На самом деле, в реальности немало самок вступают в интимную связь с зооморфами, еще не достигнув совершеннолетия. С физиологической точки зрения восемнадцать лет — вполне подходящий возраст, но, поскольку жизнь зооморфов очень долга, порог совершеннолетия у них сдвинут дальше. В древности люди не особо задумывались об этом, да и ограничение в системе стоит именно на отметке восемнадцать лет. Конечно, если вторая сторона не согласна, она всегда может дать принудительный отказ или даже пожаловаться системе, что повлечет за собой наказание.
— Тот самый… твой организм… — Жун Ань всё еще больше всего волновал именно этот вопрос.
— Может, проверишь сам? — Великий Император слегка кашлянул. — Только прикоснувшись, можно понять всё по-настоящему.
Понять, как же! Кто вообще захочет проверять это на ощупь? Жун Ань решил выйти из системы, но обнаружил, что это невозможно.
— В течение десяти минут выйти нельзя, — напомнил ему Моци Фэн. — Это специальный игровой предмет системы для любовных утех.
Только представь, если бы во время самого процесса партнер внезапно исчез — какой психологической травмой это могло бы обернуться для второго? Моци Фэн специально приобрел качественный реквизит: один сеанс на десять минут, и его нельзя использовать повторно на одном и том же человеке.
У Великого Императора явно не всё в порядке с головой, тут и объяснять нечего. Жун Аню сейчас хотелось лишь подойти и пнуть того пониже пояса.
— Я…
Система оказалась настолько богата на подобные штучки, а главный искусственный интеллект даже не предоставил ему никаких привилегий — ну просто несправедливо! Жун Ань решил, что его золотая рыбка (главный козырь) пока еще недостаточно сильна.
— На самом деле, это именно то, о чем ты подумал, — Моци Фэн по выражению лица Жун Аня понял, что тот всё осознал, и не спеша натянул верхнюю часть одежды. — Всепожирающие питоны обретают такую мощь только после встречи со своим предначертанным спутником.
Маленький Король-консорт, значит, подождем до следующего раза. Моци Фэн размышлял, как бы поскорее заполучить его целиком. Не получится в реальности — так ночью уж точно выйдет. Месяц? О нет, хватит и недели!
Жун Ань не знал, что творится в голове у Моци Фэна. Он лишь чувствовал, что этот человек совсем не похож на Великого Императора — откуда только взялся этот озабоченный тип? Вспоминая жизнь на Земле, Жун Ань никогда не обсуждал подобные темы с людьми, даже когда флиртовал с девушками в сети — ничего подобного не было. Поведение Императора сейчас напоминало земных парней, которые хвастаются друг перед другом размерами своего достоинства.
— Этот дом принадлежит тебе, — Жун Ань внезапно почувствовал себя глупо: надо же было заявиться на чужую территорию.
— Недвижимость в сети стоит недорого, — Моци Фэн решил, что уловил суть. — Это тоже твое.
Даже надев одежду, Великий Император выглядел безупречно, но от осознания того, что перед ним много лет воздерживающийся Всепожирающий питон, становилось не по себе. Жун Ань сел подальше, на случай, если тот решит снова раздеться.
На Земле Жун Ань мечтал, чтобы к нему в руки сама шла красивая девушка, но здесь, в мире зооморфов, он предпочел бы этого избежать — как ни крути, получается, что он сам пришел к кому-то в лапы.
— Послушай, кхм… — Моци Фэн с таким трудом затащил его в сеть и привел в уединенное место, где никто не мешает, что ему хотелось удариться головой о стол. Почему Маленький Король-консорт смотрит на него с таким невинным видом? Это сильно отличалось от поведения других самок и полузверолюдов, которые обычно вели себя гораздо активнее — хотя он, честно говоря, и не видел их в таком состоянии. — Тратить немного ментальной энергии в сети полезно, тогда в реальности ты не будешь таким раздражительным.
Жун Ань, моментально понявший намек, молча посмотрел на Императора. Ну же, видишь, какой я наивный и чистый? Неужели ты правда думаешь, что я так легко на это соглашусь?
У Маленького Короля-консорта действительно очень красивые глаза, но взгляд слишком уж невинный. Моци Фэн почувствовал внутреннюю боль: всё это из-за того, что Второй молодой господин Жун неправильно воспитал ребенка. Нельзя же в самом деле взять и силой затащить его в постель.
Десять минут пролетели быстро. Моци Фэн не стал снова прижимать Жун Аня к себе, а лишь нежно погладил его по волосам.
— Выходи из сети и отдохни. Книги, которые я тебе только что отправил, почитай на досуге.
— Хорошо, спокойной ночи, — Жун Ань поспешно вышел из системы и, добравшись до кровати, открыл присланный электронный документ.
В итоге он увидел там пособие по камасутре. Гибкость самок в мире зооморфов и правда поражает — такие сложные позы исполняют! Разве подобает Великому Императору присылать такое своему предначертанному спутнику? Разве не должен был этим заняться его отец или кто-то другой?
Жун Ань внезапно понял, что если продолжит размышлять об этом, то мысли дойдут до тайных наставлений для невест из древности. В голове возник образ полуобнаженного Императора. Подумаешь, пара мышц, обязательно ими хвастаться? После выхода из сети нельзя больше об этом думать.
В Императорском дворце Моци Фэн был в глубоком унынии. С таким трудом нашел подход, но, к сожалению, Маленький Король-консорт ничего не понял.
Следующие два дня Моци Фэн при каждой встрече спрашивал Жун Аня, посмотрел ли он книгу и всё ли понял. Жун Ань решил, что искренне не хочет отвечать Великому Императору. Мир зооморфов настолько открыт, что он даже не надеялся, что его будут стесняться. В то же время Жун Ань осознал одну вещь: продолжение рода для зооморфов — дело первостепенной важности.
— Эй, до какой степени у вас с Императором дошло? — Линь Хуанань наклонился к самому уху Жун Аня.
Как раз закончился урок, вокруг никого не было, и Линь Хуанань решил расспросить друга. Он поспорил с другими самками в классе, что Император сейчас максимум держит Жун Аня за руку, целует или спит в обнимку, когда тот превращается в Цилиня. Спрашивается, какой зооморф в этом мире добровольно согласится оказаться под другим? Если такие и есть, то они обычно делают операцию и становятся полузверолюдами. А так как Жун Ань столько лет жил как зооморф, Линь Хуанань не верил, что Император так легко смог его покорить.
— Всё в рамках нормы, — Жун Ань опустил взгляд в учебник.
— А в сети вы… — глаза Линь Хуананя загорелись. — Говорят, представители змеиного рода обладают особым талантом, это правда?
— Найди себе змея-зооморфа, тогда и узнаешь, — Жун Ань закатил глаза. Мужчины, вы можете не быть такими сплетниками?
— Другие змеи не такие сильные, как Всепожирающий питон, — эти самки постоянно обсуждали вещи с рейтингом 18+, в их глазах это было нормой. Те, у кого были женихи, в сети делали всё, что полагается. Молодые и горячие, как они могли ждать до самого совершеннолетия в реальности? Линь Хуанань кашлянул и огляделся. — Это только между нами, другие не знают.
— Есть преобразователь душ? Давай поменяемся! — невозмутимо ответил Жун Ань.
Линь Хуанань хотел было хлопнуть его по плечу, но вспомнил, что тот — Цилинь, и отдернул руку.
— Пересмотрел фантастики? Если бы такой прибор существовал, великие мастера не умирали бы, а просто переселялись в чужие тела.
После занятий Жун Ань был крайне недоволен и, не дожидаясь, пока его заберет Император, сам рванул домой, в Клан Жун.
Как только он вошел, то остолбенел: в гостиной сидели несколько старцев. Кто это такие? Можно ли ему сейчас развернуться и уйти обратно в школу?
— Вернулся так рано? — Старейшина Жун был слегка удивлен, увидев Жун Аня. Он подумал, что Император сегодня не забрал его во дворец? Глянув за спину внука, он не увидел там Жун Ци и остальных. Неужели младший внук прибежал один?
— Маленький Король-консорт вернулся как раз вовремя, — один из старцев с улыбкой рассматривал Жун Аня. — Выглядит отлично, неудивительно, что Император так взбудоражен.
Эй, так не говорят! Что значит взбудоражен? У Жун Аня возникло очень недоброе предчувствие.
— Видишь ли, Императору скоро сто лет, — продолжил другой старец. — Физиологические потребности змеиных видов обычно выше, чем у других. Чем сильнее зооморф, тем труднее ему сдерживаться. Лучше пусть Маленький Король-консорт и Император поскорее обручатся и переедут во дворец. Император будет видеть его каждый день и перестанет забивать голову всякой ерундой.
Что за бред? Какое мне до этого дело? Жун Ань помрачнел. Почему эти двое не скажут прямо, что Император — просто похотливый Всепожирающий питон?
— Всепожирающие питоны преданы в любви, душой и телом принадлежат лишь одному, — Великий старейшина был вынужден прийти сюда под давлением Императора, потому что управляющий дворца постоянно присылал записи того, как Император сидит с отсутствующим и мечтательным видом. Если не затащить парня во дворец, не сойдет ли с ума последний представитель этого вида? — Старик Жун, будь спокоен, Император будет хорошо относиться к Маленькому Королю-консорту, соответствующие активы можно переписать на имя Жун Аня.
Стоявший рядом Жун Ань размышлял, сколько же у Императора активов. Неужели эти двое думают, что дедушка так легко продаст его во дворец? Смешно.
— Скоро сто лет, значит, — Старейшина Жун вздохнул, признав, что упустил этот момент. Он повернулся к Жун Аню: — Сяо Ань, давайте вы пока обручитесь.
На самом деле, еще до прихода Жун Аня Старейшина Жун уже обо всем договорился с двумя старейшинами. Всепожирающие питоны всегда были странными: до встречи со своим предначертанным спутником они вели себя почти как фригидные, а после — становились до неприличия любвеобильными. Ладно бы этот старый девственник просто фантазировал, но он дошел до того, что не мог подавить приход периода течки.
— М-м… — Жун Ань сначала подумал, что дедушка откажет, но потом опомнился: — Дедушка, вы сказали, чтобы я обручился с этим бесстыдным… с Великим Императором? Это слишком рано! Мне еще даже двадцати нет.
Даже в двадцать лет это невозможно! Договорились же, что Цилини так быстро не взрослеют! Не пытайтесь ускорить процесс!
Жун Ань подсознательно отступил на два шага. Он просто не хотел во дворец и сбежал домой — стоило ли дарить ему такой подарок? Он совсем не хотел его распаковывать.
За дверью показался Великий Император, который не застал Маленького Короля-консорта в школе и пришел следом.
Увидев Великого и Второго старейшин, Моци Фэн кивнул им:
— Назначим дату через два дня.
Посмотрим, посмеет ли Маленький Король-консорт еще раз сбежать. На душе у Императора было тяжело: он-то думал, что Маленький Король-консорт с нетерпением ждет его, а однокурсники сказали, что тот уже ушел домой.
Жун Ань оцепенел и повернулся к Моци Фэну:
— Почему?
— Ради нашего прекрасного будущего, — Моци Фэн встретился с ним взглядом. Он не стал говорить «всё ради звездной системы», эти слова годятся лишь для того, чтобы пудрить мозги остальным. Предначертанный спутник перед глазами, если не забрать его к себе, питону неспокойно.
— Хорошо, хорошо, хорошо, — Великий старейшина поднялся, словно не заметив, как помрачнело лицо Старейшины Жуна. — Старик Жун, так и порешим. Император — ради себя, мы — ради звездной системы.
— Хе-хе, — как высокопарно звучит. Старейшину Жуна вынудили быть «великим». — Раз помолвка через два дня, Сяо Ань должен переехать во дворец. Дворец нужно подготовить, так что Великий Император пусть пока потрудится пожить в Клане Жун.
— Отличная идея, — Моци Фэн и так не хотел покидать своего Маленького Короля-консорта. Жить в Клане Жун тоже неплохо, он и раньше часто здесь бывал, это место для него как собственный задний двор. — Буду рад советам дедушки.
Этот бесстыдный Всепожирающий питон так быстро начал называть его дедушкой. Старейшина Жун понял, что не стоит пытаться извести Императора — наоборот, он сам был поражен толщиной кожи этого парня.
— В Клане Жун нет свободных комнат, — строго сказал Старейшина Жун. — Сяо Ань…
— Комната Маленького Короля-консорта вполне подойдет, — Моци Фэн знал, что старик сейчас скажет, что там нет места для него. — Ань ночью спит в форме Цилиня, я как раз присмотрю, чтобы он не упал с кровати.
— Слышал, Всепожирающие питоны вечно пугают своих предначертанных спутников до обморока, — Старейшина Жун безжалостно раскрыл тайну змея. — Сяо Ань проснется посреди ночи и увидит, что его обвила змея, хе-хе.
Слова дедушки напомнили Жун Аню о том, как он сам упал в обморок от страха. Кто знает, в какой форме будет этот питон, который то большой, то маленький?
Получив два болезненных удара, Моци Фэн не нашел, что ответить — он действительно уже пугал Маленького Короля-консорта до обморока.
— Старик Жун, зачем ты, такой взрослый зооморф, придираешься к молодым? — поспешил на помощь Великий старейшина, пока Император пребывал в состоянии статуи. — Молодым нужно закалять нервы. К тому же Императору не обязательно превращаться в зверя, сейчас не время битв и тренировок.
— Верно, обычно он в человеческом облике, — подхватил Второй старейшина. — Если беспокоишься, просто возьми Маленького Короля-консорта с собой.
Черт возьми, не надо так подставлять меня! Жун Ань подумал, что даже если дедушка сейчас к нему добр, кто, черт возьми, захочет жить рядом с серьезными стариками?
— Ничего страшного, дайте мне плетеную корзину, — Жун Ань подумал, что это не проблема. — У меня же есть пространство!
Похвалив себя за смекалку, Жун Ань решил, что пространство бывает очень полезным. Он перестал беспокоиться о том, что Император наберется наглости спать в одной комнате.
Старейшина Жун не считал внука таким уж смышленым, он чувствовал, что его самого подставили.
— Разве так не лучше? — кашлянул Великий старейшина. — Молодым нужно больше общаться.
Если бы Старейшина Жун не был уверен, что внук еще несовершеннолетний, а Император всё еще имеет хоть каплю совести, он бы всерьез опасался, что Сяо Ань лишится невинности прямо сейчас.
В конце концов, Император благодаря своей толстой коже вселился в комнату по соседству с дедушкой — комнату Жун Аня. Разумеется, с условием: Великий Император должен спать на диване.
Моци Фэн согласился. Это же отличная возможность открыто сблизиться с Маленьким Королем-консортом, только дурак бы отказался.
Когда Второй молодой господин Жун узнал, что его младшего сына вот так продали, он был крайне недоволен. К тому времени старейшины уже покинули Клан Жун, чтобы готовиться к помолвке.
— Отец, Сяо Ань — мой сын! — подчеркнул Второй молодой господин Жун, не зная, как сесть — закинуть ногу на ногу или сидеть прямо, всё было не так. — Даже если Моци Фэн — Великий Император, нельзя вот так просто обручать его, даже не сказав мне!
Старейшина Жун с силой ударил тростью о пол. Только что поужинали, вернулись в комнаты, и вот этот тугодум-сын наконец вспомнил об этом.
Почему он не сказал об этом, когда Император ужинал с ними? Старейшина Жун помрачнел:
— А ты — мой сын, должен ли ты слушаться меня?
— Э-э, должен! — Второй молодой господин Жун умолк и был отправлен восвояси.
Он не то чтобы не хотел отстаивать свою правоту, но последствием спора могла стать ночь в тренировочном зале, после чего вся семья узнала бы о его бестолковости. Что касается Второй госпожи Жун, она уже перестала за что-либо бороться. Ей даже легче, что не нужно самой воспитывать младшего сына. Ему уже почти двадцать, у него свои мысли, его не так-то просто у кого-то отобрать.
Вечером Жун Ань принял душ, вытер волосы и собирался поискать в сети Старика Бая, но, увидев Великого Императора, который сидел на диване и не сводил с него глаз, молча отступил и не стал ложиться в виртуальную капсулу.
— Может, принести тебе одеяло? — Жун Ань бросил взгляд на второе одеяло на диване. — Одно подстелить, другим укрыться.
— Сегодня не свидание, — Моци Фэн не сводил с него взгляда.
— М-м, — Жун Ань кивнул. Действительно, не свидание, Император просто нагло зашел в его комнату.
— Жарковато, — Моци Фэн смотрел на него горящими глазами.
— Прими душ, переоденься, и станет прохладно, — Жун Ань взглянул на термометр. Температура в самый раз, если сделать ниже, ночью можно простудиться.
— Давай продолжим то, на чем остановились, — кашлянул Моци Фэн. — На самом деле, строение Всепожирающего питона…
Жун Ань вытащил из пространственной кнопки одеяло и бросил его прямо в голову Моци Фэну:
— Да что такого в этих двух штуках, подумаешь!
Неужели обязательно заставлять его говорить это вслух? Этот злой мир вечно издевается над душой с Земли. Жун Ань разозлился:
— Может, отрезать одну? Тогда всё будет нормально, как у обычных людей.
Моци Фэн напрягся. Σ(°△°|||)︴ Неужели Маленький Король-консорт не думает о будущем счастье, или он считает его таким же грубым, как другие змеи?
— Я буду очень нежным, по очереди.
Ха-ха. Жун Ань вытащил из пространства плод Цилиня и швырнул в Моци Фэна. Если бы это был острый нож!
Поймав плод, Моци Фэн просиял. В мире зооморфов есть негласное правило: если Цилинь дарит зооморфу плод Цилиня, это значит, что он ему симпатичен. Взволнованный Великий Император вскочил, обнял Жун Аня, покружил его и прижал к себе. Мало того, он впился в губы Жун Аня поцелуем.
Жун Ань, не успевший опомниться, был ошеломлен. В какой-то момент он повалился на диван, придавленный сверху Моци Фэном.
Когда тот отстранился, Жун Ань смотрел на него затуманенным взглядом. Он еще не пришел в себя и не успел подумать, как простая брошенная ягода привела к такому результату.
У Маленького Короля-консорта такие длинные ресницы, а его невинный взгляд будоражит кровь. Моци Фэн сглотнул, чувствуя, как тело охватывает жар. Он не удержался и схватил руку Жун Аня, направляя её вниз.
34. Буфер
В тот самый момент, когда Моци Фэн вел руку Жун Аня вниз, раздался стук в дверь.
Жун Ань мгновенно пришел в себя, опустил голову и увидел, что тот всё еще держит его за руку. Скрипнув зубами, он прошипел:
— Отпусти!
Если бы его не прижимали и вторая рука была свободна, он бы давно влепил Моци Фэну пощечину.
— Какая жалость, — пробормотал Моци Фэн.
Услышав, что стук в дверь становится всё настойчивее, он был вынужден отпустить Жун Аня, боясь, что тот, кто снаружи, решится ворваться. Помогая Жун Аню поправить одежду, он на всякий случай посильнее натянул ему воротник, чтобы не было видно ни дюйма кожи.
Открыв дверь, Моци Фэн увидел Старейшину Жуна с каменным лицом.
— Дедушка.
Дедушка тебе в голову! Старейшина Жун не ответил, а лишь сказал:
— Принес вам еще одеяло.
Старейшина Жун вошел в спальню, а Жун Ань поспешил в ванную умыться. Смывая холодной водой жар с щек, Жун Ань осознал, что впервые был так близок к мужчине и едва не коснулся «этого самого». Сейчас он не чувствовал отвращения, даже ощущал легкое сожаление. Он легонько хлопнул себя по щекам: у того есть, и у него есть, о чем он думает? В конце концов, это просто лишняя штука.
Войдя в комнату, Старейшина Жун увидел, что на диване уже два одеяла. Он невозмутимо вытащил из пространственной кнопки еще одно и бросил на диван:
— Одно подстелить, другое укрыться, третье на пол. Если скатитесь, будет буфер.
Моци Фэн посмотрел на одеяла и был вынужден признать, что Старейшина Жун и Жун Ань действительно родственники — не зря же они ведут себя так одинаково.
— Ань только что дал одно одеяло, сказал одно подстелить, другим укрыться, — кивнул Моци Фэн. — Чтобы не замерзнуть.
— Посреди ночи с грохотом свалиться на пол — это же можно разбудить Сяо Аня! — так что, Великий Император, не обольщайся. Старейшина Жун вовсе не заботился об Императоре, он просто не хотел, чтобы его внук пострадал.
— Да, дедушка прав, — согласился Моци Фэн. — Может, я лягу на кровать, так удобнее присматривать за Анем.
— Кровать не выдержит твоего веса! — холодно ответил Старейшина Жун. — Если так хочешь, можешь лечь под кровать.
Превратись в маленькую змейку и катись под кровать.
http://bllate.org/book/23372/2513882
Готово:
