял часы, он понял, что тот что-то задумал. Чжоу Цзинь пришел к выводу, что, должно быть, Линь Чэнь вчера заметил, как он наносил мазь.
Верно говорят: не стоило приближаться к Чу Шияню.
Студенты постепенно разошлись, Чжоу Цзинь вышел через заднюю дверь. Чу Шиянь хотел последовать за ним, но его перехватил Линь Чэнь.
— Брат Янь, я так скучал. Жаль только, что я учусь на дизайне, а не на твоем факультете. Брат Цзюньшань, брат Цзюнь, давно не виделись.
Те кивнули. Они действительно были знакомы с детства, только вот Линь Чэнь всегда вился за Шиянем, а тот его в упор не замечал.
— Кто тебе брат? Не пытайся набиваться в родственники, — Чу Шиянь посмотрел на него с угрозой. — Еще раз услышу — останешься без языка.
Сказав это, он развернулся и ушел, не обращая на Линь Чэня никакого внимания.
…
На следующий день, в бизнес-школе, профессор читал лекцию о финансовом кризисе в Юго-Восточной Азии. Чу Шиянь, сидевший на последнем ряду, каждые несколько секунд проверял телефон.
В WeChat — тишина.
Проверил снова — ничего.
Фэн Цзюньшань не выдержал:
— Шиянь, может, мне помочь тебе спросить?
— Спросить что, задницу себе почесать?
Чу Шиянь бросил на него такой взгляд, что Фэн Цзюньшань тут же прикусил язык. Про себя он проклинал Чжоу Цзиня: если тот не напишет, они с Лу Цзюнем здесь от холода околеют.
В два часа ночи измотанный Чжоу Цзинь вернулся домой. У подъезда стоял Кёнигсегг, а на капоте сидел человек. В лунном свете его фигура казалась такой одинокой. Чжоу Цзинь вздохнул и подошел ближе.
Чу Шиянь не пошевелился, лишь поднял на него немигающий взгляд:
— Где был?
Чжоу Цзинь промолчал.
— Я с тобой разговариваю! — голос Чу Шияня сорвался на крик.
Он прождал здесь весь вечер, перебирая в голове тысячи догадок. На самом деле, ему достаточно было одного звонка, чтобы узнать, где находится Чжоу Цзинь и чем занимается. Но он упорно прождал всю ночь.
Чжоу Цзинь по-прежнему молчал. Чу Шиянь рванул его за воротник и прошипел:
— Ты что, пошел торговать собой?
Услышав это, Чжоу Цзинь почувствовал, как внутри все похолодело. Он с силой оттолкнул Чу Шияня и, вспыхнув от гнева, бросил:
— Не твое собачье дело!
Он развернулся и направился к лестнице. Едва открыв дверь, он почувствовал, как кто-то набросился на него со спины, и дверь с грохотом захлопнулась.
Чу Шиянь, срывая с себя одежду, потащил Чжоу Цзиня к кровати, вопя, словно бешеный пес:
— Хорошо! Раз торгуешь, называй цену! Я тебя куплю!
С этими словами он швырнул Чжоу Цзиня на кровать и навалился сверху. Несмотря на то что Чу Шиянь был ниже ростом, с детства он проходил спецподготовку в армии, и его физическая сила была поразительной.
Чжоу Цзинь поначалу не мог ничего сделать, но его это даже рассмешило. Черт, в этой жизни он больше не собирается терпеть выходки этого бешеного пса ради каких-то денег.
Он нащупал рукой веревку, лежавшую у кровати. На его губах заиграла опасная улыбка, и, пока ошеломленный Чу Шиянь не успел среагировать, он ловко связал ему руки и ноги, а затем одним пинком сбросил с кровати.
http://bllate.org/book/23555/2556283
Готово:
