Сила крови тех, кто слабее, не способна противостоять соблазну, исходящему от чужой крови. Он же обладал огромной силой, так что, разумеется, не терял контроль — им двигало лишь чистое любопытство.
Прежде за сотни и тысячи лет ему еще не доводилось встречать столь аппетитную, восхитительную кровь, а теперь всего за один месяц попалось сразу двое.
Он чувствовал, что от этой девушки не исходит аура других вампиров — это значило, что никто еще не касался ее своей жаждой.
Не встреть он Шэнь Нина, возможно, этот юноша и подумал бы о том, чтобы забрать ее с собой. Но если бы он так поступил...
Тот малыш наверняка решил бы, что его хотят бросить, и жалко-жалко плакал бы перед ним.
Малыш казался до смерти напуганным перспективой оказаться ненужным, каждый раз вел себя так послушно, но при этом боялся лишний раз прильнуть к нему.
При этой мысли Сы Хань, чье лицо обычно оставалось совершенно бесстрастным, чуть заметно изогнул уголки губ.
Красота мужчины, похожего на растающий айсберг, вмиг завладела все вниманием Сун Цинсюэ, и она замерла на месте.
До сей поры ей еще не доводилось встречать столь прекрасных мужчин — он выглядел даже лучше тех больших звезд, что мелькали на экранах телевизоров.
Она не удержалась и засмотрелась, глупо шагая вслед за мужчиной, пока случайно не врезалась в стеллаж и, по закону подлости, не рухнула прямо на Сы Ханя.
Шэнь Нин, толкнув дверь, застал именно эту сцену интимной близости: хрупкая девушка полулежала в объятиях мужчины, а тот, красивый и элегантный, хмурил брови, выказывая явное недовольство, но не спешил отталкивать ее.
Хотя девушка быстро отстранилась, это мимолетное прикосновение все равно неприятно задело Шэнь Нина, и увиденное показалось ему до боли режущим глаза.
— Большой... господин! — испуганно выдохнул Шэнь Нин, и когда мужчина обернулся, идеально изобразил растерянность. Его взгляд заскользил между ними, напускная угрюмость омрачила лицо, а от комплексов он даже слегка опустил голову.
Сун Цинсюэ, стоило ей только взглянуть на вошедшего, снова широко распахнула глаза.
Она подрабатывала в этой пекарне уже больше полумесяца, но за все время не видела почти ни одного симпатичного парня, а тут за день сразу двое, да еще и донельзя потрясающих!
Если сравнивать, они ни в чем не уступали друг другу: один зрелый и солидный, другой — юный и ослепительно красивый.
К тому же, эти двое, кажется, были знакомы?
Вампир-президент (су) х звезда-третьесортка (ан)
Сы Хань кивнул Шэнь Нину и произнес:
— Я купил тебе. Посмотри, хочешь ли чего-нибудь еще?
При этих словах Шэнь Нин слегка опешил. Он знал, что Сы Хань оказался здесь из-за сюжетного триггера, сводящего его с главной героиней, но никак не ожидал, что сюжет решит заставить Сы Ханя покупать ему булочки.
Видя, что Шэнь Нин молчит, Сы Хань слегка нахмурился:
— Тебе не нравится выпечка?
Память у Сы Ханя была превосходной: он помнил, как Шэнь Нин говорил, что любит сладкое. Проходя мимо, он заглянул в эту изысканно оформленную частную кондитерскую — прежде он никогда не занимался подобным, но сейчас просто внезапно захотел сделать это и сделал.
Сы Хань не считал, что этот маленький вампирчик имеет для него какой-то особый вес; скорее, он просто хотел побыть примерным хозяином.
Ему требовалась кровь этого существа, так что хорошо кормить и холить своего донора было необходимостью.
Он никогда не замечал за собой никаких иных чувств к этому единственному подпиточному вампирчику — например, жалости или нежности?
— Люблю, — Шэнь Нин чуть приподнял взгляд, и те прекрасные персиковые глаза, полные невысказанных чувств, мгновенно засияли ярким светом. Вторую половину фразы он произнес совсем тихо, словно рассуждая сам с собой: — Очень люблю.
Тонкие губы чуть дрогнули в подобии улыбки, словно озаренные лучами ласкового весеннего солнца, и этого легкого изгиба оказалось достаточно, чтобы разогнать любые тучи и заставить все вокруг засиять.
Сы Хань тоже на мгновение замер — внешность маленького вампирчика ничуть не уступала сородичам-аристократам ночи.
Рядом с двумя потрясающе красивыми мужчинами привлекательность девушки разом поблекла, и она тут же оказалась оттеснена на задний план, превратившись в бесцветный фон.
— Нравится — выбери еще что-нибудь, купим и пойдем домой.
Сы Хань слегка отвел взгляд, его голос прозвучал чуть ниже обычного, а тон остался прежним, прохладным. Тем не менее, он отчетливо заметил, как при слове дом лицо юноши озарилось еще более яркой улыбкой.
Задумавшись о чем-то, он позволил уголкам глубоких, темных глаз на секунду тронуть едва заметную улыбку, которая тут же исчезла без следа.
После появления Шэнь Нина Сун Цинсюэ больше не смела подходить к Сы Ханю и близко — о каком приближении шла речь, если ей даже не представилось возможности вставить хоть слово!
К счастью, в этот момент в пекарню зашли другие покупатели, и она поспешила заняться обслуживанием, а Шэнь Нин с Сы Ханем тем временем рассчитались у вернувшегося с перерыва коллеги и ушли. Девушке оставалось лишь смотреть им вслед.
Хотя они пробыли вместе всего пару минут и она не смогла перекинуться с ними даже словом, ей упорно казалось, что тот молодой парень, пришедший позже, испытывает к ней какую-то враждебность.
Словно подтверждая ее интуицию, на самом повороте Шэнь Нин неожиданно обернулся и посмотрел прямо на нее.
Его взгляд, пронзивший пространство сквозь прозрачное стекло, был тяжелым и острым, а те манящие персиковые глаза стали холодными и безжалостными, тая в глубине какую-то опасную скрытую угрозу.
Всего одного мгновения хватило, чтобы Сун Цинсюэ прошиб ледяной пот. Она замерла на месте и еще долго стояла неподвижно, пока коллега не тронул ее за локоть, напоминая пробить чек для клиента, и лишь тогда она опомнилась от этого жуткого, полного мрачной злобы взгляда.
В тот же вечер система 520 сообщила Шэнь Нину, что Сун Цинсюэ увезли: по дороге с работы личная стража Бо Аня доставила ее прямиком к вампирам.
Учитывая, что это его первое задание, 520 установил точку входа в игру прямо перед началом основных событий — то есть до встречи Сы Ханя с главной героиней, что значительно снижало сложность прохождения.
Полученный Шэнь Нином сюжет не был высечен в камне: именно благодаря возможности изменений у него имелся шанс успешно пройти ветку целевого персонажа.
Впрочем, как бы ни менялся сценарий, существовало некое генеральное направление, и то, чему положено случиться, все равно происходило — казалось, этого не избежать.
В оригинальной истории Бо Ань, тяжело раненный, был найден главной героиней на берегу моря, с чего все и закрутилось.
Но сейчас этого эпизода не произошло: главную героиню попросту похитили прямо с улицы, да и ее встреча с Сы Ханем тоже отсутствовала в каноничном сюжете.
Пока он размышлял об этом, над головой раздался раскат грома, и небо рассекла вспышка жуткого фиолетового света, похожая на удар гигантского топора, расколовшего чернильно-густую ночь. За все время пребывания в этом игровом мире он впервые столкнулся с грозой.
Глядя на разветвленные ветви фиолетовых молний за окном, Шэнь Нин тронул губы улыбкой, но в следующий же миг его лицо смертельно побледнело, глаза заблестели от слез, а вид сделался таким, будто он испытал смертельный испуг.
520: Ого! Мастер перевоплощения уровня «одна секунда»!
Вампир-президент (су) х звезда-третьесортка (ан)
Тук-тук-тук...
Стук в дверь прозвучал удивительно четко в промежутках между раскатами ночного грома.
В просторной и роскошной комнате лицо мужчины под светом настенного светильника казалось особенно красивым и резким. Глаза, отливающие винным блеском, оторвались от англоязычной книги в твердом переплете и переместились на закрытую дверь:
— Войдите.
Вот только этот тихий окрик потонул в очередном ударе грома.
За дверью царила тишина — судя по всему, гость не мог решить, стоит ли продолжать стучать или лучше развернуться и уйти.
Сы Хаю даже не нужно было гадать, кто стоял по ту сторону.
Его взгляд мгновенно смягчился, он чуть закусил губу и больше ничего не произнес, но тяжелая дверь сама собой плавно отворилась. На пороге полуприседал молодой человек: зажав уши руками, он слегка подрагивал всем телом.
Сы Хань замер. В мгновение ока преодолев разделявшее их расстояние, он оказался в дверях и теперь смотрел на юношу сверху вниз. Поколебавшись секунду, мужчина протянул руку, чтобы поднять его. Парень, казалось, совсем лишился сил в ногах, и стоило Сы Ханю поддержать его, как он тут же уткнулся тому в грудь, напоминая птенца, только что пережившего крушение гнезда и теперь прижимающегося к старшему, пока его дрожь становилась все сильнее.
Дрожащим, мягким голосом он произнес:
— Господин, мне страшно...
— Ты боишься грозы? — Сы Хань нахмурился, и прежде чем он успел отстранить прильнувшего юношу, тот, вжав голову в плечи, начал медленно пятиться назад. И хотя его трясло от страха, он все равно страшился показаться неучтивым и испуганно жался к стене.
— Я... я совсем капельку боюсь, — он поднял голову: бледное лицо, красные от сдерживаемых слез глаза, а в голосе звучала почти мольба: — Можно... можно мне остаться в вашей комнате? Я побуду здесь, правда, только на диване, господин.
Сы Хань молчал.
Проведя в мире людей столько лет, он повидал немало тех, кто пытался приблизиться к нему с самыми разными целями, и всегда безжалостно гнал их прочь. Но этот маленький вампир... при росте выше среднего характер он имел донельзя мягкий, трусливый и плаксивый.
Протянув руку, он коснулся мягкой макушки юноши:
— Заходи.
Шэнь Нин осторожно поднял взгляд — в его глазах блеснул лучик света, изображая крайнюю степень изумления и восторга, после чего он послушно сел следом.
В этот момент грянул новый раскат грома, взорвавшись где-то совсем близко, и небо за окном на миг озарилось дневным светом. Тут же спину Сы Ханя обжег горячий, трепещущий человеческий торс.
Человек за его спиной цеплялся за него так, словно это была последняя соломинка в его жизни — отчаянно, намертво, не желая разжимать пальцы.
520: Боится грозы? Да этот маленький принц — природный маг молний, от одного имени которого еще в шестилетнем возрасте дрожали все вокруг! Чего ему бояться, черт возьми?!
— Не бойся, — Сы Хань разжал его пальцы и мягко притянул к себе, подумав про себя, что у этого маленького вампирчика и впрямь на редкость крошечное сердце.
— Угу, не боюсь, — юноша тихонько улыбнулся и преданно заглянул в глаза герцогу, облаченному в мягкий шелковый халат. — Пока рядом господин, я ничего не боюсь.
При этом во время очередного раската грома его тело все еще по привычке слегка вздрагивало.
Сердечный ритм Сы Ханя неожиданно сбился. Он не стал уличать парня во лжи и, взяв за руку, подвел к кровати:
— Ложись.
Шэнь Нин удивленно моргнул, но с места не тронулся — на его лице отчетливо читалось смущение и тревога:
— Я лучше посплю на диване.
Сы Хань ничего не ответил, лишь слегка хлопнул ладонью по матрасу, призывая подчиниться.
Шэнь Нин помедлил секунду, а затем покорно откинул одеяло и забрался под него. Спустя мгновение матрас рядом с ним прогнулся, и легкое дыхание мужчины коснулось его щеки.
Проведя рукой по мягким волосам, Сы Хань произнес низким голосом:
— Спи.
— Хорошо, — необыкновенно послушно отозвался юноша. — Господин, вы тоже отдохните пораньше.Сказав это, он закрыл глаза, а на его губах застыла едва заметная улыбка.
Так быстро затащил меня в постель, прогресс вполне неплох.
Омега-президент-вампир против альфа-актера из массовки (8)
Этой ночью лил проливной дождь, грохотали раскаты грома. Шэнь Нин несколько раз от испуга забирался в объятия Сы Ханя. Видя, как сильно тот боится, Сы Хань протянул руку, похлопал его по спине и прижал к груди.
Человек в его объятиях крепко сжимал пальцами уголок его одежды, и лишь спустя долгое время его дыхание стало легким и размеренным. Но вскоре он снова заворочался, охваченный беспокойством, его брови сошлись на переносице в глубокую складку, а в бреду звучали жалкие и униженные слова:
— Господин, так люблю, так сильно люблю вас, господин.
— Господин, не бросайте меня.
— У-у-у...
Сы Хань невольно подумал, что его маленький кровосос, пожалуй, зависит от него куда сильнее, чем он себе представлял. Вспомнив прошлое маленького слуги — тот с детства был брошен в приюте, а благодаря красивой внешности и хорошим оценкам попал в поле зрения скаута и вошел в шоу-бизнес...
Точно так же, как и он сам, тот вечно был окутан одиночеством.
Вспомнив невольно сорвавшееся с его собственных губ днем слово «дом», он вспомнил и то, как глаза ребенка засияли так, будто в них отразились яркие звезды, а уголки губ чуть приподнялись.
Если в будущем они будут идти рука об руку, возможно, одиночество уже не будет столь тягостным.Сы Хань всегда считал их отношения связью между сородичем и вампирским слугой и никогда не замечал, чтобы в его хорошем отношении к нему примешивались какие-то иные чувства. Шэнь Нин же мог напрямую отслеживать эмоциональные изменения партнера по шкале роста благосклонности.
Всего за одну короткую ночь уровень благосклонности вырос почти на десять пунктов. Тц, проявление слабости, притворство и зависимость от него и впрямь оказались отличной стратегией завоевания.
Уголки губ юноши изогнулись еще сильнее. Его безмятежное лицо во сне выглядело невероятно прекрасным, и в мягком сиянии света это зрелище само по себе казалось живой картиной. Сы Хань засмотрелся и совершенно неосознанно протянул руку, чтобы коснуться его щеки.
Благодаря своему положению он повидал немало знаменитостей, но считал, что ни одна из них не сравнится с его маленьким слугой, чей облик выделялся бы даже среди чистокровных сородичей.
Обычно вампиры не нуждались в долгом сне, но Сы Хань погасил свет, прикрыл глаза и мягко обнял согретого в его объятиях юношу. На душе у него было мирно и непривычно спокойно, словно некое пустовавшее место наконец заполнилось.
Спустя долгое время Шэнь Нин спокойно открыл глаза. Больше не притворяясь слабым и зависимым созданием, он выскользнул из чужих объятий, слегка прищурив свои чарующие персиковые глаза.
Даже во тьме он прекрасно видел лицо мужчины и мысленно вздохнул: сородичи поистине были обласканными небесами прекрасными творениями. Его пальцы сами собой потянулись к лицу вампира, легонько скользнув по нежной коже.Не знаю, о чём он подумал, но его пальцы на мгновение замерли, а сразу после этого мягкие губы прижались к чужим.
Температура тела у вампиров низкая, и губы были такими же — во рту они ощущались словно желе, которое только что достали из холодильника.
Шэнь Нин нашёл это забавным и не удержался, чтобы не попробовать ещё немного, пока тонкие губы напротив не покрылись влажным блеском, а их температура даже заметно не повысилась. И лишь тогда он с явным сожалением отстранился.
Словно отведав какое-то невиданное доселе изысканное блюдо, он невольно обвёл языком собственные губы.
— Так вот каков на вкус поцелуй?
— Взрослый, хоть это всего лишь игра, но мой первый поцелуй достался тебе, так что ты должен нести за меня ответственность, оу.
В сокрытом от человеческих глаз мире вампиров в дождливую ночь возвышался роскошный европейский замок, напоминающий притаившегося гигантского зверя — прекрасный, но таящий в себе неведомую опасность.
Сун Цинсюэ, похоже, оказалась забыта всеми после того, как её привели в это странное место. Прошло немало времени, прежде чем тихие шаги, отдававшиеся в самом её сердце, неспешно приблизились.
Звуки уэа были едва различимы, но до предела натянутые нервы Сун Цинсюэ позволили ей расслышать кое-какие слова.
Похоже, это были фразы вроде «великий князь» и «пожалуйста, угощайтесь».
— Кандидатка неплохая, но это не та, кто мне нужен. Кровь того человека чище и куда слаще.
— Продолжайте поиски.
— Слушаюсь.
Вспышка молнии разрезала темноту, и белый свет, пробившийся сквозь оконное стекло, позволил Сун Цинсюэ разглядеть лицо вошедшего: бледное выражение, алые губы, безупречно красивы и элегантны, но в тот самый момент, когда он приоткрыл рот, обнажились острые клыки.
Она широко распахнула глаза, полные ужаса и паники.
Это же... вампир?!
Вампир-президент (у) против актёра-неудачника (цзюй) (9)
Зная, что встречи Сы Ханя с главной героиней не избежать, Шэнь Нин всё же никак не ожидал увидеть её вилле уже через два дня.
Переодетая в горничную, она трепеща стояла в стороне, в её глазах читался страх, который она пыталась скрыть изо всех сил, но безуспешно. Тем временем Сы Хань и бледный, зловеще-привлекательный мужчина сидели на диване лицом к лицу.
Шэнь Нин не видел лица мужчины, но благодаря Пятьсот Двадцатому знал, что это и есть Боань, князь вампиров.
По первоначальному сюжету Боань должен был привезти главную герою не раньше, чем через месяц, но Шэнь Нин никак не ожидал, что из-за его собственного появления эффект бабочки окажется настолько явным.Его цель была предельно ясна — попросить Си Ханя о помощи. Из-за совершенного против него покушения Бо Ань сильно ослаб, а чтобы взойти на престол, ему непременно требовалось заручиться поддержкой множества влиятельных сил. И хотя Си Хань не участвовал в делах клана, его высокий статус позволял ему вести за собой одним словом, а его истинная сила была непостижима, так что Бо Ань ни за что не пожелал бы отказаться от столь мощного союзника.
Сун Цинсюэ и была его проявлением искренности. Прошлой ночью, испив её крови, он невероятно быстро восстановил силы, к тому же её кровь оказалась исключительно сладкой — это был редчайший и ценнейший деликатес. Если бы Бо Аню и впрямь не требовалась помощь Си Ханя, он ни за что не отдал бы столь восхитительное угощение кому-то другому так легко.
Шэнь Нин в душе холодно усмехнулся, но на лице не дрогнул ни один мускул. Он тихонько подошел к Си Ханя и покорно позвал:
— Господин.
Поскольку вокруг были посторонние, Шэнь Нин не называл его взрослым. Даже при том, что этот посторонний тоже принадлежал к расе кровопийц, откуда простому маленькому артисту знать такие тонкости? Естественно, он строго соблюдал правила взрослого и изображал послушного кровавого слугу.
— Вернулся. Работа прошла успешно?
— Очень успешно, — Шэнь Нин кивнул и понимающе произнес: — У господина гости, пожалуй, я пойду к себе в комнату.
— Не нужно.
Си Хань нарушил свой обычный порядок и, протянув руку, перехватил его за запястье. Его взгляд остановился на опешившем Бо Ане, сидевшем напротив, и он холодно произнес:
— Забирай своего человека обратно, мне он здесь не нужен.
Однако Бо Ань повел себя так, будто вовсе не расслышал слов Си Ханя. Скользнув взглядом по Шэнь Нину, он задержал на нем чуть больше внимания, только теперь сообразив, что вчерашнее предчувствие его не обмануло: действительно существовал человек с куда более чистой кровью, вот только когда он отправил своих людей, те опоздали.
Судя по всему, теперь стало понятно, почему Си Хань презрительно отверг Сун Цинсюэ.
Самым шокированным человеком во всей этой сцене оказалась сама Сун Цинсюэ. Лишь прошлой ночью она узнала, что в мире, где она прожила столько лет, существовала столь могущественная, таинственная и пугающая раса, как вампиры. Ощущение от укуса до сих пор заставляло её вздрагивать от страха: смесь боли и сладкого наслаждения лишала её возможности сопротивляться.
Такой страх поднимался из самых глубин её души, и она была не в силах его подавить, равно как не могла противиться приказу Бо Аня.
Она знала, что князь Бо Ань собирается преподнести её кому-то в дар, но никак не ожидала, что его другом окажется тот самый красивый мужчина, с которым она вчера случайно столкнулась в пекарне.
Если бы у неё был выбор, она, разумеется, предпочла бы остаться рядом с этим элегантным вампиром.
Но ей отказали.
Она невольно перевела взгляд на Шэнь Нина: её покрасневшие глаза были влажными, а во взгляде сквозило скрытое моление — она безмолвно умоляла его замолвить словечко, чтобы герцог позволил ей остаться.
Шэнь Нин остался к этому глух. Шутки в сторону, оставлять у себя соперницу по любви мог только круглый идиот.
К тому же эта соперница была далеко не так проста. По первоначальному сюжету она металась между двумя мужчинами: её одновременно привлекало изящество Си Ханя и манило властное чувство Бо Аня, что в конце концов и привело Си Ханя к гибели.
— Ваше Высочество, прошу на выход, — бесстрастно произнес Си Хань, указывая гостю на дверь.
Бо Ань не выказал и тени недовольства и с поистине дентльменской элегантностью увел Сун Цинсюэ с собой.
Впоследствии Бо Ань заглядывал еще несколько раз. Шэнь Нин не знал, о чем именно они беседовали с Си Ханем, но был уверен в одном: всякий раз тот уходил ни с чем.
На самом деле, чтобы избежать трагедии Си Ханя, достаточно было просто помешать ему влюбиться в Сун Цинсюэ. Это позволило бы избежать конфликта с Бо Анем, а уж станет ли Си Хань помогать последнему или нет — не имело ровно никакого значения.
Характер Бо Аня был не настолько мелочным, чтобы из-за отказа Си Ханя протянуть руку помощи тут же предать его смерти.
Но сюжет менялся с невероятной скоростью, и даже Шэнь Нин не мог предсказать, что произойдет дальше.
Наступило время кормления. Облаченный в мягкую пижаму, Шэнь Нин тихо ожидал в своей комнате.
В последние дни отношение Си Ханя к нему стало заметно мягче: порой по его просьбе вампир целовал его в щеку, а сегодня даже сам погладил по голове, откинул со лба растрепавшиеся пряди и легко, совершенно без всякой страсти коснулся губами кожи.
— Шэнь Нин.
Голос герцога был низким и бархатным, с присущей ему прохладой, однако, обращаясь к Шэнь Нину, он всегда старался смягчить тон.
Неизвестно, с каких пор в его сознании укоренился образ маленького кровавого слуги — пугливого и лишенного чувства безопасности.
А потому нужно было проявлять мягкость, иначе парень испугается.
— Господин, — Шэнь Нин слегка прикусил губу и улыбнулся. Уголки его рта изогнулись в мягкой улыбке, а на щеках проступили едва заметные ямочки.
И без того изящные, словно выточенные из слоновой кости черты его лица в мгновение встречи с герцогом словно озарились светом, став ослепительно прекрасными.
Взгляд маленького кровавого слуги неизменно оставался таким горячим и искренним, казалось, в этих темных глазах отражался он один и больше никого во всем мире.
http://bllate.org/book/23501/2535211
Готово:
