Фу Фэнчао заговорил без всякого предупреждения. Его холодный взгляд был прикован прямо к Лян Цзиню, словно он мог пронзить насквозь любые тайны.
Лян Цзинь умолк. На мгновение этот вопрос действительно застал его врасплох, не оставив ответа.
Столкновение с Фу Фэнчао здесь, сегодня, никак не входило в его планы. Он не мог не чувствовать исходящую от Фу Фэнчао враждебность, хотя и не понимал её причин.
— Фу-шао, мы с вами раньше переходили дорогу? Или между нами какая-то недомолвка?
Лян Цзинь задал вопрос напрямую, не желая тратить силы на догадки. В будущем им не избежать совместных дел по работе, и он не хотел создавать неловкость ни Фу Фэнчао, ни себе.
Фу Фэнчао заметил на его лице легкое замешательство, но никак не отреагировал. Его взгляд вернулся к экрану телефона — было очевидно, что отвечать он не намерен.
Лян Цзинь на мгновение замер, инстинктивно желая что-то добавить, но, столкнувшись с холодным, опущенным взглядом Фу Фэнчао, осёкся.
Фу Фэнчао вовсе не хотел с ним разговаривать.
Атмосфера давящего раздражения исходила от этого человека буквально со всех сторон — раздражения, направленного лично на него. Недавнее изучающее внимание Лян Цзиня показалось Фу Фэнчао лишь неуместной дерзостью.
Лян Цзинь наконец понял: Фу Фэнчао даже не пытался скрыть свои негативные эмоции.
Если вспомнить, Лян Цзинь и Фу Фэнчао виделись всего лишь раз в жизни — на похоронах Лян Цзюэ. Все сказанные ими тогда слова вряд ли наберется с десяток, и Лян Цзинь действительно понятия не имел, когда успел насолить Фу Фэнчао.
Однако Фу Фэнчао явно не собирался проливать свет на эту загадку.
Лян Цзинь сжимал в руке чашку. Его ладони были горячими, но в груди почему-то разлился пронизывающий до самых внутренностей холод.
Он думал, что стал абсолютно неуязвимым. Оказалось, он переоценивал себя.
Вернувшийся Хэ Юминь не заметил и намека на странную атмосферу между ними. Он уселся за стол и принялся снова зазывать их пить чай и вести непринужденные беседы.
После этого и вплоть до самого ужина Лян Цзинь был рассеян, а еда казалась ему совершенно безвкусной.
Хэ Юминь заметил это и спросил:
— Мои блюда не пришлись по вкусу генеральному директору Ляну?
— Нет, что вы, — через силу улыбнулся Лян Цзинь. — Самая обычная домашняя еда, очень вкусно. Просто у меня в последние два дня что-то бастует желудок, аппетита особо нет.
— В таком молодом возрасте — и уже проблемы с желудком, дальше будет только хуже, — покачал головой Хэ Юминь. — Не думай, что я нарочно тебя пугаю. Я же знаю, что вы, молодежь, такие: бессонные ночи ни во что не ставите, алкоголь пьете вместо воды. Сейчас-то всё нипочем, а доживешь до моих лет — горько пожалеешь.
Лян Цзинь беспомощно вздохнул:
— Начальник Хэ прав, я всё понял, впредь буду осторожнее.
— Всё-таки приятно иметь дело с тем, кто умеет поддержать беседу, — с улыбкой произнес Хэ Юминь. — Посмотрите на нашего директора Фу — мои слова для него пустой звук.
Фу Фэнчао ел с изящными, утонченными манерами и до этого хранил молчание, но, услышав обращенные к нему слова, бросил небрежно:
— Не у каждого есть возможность так безнаказанно растрачивать и гробить свое здоровье, с чего бы дяде Хэ так переживать о других?
— И это твои слова? — с усмешкой отозвался Хэ Юминь. — Я же из добрых побуждений советую! Сам слушать не хочешь — ладно, но зачем другим рот затыкать?
Фу Фэнчао держался еще непринужденнее:
— Тогда считайте, что я нес чушь.
В его выражении лица проскользнуло легкое высокомерие. Лян Цзинь наблюдал за ним, не в силах понять: было ли это сказано сгоряча или имело какой-то скрытый подтекст.
Но в одном он был уверен точно: Фу Фэнчао терпеть его не может.
Хэ Юминь немного посмеялся, а затем произнес:
— На плечах молодого директора Ляна нынче лежит тяжелый груз, он в одиночку тянет лямку компании, неудивительно, что он так усердствует. Помню тебя совсем маленьким, совсем другим. Когда я впервые встретил тебя, ты ведь еще учился, таскал за спиной гитару, такой шустрый и шумный был. Твой дед еще говорил, что ты слишком его донимаешь и никакой управы на тебя нет. Кто бы мог подумать, что теперь ты станешь таким солидным и способным.
Хэ Юминь предавался воспоминаниям в полном восторге, совершенно не замечая, как двое других мужчин за столом одновременно умолкли.
Лян Цзинь спокойно произнес:
— Начальник Хэ, человек, которого вы тогда видели, должно быть, мой младший брат.
Хэ Юминь опешил:
— Твой младший брат?
— Мой брат-близнец. Позже он погиб в автомобильной аварии, — бесстрастно пояснил Лян Цзинь.
Пораженный Хэ Юминь даже не нашелся, что ответить:
— Вот оно как...
Фу Фэнчао тут же сменил тему, бросив жестковато:
— Дядя Хэ, добавить супу?
— Давай-давай, налей еще немного.
Хэ Юминь протянул ему пиалу, больше не возвращаясь к этой теме и затянув разговор о другом.
В половине седьмого они попрощались с Хэ Юминем и вышли один за другим.
В этот час небо еще не успело потемнеть, и закатное зарево низко висело над землей, переливаясь и растворяясь в лабиринтах хутунов.
Фу Фэнчао шел быстро. Лян Цзинь следовал позади, вслушиваясь в его шаги и взглядом вырисовывая очертания его спины.
Фу Фэнчао держал в руке телефон, отвечая на сообщения, а другую руку засунул в карман брюк; рукав рубашки был слегка засунут выше локтя, обнажая мускулистые предплечья.
Его фигура казалась еще более крепкой и высокой, чем в юности. Черная шелковая рубашка и сшитый на заказ костюм облегали тело зрелого мужчины, всё в его облике — от макушки до кончиков туфель — было безупречным, и даже стук кожаных ботинок по гравийной дорожке звучал в самый раз.
Позади тянулась длинная тень, отброшенная лучами заходящего солнца, и почему-то в этом одиноком силуэте сквозила немалая тоска.
Эта пятиминутная прогулка показалась Лян Цзиню бесконечной, словно он заново прожил еще одно десятилетие.
Добравшись до парковки у выхода из хутуна, он окликнул Фу Фэнчао, уже успевшего открыть дверцу машины:
— Фу-шао, можно на пару слов?
Фу Фэнчао обернулся, придерживая рукой стекло автомобильной двери, и по его лицу невозможно было прочесть никаких эмоций:
— О чем?
Лян Цзинь спросил:
— Юньциньдао — Хуаян действительно собирается участвовать в тендере?
— Разумеется, — с уверенностью подтвердил Фу Фэнчао.
Лян Цзинь собрался с мыслями, быстро сопоставляя сильные и слабые стороны обеих компаний.
Гэтай — старожил рынка с колоссальным капиталом, но Хуаян выросла на строительстве, совмещая инвестиции и собственный подряд. За последние годы они развивались стремительно, вели множество крупных проектов как на родине, так и за рубежом, и всегда поддерживали теплые отношения с правительством.
Если они действительно ввяжутся в борьбу за Юньциньдао, у Лян Цзиня не было полной уверенности в шансах Гэтай на победу.
Северный новый район — это будущий центр притяжения Линьду, а коммерческий потенциал Юньциньдао в перспективе просто не поддается оценке. Гэтай за столько лет вложила огромные средства в проекты по всему миру, но вот на родной земле в Линьду им всё никак не удавалось занять лидирующие позиции, поэтому проект освоения Юньциньдао они обязаны забрать себе.
Этот тендер Лян Цзинь должен выиграть любой ценой, только так он сможет по-настоящему закрепиться в совете директоров Гэтай.
— Партнерство, которое предложил начальник Хэ, не рассматриваете? — прямо спросил он.
Фу Фэнчао постучал пальцами по стеклу машины. В его взгляде, устремленном на Лян Цзиня, появилось больше придирчивости, словно он оценивал истинный смысл сказанных слов.
Затем он задал вопрос, застигший Лян Цзиня врасплох:
— Зачем Гэтай понадобился Юньциньдао? Что они собираются там делать?
— Полная коммерческая застройка острова, создание нового коммерческого центра Линьду и города в городе, — прямо ответил Лян Цзинь.
— Новый коммерческий центр, город в городе... — с легкой иронией протянул Фу Фэнчао. — В конце концов, всё ради денег. Впрочем, неудивительно — такое благодатное место, к тому же рядом с планируемым новым аэропортом. В будущем это наверняка станет еще одной достопримечательностью Линьду. Кто откажется от такого лакомого куса? У кого есть силы, тот и норовит отхватить кусок пирога.
Он говорил неторопливо, и смысл его слов ускользал.
Летняя жара никак не спадала, хотя уже приближался вечер, но от взгляда, которым Фу Фэнчао сверлил его сейчас, Лян Цзиню стало еще душнее, неуютно и тоскливо.
Он быстро взял себя в руки, не выказав и тени волнения на лице:
— Так что же имеет в виду Фу-шао?
— Хуаян ничем не отличается, — еще холоднее произнес Фу Фэнчао. — Зачем делиться с кем-то деньгами, которые могут сами упасть тебе в карман?
Лян Цзинь напомнил ему:
— Если вы проиграете тендер, то не получите ни гроша.
— Верно, — с безразличным видом бросил Фу Фэнчао. — Если уж отвернулась удача, ничего не попишешь.
— Так сотрудничество вы не рассматриваете? Совместная заявка Хуаян и Гэтай гарантировала бы стопроцентный успех, — настаивал Лян Цзинь.
Фу Фэнчао лениво скользнул взглядом по его глазам:
— Директор Лян, вы так боитесь, что Гэтай проиграет Хуаян?
Лян Цзинь невозмутимо парировал:
— С чего вы взяли?
— Если нет, то к чему эти постоянные предложения о сотрудничестве? К тому же вы и сами не уверены в безусловной победе Гэтай, верно? — с уверенностью заявил Фу Фэнчао.
Лян Цзинь усмехнулся:
— А у Хуаян есть железная уверенность в победе?
— Нет, — Фу Фэнчао отвел глаза, не желая больше смотреть на его улыбку. — Но я уже говорил там, внутри: у Хуаян есть свои преимущества, и мы вовсе не обязательно проиграем Гэтай.
— Гэтай во что бы то ни стало должна заполучить этот проект. Что вы будете делать, если мы поднимем ставку слишком высоко? — Редкая возможность поговорить с Фу Фэнчао подольше заставляла Лян Цзиня цепляться за нее, даже ради работы и несмотря на ледяное отношение собеседника.
Фу Фэнчао отнесся к этому беспечно:
— Какая бы ни была цена, у всего есть предел. Деньги Гэтай не с неба падают. Если бы директор Лян был действительно уверен в победе, он бы не стал говорить со мной о таких вещах.
— Значит, договориться не выйдет?
— Никак нет.
Лян Цзинь больше не стал настаивать:
— Что ж, тогда пусть всё решит мастерство каждого.
Фу Фэнчао небрежно кивнул и сел в машину — он приехал на ней сам.
Лян Цзинь отступил на шаг, давая дорогу.
Когда Фу Фэнчао завел мотор, Лян Цзинь вдруг поднял руку и постучал по стеклу водительской двери.
Сидевший внутри человек опустил стекло и посмотрел на него:
— Что-то еще?
— Фу-шао, вы так и не ответили: мы действительно раньше пересекались и натворили дел? — Лян Цзинь слегка наклонился вперед, прямо и открыто глядя в глаза Фу Фэнчао. Как бы то ни было, он искренне надеялся наладить с Фу Фэнчао мирные отношения и не хотел никаких недомолвок между ними.
Глаза Фу Фэнчао потемнели. Выражение лица и тон Лян Цзиня были до боли похожи на манеру Лян Цзюэ — та же инициативность и прямолинейность.
И при этом он спрашивает, были ли у них какие-то обиды.
Как у него только язык поворачивается?
— Ты считаешь, что нет? — ледяным тоном парировал Фу Фэнчао.
Лян Цзинь замер. Стекло уже поднималось перед его глазами, скрывая застывшее маской льда лицо Фу Фэнчао, не оставившего ему ни единого шанса.
Машина сдали назад, а Лян Цзинь так и остался стоять на месте в оцепенении.
Последний отблеск заката расплылся по лобовому стеклу сплошным мутным пятном, скрывая от Лян Цзиня выражение лица человека внутри.
Зато Фу Фэнчао отлично видел его. В глазах Фу Фэнчао реакция Лян Цзиня выглядела чистой воды проявлением нечистой совести.
Лян Цзинь всё еще мог стоять под лучами яркого солнца, рассуждать о высоких материях и беззаботно растрачивать здоровье, в то время как его собственный Лян Цзюэ уже целое десятилетие покоился в холодной дождливой ночи, забытый всеми.
Даже поминая Лян Цзюэ, Лян Цзинь сохранял столь равнодушный, безразличный вид.
Вспомнив сцену за обеденным столом, Фу Фэнчао почувствовал, как в груди вскипает глухая ярость.
Его пальцы бессознательно перевели рычаг на передачу движения вперед, а правый носок ботинок надавил на педаль газа.
Стоит только нажать — и всё закончится.
Спустя несколько секунд Фу Фэнчао опустил глаза и с бесстрастным лицом вернул заднюю передачу.
Машина отъехала назад, развернулась и быстро умчалась прочь, растворяясь в кроваво-красных лучах заходящего солнца.
http://bllate.org/book/23367/2513127
Готово:
