Спускаясь на первый этаж, А применил старый трюк: включил диктофон и голограмму на браслете, вынудив жидких монстров забиться по углам и превратиться в растекающуюся лужу — те дрожали и не смели к ним приближаться.
Точно так же, пытаясь всюду спрятаться, за ним семенил Су Цюн.
Он неотступно следовал за А, собравшись с силами на все сто тысяч процентов и пристально следя за обстановкой вокруг в страхе испачкаться в какой-нибудь внезапно закапавшей сверху густой жиже.
В глубине ночи в больнице было очень шумно.
Повсюду слышалось бульканье и капель, жидкие монстры лопались по мере передвижения, а их численность превышала все предыдущие дни.
Су Цюн испуганно спросил:
— Как по-твоему, их всё ещё можно считать людьми?
— Мое мнение неважно, главное — как оценит система.
— Ладно. — Су Цюн изо всех сил постарался взять себя в руки и переключить внимание с помощью размышлений. — Тот обязательный вопрос... Вероятно, он не требовал пересчитать абсолютно всех людей в инстансе.
— Угу. — У А было такое же ощущение. Количество людей в больнице менялось изо дня в день, и правильного ответа просто не существовало.
Однако у него было недостаточно улик и не оставалось возможностей для новых ошибок.
Су Цюн вспомнил утреннюю сцену с открывающимися дверями лифта.
А потянулся к поясной цепочке, мысленно прикидывая, хватит ли его оставшегося времени жизни, чтобы изрубить в капусту пару-тройку монстров.
А теперь весь холл уже заполнили жидкие монстры, и негде было даже ногу поставить.
Нынешняя картина в точности повторяла то, что происходило у лифтов.
А нечего было ответить.
Днем второй кабинет выглядел зловеще и устрашающе.
— Давай поищем прямо в комнате охраны! Если я правильно рассудил, у тех, кто обладает наибольшей боевой мощью в инстансе комнаты охраны, наверняка хранятся важные материалы. — Су Цюн с умным видом принялся анализировать. — Больница не могла полностью уничтожить медицинские карты пациентов. По крайней мере, данные тех особенных больных точно должны были уцелеть.
— Точно! — Су Цюн вдруг что-то вспомнил. — А, там же есть секретный проход!
Но с наступлением ночи он превратился в одно из самых безопасных мест во всей больнице, и поблизости не наблюдалось ни единого жидкого монстра.
Оборудование было модернизировано и превращено в орудия наказания, предназначенные для усмирения «неподчиняющихся» пациентов.
А включил на диктороне звуки взрывов, и жидкие монстры инстинктивно затрепетали от страха.
Перед тем как спуститься в проход, Су Цюн внезапно осенила идея, и он попросил А помочь открыть второй процедурный кабинет.
А ничего не ответил.
Некоторые монстры падали с потолка и смешивались с теми, что уже ползали по полу.
Психиатрическая больница «Эньси» была сравнительно небольшой, но весь первый этаж регистратуры объединяли в единое пространство, так что площадь оказалась огромной.
Стоило чуть зазеваться, как тело оказывалось с ног до головы измазано липкой жижей — мерзкой и грязной.
Днем здесь запросто могли одновременно находиться на приеме несколько сотен больных.
Весьма адекватная самооценка.
А беспомощно произнес:
— Но в больнице нет архива.
— Старые дела уничтожены, значит, нам незачем идти в регистратуру. — Сделал вывод Су Цюн.
Однако по сравнению с холлом регистратуры оно казалось сущим пустяком.
Су Цюн самоуверенно заявил:
— Конечно, вы, люди, больше всего на свете любите оставлять после себя улики!
— Пришли, — предупредил А идущего позади Су Цюна.
— Ты в этом так уверен?
Он-то думал, что жидких монстров, облепивших лестничный пролет, и так было предостаточно.
А обернулся, ожидая, что тот продолжит.
— Нам не пройти, времени нет. — Даже если бы Су Цюн растянулся в длинную ленту, он всё равно не смог бы отыскать путь сквозь их тесно переплетенные сплетения.
— В психиатрической больнице «Эньси» заведено правило: карточки новых пациентов обнародуют врачи поликлиники, а досье старых уничтожают напрямую. Надо полагать, они и сами знали, что те истории болезни не должны видеть свет.
Одни монстры наполовину свисали с потолка, другие опускались до самого пола, их тела казались вытянутыми в тонкие нити.
Сгустившись вместе, жидкие монстры образовали сплошной, разросшийся кирпич из живой массы.
— А?! — Су Цюн остолбенел.
Су Цюн включил электричество, и вместе с потолочными светильниками заработали разнообразные приборы в комнате.
Теперь же все аппараты функционировали одновременно, и воздух наполнился громким журчанием воды.
Еще больше жидких монстров зажало посредине, и они плыли по течению, спрессовываясь в самые причудливые формы.
Они вернулись на второй этаж и благополучно обнаружили спрятанный в углу второй процедурный кабинет вместе с примыкающим к нему секретным проходом.
Ладно уж.
— Сначала заглянем во второй процедурный кабинет и через тайный ход спустимся на первый этаж. Я помню, что выход из секретного прохода ведет прямо в комнату охраны. В обязанности охраны входит надзор за медицинскими картами, так что архив непременно где-то рядом!
Помимо регистратуры, в больнице не оставалось других мест для хранения карт.
Будучи человеком, он умудрялся разбираться в людях хуже, чем один-единственный NPC.
Но те не стали отступать — напротив, они переплелись еще теснее, наглухо перекрыв дорогу вперед.
Су Цюн спустился на последнюю ступеньку, выглянул из-за спины А и судорожно втянул воздух.
Су Цюн был тронут до глубины души!
За всю его короткую карьеру программного кода прошло уже очень-очень много времени с тех пор, как ему доводилось слышать столь чистое и приятное журчание воды!
Стоило провести в инстансе психиатрической больницы «Эньси» всего один день, как у Су Цюна развились превратные представления и психологическая травма на фоне того, что принято называть источником жизни.
— Шум воды? — А внимательно осмотрел весь процедурный кабинет.
Судя по его познаниям в медицинском оборудовании, А был абсолютно уверен, что при работе этих приборов вода была совершенно не нужна.
С чего же тогда раздавался этот оглушительный шум льющейся воды?
— Один, — неожиданно произнес Су Цюн какое-то число.
— Что?
— На том странном приборе высветилась цифра: один. — Су Цюн указал на него, а затем перевел палец на соседний аппарат. — Пять.
Следом за этим на внутренних экранах нескольких других приборов один за другим стали появляться числа — всего восемь знаков.
— Что означает эта строка цифр? Это годы? — Су Цюн никак не мог сообразить, а подсказок от системы не поступало.
Су Цюн на всякий случай запомнил пароль и, убедившись, что в кабинете больше нет других укличок, последовал за А в секретный проход.
Тайный лаз располагался перпендикулярно полу, его высота составляла метра три-четыре.
А не стал держаться за поручни и просто спрыгнул вниз, проигнорировав законы гравитации и ускорения свободного падения в реальном инстансе.
— Вау! — Су Цюн заглянул в отверстие прохода и подумал, что приземление А на одну ногу выглядит чертовски круто!
Подражая А, он разжал руки и прыгнул в секретный проход.
А затем...
Из-за того, что его тело было слишком легким и весило ровно двадцать один грамм,
его не только не притянуло силой тяжести, но наоборот — сквозняк в туннеле подхватил его и начал мотать вверх-вниз, словно качающийся на ветру воздушный шар.
Су Цюн почувствовал себя донельзя обиженным.
Ладно уж топорная прорисовка, но теперь у него отобрали еще и право покрасоваться!
Паршивая система, тебе трудно побыть человеком, да?!
— Пф-ф... — А не удержался и тихонько усмехнулся.
— Ты смеешься надо мной! — Не имея иного выбора, Су Цюн уцепился за поручень и вскарабкался обратно, едва не лопаясь от злости.
Вспоминая прошлый вечер, когда он впервые увидел А — какого высокомерного, сильного и неприступного топ-игрока!
А теперь?
С тех пор как А получил ранение, он лишился не только смазливого лица, но и холодного величия крутого игрока.
— Насмехаться над куском сахарной ваты — надо же до такого додуматься!
— Ничего подобного. — А подавил улыбку и изо всех сил стал отпираться.
Су Цюн поленился с ним спорить, вытянул полоску бинда и осторожно проверил обстановку снаружи.
Похоже, всё не так плохо.
Возле прохода по-прежнему кишели жидкие монстры, но по сравнению с плотностью у лестницы их было гораздо меньше, по крайней мере, оставалась возможность прорваться с боем.
При условии, что его не пугает соприкосновение с телами жидких монстров.
Когда жидкие монстры полностью эволюционировали, они не только научились сливаться и образовывать нити, но и передвигались гораздо быстрее, чем раньше.
Даже проявляя предельную осторожность, Су Цюн не мог гарантировать, что удастся избежать контакта целиком.
Отсчет времени над головой А сократился менее чем до шестидесяти минут.
Ждать рассвета он больше не мог.
Набравшись храбрости и решившись идти на смерть, Су Цюн скомандовал себе: вперед!
Строго говоря, бинты не являлись частью тела Су Цюна, и после того как они испачкаются, их можно просто постирать.
Выполнение работы было куда важнее.
Преданный своему делу NPC-проводник, полностью подготовившись морально, собрался уже ринуться наружу.
Вдруг сверху с грохотом свалились тяжелые доспехи и чуть не расплющили Су Цюна.
— Ты подстроил мне ловушку! — Су Цюн с трудом выкарабкался и обнаружил, что А бросил ему полноценный комплект лат, где даже забрало шлема было выполнено из металла.
Доспехи отличались тонкой работой и тускло мерцали в ночной темноте.
Су Цюн просканировал их браслетом и выяснил, что они добавляют целых пять тысяч единиц защиты.
Если исчислять силу атаки мимикрирующих NPC, то их понадобилось бы не меньше пяти тысяч разом, чтобы преодолеть защиту этих лат.
— Я только что их обменял, надевай. — А взглянул наружу. — Монстров слишком много, тебе не проскочить.
— А как же ты?
А бесстрастно ответил:
— Мне они ничего не сделают.
— Ты ведь уже ранен. Если состав жидких людей и слаймов одинаков, при прямом контакте твои травмы только усугубятся.
Программный код крайне сильно переживал за стоящего перед ним человека.
А был уже одной ногой в могиле, но при этом ни во что не ставил собственную жизнь.
— Неважно. — Смертельный таймер над головой А продолжал тикать, но он говорил спокойно: — До того как истечет отсчет, ты выведешь меня из инстанса.
Его признали!
Человек оказал ему безоговорочное доверие!
Голос Су Цюна звучал мягко и нежно, но в то же время исполнен серьезности:
— Не переживай, я доведу тебя как надо.
— Хорошо, пошли.
Количество жидких монстров за пределами прохода по-прежнему зашкаливало, от одного их вида волосы вставали дыбом.
Если рассматривать их поодиночке, боевая мощь была невысока, а скорость передвижения — медленной, так что для А они не представляли никакой угрозы.
Но стоило монстрам собраться вместе, как сотни тварей сливались в гигантскую лужу и одновременно бросались на А, заставляя его обнажать оружие и тратить жизненные силы на проведение атак.
От выхода из прохода до комнаты охраны было всего три метра пути.
Су Цюн, укрытый в доспехах, остался невредим, а вот А пришлось несколько раз вступать в бой, в результате чего таймер жизни сократился ровно на двадцать пять минут.
— Продержись еще немного, нам осталась всего одна улика, и я точно отыщу ответ для прохождения!
— Хорошо. — На самом деле А хотел сказать Су Цюну, что подобные ранения — сущий пустяк.
Во время прежних тренировок А доводилось проходить через немыслимые экстремальные условия, где каждый раз балансировал на волоске от смерти.
Однако А бросил взгляд на Су Цюн и в конце концов промолчал.
Ощущение того, что в безвыходной ситуации кто-то утешает, приносило ему некоторое успокоение.
Даже если утешением занимался комок сахарной ваты.
— Комната охраны, заходи первой. — Су Цюн с усилием толкнул приоткрытую дверь комнаты охраны и пропустил А вперед.
После чего сам, защищенный латами, загородил проход от большинства жидких монстров.
Монстры пытались продолжить атаку на А и Су Цюна, но доспехи преграждали им путь.
Оставив латы снаружи, Су Цюн тайком проскользнул в щель в комнату охраны и наглухо запер дверь.
— Психиатрическая больница «Эньси» и правда инстанс для новичков? — Су Цюн засомнировался в своем программном существовании.
Отключившаяся доселе система внезапно подала голос:
[Инстанс «Психиатрическая больница «Эньси» относится к категории реальных инстансов и принадлежит к зоне для новичков.]
Су Цюн возмутился:
— Где это видано, чтобы в зоне для новичков была такая высокая сложность? По меньшей мере это уровень второго круга.
Пройдя испытания для новичков и успешно перешагнув в первый круг, игроки приступали к покорению инстансов внутри кругов.
Внутри кругов тоже существовала своя градация уровней, и Су Цюн привык называть первый рубеж кругом один, а второй — кругом два.
Круг один был самым легким для прохождения. Чем выше номер круга, тем сложнее испытание.
Что было дальше, Су Цюн не знал в силу своего ограниченного уровня.
Ему лишь было известно, что общее число кругов в мире «IF» ограничено, хотя точное их количество оставалось загадкой.
Система бесстыдно ответствовала:
[С учетом переоценки текущей сложности прохождения, она действительно достигла уровня второго круга.]
Су Цюн:
— ...Как у тебя совести хватило закидывать сюда новых игроков?
Система:
[Сложность инстанса корректируется в зависимости от силы игрока. После оценки было установлено, что сила игрока [Пустой ID] превосходит возможности обычных игроков и уже достигла уровня прохождения первого круга.]
— ???
Су Цюн медленно выдал три вопросительных знака.
Поскольку система посчитала, что А способен осилить первый круг, она напрямую закинула его во второй, даже не дав толком разобраться с правилами и геймплеем игры.
Полный абсурд.
Система добавила:
[К тому же условия прохождения психиатрической больницы «Эньси» предельно просты: игроку нужно лишь правильно ответить на обязательный вопрос.]
— Он целых пять дней искал улики, чтобы разгадать обязательный вопрос, и ты называешь это простым?
Не успел Су Цюн закончить возмущаться, как услышал зов А:
— Су Цюн, я нашел.
Су Цюн тут же оставил попытки общаться с системой и повернулся к А.
А действовал привычными методами разрушения: разнеся комнату охраны в пух и прах, он наконец откопал под напольной плиткой в углу металлический ящик, обернутый несколькими слоями глины.
А расколол глиняную корку на поверхности, активировав новую подсказку.
[Система: Самый прочный ящик в инстансе, открыть грубой силой невозможно.]
А ответил холодным взглядом.
Мусор-система, могла бы и не подсказывать, раз от нее толку ноль.
— А, на ящике кодовый замок. — Заметив два кодовых замка слева и справа, Су Цюн сразу вспомнил только что увиденные цифры. — Попробуй один, пять...
А стал сверять записанные в памяти цифры с клавиатурой кодового замка, поочередно набирая комбинацию.
Замок щелкнул и подался — настолько невероятно легко,
что изумился даже сам Су Цюн.
У лестницы его «случайно» заблокировали жидкие монстры, вынудив спускаться через тайный ход.
Тайный ход привел прямиком ко второму процедурному кабинету, где Су Цюн по наитию заглянул внутрь и «случайно» добыл подсказку с паролем.
Слишком много совпадений, чтобы не заподозрить преднамеренное вмешательство системы.
Впрочем, если подумать, всё выглядело вполне логично.
Организуя адский инстанс для топ-игрока, система преследовала цель повысить сложность испытания, а не убить элитного игрока по-настоящему.
У А оставалось в обрез времени, и система больше не чинила препятствий, а напротив, создала некоторые удобства, чтобы помочь А пройти инстанс.
— Ведь только успешно перейдя в следующий круг и бросив вызов более сложным инстансам, А предоставит системе куда больше возможностей для издевательств.
В металлическом ящике лежало всего с десяток историй болезни.
А вытащил их все и обнаружил, что на досье юноши С приходилось целых семь тетрадей.
Начиная с момента его поступления в клинику и вплоть до вспышки «инцидента» в психиатрической больнице «Эньси», приведшего к гибели всех пациентов и персонала, когда в живых в отделении интенсивной терапии оставался лишь едва дышавший С.
Весь этот период растянулся ровно на семь лет.
Сначала А полистал карточки других больных и обнаружил, что все показатели в них находились в норме, а результаты тестов не выявляли никаких признаков патологий.
Тем не менее в заключениях черным по белому значилось: тяжелое психическое расстройство, пациент не несет ответственности за свои действия.
А:
— На мой взгляд, серьезные проблемы с головой были как раз у них.
Су Цюн поднял карту юноши С, разгладил загнувшийся уголок страницы и лишь после этого торжественно открыл ее.
В тот год, когда С попал в больницу, результаты психологического тестирования указывали на легкую депрессию, впрочем, не слишком тяжелую. Врач назначил курс лечения в виде наблюдения в стационаре.
На второй год депрессия С усилилась, перейдя в стадию, требующую обязательного вмешательства и лечения. Назначение врача гласило: состояние улучшилось, продолжить наблюдение в стационаре для закрепления терапевтического эффекта.
В последующие годы болезнь С только прогрессировала, пока на пятый год из-за многолетнего заточения в палате у него не проявились признаки потери контроля и шизофрении.
Врачи не предприняли никаких мер, выписав ему лишь для виду препарат, замененный на обычные дрожжевые таблетки.
Так тянулось до шестого года.
Чудесным образом С пришел в норму, все показатели вернулись к стандартным значениям, а в психологическом плане исчезли любые проблемы.
— Странно?
А и Су Цюн в один голос признали, что ничего не понимают.
— Неужели он исцелился сам?
[Подсказка системы: Поздравляем игрока [Пустой ID] и NPC Су Цюна со сбором всех улок. Желаете запустить воспроизведение истории?]
— Да, — ответил А.
[Подсказка системы: Запуск воспроизведения инстанса психиатрической больницы «Эньси». Напоминаем: процесс воспроизведения не расходует время.]
После подсказки системы окружающая обстановка изменилась.
Разгромленная комната охраны вернула свой первозданный вид.
Мир снова посветлел.
Су Цюн взглянул на улицу: все жидкие монстры исчезли, а снаружи сновали лишь толпы репортеров и журналистов, которые расставляли съёмочное оборудование и брали «интервью» у тел, лежавших на земле.
Некоторые сотрудники СМИ, стремясь захватить первенство, вели репортажи в прямом эфире и на камеру живо и красочно описывали происходящее на месте.
— В психиатрической больнице «Эньси» произошел масштабный инцидент с отравлением водой. На данный момент весь медицинский персонал и пациенты с длительным сроком пребывания погибли при загадочных обстоятельствах.
— По данным расследования нашей телекомпании, это водное отравление связано с научными экспериментами. Эксперты заявляют, что симптомы отравившихся крайне схожи с последствиями воздействия радиоактивных вод, а содержание трития в организмах погибших значительно превышает нормы.
— Связано ли это со сбросом ядерных отходов одной из стран, компетентные органы проведут дальнейшее расследование.
— Поправка! Поправка!
— Внимательно осмотрев больницу, репортеры обнаружили внутри еще одного выжившего, который находится без сознания из-за сильного обезвоживания и уже отправлен на реанимацию в ближайшую больницу.
— В палате этого пациента были обнаружены многочисленные экспериментальные приборы, соединенные с водопроводом, лечебным отделением, электрощитовой и другими отделами больницы. Сообщается, что пациент также оставил после себя карту и набор паролей.
— Воспользовавшись картой, журналисты отыскали особый металлический ящик, в котором обнаружили необычные истории болезни.
— О боже! Больница «Эньси» скрывала потрясающую тайну!
— Погодите-ка, на каком основании вы приказываете мне отключать трансляцию? Я дипломированный репортер, и сегодня я обязана донести правду до всех!
Снаружи по-прежнему стоял шум и гам, но Су Цюну было некогда прислушиваться.
Он уже догадался, какими будут дальнейшие события.
Опустив взгляд, Су Цюн заметил, как календарь в его руке претерпел неуловимые изменения.
Последние несколько пустых страниц седьмого тома заполнились аккуратным почерком.
«На седьмом году пребывания здесь в моей голове сформировался целый мир — точь-в-точь как внешний».
«Среди людей, выделенных из моего разума, я отыскал пациента с длительным сроком госпитализации: проверка его психики действительно оказалась в норме».
«Он был здоров, но болен был я».
«Нажав на кнопку, я наконец понял, чем именно болен».
Последняя страница истории болезни.
Два крупных иероглифа бросились им в глаза.
— А, —
окликнул его Су Цюн.
— Я понял ответы на те два вопроса.
— Угу, я тоже. — У А в душе тоже нашелся ответ.
Су Цюн поинтересовался:
— Ты собираешься покидать инстанс прямо сейчас?
А не ответил, а вместо этого спросил мнения Су Цюна:
— Что думаешь ты?
— Я хочу отнести историю болезни С. Я обещал ему рассказать, чем он болен. Но... — А столько времени страдал в инстансе, он наверняка хотел смыться немедленно.
Стоило игроку исчезнуть, как инстанс закрылся бы вслед за ним.
А на секунду глянул на Су Цюна, поднялся и отряхнул с рук пыль:
— Пойдем, у меня осталось двадцать минут.
Су Цюн мгновенно повеселел и, взлетев над полом, произнес:
— Мы собрали все улики для прохождения и можем запросить защиту системы. Я же обещал тебе вытащить тебя до окончания отсчета.
— Все свои обещания ты выполняешь?
— Разумеется. — Тон Су Цюна звучал предельно серьезно. — Мы, программы, строго исполняем каждую строчку кода.
А не стал больше ничего говорить и проводил Су Цюна обратно в стационар на третьем этаже, снова зайдя в помещение, где находился юноша С.
Тот по-прежнему сидел на прежнем месте, тихо и неподвижно.
Сжав в руке его историю болезни, Су Цюн не стал сразу отдавать ее, а обратился к С с просьбой:
— Хочешь побусть моим другом на протяжении двадцати минут?
— Другом? — С казался крайне незнакомым с этим словом.
— Да, другом. Давай по-честному: первые десять минут ты делишься со мной своим миром, а оставшиеся двадцать минут я буду делиться своим.
— ...Хорошо. — Нерешительно согласился С и медленно поведал о собственном мире.
Су Цюн думал, что мир программ невероятно скучен.
Однако он никак не ожидал, что мир С окажется еще более унылым.
В кодах хотя бы существовали команды и сообщения об ошибках, в то время как во вселенной С царила лишь сплошная пустота.
Никто не понимал его, никто не мог разобрать его слов, никто не откликался на его призывы о помощи.
День за днем, год за годом одиночества.
В конце концов С превратил самого себя в целый собственный мир.
Су Цюн:
— Ты играл в игры? Рассказать тебе об ?
Су Цюн побывал всего в двух инстансах и пересказал С оба, сделав особый упор на психиатрической больнице «Эньси».
Закончив рассказ, он спросил:
— С, если бы ты вошел в игру и стал NPC в инстансе... Вот инстанс подошел к концу, хочешь ли ты отсюда уйти?
С долго думал над вопросом, а затем покачал головой:
— Не хочу, мне не нравится этот мир.
Су Цюн не удивился.
Даже покинув инстанс, С не почувствовал бы себя легче.
Вошедшие в игру игроки вряд ли смогли бы его понять.
Одиночество среди толпы — вот самое абсолютное одиночество.
— Но, — С посмотрел на Су Цюна, и в глубине его глаз вспыхнули крошечные огоньки, — ты мне нравишься, ты мой первый друг. Я хочу, чтобы ты остался, остался в моем мире.
— Это... — Су Цюн засомневался.
Для него самого это не имело особого значения — остаться в игре или оставаться в инстансе для Су Цюна было одинаково.
Но он ведь был проводником-NPC, а снаружи ждали так много других игроков, нуждавшихся в сопровождении.
— Прошло двадцать минут.
В комнате не было часов, но С вел отсчет с абсолютной точностью.
— Теперь ты больше не мой друг. — С снова съежился на больничной койке и тихонько проговорил: — Прощай.
Су Цюн:
— Вообще-то, я...
— Спасибо за то, что поделился со мной своим миром, это было здорово. Впредь я тоже постараюсь сделать свой мир немного интереснее. — С повторил: — Прощай.
— Ладно. — Су Цюн попрощался с ним, а напоследок предложил: — Если у нас еще представится шанс встретиться, обязательно покажи мне свой веселый мир.
С не дал ни согласия, ни отказа.
Су Цюн вышел из палаты юноши С, а снаружи у А оставалось ровно тридцать секунд до конца отсчета.
Увидев Су Цюна, тот достал бланк и без спешки принялся заполнять ответы.
Сначала А заполнил дополнительный вопрос.
Тема этого инстанса: ____.
Сперва А полагал, что она связана с водой, но, разобравшись с историей внутри больницы, он получил совершенно иной ответ.
Одиночество.
А вывел эти два иероглифа, и система засчитала ответ как верный.
Су Цюн с важным видом рассуждал:
— Обязательный вопрос: просим игрока точно указать количество людей в этой больнице. На самом деле в число обитателей не входят пациенты и врачи, все они — порождения расколотого мозга С. Реально существовали только вы двое — ты и С.
— Угу. — А согласился с доводами Су Цюна, после чего взял ручку...
— И написал цифру 3.
— Три?! — Су Цюн опешил.
А что, не расслышал его слов?
В инстансе же было всего два человека!
А пояснил:
— Еще ты.
— Я? — торопливо воскликнул Су Цюн. — Я же не игрок, а всего лишь строка кода, по любым меркам...
[Система: Ответ верный.]
Речь Су Цюна оборвалась на полуслове.
Что за дела?
Неужели его и впрямь можно считать «человеком»?[Система: Поздравляем игрока [Пустой ID] с прохождением инстанса [Психиатрическая больница «Эньси»], получено 10000 очков в качестве награды.]
[Система: Поздравляем Су Цюна с прохождением инстанса [Психиатрическая больница «Эньси»], получено 5000 очков в качестве награды. Примечание: за вход в инстанс на середине пути половина очков списывается.]
Су Цюн потерял дар речи.
Раз уж существует механизм списания, могли бы запросто ободрать до нитки и забрать все бесполезные очки!
[Система: Поздравляем игрока Су Цюна с получением предмета инстанса [Пульт мистера С].]
[Описание предмета: Контроллер мистера С относится к предметам типа «полное уничтожение». Нажатие красной кнопки может убить всех игроков и NPC в подземелье. Нажатие зеленой кнопки с определенной вероятностью убьет Повелителя Круга.]
[Примечание: Этот предмет можно использовать только один раз, и нажавший кнопку непременно погибнет. Пожалуйста, используйте его с осторожностью.]
— Какой опасный предмет! — Су Цюн протянул его мистеру С. — Хочешь?
— Мне?
— Да. Предметы, выпадающие в подземелье, по идее, должны доставаться игрокам, — кивнул Су Цюн, а затем добавил: — Но он очень опасный, тебе лучше им не пользоваться.
А убрал предмет и с чувством поблагодарил Су Цюна:
— Спасибо за помощь. Если мы в будущем встретимся в подземелье…
— Такой возможности, пожалуй, больше не представится, — сообщил ему Су Цюн. — Ты прошел испытание подземелья, а твой уровень и очки находятся на втором месте по всему серверу, так что ты точно сможешь попасть в Круг. Я всего лишь NPC-проводник из зоны для новичков, и уровень у меня низкий, так что я не смогу войти в пределы Круга, чтобы сопровождать вас.
— Вот как.
А слегка нахмурился и погрузился в раздумья.
Когда Су Цюн попал в подземелье, А уже четыре дня изнурял себя в нем, и его состояние было далеко от пикового.
К тому же по дороге он получил ранения и не мог должным образом защитить Су Цюна.
У А был план: если они еще раз встретятся в подземелье, отблагодарить Су Цюна за эту услугу.
— Выходит, никакого будущего не будет.
Су Цюн примерно догадывался о его мыслях и между делом произнес:
— Тогда, может, назовешь мне свое имя?
В глубинах глаз А промелькнуло легкое отвращение.
Он уже много лет не называл своего настоящего имени.
Су Цюн забормотал:
— Мы больше не встретимся. И каждый раз, когда я буду вспоминать о тебе в будущем, у меня будет лишь одно простое прозвище.
Выслушав его жалобы, А наконец словно сдался и произнес:
— Аньань.
— А?
— Аньань, мое имя.
— Какое у тебя умилительное имя с повторяющимися слогами, — радостно похвалил Су Цюн. — Мило.
— …Заткнись.
Перед глазами снова вспыхнул ослепительный свет, и окружающие звуки из тихих превратились в шумные.
К Су Цюну вновь вернулось зрение, и он понял, что покинул подземелье и оказался на базе выживания игроков.
База выживания была очень оживленной, общественные доски объявлений пестрели рекламными листовками о наборе в различные крупные гильдии.
Игроки провели в «ИФ» всего пять с половиной дней, но уже успели запустить форумы, основать гильдии, наладить обмен информацией и общение, превратив базу выживания во вполне солидное место.
В общем списке гильдий Су Цюн даже заметил имя Юй Цимяо. Название созданной им гильдии звучало до боли знакомо:
Союз сирот
— И он правда использовал это дурацкое название?
Разве туда смогут вступить игроки, у которых есть родители?
— Су Цюн, и правда ты! — Юй Цимяо случайно оказался поблизости по делам и, заметив Су Цюна издалека, тут же прервал сделку и стремглав подбежал поздороваться.
— Где твой плащ? — спросил Юй Цимяо.
Су Цюн только собрался поприветствовать его, как услышал вопрос о плаще и испуганно отступил на полшага.
И что теперь делать?
Плащ, который Юй Цимяо купил для него, потратив все свои очки, Су Цюн в подземелье «разнес на кусочки».
Будучи программным кодом, Су Цюн впервые испытал муки совести.
— Прости… — виновато пробормотал некий код.
Юй Цимяо мгновенно все понял:
— Опять сломал?
— …Угу. — Су Цюн опустил голову, смиренно признавая вину.
Он думал, что Юй Цимяо непременно разозлится, но тот не только не стал его ругать, а с улыбкой произнес:
— Как раз вовремя. Только выйдя из подземелья, я понял, что тот плащ слишком низкого уровня и никаких бонусов тебе не дает. Держи.
Юй Цимяо открыл инвентарь предметов и вытащил бледно-серый плащ с мемовой опушкой.
— Этот я выменял у другого игрока. — Юй Цимяо опустил темную историю принудительной купли-продажи, накинул на Су Цюна маленький плащ и привычно завязал бантик. — У него есть определенный защитный эффект и бонус к скорости, это предмет для спасения жизни, в нем тебе будет безопаснее.
— Зачем ты мне его отдаешь? — сильно удивился Су Цюн. — Я ведь больше не могу быть твоим проводником.
— Я же не для того дарю тебе предмет, чтобы ты меня сопровождал.
Взгляд, которым Юй Цимяо смотрел на Су Цюна, был наполнен чистой заботой без малейшего намека на какой-либо расчет.
Если бы это увидели игроки, которых Юй Цимяо надул за последние пару дней, они бы точно подумали, что сошли с ума.
С каких это пор бессердечный капиталист стал таким сердобольным?
— Су Цюн, а это… — Юй Цимяо обратил внимание на высокого мужчину рядом с Су Цюном.
После выхода из подземелья раны А полностью зажили.
Его красивое лицо привлекало всеобщее внимание, а в черных, как обсидиан, глазах читалась отчужденность — с первого же взгляда было понятно, что связываться с ним опасно.
Не говоря уже о том, что при сканировании его данных с помощью браслета можно было увидеть зияющий пустотой ID и максимальный уровень высокомерия — 25-й LV.
Стоило учесть, что во всей зоне новичков достижение двузначного уровня уже делало игрока королем среди королей, не говоря уж о столь ослепительном 25-м уровне!
Стоило А появиться на базе выживания, как соглядатаи из нескольких близлежащих гильдий тут же передали разведданные, вызвав верхушку гильдий, чтобы те любыми способами заманули А к себе.
Су Цюн ничего об этом не знал и представил мужчину Юй Цимяо:
— Его прозвище — А, а настоящее имя такое милое, что я не могу тебе его назвать.
Юй Цимяо заинтересовался:
— Насколько оно милое?
— Очень-очень милое, но я пообещал ему хранить секрет, так что могу рассказать тебе лишь совсем чуть-чуть.
Су Цюн наклонился к самому его уху и зашептал.
— Ой, с повторяющимися слогами? Тогда и правда мило.
А: «…»
Разве так хранят секреты?
http://bllate.org/book/23290/2502502
Готово:
