Несколько человек покинули главный зал Преисподней и пошли вдоль реки Ванчуань, как вдруг увидели перед собой прекрасное море цветов. Цветы ярко-красные, словно кровавая река, источали слабый алый свет и устилали весь берег реки Ванчуань. Еще удивительнее было то, что у этих цветов не было листьев, а их аромат отличался от запаха любых других цветов в Шести Мирах.
Только посмотрите, какие красивые цветы! — взволнованно побежала к цветочному морю Нань Сян.
Что это за цветы, до чего же странные? — озадаченно спросила она.
Эти цветы называются паутинными лилиями, это единственные цветы в Преисподней, — пояснил Фэн Муси. — Предание гласит, что аромат этих цветов способен пробудить человеческие воспоминания, позволяя мертвецам вспомнить свое прошлое.
Откуда ты знаешь? Скажи мне, почему ты, этот дух дерева, так хорошо знаком с здешними местами? — Нань Сян нарочно широко открыла рот, изобразив удивление. — Уж не привидение ли ты часом?
Фэн Муси потерял дар речи и закатил глаза.
Нань Сян озорно показала Фэн Муси язык.
Ходит легенда, что некогда жила Цветочная Фея по имени Маньчжу, которая полюбила демона-листа по имени Шахуа, — глядя на паутинные лилии, с грустью в голосе рассказывал Цин Сюань. — Они безумно любили друг друга, но об этом узнало Небесное Царство. Нефритовый Владыка пришел в ярость и низверг их сюда, повелев из века в век охранять паутинные лилии: Маньчжу сторожит цветы, а Шахуа — листья. Паутинные лилии устроены диковинно: когда они цветут, нет листьев, а когда растут листья, нет цветов, поэтому с тех пор эти двое так больше и не встретились. Изначально паутинные лилии не имели запаха, но со временем они превратили свою тоску друг по другу в этот дивный аромат, способный пробудить в людях воспоминания о мирской жизни, чтобы помочь тем несчастным, кто не хочет забывать свое прошлое.
Выходит, этот запах соткан из их тоски друг о друге, — с вздохом произнес Юй Бэйхань. — А теперь он служит тому, чтобы души, покинувшие своих возлюбленных, вечно помнили былое. Можно сказать, благое дело.
И нравы же в этом Небесном Царстве! Только и делают, что всем палки в колеса вставляют, — тут Юй Бэйхань сменил тон и вновь принялся флиртовать. С лукавой улыбкой он неотрывно смотрел на Цин Сюаня. — К счастью, ты не из Небесного Царства, иначе Нефритовый Владыка точно сошел бы с ума.
Счастье еще, что ты не небесный житель, а не то Нефритовый Владыка свихнулся бы первым, — с легкой лукавкой в улыбке ответил Цин Сюань, говоря прямо, словно констатируя очевидный факт.
Папочка! — раздался вдруг детский нежный голосок.
Все посмотрели в сторону звука и увидели девочку лет пяти в рваной одежде, в серой вязаной шапочке и с двумя маленькими тугими косичками, которая вовсю спешила к ним. Она была пухленькой, и ее маленькие ножки еще не совсем уверенно держали ее на весу.
Спутники переглянулись, а затем огляделись по сторонам, убедившись, что здесь находятся только они. Кого же тогда она назвала папочкой?
Малышка стрелой бросилась в объятия Юй Бэйханя, крепко обхватила его за ногу и принялась настойчиво повторять: Папочка, папочка...
У окружающих челюсти едва не отпали до земли.
Хозяин, когда это у тебя успел завестись такой взрослый ребенок? — Му Сичэнь с трудом сглотнул слюну, пытаясь прийти в себя и спасти положение.
Она не моя, — сквозь зубы процедил Юй Бэйхань, глядя на Му Сичэня.
Мм? — Малышка разжала руки на ноге Юй Бэйханя, подняла голову и посмотрела на него. Ее большие черные, похожие на виноградины глаза были полны слез, длинные ресницы дрожали, нежное белое личико украсила невольная улыбка на маленьких красноватых губках. — Папочка! — девочка не отпускала подол одежды Юй Бэйханя, и ее мимика вызывала одно лишь умиление.
Малышка, как тебя зовут? — Нань Сян присела на корточки и погладила девочку по голове.
Мм? — девочка склонила голову набок и посмотрела на Нань Сян. Ее глаза хлопали, она совершенно не понимала, что означает слово, произнесенное Нань Сян.
Беспомощно улыбнувшись, Нань Сян указала на Юй Бэйханя: Ну вот как твой папочка, его зовут Юй Бэйхань.
Малышка проследила за жестом Нань Сян, посмотрела на Юй Бэйханя и снова радостно завопила: Папочка! Папочка!
Юй Бэйхань смотрел на этого невесть откуда взявшегося ребенка с крайним отвращением. Кто твой папочка? — с усилием оттягивая одежду, за которую цеплялась девочка, процедил он.
Все присутствующие застыли на месте, наблюдая, как эти двое — большой и маленький — перетягивают и дергают полу одежды.
Горько улыбнувшись, Нань Сян указала на Цин Сюаня: А это лучший друг твоего папочки, его зовут Цин Сюань.
Девочка остановилась, проследила за жестом Нань Сян, устремила взгляд на Цин Сюаня, и ее личико вмиг просветлело. Раскинув ручонки, она бросилась к Цин Сюаню, вцепилась ему в ногу и радостно рассмеялась.
Эй, ты кого обнимаешь? — Юй Бэйхань вышел из себя и гневно прикрикнул на девочку, пытаясь оторвать ее руки. — Отпусти! Я ее даже не обнимал, а ты взяла и опередила меня? — скрипя зубами и выражая крайнее недовольство, он продолжал оттаскивать малышку.
Остальные потеряли дар речи. Приходится признать: когда их Божественный Император впадает в детбячество, с ним просто невозможно справиться.
Взрослый мужчина, а ведешь себя как ребенок, — Цин Сюань рывком поднял Юй Бэйханя на ноги.
Видя, что Цин Сюань сам поднял его, Юй Бэйхань не смел и пикнуть. Он отвернулся, яростно замахал веером и принялся дуться в одиночестве.
Цин Сюань присел на корточки, стараясь держаться на одном уровне с девочкой. Малышка, как тебя зовут? Почему ты здесь? И почему называешь его папочкой?
Мм? — девочка по-прежнему не понимала, о каком имени они говорят, склонила голову и доверчиво улыбнулась Цин Сюаню.
Один старый дедушка сказал мне, что если здесь пройдет кто-то высокий, в белых одеждах, овеянный бессмертным духом, и невероятно красивый, то это и есть папочка, — девочка снова наклонила голову, глядя на Юй Бэйханя, а ее пушистые глазки хлопали, вызывая всеобщее умиление.
Цин Сюань перевел взгляд на Юй Бэйханя: Невероятно красивый человек? — произнес он с улыбкой.
Весь мир знает, что я красив, и только ты один не умеешь ценить красоту, — отвернувшись и даже не глядя на Цин Сюаня, с жалким видом пробурчал Юй Бэйхань.
Цин Сюань поднялся, подошел к Юй Бэйханю и с улыбкой посмотрел на него: Не умею ценить? Если бы не умел, разве стал бы всюду следовать за тобой по пятам?
Эти слова прозвучали так сладко, что у Юй Бэйханя на душе зацвели цветы, и от былой ревности не осталось и следа.
Довольно улыбнувшись, Юй Бэйхань повернулся и заглянул Цин Сюаню в глаза: То-то же.
Трое стоявших рядом просто не могли на это смотреть.
С каких это пор некто стал таким податливым? Вот уж у кого семь пятниц на неделе, — поддразнила Юй Бэйханя Нань Сян.
Тот вовсе не рассердился и даже не смутился — слова Цин Сюаня доставили ему искреннюю радость.
И все же, откуда она взялась? Почему оказалась здесь? И что за старик, о котором она говорила? — озадаченно произнес Му Сичэнь.
Фэн Муси взял девочку за руку, прислушиваясь к ее ци.
Что ты делаешь? — с любопытством спросила Нань Сян.
Львиные побеги Краснолистного Дерева способны распознавать расу и происхождение любых живых существ в Шести Мирах, — пояснил Фэн Муси.
Не ожидала, что у тебя есть такие способности! Недооценивала я тебя! — радостно воскликнула Нань Сян.
Распознав истинную сущность девочки, Фэн Муси в изумлении поднялся на ноги: Внутри нее демоническая жемчужина!
Демоническая жемчужина? — в один голос изумленно переглянулись остальные.
Разве это не внутреннее ядро Клана Царства Демонов? — Нань Сян недоверчиво посмотрела на малышку. — Чье же оно может быть?
Я чувствую, что эта демоническая жемчужина обладает колоссальной силой, должно быть, она принадлежала кому-то весьма искуссному в постижении Пути.
Какова ее истинная форма? — невозмутимо глядя на девочку, Юй Бэйхань, казалось, о чем-то догадался.
Паутинная лилия. Судя по цветочным духам, этой малышке должно быть около десяти тысяч лет.
Эй, ты ничего не путаешь? Такой кроха — и уже целый мандарин лет? — Нань Сян засом собственных ушах и с неверием уставилась на девочку. — Как ни посмотри, ей от силы несколько сотен лет!
Стебли паутинной лилии не способны принимать человеческий облик сами по себе, и если она выглядит так, то всему виной сила демонической жемчужины, — глядя на малютку, Цин Сюань мысленно догадывался о происхождении артефакта.
Хозяин, мы возьмем ее с собой? Судя по всему, она нацелилась следовать за нами до конца, — с легкой улыбкой произнес Фэн Муси, глядя на девочку.
Берем! — Юй Бэйхань ласково улыбнулся девочке и протянул руку, желая взять ее за ручку.
Малышка шаткой походкой подошла к Юй Бэйханю, ухватила его за руку и, карабкаясь словно на дерево, взгромоздилась ему на плечо. Ее ручонки крепко обвились вокруг головы Юй Бэйханя, усевшись верхом на плечах, она победно вскинула крошечный кулачок вперед и радостно прокричала: В путь!
Все дружно рассмеялись, глядя на Юй Бэйханя. Тому ничего не оставалось, как смириться и позволить ей сидеть наверху, а его собственные большие руки крепко держали крошечные ручки девочки, чтобы она случайно не свалилась.
Папочка такой высокий! — придя в полный восторг, малышка принялась болтать ножками у Юй Бэйханя на плече.
Не ерзай! Дерчнешься еще раз — выброшу обратно! — притворно пригрозил он.
Девочка тут же замерла, крепко обняла Юй Бэйханя за голову и выпалила: Папочка, не бросай меня! Я буду послушной!
Давайте придумаем ей имя! Так будет проще ее звать, — предложила Нань Сян. — И как же ее назвать? — она задумалась. — А как насчет Сяо Хуа (Цветочек)?
Фэн Муси прыснул со смеху: Ты можешь придумать что-нибудь еще более банальное? Прям как кликуха для собаки!
Нань Сян наградила его презрительным взглядом: Ну так придумай сам, я хочу посмотреть, что толкового выйдет у тебя! Цыц!
Назови ее... — Фэн Муси тоже погрузился в раздумья. — О, давай назовем Сяо Юань (Связующая), мы же встретились здесь благодаря судьбе!
Сяо Юань (Кругляшка)! — Нань Сян расхохоталась. — Почему бы сразу не назвать ее Сяо Фан (Квадратяшка), или Сяо Бянь (Плотяшка), или Сяо Чан (Длинняшка)? По мне, так все они отлично подходят.
Уж всяко лучше твоего Цветочка!
А что не так с Цветочным? Какое красивое имя! Она же паутинная лилия, Сяо Хуа подходит ей идеальнее всего.
Сяо Хуа, сяо хуа, смех да и только, ну вылитая шутка! — продолжал поддразнивать ее Фэн Муси.
Услышав это, Нань Сян мгновенно рассвирепела: Ах ты поганый дух дерева, вонючий дух дерева, да как ты смеешь издеваться надо мной! — с этими словами она бросилась за Фэн Муси, колотя его на ходу.
Му Сичэнь смотрел на эту парочку: одной было уже сто семьдесят тысяч лет, но временами она вела себя как капризный ребенок, другой — всего шестьдесят тысяч, сущий малолетка по меркам бессмертных. Помотав головой, он с улыбкой вздохнул.
А ты что думаешь, Сяо Сюань? — обратился Цин Сюань к Юй Бэйханю, испрашивая его мнения.
Юй Бэйхань лукаво ухмыльнулся: Назову ее Сяо Хуайдань (Маленькая Проказница), как раз в самый раз!
Будь серьезнее, — с укоризной посмотрел на него Цин Сюань. — Раз уж ты решил ее принять, будь добр нести за нее ответственность, тем более что она зовет тебя папочкой!
Лучше бы он не заводил об этом речь: при одном упоминании сего факта Юй Бэйханя начинало трясти от злости — и надо же было какому-то деду ослепнуть на оба глаза.
Ладно, я больше не буду шутить, довольно с тебя! — помолчав немного, произнес Юй Бэйхань. — Как насчет Сяо Ба (Восьмая)? На Горах Юйшань сейчас семеро обитателей, а она как раз станет восьмой, так что Сяо Ба — в самый раз.
Сяо Ба — отличное имя! Какое милое, все-таки хозяин у нас гений, — Нань Сян показала Юй Бэйханю большой палец.
Юй Бэйхань самодовольно покосился на Цин Сюаня, ожидая похвалы.
Цин Сюань лишь беспомощно покачал головой и с улыбкой произнес: Разве Божественному Императору Бэйханю требуются мои похвалы?
Юй Бэйхань обольстительно улыбнулся: Еще как требуются! С тех пор как мы знакомы, ты меня еще ни разу не хвалил! — шагая рядом с Цин Сюанем, он принялся легонько толкать его плечом. — Ну похвали хоть разок!
Цин Сюань бросил на него косой взгляд, едва заметно улыбнулся и прибавил шагу.
Эй! Цин Сюань, куда ты так летишь? Погоди меня! — придерживая Сяо Ба, Юй Бэйхань вприпрыжку бросился догонять Цин Сюаня.
Оживленно беседуя, компания покинула Преисподнюю.
http://bllate.org/book/23274/2500007
Готово:
