— Ты понимаешь, что творишь?
Цинь Фуфэн только успела помочь погрузить источающий зловоние труп на телегу, как перед ней словно из-под земли вырос староста Чжао и преградил ей путь.
Женщина с тонкими, изящными чертами лица едва заметно махнула рукой, и Гу Цижуй тут же потянул телегу прочь.
Староста Чжао пришел в ярость:
— Ты навлекаешь на себя гнев всей деревни! Ты хоть понимаешь, насколько они важны?
Цинь Фуфэн насмешливо хмыкнула.
Её глаза горели холодным огнем:
— Конечно, важны. Это же ваши дойные коровы. Раз уж ты так печешься о счастье всей семьи ценой жизни одного человека, то почему бы тебе самому не стать этой жертвой?
Староста Чжао воскликнул:
— Это я принес им надежду! Без меня эта деревня никогда не стала бы такой богатой!
Цинь Фуфэн огляделась по сторонам.
— По-моему, ты принес им только беду.
Она высказала свои догадки прямо. Король призраков дает тайную технику, староста Чжао заставляет односельчан губить людей, превращая их в призраков для привлечения туристов.
— Сначала вы набили карманы, но скоро он пробудится. Когда он пожрет весь свой провиант и снова проголодается, что тогда? Все вы в конечном итоге будете поглощены!
Староста Чжао не поверил ей.
Он попытался напасть на Цинь Фуфэн, но был мгновенно уложен на землю броском через бедро.
Ковыляя прочь, староста напоследок выкрикнул угрозу:
— Еще пожалеешь! Я соберу людей! Я вернусь!
Он не сомневался: если поднять на ноги всю деревню, четверка чужаков не устоит.
Стоп, почему четверо?
В покосившейся лачуге У Нэн и Ли Мо были связаны по разным углам. Чжао Тесю, скучая, сидел посередине, то и дело поглядывая то на одного, то на другого.
Превозмогая страх, Ли Мо начала заговаривать зубы, пытаясь убедить Чжао Тесю отпустить её.
— Не выйдет. Я обещал учительнице. Если я не справлюсь, она меня не похоронит.
Ли Мо принялась его уговаривать:
— Какой же ты глупый! Если останешься в таком виде, обретешь бессмертие. А после погребения тебе придется уйти. Она просто водит тебя за нос. Не дай себя обмануть, еще и спасибо ей скажешь, когда она тебя продаст.
Как только она договорила, тело Чжао Тесю окутала черная аура.
Он зловеще посмотрел на Ли Мо:
— Ты не я, откуда тебе знать, хочу ли я оставаться таким? Может, мне превратить тебя в такую же, чтобы ты порадовалась?
Ли Мо перепугалась до смерти и замолчала.
Спустя некоторое время она попыталась подбить У Нэна на побег.
— Я знаю, у тебя есть способ выбраться.
Она видела, как У Нэн прячет в рукаве перочинный нож, но, боясь, что Чжао Тесю услышит, не стала говорить прямо.
Лицо У Нэна помрачнело. Он никак не мог взять в толк, почему Шэнь Синь, которая всегда была такой послушной, так изменилась.
Он ведь полностью контролировал её жизнь. Наблюдал, как уверенная в себе, жизнерадостная девушка превратилась в тень, не способную прожить без него и дня. Но стоило им попасть в это подземелье, как всего за несколько дней она преобразилась, вернув себе прежнюю уверенность.
Да, она стала ярче и красивее, но теперь её стало невозможно контролировать.
Не дождавшись ответа, Ли Мо холодно усмехнулась:
— Каково это, когда тебя предает собственная девушка? Поделом тебе!
У Нэн с яростью посмотрел на неё, а затем перевел взгляд на Чжао Тесю.
— Иди и скажи Шэнь Синь: если я связан здесь и не могу выполнить задание, а потом погибну в подземелье, она станет моей убийцей!
Чжао Тесю, сидевший на корточках, поковырял в ухе.
— Учительница так и сказала, что ты начнешь нести подобную чушь, и велела не брать в голову. Когда ты собирался донести на нас, ты думал о том, что староста Чжао погубит твою девушку? И никто не запрещает вам выполнять задание. Учительница сказала: когда они выполнят три четверти работы, вас отпустят. Хотите — выполняйте, хотите — бегите жаловаться, нам всё равно!
Лицо У Нэна стало еще темнее.
Он не ожидал, что эта женщина, Цинь Фуфэн, предусмотрела даже такие мелочи.
Они держали их взаперти, чтобы те не донесли, но при этом не хотели брать на себя лишний грех и были готовы отпустить их, когда ситуация станет необратимой.
Вот только вряд ли после этого донос У Нэна вызовет доверие у старосты Чжао.
С самого начала У Нэн даже не рассматривал другой вариант — вступить в противостояние со старостой и Королем призраков, чтобы самостоятельно проложить путь к спасению.
В восемь часов вечера были закопаны еще десять тел.
Староста Чжао, ведя за собой огромную толпу, попытался окружить группу Цинь Фуфэн.
Цинь Фуфэн махнула рукой, и за её спиной возник отряд призраков.
— Ну же, кто кого боится?
В чате трансляции началось оживление:
— Почему всё выглядит так странно? Не должно ли быть наоборот?
— Раньше призраки были противниками игроков, почему теперь они стали помощниками?
Популярность трансляции четверки вновь поползла вверх, причем показатели Цинь Фуфэн росли быстрее всех.
Староста Чжао поспешно приказал жителям деревни достать амулеты. Это были особые талисманы, способные усмирять только тех призраков, с которыми у владельца была кровная связь.
Некоторые призраки в нерешительности отступили.
Цинь Фуфэн вскинула бровь:
— Чего боитесь? Делайте, как я сказала!
Призраки могут быть подавлены только своими родственниками, но стоит сменить объект угрозы — и они становятся непобедимыми.
— Ты — иди туда!
Лицо Цинь Фуфэн, скрытое в тени, казалось нечитаемым.
Она хладнокровно отдавала приказы:
— А ты — туда!
Призраки начали меняться местами, запугивая тех, кто не был их родней.
Толпа в ужасе бросилась врассыпную, не обращая внимания на крики старосты Чжао.
Встретившись взглядом с яростным взором старосты, Цинь Фуфэн насмешливо изогнула губы:
— Знаешь, в чем твой проигрыш? У нас общая цель, мы действуем сообща. А вы эгоисты, вы никогда не сможете сплотиться.
Жители деревни, готовые жертвовать своими близкими, прогнили до самого основания. Они заботятся только о собственной выгоде, и при первой же опасности каждый из них сбежит, не слушая приказов старосты.
Цинь Фуфэн с самого начала не боялась, что староста сможет объединить людей.
На выгоде их еще можно было сплотить — так когда-то и появилась эта туристическая деревня. Но угрозы на них не действуют.
Она могла поспорить: многие из них думали, что раз уж они заработали столько денег, то даже если завтра заработок иссякнет, нельзя же позволить себе умереть, так и не успев насладиться жизнью.
— Человеческие сердца... ох уж эти сердца.
Напевая себе под нос, она продолжила переносить трупы.
http://bllate.org/book/23125/2475644
Готово:
