Вэй Усянь увидел, что Лань Ванцзи погрузился в свои мысли и не замечает его молящего о помощи взгляда, поэтому ему пришлось самому взять инициативу в свои руки.
— Дядюшка… я не хочу менять фамилию. Родителей больше нет, и имя Вэй Усянь — единственное, что мне от них осталось, — тихо проговорил Вэй Ин, опустив голову и беспокойно теребя край одежды.
Лань Цижэнь не ожидал услышать такое от ребенка, и сердце его болезненно сжалось.
— Все хорошо, дитя… не будем, конечно, не будем.
Лань Цижэнь мягко похлопал Вэй Усяня по спине, утешая его. Не хочет — значит, не надо. Неважно, будет ли мальчик носить фамилию Лань или Вэй, он в любом случае будет относиться к нему как к родному сыну.
Маленький Лань Ванцзи, который долго стоял в оцепенении, наконец пришел в себя после потрясения от того, что дядя собрался усыновить Вэй Усяня. Увидев, что дядя обнимает маленького Усяня, он сделал два быстрых шага вперед и вытянул Вэй Усяня из его объятий прямо к себе.
— Дядюшка, Вэй Ин — мой.
Вэй Усянь остолбенел. Лань Чжань, ты хоть понимаешь, что говоришь? Ты… ты ревнуешь, но посмотри же, к кому!
Лань Цижэнь посмотрел на своего маленького племянника, от которого веяло холодом, и попытался объяснить:
— Ванцзи, дядюшка не собирается отнимать у тебя друга. Если записать Усяня на мое имя, он станет тебе таким же братом, как Сичэнь.
— Мой.
Лань Ванцзи лишь повторил это слово снова. Лань Цижэнь перевел взгляд на Лань Сичэня, который славился умением понимать брата без слов. Что это значит?
Лань Сичэнь мягко ответил:
— Дядюшка, полагаю, Ванцзи просто не хватает товарищей для игр, и он проникся к Усяню симпатией, вот и ведет себя так.
Лань Сичэнь был немало удивлен: Ванцзи редко к кому испытывал такую сильную привязанность.
Что ж, Лань Цижэнь действительно не знал, что делать с упрямым племянником, и решил пока уступить ему:
— Твой, твой. Ванцзи, отпусти Усяня, он же сейчас задохнется.
Вэй Усянь, наконец освобожденный из железной хватки Лань Ванцзи, покраснел от нехватки воздуха и принялся жадно глотать ртом воздух. Он с укором посмотрел на своего второго брата Лань. Лань Чжаню всего семь лет, а такая силища… Вэй Ин даже пошевелиться не мог.
Лань Ванцзи смущенно опустил голову и принялся беспокойно ковырять носком сандалии землю. В этот момент маленькая белоснежная ручка потянула его за край одежды, и раздался тихий, нежный голосок Вэй Усяня:
— Я в порядке.
Лань Цижэнь несколько дней водил детей по окрестностям. Орден Лань не испытывал недостатка в средствах, поэтому он выдал каждому ребенку немного карманных денег, чтобы они могли купить себе что-нибудь по душе. Все получили поровну, без каких-либо предпочтений.
Лань Ванцзи потратил все свои деньги на то, что любил Вэй Ин: погремушки, ветряки, бамбуковых кузнечиков, леденцы на палочке, а также его любимые цукаты и сладости.
Лань Сичэнь купил обоим младшим братьям лакомства, которых не было в Облачных Глубинах.
Вэй Усянь же купил Лань Ванцзи фонарик в виде кролика, Лань Сичэню — чай, который тот любил в прошлой жизни, а Лань Цижэню — заколку для волос с узором в виде облаков. Пусть работа была грубоватой, но главное — внимание. Все оставшиеся деньги он отдал Лань Чжаню, ведь тот потратил всё на подарки для него.
Лань Цижэнь не ожидал, что Вэй Усянь купит подарок и ему. Пусть вещь была не самой изысканной, но такой жест был бесценен. Он тут же бережно спрятал заколку: вернется — похвастается перед четвертым старейшиной. В конце концов, это его будущий приемный сын! Умный, почтительный, знающий правила приличия — ну разве не чудо-ребенок?
Лань Сичэнь тоже был очень рад подарку Вэй Усяня. Как же хорошо иметь еще одного брата! А этот чай ему пришелся очень по душе.
Лань Ванцзи всю дорогу держал фонарик в руках и ни за что не хотел его убирать.
Вернувшись на постоялый двор, Вэй Усянь с восторгом играл с целой горой игрушек, подаренных Лань Ванцзи. Тот сидел рядом, держа в руках леденец, и время от времени кормил Вэй Ина. Две маленькие головки склонились друг к другу, создавая удивительно гармоничную картину.
Изначально Лань Цижэнь планировал взять детей на собрание кланов ордена Цзинь, но, взглянув на умного и милого Вэй Усяня, он отбросил эту мысль. Сначала нужно вернуться в Облачные Глубины и официально оформить опеку, иначе на собрании кто-нибудь еще вздумает отнять у него ребенка. Разве легко найти такого смышленого и послушного мальчишку?
Благодаря опыту прошлой жизни Вэй Усянь прекрасно знал предпочтения Лань Цижэня. К тому же, будучи сейчас маленьким, мягким и очаровательным ребенком, добиться расположения дяди оказалось куда проще, чем раньше. В детстве Вэй Ин был одинок и несчастен, и даже такой строгий человек, как Лань Цижэнь, не мог не проникнуться к нему симпатией.
Лань Цижэнь погладил бороду, наблюдая за играющими детьми. Маленький Усянь смеялся так чисто и искренне. Пережить столько невзгод в столь юном возрасте и сохранить такое чистое сердце — это большая редкость.
— Сичэнь, Ванцзи, Усянь, завтра мы возвращаемся в Облачные Глубины. Если вам нужно что-то купить, сделайте это сегодня. Завтра в час Чэнь отправляемся в путь.
Он раздал детям кошельки и мешочки цянькунь.
— Слушаемся, дядюшка! — Лань Ванцзи и Лань Сичэнь сразу же спрятали свои деньги, и только Вэй Усянь замялся, словно хотел что-то спросить.
— Усянь, что-то случилось? — спросил Лань Цижэнь, заметив, что мальчик так и не взял свой кошелек.
— Дядюшка… а в Облачных Глубинах можно запускать воздушных змеев? — тихо прошептал Вэй Усянь. Он вспомнил, как в прошлой жизни соревновался в Юньмэне с Цзян Чэном. Но в правилах ордена Лань был запрет на шумные игры и громкие крики…
Честно говоря, при упоминании воздушных змеев первое, о чем подумал Лань Цижэнь, были правила ордена. Но, взглянув на Вэй Ина, похожего на маленький рисовый колобок, который смотрел на него с такой надеждой и мольбой, он вспомнил, как долго этот ребенок скитался в одиночестве и как нуждался в заботе. Отказать у него просто не повернулся язык.
В конце концов он вздохнул, проглотив все наставления:
— Можно. Если Усяню нравится, иди и купи.
В конце концов, он всего лишь ребенок, а в правилах ордена нет ни слова о запрете на воздушных змеев.
— Ура! Спасибо, дядюшка! — Вэй Усянь радостно схватил свой кошелек и потащил Лань Ванцзи и Лань Сичэня за покупками. Лань Цижэнь неспешно следовал за тремя малышами, следя, чтобы они не потерялись.
Лань Сичэнь, хоть ему было всего девять, уже проявлял задатки будущего Главы ордена: мягкий, как нефрит, истинный молодой господин. Он с теплой улыбкой смотрел на Вэй Ина, который то и дело звал Лань Чжаня, и на своего молчаливого, но неизменно отвечающего брата.
С тех пор как появился Усянь, даже Ванцзи стал более живым. Хотя в глазах окружающих Лань Ванцзи по-прежнему оставался холодным и немногословным, Лань Сичэнь, мастер понимать брата, видел все оттенки его эмоций на этом бесстрастном лице.
Например, сейчас он заметил, что, получив от Вэй Усяня ленту для волос, Ванцзи едва заметно улыбнулся уголками губ, а его глаза стали чуть ярче. Это означало, что Ванцзи очень счастлив.
http://bllate.org/book/23495/2533621
Готово:
