Попугай сидел на маленьком одноколесном велосипеде и под чутким руководством Юань Линцзюня ехал по узкому бревну. Он слегка расправил крылья для равновесия, быстро перебирая лапками, а его глазки-бусинки то и дело поглядывали на черные, как смоль, волосы и глаза Юань Линцзюня. В этом взгляде читались одновременно смирение и снисходительность.
Чан-ю, который никогда прежде не видел ничего подобного, прыгал вокруг попугая, размахивая маленькой веточкой и издавая радостные возгласы — он был в полном восторге.
Даже Цзин-вэй не удержалась и задержала взгляд на этой сцене. Она протянула Юань Линцзюню маленького желтого цыпленка и тихо прошептала:
— От него веет не только добротой, но и каким-то отцовским теплом.
— Правда? — Юань Линцзюнь вздрогнул и на всякий случай переспросил.
— Именно так, — кивнула Цзин-вэй. — Поверь мне, у меня в этом большой опыт.
Юань Линцзюнь кивнул. В вопросах опыта Цзин-вэй действительно стоило доверять.
Он небрежно взял со стоявшей рядом полки нож с лезвием из металлической пластины, крепко сжал каменную рукоять, прижал цыпленка к стене и занес нож над его шеей.
— Иди с миром, я приготовлю из тебя что-нибудь вкусное. Аминь.
Лезвие коснулось кожи и срезало пару перьев.
Вдруг Юань Линцзюнь почувствовал, как рука замерла. Он посмотрел на цыпленка. Тот склонил голову набок и издал:
— Пи-пи-пи?
В его черных глазах-бусинках не было ни капли эмоций, они напоминали две прозрачные черные стекляшки. Почему-то Юань Линцзюнь почувствовал, что этот цыпленок какой-то особенный.
— Ну что, готово? — Цзин-вэй, которая до этого наблюдала за попугаем на велосипеде, уже давно ждала жалобного крика, но, не дождавшись, вместе с птицей склонила голову набок.
— Подожди, — Юань Линцзюнь снова взмахнул ножом.
Дзынь!
На этот раз из тела цыпленка вырвался ослепительно белый свет. Металлическое лезвие отскочило, а на самом ноже появилась тонкая трещина.
— Ой? — удивилась Цзин-вэй.
Попугай перестал крутить педали. Он не сводил глаз с цыпленка, даже когда его одноколесный велосипед с грохотом свалился с бревна.
Не может быть…
Цзин-вэй нетерпеливо подлетела ближе, прижала цыпленка когтями к земле и приготовилась клюнуть:
— Дай я, дай я!
— Кар! — внезапно закричал попугай.
— Что?!
От этого резкого звука Цзин-вэй вздрогнула, на мгновение ослабила хватку, и цыпленок, воспользовавшись моментом, вырвался из-под её лап и стремглав полетел в центр пещеры.
Юань Линцзюнь: «…»
Он отступил на два шага, перекрывая выход из пещеры, и подумал: а не глуповатый ли этот цыпленок?
Попугай слегка опустил голову, и в тот момент, когда никто не видел, в его глазах промелькнул поток программного кода.
— Обнаружен основной корпус корабля. Интеллектуальная система Маленького желтого цыпленка №2 запущена. Подключиться?
Попугай посмотрел на черноволосого Юань Линцзюня.
— Подключиться? — система снова отправила зашифрованный сигнал.
Клюв попугая щелкнул. Он словно принял решение и отдал команду:
— Подтверждаю. Подключиться.
— Принято, господин капитан.
В следующую секунду цыпленок, который до этого метался из стороны в сторону, внезапно замер. Он приземлился рядом с роботом-куклой, улегся на каменный постамент и принял позу высиживающего яйцо.
Глаза куклы вспыхнули красным, она автоматически активировалась, зашагала с характерным щелканьем, вскарабкалась на спину цыпленка, задрала свое пышное платье и уселась сверху в крайне неженственной манере.
— Подключение к резервному питанию, — произнесла кукла. — Система Маленького желтого цыпленка готова к запуску. Введите пароль.
В то же самое время невидимый сигнал, исходящий от цыпленка, подключенного к резервному питанию, разлетелся в стороны, мгновенно достигнув того, кому предназначался.
Старпом Коулсон, прятавшийся в лесной чаще, почувствовал вибрацию на запястье. Он поднял руку и взглянул на сообщение от нейросети.
— Нашли Маленького желтого цыпленка?
…
— Что?!
Капитан в облике попугая в бешенстве уставился на пульт управления. Желтая сигнальная лампа, означавшая обнаружение цели, мигала без остановки, указывая координаты.
Он спустил с пульта ноги в ярко-желтых брюках и блестящих синих сапогах, быстро простучал что-то по клавишам, убедился, что заблокировал нейросети всех членов экипажа, вытер пот со лба и снова уставился в свой список кандидатов в фавориты, раздраженно бормоча себе под нос:
— Да что за дела, черт возьми? Мы же договаривались: найдем цыпленка и сразу улетим, а предателей оставим здесь кормить скот!
***
Юань Линцзюнь с бесстрастным лицом смотрел на Лолиту, верхом на цыпленке.
— Пожалуйста, введите пароль… Пожалуйста, введите пароль…
Робот в пышном платье, видимо, наконец-то полностью зарядился и теперь без устали повторял эту фразу — повторял весь вечер напролет.
Юань-юань сначала испугался перемен в роботе, но вскоре смирился. Он с недоверием посмотрел на Юань Линцзюня:
— А я-то думал, это просто робот для рассказывания сказок!
— Я тоже так думал, — Юань Линцзюнь беспомощно поставил робота перед собой.
— С тех пор как я его нашел, стоило ему зарядиться на солнце, как он начинал пересказывать тысячу триста четырнадцать историй любви. От первой — Легенда о романтическом путешествии Цезаря и Лии — до последней — Роман одной маленькой желтой курицы.
— Легенда о романтическом путешествии Цезаря и Лии? — даже несмотря на то, что Юань Линцзюнь уже слышал эти сказки, он не удержался от комментария: — Слишком слащаво.
Юань-юань: «…»
— А что такое слащаво? — тихо спросил он.
Не успел Юань Линцзюнь ответить, как взгляд цыпленка-робота внезапно изменился.
— Пик, — сказало оно. — Первый ключ подтвержден. Пожалуйста, введите содержание.
Юань Линцзюнь: «…»
Юань-юань: «…»
Чан-ю: «…»
Цзин-вэй с самого утра улетела засыпать море — сказала, что у неё нет терпения разгадывать загадки, от которых голова идет кругом.
— Какой еще ключ? — ошарашенно спросил Юань Линцзюнь. — Снова та сказка?
— Пик. Первый ключ подтвержден. Пожалуйста, введите содержание.
Юань Линцзюнь: «…»
— Ладно, пусть будет Легенда о романтическом путешествии Цезаря и Лии.
Уголок губ Юань Линцзюня дернулся. Он начал искренне восхищаться тем, кто придумал этот пароль.
— Юань-юань, ты можешь пересказать эту историю целиком?
— Конечно! — не задумываясь отозвался Юань-юань.
— Тогда начнем, — Юань Линцзюнь безмолвно приложил ладонь ко лбу. — Хочу проверить, правда ли тот, кто это придумал, настолько страдал от скуки.
Юань Линцзюнь и Юань-юань принялись за работу, со сложным выражением лиц пересказывая эту приторную историю любви.
— Это был весенний день…
В стороне, на роскошной птичьей жердочке, попугай молча наблюдал за происходящим. Он застыл, а выражение его глаз менялось: от изумления к тоске, затем к прозрению и, наконец, к легкой печали.
Он снова посмотрел на черные волосы и глаза Юань Линцзюня с тем самым отцовским теплом, прислушиваясь к монотонному голосу, пересказывающему историю, и ловя знакомые слова.
Это был общеупотребительный язык этой части Вселенной, на котором говорили многие тысячи лет назад. Теперь его знали лишь ученые, изучающие древнюю культуру. Например, профессор Ли Я.
Неужели… неужели… — подумал капитан.
Но прежде чем он успел прийти к какому-то выводу, глаза цыпленка-робота мигнули, и раздался щелчок разблокировки.
— Первый ключ подтвержден. Пожалуйста, введите второй ключ.
Юань Линцзюнь: «…»
***
Оставим человека и сферу, коротающих время в пещере. Когда Цзин-вэй, как обычно, улетела засыпать море, Сюань-гуй обронил:
— С-е-г-о-д-н-я в т-е-л-е-ж-к-е в-р-о-д-е б-ы н-е-с-п-о-к-о-й-н-о.
Цзин-вэй безжалостно ответила:
— Ты же черепаха, тебе десятки тысяч лет, хватит сплетничать! Слушать твои байки — одно мучение.
Сюань-гуй добродушно улыбнулся и медленно пополз с берега в воду. На его панцире сверкала восьмиграмма Ло-шу. Он гордо погрузился в воду — не то чтобы он любил сплетничать, просто он был черепахой, рожденной для сплетен!
Хотя Цзин-вэй и ворчала, в глубине души ей было очень любопытно. Попрощавшись с черепахой, она, прихватив камешек, тайком полетела к космическому кораблю.
И действительно, иллюминаторы были пусты. Большерогий, Двурогий и Трехрогий не показывались, даже трава им не шла впрок. Они сердито заревели:
— Ме-е!
— Му-у!
— Кар!
Где люди? Куда все подевались? Как жить без свежего мяса?!
А внутри корабля экипаж прятался у дверей капитанского мостика, вытягивая шеи, чтобы хоть одним глазком заглянуть внутрь. Они смотрели на капитана, разодетого в яркие, пестрые одежды с косичками на голове, и дрожали от страха, подталкивая друг друга локтями.
— Началось! У капитана снова эти дни!
Капитан-попугай, словно не замечая суеты за дверью, скрестил руки на груди, откинулся на спинку кресла, постукивая носком по полу, и одарил их ласковой улыбкой.
Экипаж затрясся.
— Ну же, не бойтесь, — капитан кивнул на стул, приглашая одного из миловидных членов экипажа сесть напротив, и небрежно добавил: — Не волнуйтесь, я не люблю принуждать.
Кто бы сомневался, взвыли про себя члены экипажа. Кто тогда требовал привести Уотсона в капитанскую каюту для согрева постели?!
Металлическая дверь с лязгом захлопнулась прямо перед их носами, отрезав дальнейшие вопросы капитана.
Минут через десять Уотсон вышел из каюты — бледный, пошатывающийся и с расфокусированным взглядом. А капитан в широком вращающемся кресле сиял, выглядя совершенно довольным.
Он взглянул на нейросеть:
— Следующий, Лю Сюй.
***
Настоящий капитан даже не догадывался, что его искусственный интеллект, пользуясь его именем, так вольготно чувствует себя на корабле.
Он с изумлением наблюдал, как Юань Линцзюнь и Юань-юань один за другим подбирают пароли, взломав за короткое время несколько десятков замков. От волнения и замешательства он вскочил на одноколесный велосипед и начал крутить педали, чтобы хоть как-то успокоиться.
Юань Линцзюнь, у которого пересохло в горле и который хотел сделать перерыв, увидел следы от колес по всей пещере: попугай, не зная усталости, носился на велосипеде, как заведенный.
Юань Линцзюнь: «…»
Он тихонько ткнул Юань-юаня:
— Дахуа не забыл, что умеет летать?
Юань-юань: «…»
Похоже, он действительно не очень-то умеет этим пользоваться.
Пароли цыпленка оказались не такими уж сложными — нужно было просто знать те самые тысячу триста четырнадцать историй. Юань Линцзюнь, делать которому было нечего, принялся взламывать их одну за другой.
— Пик, третий ключ разблокирован. Пожалуйста, введите четвертый…
— Пик, тринадцатый ключ разблокирован. Пожалуйста, введите четырнадцатый…
— Пик, тридцать третий ключ разблокирован. Пожалуйста, введите тридцать четвертый…
Капитан в задумчивости размышлял: хорошая память, черные волосы и глаза, отлично знает древний язык… Этот юноша, возможно, вероятно, должен быть потомком Ли Я.
С кем из членов экипажа цыпленка он сошелся? Нет, как он мог родиться в одиночку? Неужели путем деления клеток? Боже мой! Ученые — это просто кошмар!
В голове капитана плавала целая вереница знаков вопроса и восклицания. Пока он ломал голову над тем, как вести себя с этим внезапно объявившимся племянником, в его ушной датчик донесся голос попугая:
— Милый, я тут просканировал твой корабль. Троих предателей, связанных со старпомом, я отправил в холодную ссылку… то есть в трюм чистить птичий помет. Что делать с остальными? Я тут отфильтровал кандидатов: семеро очень даже ничего, один — просто красавчик, остальные — так себе, сойдут для массовки. Выбирай любого, сегодня же устроим брачную ночь, а завтра соберем клетки для инкубатора. Кого хочешь: мальчика или девочку? А может, двойняшек?
Капитан: «…»
Струна в его мозгу лопнула.
Попугай в капитанской каюте получил ответное письмо, полное чувств:
«ПОПУГАЙ!!! СКОТИНА, НЕМЕДЛЕННО ПРИТАЩИСЬ СЮДА!!! УСТАВ КОРАБЛЯ ЗАПРЕЩАЕТ РОМАНЫ В РАБОЧЕЕ ВРЕМЯ!!! И Я НЕ СОБИРАЮСЬ ТРАХАТЬ ЭКИПАЖ!!!!!
P.S. УДАЛИ ВСЕ ДРЕВНИЕ КИТАЙСКИЕ МЕЛОДРАМЫ, КОТОРЫЕ ТЫ ТАЙКОМ ХРАНИШЬ НА ДИСКЕ!!! НЕМЕДЛЕННО!!! ПРЯМО СЕЙЧАС!!!!»
Даже по количеству восклицательных знаков можно было понять, как неистово рычит капитан.
— Ха, — попугай равнодушно усмехнулся, закинул ноги на пульт управления и нагло нажал кнопку «Удалить всё».
***
Юань Линцзюнь потратил полтора дня, чтобы взломать тридцать процентов паролей. Он только собрался продолжить, как Юань-юань внезапно сказал:
— Цзюнь-цзюнь, что-то странное происходит.
— Что такое?
— Люди с корабля вышли наружу.
Удалив десятки полных страсти воплей капитана-попугая, попугай-капитан наконец решил явиться к нему вместе со своими фаворитами.
Юань-юань всё это время присматривал за кораблем и заметил, что экипаж не только высыпал наружу, но и шел во главе с мужчиной, который высоко держал трехметровую антенну, а на её вершине на ветру развевался белый флаг.
Форма флага была странной, и было непонятно, из какой ткани он сделан.
Ответ пришел быстро.
— Юань Линцзюнь!
Вскоре в пещеру влетела всполошенная Цзин-вэй. Встряхнув перьями, она с удивлением, восторгом и гордостью выпалила:
— Юань Линцзюнь, люди с корабля сдались! Они даже подняли белый флаг из трусов!
Юань Линцзюнь: «…»
— Трусов? — переспросил он, а повернувшись, увидел озадаченного попугая. С помощью Юань-юаня он переспросил на общеупотребительном языке: — Сдались, подняв белый флаг из трусов?!!
Капитан: «!!! Попугай, ты мерзавец!!!»
Юань Линцзюнь потер лоб:
— Спасибо, я понял.
В его голосе не было ни капли удивления. Цзин-вэй сразу догадалась, кто настучал, и недовольно фыркнула в сторону коварной сферы, которая вечно боролась с ней за внимание.
— Пойдем посмотрим?
— Хм… — Юань Линцзюнь задумался. — Пойдем.
Нужно выяснить, враги они или друзья, прежде чем предпринимать следующие шаги.
Юань Линцзюнь бросил взгляд на попугая, который стоял на своей роскошной жердочке, витая в облаках, и сказал Цзин-вэй:
— Позови одного из Двурогих, пусть отвезет нас.
Цзин-вэй тут же поняла, взмыла в небо и свистнула. С дальнего холма, как по команде, к пещере с грохотом помчался огромный четырехрогий бык, поднимая облака пыли.
Через полчаса бык прибежал, опустился на передние ноги и покорно позволил Юань Линцзюню сесть на спину. В его глазах светилось счастье спасения.
— Не доставка еды, а роль ездового животного — как здорово!
Цзин-вэй уселась на голову быка и указала крылом вперед:
— Вперед!
Юань Линцзюнь чувствовал, что Юань-юань следует за ним, и тихо прошептал:
— Ты — секретное оружие, будь осторожен, не дай им себя обнаружить.
— Хорошо, — ответил Юань-юань.
Юань Линцзюнь обернулся, чтобы узнать, не хочет ли попугай поехать с ними, но тот стоял неподвижно, провожая их взглядом. Его глазки-бусинки блестели, как стекло, а перья на шее слегка взъерошились, словно он был готов к бою.
***
У корабля.
Капитан-попугай установил развевающийся белый флаг перед кораблем, распорядился расставить столы и стулья, застелить их яркими скатертями в клетку и, кокетливо улыбаясь, воткнул в вазу посреди стола букет разноцветных вечных цветов.
— Ах, запах весны.
Он с наслаждением вдохнул и расставил на серебряных подносах семь бутылочек с питательной смесью разных цветов.
— Смотрите, мы приложили много усилий, — сказал попугай, обращаясь к окружившим их рогатым существам. Он ловко подцепил ножом одну бутылочку, вилкой с характерным щелчком выбил пробку и протянул её рогатым: — Будете? Вкус курицы.
Один из маленьких ту-лу с любопытством вытянул шею, понюхал смесь, учуял мясной запах, схватил бутылочку и залпом проглотил.
А затем…
— Ме-е!
Под ожидающим взглядом капитана-попугая малыш округлил глаза, издал звук, будто его душат, топнул копытом, раздавил стекло и с яростью начал плеваться.
Тьфу! Подделка! Никакого вкуса мяса! Плохо!
— Ну-ну, не злись, — капитан-попугай отряхнул рукав, который успел пожевать разъяренный ту-лу, обнажив механическую руку. Он отмахнулся и с интересом объяснил: — Я не дурю вас, эта марка питательных смесей всегда такая. Вы выпили всего одну, а мы пьем её уже три месяца. Не верите — спросите у них.
Экипаж, на который он указал, обливаясь потом и дрожа, старательно работал. Расставив столы, они покорно уселись под солнечными парусами корабля, напоминая кучу безликих картофелин.
Один из главных секретов корабля: капитан страдал тяжелой формой шизофрении. Его яркая и эксцентричная личность была в десять тысяч раз страшнее, чем строгая и аскетичная. Как только на его лице появлялась улыбка, старые члены экипажа, проработавшие здесь более двадцати лет, чувствовали, как по спине пробегал холодок.
Обычно они могли ослушаться приказа, тайком играть в карты, пить или играть на деньги, но сейчас они были тише воды, ниже травы — боялись, что капитан останется недоволен и ночью «выберет» их для своих забав.
Капитан-попугай оглянулся и подбодрил экипаж:
— Гости скоро будут, всем сохранять бодрость!
— Есть!
— Пик. — Нейросеть на запястье капитана-попугая пискнула.
http://bllate.org/book/23148/2479220
Готово:
