— Мы не имеем прецедентов использования этой медицинской техники, — первым нарушил молчание ортопед Аланбери. — К тому же, насколько я знаю, микроиглы оставляют раны, а значит, это уже область хирургии, сопряженная с определенными рисками.
Хотя ортопедия и травматология считаются разными дисциплинами, между ними немало общего: кости и мышцы принадлежат одной опорно-двигательной системе, и изначально их не так уж строго разделяли.
Линь Вэй кивнул, соглашаясь с собеседником:
— Это действительно малая амбулаторная операция, но риск полностью контролируем. Раны микроскопические, анестезия не требуется. В моей стране эта технология уже давно отработана.
— Мы в Испании, здесь никто этим не пользовался, и мало кто вообще слышал о таком.
— ...
Линь Вэй ожидал, что Ольмо будет против. Этот медицинский руководитель, опирающийся на поддержку высшего руководства, был консервативен и упрям. Видимо, чиновники среднего звена, которые лебезят перед верхами и смотрят свысока на остальных, одинаковы в любой стране.
— По-твоему, — Зидан внезапно посмотрел на Линь Вэя, — сколько времени потребуется Серхио на восстановление плеча при использовании микроигл?
— Две-три недели.
— Две-три недели? При нынешнем курсе лечения мы, возможно, уложимся в те же сроки, — заметил Аланбери.
— По моему суждению, травма не только не заживет, но и с большой вероятностью перейдет в хроническую стадию, оставив скрытую угрозу.
— Самый быстрый срок? Я имею в виду минимум, — наконец подал голос Рамос, который с самого начала молча сидел на краю кушетки.
На самом деле, ему не очень-то хотелось пробовать на себе этот неведомый метод, который звучал не слишком щадяще. Но он терпеть не мог самодовольную физиономию Ольмо, а главное — у него не было выбора. Либо продолжать прежнее лечение, либо довериться этому молодому и уверенному в себе китайскому парню.
— Две недели, не меньше. Даже если у тебя феноменальная способность к регенерации, я не рискну подвергать тебя опасности ради преждевременного возвращения на поле.
В глазах Линь Вэя светилась искренность. Любой его совет или решение были тщательно взвешены, он никогда не стал бы рисковать здоровьем игрока.
— Хорошо, я принимаю твой план.
Рамос перевел взгляд с Линь Вэя на Ольмо и Аланбери, в его глазах читался вызов.
— Когда приступим? — спросил Зидан.
— Прямо сейчас, — ответил Линь Вэй.
Слова Зидана расставили всё по своим местам: между медицинским начальником и молодым врачом команды он выбрал поддержку последнего. Ольмо больше ничего не сказал. Он поднялся, чтобы уйти, и, проходя мимо Линь Вэя, даже усмехнулся:
— Удачи.
Аланбери последовал за ним. У Зидана были другие дела, и он ушел вместе со своим помощником, а вот любопытные физиотерапевты остались.
Линь Вэй попросил Переса помочь ему: принести йод, ватные палочки, марлю и маркер. Самый важный инструмент — набор микроигл — Линь Вэй привез из Китая, а недавно попросил друзей переслать их вместе с остальными вещами из Мюнхена.
Все перешли в соседний стерильный кабинет. Посреди комнаты поставили стул, на который сел Рамос с обнаженным торсом. Линь Вэй надел маску и стерильные перчатки, встав рядом с капитаном и оттеснив зевак на пару метров.
Физиотерапевты никогда не видели даже обычного иглоукалывания, не говоря уже об этой новой методике, сочетающей акупунктуру с микроразрезами. Строго говоря, микроиглы — это современная технология, объединяющая восточную и западную медицину.
Линь Вэй не был консерватором. Раз уж коллегам интересно, он решил провести для них своего рода мастер-класс. Он водил пальцами в перчатках по голому плечу Рамоса, подробно объясняя свои действия:
— По снимкам МРТ видно, что основной очаг поражения находится ниже передней части акромиона. Исходя из этого, можно предположить, что травма была получена при падении на отведенную руку.
Они никогда не обсуждали это, но Рамос вспомнил, что оба раза инстинктивно выставлял руку, пытаясь смягчить удар — это полностью подтверждало теорию об отведении плечевого сустава.
— Поэтому мы не будем искать точки боли хаотично по всему суставу, а сосредоточимся вокруг акромиона.
Рамос поднял голову, глядя снизу вверх на молодого врача, сосредоточенного на его плече. Это был необычный ракурс, в котором человек, полностью погруженный в свое дело, обретал особое очарование.
Внезапная боль в плече вырвала Рамоса из раздумий. Прохладные резиновые перчатки давили на кожу, то сильнее, то слабее — было одновременно больно и щекотно. В этих, на вид тонких и изящных пальцах, скрывалась невероятная сила.
— Здесь болит? — это был вопрос, но Линь Вэй не обязательно ждал ответа, так как выражение лица Рамоса уже все сказало. Маркер коснулся кожи, оставляя точку.
— Да, — все же ответил Рамос, переводя взгляд в окно на пустой тренировочный газон, лишь бы не пялиться на врача.
***
Линь Вэй объяснял все с терпением учителя, разбирая анатомическую структуру и патологические особенности по полочкам. Он говорил не спеша, с легкой улыбкой, его голос звучал чисто и мягко, а небольшой акцент в испанском казался даже милым.
Капитан «Реала» никогда не считал себя терпеливым человеком, особенно во время травмы, когда конца и края лечению не было видно. Обычно, если бы кто-то так долго разглагольствовал у него над ухом, будь это Ольмо, он бы уже давно велел ему заткнуться.
Но этот молодой парень с восточным лицом, который чертил на его плече линии, словно на лабораторной мыши, почему-то не раздражал. Даже сложные термины из его уст звучали вполне доступно.
Рамос подумал: если бы он не стал врачом команды, из него вышел бы отличный учитель.
— Капитан, расслабьтесь.
Линь Вэй закончил разметку и достал одноразовую иглу-нож. Она была значительно толще обычных игл для акупунктуры, а лезвие на конце поблескивало металлом.
Этим острым инструментом предстояло проколоть кожу и войти вглубь тканей без всякой анестезии. Даже такой «железный человек», как Рамос, невольно отклонился в сторону. Его нахмуренные брови выдавали страх и нежелание продолжать.
— Не бойся, — Линь Вэй похлопал его по плечу другой рукой, взял у Переса ватку с йодом и попросил всех отойти на десять шагов. Наклонившись к самому уху капитана, он прошептал так, чтобы слышал только он: — Расслабься, поверь мне, я не причиню тебе вреда.
Сказав это, Линь Вэй осознал двусмысленность фразы. Он мельком взглянул на капитана, но тот, казалось, ничего не заметил, поэтому врач невозмутимо продолжил работу.
— Здесь главная суть: игла и нож, — объяснил он, показывая лезвие. — Традиционная китайская акупунктура и западная хирургия в одном флаконе. Важно избегать нервов и сосудов, входить нужно строго вертикально, без малейшего наклона, иначе можно повредить ткани.
Говорил он спокойно, а руки действовали четко и быстро. Лезвие прокололо кожу, прошло сквозь ткани прямо к фасции. Он чувствовал сопротивление тканей с точностью до миллиметра: чуть меньше — не будет лечебного эффекта, чуть больше — повредишь мышцу.
Со стороны все казалось простым, но операция проводилась вслепую и требовала глубочайших знаний анатомии.
На коже было отмечено около десяти точек, но Линь Вэй управился за две минуты. Рамос даже не успел толком почувствовать боль, как малая операция завершилась.
— Готово, — Линь Вэй стер капли крови, наклеил пластыри и выпрямился, выдохнув. — Сегодня ты отлично выспишься.
— Спасибо, надеюсь на это, — Рамос улыбнулся и начал одеваться. — Могу идти?
Линь Вэй выбросил перчатки и иглу в контейнер:
— Боюсь, нет. Нужно посидеть в соседней комнате полчаса, чтобы я убедился, что все в порядке.
Когда они вышли, Линь Вэй остался прибраться и включить стерилизатор. Вернувшись в кабинет, он увидел, что Рамос сидит в телефоне, а физиотерапевты что-то оживленно обсуждают.
— Литературы по этой методике на других языках почти нет. Если вам интересно, спрашивайте, — Линь Вэй подошел к ним и достал из кармана запасную иглу. — Это вещь редкая, привезена из Китая. Можете изучить, но не пытайтесь пробовать на практике. Риск повредить мышцы или сосуды слишком велик, вы понимаете последствия.
Иглу тут же выхватили, и физиотерапевты снова погрузились в обсуждения.
— Готов поспорить, они пропустили мимо ушей твое предупреждение, — небрежно заметил Рамос, не отрываясь от телефона. — Или просто не воспринимают тебя всерьез.
— Неважно, — Линь Вэй прислонился к столу, листая документы. — Главное, что я сказал все, что должен был.
— Бесплатное обучение? Ты удивительно бескорыстен.
Линь Вэй поднял голову и уверенно улыбнулся, его глаза превратились в полумесяцы:
— Некоторые вещи невозможно понять, просто слушая или глядя.
— То есть ты только кажешься бескорыстным?
Линь Вэй покачал головой:
— Я просто люблю делиться опытом с коллегами.
Разница была в том, что у него была лицензия, а у них нет. То, что мог делать Линь Вэй, для физиотерапевтов было незаконной медицинской практикой.
На следующий день Линь Вэй изучал историю травм Бэйла. Хотя он не отвечал за лечение валлийца, кумир просил его подумать над решением проблемы «ахиллесовой пяты» Гарета. В этот момент вошел Рамос. Сегодня капитан был явно в хорошем настроении.
— Я отлично спал прошлой ночью, — сказал он, подойдя к врачу.
Линь Вэй закрыл папку:
— Ожидаемо.
— Мне нужно делать это... микроиглы каждый день?
— Нет, достаточно одного раза, — Линь Вэй покачал головой. — Дальше будет обычная акупунктура.
Ощущение распирания от обычных игл оказалось куда неприятнее, чем от микроножа. Рамос понял, что этот молодой врач, который поначалу казался таким мягким и добрым, в деле совсем не так нежен.
Как бы он ни сопротивлялся, как бы ни стискивал зубы... Линь Вэй с невероятной скоростью вонзал тонкие иглы в точки, и ощущения были настолько интенсивными, что терпеть их было почти невозможно.
Хуже всего было то, что «палач» при этом улыбался, невинным голосом прося его расслабиться, иначе иглу «зажмет».
Рамос не знал, что такое «зажать иглу», и спросил.
— Проще говоря, это когда мышечные волокна оплетают иглу, и ее невозможно ни вынуть, ни протолкнуть дальше.
Капитан, который никогда ничего не боялся, покрылся холодным потом и замер, боясь пошевелиться.
В третьем матче под руководством Зидана «Реал» сыграл вничью с «Бетисом» 1:1. Пропустив на пятой минуте, команда 60 минут атаковала, но так и не забила. Зидан выпустил Карвахаля вместо Данило — замена правого защитника на защитника была весьма показательной.
Даже Линь Вэй, будучи просто болельщиком, видел, что бразилец совсем не вписывается в игру команды. Было жаль парня: пока Зидан у руля, шансов на основу у него будет немного.
Лишь на 80-й минуте Бензема сравнял счет. Зидан был мрачнее тучи. Игроки молча шли в раздевалку. Бензема подошел к Линь Вэю и прошептал:
— Кажется, после твоего лечения я в отличной форме.
— Не обольщайся, — ответил Линь Вэй.
— Ты поизучай, — Бензема наклонился к его уху, — такую форму, которую допинг-контроль не засечет, ха-ха.
— Возможно... это и не невозможно, — в шутку отозвался Линь Вэй.
— Реально?
— Да я шучу!
Они смеялись, перешептываясь на глазах у тысяч людей, даже операторы навели на них камеры. Мимо прошел Криштиану Роналду, явно недовольный результатом. Он бросил на них суровый взгляд и быстро зашагал дальше. Линь Вэй и Бензема тут же приняли серьезный вид и поспешили в раздевалку.
На пресс-конференции Зидан взял вину на себя, похвалив игроков за самоотдачу. Это мастерство завоевания сердец заставило всех в раздевалке дать себе слово: в следующем матче они сделают все ради победы своего тренера.
http://bllate.org/book/23233/2493507
Готово:
