Шэнь И невольно вздрогнул, сглотнул и с опаской посмотрел на него.
Хуа Лин, позабавленный такой реакцией, намеренно понизил голос:
— На самом деле... это благословенное место.
Шэнь И поднял голову, озадаченно переспросив:
— Благословенное место? Место, где спрятаны сокровища?
Ах, неужели там полно магических артефактов!
В его глазах промелькнуло любопытство, а мягкий взгляд стал похож на драгоценную жемчужину, опущенную в воду.
Если подумать, он ведь еще ни разу не видел магических артефактов и талисманов мира совершенствующихся!
Хуа Лин с самым серьезным видом кивнул:
— Да.
А про себя добавил: если бы удалось спрятать тебя здесь, было бы просто замечательно.
Так называемое сокровищница всегда хранит лишь самые драгоценные вещи, в этом нет никаких сомнений.
Любопытство Шэнь И было полностью разожжено:
— Например? Какие там сокровища? Могу я взглянуть?
Боясь отказа, он тихо добавил:
— Я только посмотрю, трогать ничего не буду.
Ощущение было такое, будто он Гарри Поттер, впервые попавший на Косой переулок!
Хотя... он всего лишь никчемный слабак, чья духовная энергия оказалась заблокирована.
Видя, как послушен человек перед ним, Хуа Лин сдержал порыв взъерошить его волосы и едва заметно кивнул.
— Видишь то дерево? — он указал на дерево, до которого было уже недалеко.
Поскольку расстояние было небольшим, Шэнь И прищурился и быстро осмотрел дерево целиком.
Это действительно было дерево с огромной кроной, которую не обхватить и нескольким взрослым мужчинам. Листва его была густо-зеленой, словно пронизанной серебряным сиянием, а свисающие вниз светлые бутоны покачивались, будто используя изумрудные лианы как качели!
Шэнь И удивился:
— Это... что такое?
Точнее говоря, он хотел спросить, что это вообще за штука?!
Хуа Лин взял его за руку и повел ближе.
Когда они подошли, Шэнь И услышал звуки, напоминающие шепот.
Он огляделся по сторонам, но вокруг никого не было!
Прислушавшись снова, он внезапно понял, что этот шепот исходит от свисающих с дерева бутонов...
Он подозрительно уставился на них.
Словно почувствовав его взгляд, бутоны тут же замерли, перестав даже покачиваться.
Лицо Шэнь И вытянулось:
— ...
Они что, держат его за слепого или глухого?
Хуа Лин с улыбкой указал на дерево:
— На самом деле, это страж данных земель, и он же может защищать людей.
Шэнь И приподнял брови, ошеломленно спросив:
— А?
— Я привел тебя сюда сегодня главным образом для того, чтобы оно признало тебя хозяином. Все дела в Цинцю, большие и малые, я решаю в одиночку, и не могу находиться рядом с тобой двадцать четыре часа в сутки. Пусть оно заменит меня и будет сопровождать тебя, так я буду спокоен. — Хуа Лин поднял голову, посмотрел на свисающие бутоны и протянул руку. Те, что только что притворялись мертвыми, тут же оживились и наперегонки потянулись к его ладони!
Шэнь И автоматически перевел его слова на понятный ему язык: Хуа Лин хочет посадить его под домашний арест и следить за каждым шагом!
Шутит, что ли? Он пришел в этот мир, чтобы развлекаться, а не чтобы быть привязанным к какому-то бутону!
Только он собрался найти предлог для отказа, как Хуа Лин опустил взгляд, сложил ладони на уровне груди, и в них тихонько замер ярко-зеленый бутон. Он смотрел на Шэнь И, и в его глазах переливался свет.
Казалось, он держит в руках не цветок, а собственное искреннее сердце.
Шэнь И молча смотрел на него:
— ...
От собственных мыслей его прошиб неприятный холодок.
Когда он пришел в себя, то напрочь забыл о намерении отказаться.
Хуа Лин слегка наклонил голову, поднес бутон к губам, прижавшись к его внешней оболочке, и что-то прошептал.
Через несколько секунд он поднял голову и негромко произнес:
— Протяни руку.
Шэнь И послушно протянул ладонь.
Ярко-зеленый бутон радостно прыгнул ему на ладонь, и, хотя у него не было рта, раздался отчетливый, счастливый голос:
— Матушка!
Шэнь И едва не выронил его от неожиданности!
Он в упор уставился на это непонятное существо, весь напрягшись:
— ...Что это такое?!
Хуа Лин ответил:
— Это особый дух-хранитель Цинцю, он может тебя защитить.
Шэнь И почувствовал, как рука стала тяжелой, словно налилась свинцом:
— Но... почему он говорит!
Хуа Лин странно взглянул на него:
— Раз уж это живое существо, то почему оно не может говорить? Все сущее обладает душой.
Шэнь И:
— ...Тут я проиграл.
Зеленый бутон продолжал прыгать у него на ладони, словно на батуте, выкрикивая все радостнее:
— Матушка, матушка, матушка!
Шэнь И окаменел.
Хуа Лин протянул руку и погладил бутон:
— Не балуйся.
Бутон тут же перестал скакать и сменил пластинку:
— Батюшка!
Шэнь И:
— ...
Тысячи слов превратились в один беззвучный вопль души: да вы издеваетесь! И такое бывает?!
Хуа Лин опустил голову, его взгляд стал небывало мягким:
— Все, что ты сказал ранее, я запомнил.
Шэнь И оцепенело поднял голову.
Голос Хуа Лина никогда еще не звучал так нежно, словно он боялся что-то разрушить:
— Шэнь Цзинъань, я знаю, что ты принадлежишь к праведному пути, но достоин ли я быть с тобой — решать не другим. Даже у демонов есть сердце.
Шэнь И молча моргал, слушая его.
— К тому же, мои руки никогда не были запятнаны кровью, и ради тебя я никогда не стану убивать невинных. То, чего опасается твой наставник, не произойдет. Если так, не хочешь ли ты быть со мной? — голос Хуа Лина доносился издалека, тихий, чистый и невероятно приятный на слух.
Шэнь И молчал, опустив голову, и о чем-то размышлял.
Хуа Лин медленно сделал шаг к нему, наклонился, их лица оказались совсем близко:
— Шэнь Цзинъань, раз ты произнес те слова, значит, ты любишь меня. Ты ведь все это время обманывал меня, правда?
Подул ветер, белые одежды Хуа Лина затрепетали, а холодный, тонкий аромат, исходящий от него, проник в ноздри Шэнь И.
Они стояли так близко, что стоило Шэнь И поднять голову, как их губы соприкоснулись бы.
Между ними разлилось двусмысленное напряжение.
Дыхание Хуа Лина щекотало лицо Шэнь И, делая кожу особенно чувствительной, и Шэнь И невольно отпрянул.
Бутон яростно подпрыгнул и пропищал:
— Ой, стыд-стыд-стыд!
Шэнь И:
— ...
Он опустил голову, держа бутон пониже, и невнятно пробормотал что-то в ответ.
Неожиданно бутон громко закричал:
— Врешь, врешь, врешь!
Шэнь И, пойманный на мысли, растерялся. Он не знал, куда деть цветок, и на его лице отразилось смятение.
Лицо Хуа Лина вмиг помрачнело, словно перед бурей.
Шэнь Цзинъань, стараясь сохранять спокойствие, поднял голову и потянулся к руке Хуа Лина, но тот с бесстрастным видом отстранился.
Это был первый раз, когда он сам коснулся Хуа Лина, и тот отверг его.
Шэнь И почувствовал, что совершил нечто непоправимое, и в попытке исправить ситуацию сказал:
— Не верь ему, все, что я говорил, было искренне.
Бутон, словно специально издеваясь, снова закричал:
— Лжешь, лжешь, лжешь!
Он повторял каждое слово трижды, словно боясь, что его не услышат, а голос его был тонким и пронзительным, как свисток.
Хуа Лин тяжелым взглядом буравил его лицо, словно пытаясь прожечь в нем дыру.
— Шэнь Цзинъань... — спустя долгое время он медленно выговорил это имя, его голос охрип от боли.
Шэнь И очень хотелось выбросить этот бутон, но ведь это был подарок от Хуа Лина, и выбросить его сейчас было бы верхом неуважения.
Пришлось продолжать держать его, чувствуя, как ладонь нагревается, словно от огня.
Хуа Лин что-то пробормотал, но голос был слишком тихим, а Шэнь И был настолько взволнован, что ничего не разобрал.
Когда он попытался прислушаться, Хуа Лин закрыл глаза и коротко бросил:
— Забудь.
Сказав это, он медленно развернулся и ушел по той самой тропинке среди цветов.
Как только Хуа Лин скрылся, Шэнь И попытался избавиться от этой горячей картофелины, но, к его удивлению, бутон словно прирос к руке!
— Ты... ты... — Шэнь И свирепо уставился на него и затряс рукой. — Ты все испортил, понимаешь?! Убирайся!
Бутон жалобно пискнул:
— Матушка, матушка...
— А-а-а, не смей называть меня матушкой! — Шэнь И снова яростно тряхнул рукой, но бутон лишь крепче вцепился в него!
В конце концов, Шэнь И пришлось беспомощно нести его обратно.
У кареты его ждал другой кучер, а Хуа Лина и след простыл.
Шэнь И внезапно почувствовал пустоту, словно самая нежная часть его сердца провалилась в бездну.
Вернувшись в поместье Хуа, Шэнь И отправился в свою комнату.
Хорошо еще, что всю дорогу он ехал в карете, иначе он не мог представить, какими взглядами провожали бы его прохожие, если бы он шел по улице, баюкая в руках бутон.
Он повалился на кровать, чувствуя полное бессилие. Бутон соскочил с его руки и принялся весело прыгать по постели.
Шэнь И потер наконец освободившиеся руки и снова лег, закрыв глаза.
Система тут же подала голос:
— Поздравляю, задание по рождению ребенка наконец выполнено. Каково это — стать родителем до свадьбы?
Шэнь И обессиленно отозвался:
— ...
Помолчав немного, он спросил:
— Система, как думаешь, Хуа Лин разозлился?
Система холодно ответила:
— Ты наконец-то заметил? А я уж думала, что у тебя совсем нет мозгов, но, видимо, глаза еще на месте.
Шэнь И, привыкший к язвительности системы, не обратил на это внимания и продолжил:
— Что это вообще за штука? Почему Хуа Лин готов верить словам этого маленького монстра, а не мне?
http://bllate.org/book/23161/2480466
Готово:
