Он поспешил в региональный чат, чтобы купить бутылочку для кормления, но в ответ получил лишь насмешки — мол, в апокалипсис детей рожают, что ли.
Линь Ху не стал обращать внимания на чужие слова, главное — бутылочка уже была у него в руках.
Наполнив её козьим молоком, он поднёс соску к мордочке щенка. Тот, видимо, был действительно голоден: едва почуяв запах молока, он тут же выпустил рукав Дуань Линьчжоу, обхватил лапами бутылочку, которая была почти с него размером, и, повалившись на кровать, принялся с тихим похрюкиванием сосать.
— А малыш-то довольно милый, — Линь Ху протянул руку и погладил раздувшийся животик щенка.
— Похоже, сушильный шкаф, который мы недавно открыли, как раз для него и предназначался, — усмехнулся Дуань Линьчжоу, тоже поглаживая собаку.
В конце концов щенок, видимо, утомился от еды и уснул, продолжая машинально причмокивать во сне.
Линь Ху поставил наполовину пустую бутылочку на прикроватную тумбочку, прижал щенка к себе и нырнул под одеяло. На ночь он наказал 1097 присматривать за малышом и будить его, если тот соберется намочить постель.
Ночь прошла спокойно, щенок не просыпался.
Когда Линь Ху открыл глаза, он обнаружил, что лежит в объятиях Дуань Линьчжоу, а у него самого на груди пригрелся щенок. Линь Ху взглянул на спящего Дуань Линьчжоу, потом перевел взгляд на щенка. Человек и собака замерли, глядя друг на друга. Щенок внезапно открыл пасть, собираясь тявкнуть, но Линь Ху среагировал молниеносно и крепко зажал ему мордочку.
— Тсс...
Линь Ху поднялся, бережно держа щенка, вышел в гостиную и уложил его в плетеную корзинку для фруктов, предварительно выстлав её хлопком.
Затем он вышел наружу, чтобы приготовить свежую порцию теплого козьего молока.
В это время проснулся Дуань Линьчжоу. Ощутив, что место рядом ещё хранит тепло, он тоже встал и вышел из спальни. В гостиной щенок, мирно лежавший в корзинке, поднял голову на звук шагов и встретился взглядом с Дуань Линьчжоу.
Малыш засуетился, пытаясь выбраться из корзинки, но лапки были слишком короткими, и он кубарем вывалился наружу. Видимо, ушибся — щенок тут же жалобно заскулил, и с каждой секундой его писк становился всё громче.
Линь Ху, услышав шум, поспешил к двери и, вбежав в комнату, увидел, что Дуань Линьчжоу уже поднимает упавшего щенка.
— Что случилось? — спросил Линь Ху, подходя ближе.
— Ничего, просто упал, сейчас успокоится.
Дуань Линьчжоу взял из рук Линь Ху бутылочку. Как только соска коснулась мордочки, щенок сразу же вцепился в неё лапками и принялся жадно сосать, постепенно стихая, пока не остались лишь редкие всхлипывания.
Кажется, молоко оказалось лучшим лекарством.
Уложив щенка обратно в корзинку и обложив его вокруг импровизированными подушечками из хлопка, они наконец смогли поговорить.
— Это карта, которую я открыл ранее. Хочу отправиться на этот остров на пару дней. Днем будем исследовать местность в поисках ресурсов, заодно потренируемся. Что скажешь? — Линь Ху показал Дуань Линьчжоу карту.
— Думаю, это хорошая идея. Если не практиковаться после повышения уровня способностей, толку от них будет не больше, чем от начальных. Можно попробовать остаться на острове на ночь, в качестве тренировки перед высадкой, которую мы планируем через несколько дней, — согласился Дуань Линьчжоу.
Раз возражений не было, они принялись за готовку.
Изначально Линь Ху планировал приготовить четыре блюда, но теперь, когда появился щенок, он попросил Дуань Линьчжоу забить свинью, чтобы наделать мясных сухариков — запас еды для малыша на будущее.
Глядя на свиную голову, он вдруг подумал о холодце или тушеном мясе. У него было много специй для маринада, почему бы не устроить сегодня настоящий пир?
Сказано — сделано. Свиную голову опалили, очистили, отрезали уши, разрубили пополам, добавили хвост, проварили с имбирем и рисовым вином, чтобы убрать специфический запах, а затем выловили.
В сковороду налили масло, добавили сахар, чтобы карамелизовать его, влили воду, опустили мясо, добавили устричный соус, темный соевый соус и специи для маринада, после чего плотно накрыли крышкой.
Уже через двадцать минут аромат разнесся не только по дому, но и по всему плоту. И людей, и щенка это привело в восторг, но томиться мясу оставалось еще полчаса.
Пока мясо доходило, они вышли наружу, чтобы заняться остальными блюдами. Чтобы щенок не разгуливал, Линь Ху вынес его прямо в корзинке и поставил на стол.
Они болтали, время от времени хвастаясь своим роскошным обедом в чатах с другими людьми. Несколько дней назад Линь Ху добавил в друзья родителей Дуань Линьчжоу и теперь вовсю дразнил их и Чэн Юаня предстоящим пиршеством.
Родители Дуань Линьчжоу оказались любителями готовить. Едва услышав про свинину, они тут же принялись делиться с Линь Ху своими рецептами. Отец Дуань рассказал про красную свинину — Линь Ху это очень заинтересовало, ведь у каждого мастера есть свои маленькие секреты.
Когда Линь Ху упомянул, что порции будут маленькими и на всех не хватит, остальные начали жутко завидовать Дуань Линьчжоу. На самом деле одной только тушеной свиной головы хватило бы на десятерых, но Линь Ху хотелось немного подшутить, чтобы потом с триумфом объявить, что это была всего лишь шутка.
Через полчаса Линь Ху выключил огонь, вынес кастрюлю наружу, а затем достал новую, чтобы готовить дальше.
Сначала — красная свинина: опалить, промыть, обварить, обжарить в карамели с имбирем, чесноком и перцем, залить соусом и тушить полчаса.
Чтобы остальные блюда не остыли, Линь Ху решил проверить, чем занят Дуань Линьчжоу.
— Виноград снова созрел? — спросил он, увидев, что Дуань Линьчжоу осматривает лозы под навесом.
— Я попробовал полить его питательным раствором среднего уровня. Время созревания не сократилось, но количество гроздей увеличилось.
Линь Ху пересчитал: раньше было двадцать гроздей, теперь двадцать шесть. Таким образом, время созревания винограда на плоту зафиксировалось на отметке в двадцать четыре часа.
Это было здорово. Его сорт Солнечный Мускат пользовался бешеной популярностью — он не только сладкий, но и дает эффект сопротивления ветру на пять часов. Как только он появлялся на торговой площадке, его тут же расхватывали.
Те, кому не досталось, поначалу пытались возмущаться в чате, но поскольку Линь Ху был анонимен, их язвительные комментарии оставались без ответа. Поняв, что Линь Ху не реагирует ни на угрозы, ни на мольбы о бесплатной раздаче, люди сменили тактику: теперь они просто просили выставлять побольше товара, чтобы у них был хоть какой-то шанс успеть.
Поиграв немного со щенком, они вернулись в дом.
Дуань Линьчжоу снял высушенные ломтики мяса и заложил новую партию, а Линь Ху принялся за рыбу в красном соусе.
Из-за добавления картофеля тушеной свинины получилось много. Линь Ху купил на рынке бумажные чашки, разложил в них четырнадцать полных порций и, боясь, что еда остынет, отправил их на склад острова. Пока Дуань Линьчжоу возился с мясом, Линь Ху быстро телепортировался туда, выложил всё и через минуту вернулся обратно к плите.
Вымыв и вытерев сковороду, он разогрел масло и начал жарить рыбу. Это была мутировавшая тилапия, Линь Ху надеялся, что она даст какой-нибудь бонус для подводного плавания.
Обжарив рыбу до золотистой корочки с обеих сторон, он добавил имбирь, чеснок, сушеный перец, залил соусом и оставил тушиться на двадцать минут. Рядом, на второй конфорке, в глиняном горшке варились мясные фрикадельки с пекинской капустой — их они лепили вместе с Дуань Линьчжоу.
Горшок отлично держал тепло, поэтому Линь Ху сразу попросил Дуань Линьчжоу отнести его на стол. Рыбу же он убрал в духовку для поддержания температуры, так как острая крольчатина готовилась всего десять минут.
Наконец, все блюда были расставлены. Линь Ху нарезал тушеную свинину, оставил одну тарелку себе, а остальное разложил по двадцати бумажным чашкам.
Он сходил на склад, забрал красную свинину и расставил всё на столе: дымящиеся фрикадельки, нарезанное мясо, рыба. Посуда была куплена на рынке — всё больше людей открывали чертежи для производства пластиковых контейнеров, керамических мисок и глиняных горшков.
Поскольку еда оставалась самым дефицитным товаром, Линь Ху хотел создать себе имя. Даже если кто-то другой начнет продавать готовую еду, он не боялся конкуренции.
Линь Ху отправил семь порций свинины и мяса вместе с рисом Чэн Юаню и остальным, а Дуань Линьчжоу отправил по пять порций своим родителям и друзьям. В ответ посыпались похвалы и восторженные отзывы.
Дуань Бохай: Хорош, сынок! Не зря тебя растили, делишься с нами радостью.
Дуань Линьчжоу: Это всё Линь Ху.
Цзян Цяомэй: Сынок, ты так много прислал, вам с Линь Ху самим-то хватит?
Дуань Линьчжоу: Линь Ху приготовил много, он сам сказал мне всё раздать. Вэнь Мофэю и остальным тоже отправили.
Вэнь Мофэй: Братан, ты крут! Десятый день апокалипсиса, а вы уже свежее мясо едите. Может, мне тебя братом признать? Мой родной брат только и делает, что орет на меня: то спрашивает, чем занимаюсь, то ругает, что работаю.
Дуань Линьчжоу: Это потому, что он тебя слишком хорошо знает. Он просто беспокоится.
Дуань Линьчжоу вспомнил, как раньше родители заваливали его сообщениями, пока не познакомились с Линь Ху. Как только они подружились, расспросы прекратились. Теперь они чаще спрашивали о Линь Ху: сколько ему лет, где учился, есть ли девушка? А теперь у них появилась общая страсть — кулинария.
http://bllate.org/book/23104/2472056
Готово:
