— Да, внезапно вспомнил кое о чём, — тихо произнёс Цзян Янь. Глядя на сменяющиеся за окном городские пейзажи, он крепче сжал телефон.
Внезапно стало так невыносимо тоскливо по нему.
— Хорошо, тогда поспите ещё немного, до прибытия ещё уйма времени, — бодро отозвался Цзи Ли.
Цзян Янь добрался до больницы уже глубокой ночью. Было очень холодно, а одет он был легко, так что, едва выйдя из машины, он невольно вздрогнул.
В больнице стояла тишина, в большинстве палат погас свет.
Цзян Янь подошёл к двери палаты Су Сяоюя и заглянул внутрь через окошко: свет был выключен, Су Сяоюй уже спал.
Цзян Янь приоткрыл дверь и бесшумно вошёл.
В палате было не совсем темно — пробивался свет уличных фонарей, позволяя разглядеть очертания предметов.
В полумраке Су Сяоюй лежал, свернувшись калачиком, и крепко спал.
Одеяло наполовину сползло с него. Цзян Янь подошёл и поправил его, бережно укрыв юношу.
— Всё-таки лучше, когда ты такой, — прошептал Цзян Янь, отодвигая стул и садясь рядом. — А когда просыпаешься, вечно смотришь на меня холодно и отстранённо.
Цзян Янь уже не понимал, что именно чувствует к Су Сяоюю. С тех пор как он отправил его на гипноз, он словно стал воспринимать Су Сяоюя как Су Ланя.
Гипноз, который он устроил для Су Сяоюя, загипнотизировал не только его, но и самого Цзян Яня.
Цзян Янь считал это нелепым. На самом деле он всё это время обманывал самого себя, да так искусно, что почти поверил в реальность происходящего.
На тумбочке лежал пустой пакетик из-под снеков — точно такой же, как тот, что он видел сегодня у Чжоу Чжифэна в руках.
Цзян Янь потрогал его — пакет был пуст.
Обычно такие вещи не оставляли на столе, видимо, сегодня просто забыли выбросить.
Цзян Янь вздохнул. Он даже не знал, наедается ли Су Сяоюй: еду, которую он приносил, тот ел через силу, делая пару глотков, а если был голоден, никогда не жаловался, предпочитая терпеть.
А питаться каждый день такой ерундой… полезно ли это вообще?
Цзян Янь выбросил бумажный пакет в урну и задержал взгляд на заострившемся подбородке Су Сяоюя.
Слишком уж он исхудал, — подумал про себя Цзян Янь.
Проснувшись утром, Су Сяоюй почувствовал в воздухе слабый запах алкоголя, хотя, возможно, ему просто показалось.
После умывания, пока Цзян Янь ещё не пришёл, Су Сяоюй, радуясь свободной минуте, взял полистать альбом с рисунками — другой, не тот, что был вчера, чуть потяжелее.
Едва он успел перевернуть несколько страниц, как услышал стук в дверь.
— Проснулся? — Чжоу Чжифэн постучал и вошёл, неся в руках что-то из еды.
Су Сяоюй отложил альбом и радостно воскликнул:
— Как вы здесь оказались?
Чжоу Чжифэн улыбнулся так, что глаза превратились в полумесяцы, и победно помахал пакетами перед Су Сяоюем.
— Принёс тебе поесть, — сказал он.
— П-прямо сейчас? — обеспокоенно спросил Су Сяоюй. Цзян Янь должен был прийти с минуты на минуту.
— Разве сейчас не время завтрака? — Чжоу Чжифэн усмехнулся и принялся расставлять на столе всё то, что дал ему Цзян Янь.
У Чжоу Чжифэна сегодня не было утренней смены, но Цзян Янь каким-то образом раздобыл его номер и с самого рассвета вырвал из сна.
Он думал, что случилось что-то важное, но, примчавшись в больницу, получил от Цзян Яня пакет с завтраком и указание отнести его Су Сяоюю.
Чжоу Чжифэн тогда пришёл в бешенство, но злиться на Цзян Яня не посмел — пришлось покорно взять еду и ещё улыбнуться ему в ответ.
— Почему так много? — удивился Су Сяоюй, глядя на обилие еды.
Чжоу Чжифэн смутился, подумав про себя: я и сам не знаю, почему так много…
— Не знал, что ты любишь, поэтому взял понемногу всего, — ответил он и помог Су Сяоюю разложить столик.
— Спасибо вам, доктор Чжоу, — улыбнулся Су Сяоюй.
— Не за что, ешь быстрее.
— Вы ведь тоже не ели? — Су Сяоюй пододвинул столик к Чжоу Чжифэну. — Давайте вместе.
— Не нужно, я уже завтракал. Ешь, а я пойду осмотрю пациентов, — ответил тот.
На самом деле ему очень хотелось поесть, но если Цзян Янь узнает, он с него шкуру спустит.
Чжоу Чжифэн взял папку и вышел из палаты. Едва повернув за угол, он чуть не подпрыгнул от неожиданности — прямо перед ним стоял Цзян Янь.
— Ты чего здесь?! — воскликнул он.
— Тише, — нахмурился Цзян Янь. — Поел?
— Поел, — улыбнулся Чжоу Чжифэн. — Кажется, с большим аппетитом.
— Вот как… — Цзян Янь улыбнулся, но в его глазах промелькнула грусть. — Когда я приношу, он почти не ест.
Чжоу Чжифэн удивился, но не успел ничего сказать, как Цзян Янь перебил его:
— В будущем, возможно, придётся снова тебя просить. Я готов платить за это ежедневно, называй любую сумму.
Чжоу Чжифэн опешил и поспешно ответил:
— Не нужно, правда. — Он столько раз просто так болтал с ним, что теперь было неловко брать деньги.
— Не нужно?
— Я ведь тоже считаю Сяоюя другом. Мне тоже жаль, что он так мало ест, — смущённо ответил Чжоу Чжифэн.
— Тогда действуй по своему усмотрению. Если передумаешь — скажешь.
— Понял, — кивнул Чжоу Чжифэн. — Ты не зайдёшь?
Цзян Янь помедлил и тихо сказал:
— Подожду, пока доест, потом зайду.
— Ну жди, а я домой, спать, — зевнул Чжоу Чжифэн.
Цзян Янь простоял за дверью, пока Су Сяоюй не закончил трапезу.
В палате стол был уже прибран, а пакеты из-под завтрака Су Сяоюй прикрыл другим мусором.
— Принёс поесть, — Цзян Янь вошёл, неся пакеты. Он расставил всё на столе и протянул Су Сяоюю свёрток с булочками.
Су Сяоюй только что поел и сейчас не мог впихнуть в себя ни крошки, но, боясь гнева Цзян Яня, послушно взял пакет.
— Не хочешь? — мягко спросил Цзян Янь. Он видел, что юноша только что ел, и не хотел давить.
— Нет, что ты, — Су Сяоюй покачал головой и тут же откусил кусочек.
Цзян Янь посмотрел на него, ничего не сказал, вставил трубочку в стакан с соевым молоком и поставил рядом.
Когда Су Сяоюй доедал вторую булочку, Цзян Янь внезапно забрал пакет. Он больше не хотел видеть, как тот мучается, боясь, что парню станет плохо.
— Что случилось? — нервно спросил Су Сяоюй, испугавшись, что ест слишком медленно и раздражает его.
— Не хочешь — не ешь. Завтра принесу что-нибудь другое, — ласково сказал Цзян Янь. — Хочешь соевого молока или попозже?
— Попозже, — тихо ответил Су Сяоюй, всё ещё с тревогой поглядывая на Цзян Яня. Он не понимал, что с тем происходит: обычно Цзян Янь следил за каждым его укусом, заставляя съесть лишнее.
Сегодня всё было как-то странно…
Словно угадав мысли юноши, Цзян Янь улыбнулся и объяснил:
— Когда покупал утром, попробовал пару штук — кажется, сегодня их приготовили не очень вкусно.
— О… — Су Сяоюй кивнул. Значит, вот в чём дело.
— Во сколько вчера уснул? — Цзян Янь протянул руку и взъерошил волосы Су Сяоюя, в его голосе слышалась усталость.
Су Сяоюй нахмурился, но не отстранился, позволив Цзян Яню гладить себя какое-то время.
— Не следил, — тихо ответил он.
— М-м… не засиживайся допоздна, — Цзян Янь убрал руку и опустил взгляд.
— Ты не выспался? — Су Сяоюй заметил под глазами Цзян Яня тёмные круги, а в самих глазах — красные сосуды.
— Да, дел многовато, — мягко ответил Цзян Янь. — Пойду посплю немного, на обед попрошу, чтобы тебе принесли.
— Хорошо, — тихо отозвался Су Сяоюй.
— Тогда я пошёл.
Су Сяоюй смотрел на уходящего Цзян Яня, и его сердце на мгновение дрогнуло. Он мысленно выругал себя за слабость, но ничего не мог поделать — ему стало жаль его. Словно инстинктивно, он не мог выносить, когда Цзян Янь выглядел таким измотанным.
— Цзян Янь.
— Что такое? — Цзян Янь обернулся, весь его вид источал усталость.
Только сейчас Су Сяоюй осознал, насколько плохо тот выглядит: лицо осунулось, глаза воспалены, казалось, он вот-вот упадёт от бессилия.
Это был не тот Цзян Янь, которого он знал обычно.
На душе у Су Сяоюя стало невыносимо тяжело.
— Хочешь поужинать вместе? — тихо спросил он, нервно глядя на Цзян Яня.
Цзян Янь замер на месте, не в силах сразу осознать услышанное.
— Что ты сказал? — удивлённо переспросил он. Его красивые глаза широко распахнулись, а на изящном лице читалось полное недоверие.
Су Сяоюй, увидев реакцию, опустил голову.
— Хочешь поужинать вместе? — повторил он, слегка покраснев.
— Ты хочешь поужинать со мной? — лицо Цзян Яня изменилось, в уставших глазах вдруг вспыхнул свет.
Су Сяоюй отвернулся, чувствуя неловкость.
— Это самое радостное, что я услышал за сегодня, — прошептал Цзян Янь, глядя на Су Сяоюя с нескрываемым счастьем. — Что хочешь съесть? Я принесу вечером.
Су Сяоюй помедлил, склонив голову набок, и задумался, вращая глазами.
— Жареный картофель, — наконец сказал он.
Цзян Янь смотрел на него, находя его невероятно милым.
Что бы ни делал Су Сяоюй, от него всегда веяло какой-то детской наивностью, словно он никогда не повзрослеет.
— Ещё чего-нибудь хочешь? — спросил Цзян Янь с улыбкой.
— Можно всё, что угодно…
— Хорошо, я ведь знаю, что ты любишь, — рассмеялся Цзян Янь.
Вдруг, словно что-то вспомнив, улыбка Цзян Яня застыла, а выражение лица стало неестественным.
Су Сяоюй тоже всё понял, и радость на его лице исчезла без следа.
Атмосфера между ними мгновенно стала неловкой.
Спустя некоторое время Цзян Янь заговорил:
— Ладно, если что-то вспомнишь — позвони мне.
— Угу… до вечера, — тихо сказал Су Сяоюй.
— Хорошо, — Цзян Янь кивнул, стоял и с улыбкой смотрел на него, не уходя.
— Что такое? — удивлённо спросил Су Сяоюй.
— Посмотрю на тебя ещё немного, ты в последнее время почти не обращал на меня внимания, — улыбнулся Цзян Янь. Он спрятал руки в карманы пальто, слегка наклонил голову и смотрел на Су Сяоюя, прищурив красивые глаза. Его улыбка была ослепительна.
Су Сяоюй мгновенно вспыхнул и поспешно сказал:
— Иди уже! — и отвернулся к окну.
Цзян Янь знал, что он стесняется, и не стал больше дразнить его.
— Ну, я пошёл. До вечера.
Су Сяоюй не ответил. Цзян Янь улыбнулся и вышел из палаты.
Только когда шаги стихли, Су Сяоюй обернулся — у двери уже никого не было, фигура Цзян Яня давно исчезла.
В палату лился солнечный свет, падая на стеклянные вставки двери, принося с собой утреннюю бодрость и тепло.
Су Сяоюй вспомнил комнату Цзян Яня — та огромная комната по утрам всегда была наполнена теплом, солнечные лучи касались углов кровати, письменного стола и пола.
Этот яркий, согревающий свет всегда создавал ощущение уюта.
И каждый раз в такие моменты Цзян Янь просыпался, недовольно ворчал с закрытыми глазами, натягивал одеяло на голову Су Сяоюя и просил поспать ещё немного, бормоча что-то в нос.
Эта сцена была такой знакомой… словно всё произошло только что.
На сердце у Су Сяоюя вдруг навалилась тоска.
Он посмотрел на пустую дверь и тихо прошептал:
— До вечера.
К вечеру Цзян Янь принёс кучу еды. Выспавшись, он выглядел гораздо лучше, не то что утром, когда напоминал прожжённого курильщика, у которого нет сил даже говорить.
Су Сяоюй сидел на кровати, погружённый в свои мысли, но, услышав звук, тут же посмотрел на дверь.
— Пришло время ужинать, — улыбнулся Цзян Янь, входя с контейнерами. Он разложил столик, поставил на него еду и начал по очереди доставать блюда.
— Немного лёгкой пищи, поешь пока это, — сказал он, протягивая Су Сяоюю миску с рисом.
Су Сяоюй взял её, но отставил в сторону, дожидаясь, пока Цзян Янь сядет рядом.
— Почему не ешь? — удивился Цзян Янь, накладывая себе порцию.
— Жду тебя, — Су Сяоюй глуповато улыбнулся.
— Какой послушный, — рассмеялся Цзян Янь.
Они поужинали с удовольствием, без той ледяной атмосферы, что царила раньше.
Су Сяоюй съел немало, и Цзян Янь остался очень доволен.
Обычно Цзян Янь следил за тем, как ест Су Сяоюй, а тот, видя его, терял аппетит, делал пару глотков и откладывал миску. Цзян Янь, боясь, что юноша не получит нужных питательных веществ, заставлял его есть через силу, наблюдая за каждым движением.
Су Сяоюй боялся его, поэтому брал палочки и продолжал есть. Однажды он так переел, что не смел признаться и в итоге его вырвало.
Позже, чтобы избежать подобного, Цзян Янь стал строго дозировать порции.
Сегодня же всё было иначе — не нужно было даже подгонять, Су Сяоюй ел сам, с явным удовольствием, да и отношение к Цзян Яню было на удивление хорошим.
Цзян Янь, который за последнее время привык к его бесстрастному лицу, вдруг оказался не готов к такой ласковой перемене.
— Как тебе сегодняшняя еда? — улыбнулся Цзян Янь.
— Очень вкусно, — кивнул Су Сяоюй и положил палочки на миску.
— Тогда завтра приготовлю снова, — радостно сказал Цзян Янь, убирая контейнеры.
— Ты сам готовил? — удивился Су Сяоюй. Он смотрел на Цзян Яня с недоверием: в прошлый раз тот перепутал сахар с солью, и вкус той лапши он помнил до сих пор.
При воспоминании об этом у Су Сяоюя слегка подступила тошнота.
— Ну да, неплохо ведь? — улыбнулся Цзян Янь.
— Ты же не… — Су Сяоюй нахмурился, не зная, шутит тот или нет.
— Раньше не умел, но сходил поучился, — Цзян Янь убрал столик и с улыбкой посмотрел на него. — Хотел приготовить для тебя, вот и научился. В прошлый раз ситуация была просто ужасной.
— Я тогда впервые узнал, что моё кулинарное творение может быть таким пугающим, — засмеялся он.
На самом деле Цзян Янь всегда умел готовить. В тот раз он просто хотел проверить, сколько чувств осталось у Су Сяоюя к нему: он положил в лапшу в разы больше сахара, чем сказал, да ещё и две ложки глютамата.
Он просто проверял, и кто бы мог подумать, что Су Сяоюй съест целую миску до конца.
Цзян Янь до сих пор не понимал, откуда у него взялась такая сила воли — съесть всё, а потом вырвать. Сам он, попробовав кусочек, чуть не выкинул миску.
Но Су Сяоюй об этом не знал, и Цзян Яню пришлось продолжать игру.
— Да, намного вкуснее, чем в прошлый раз, — улыбнулся Су Сяоюй. Он не знал, что Цзян Янь действительно ходил учиться готовить, и теперь, услышав это, почувствовал прилив тепла.
— Хорошо, завтра снова приготовлю, скажи только, что хочешь.
— Угу… — Су Сяоюй помедлил. — Я даже не знал, что ты ходил учиться.
Улыбка Цзян Яня дрогнула, лицо на мгновение исказилось.
— Я хотел приготовить для тебя, — неловко сказал он, опуская голову и убирая контейнер в сторону.
— Когда я смогу выписаться?
— А? — Цзян Янь поднял голову. — Врач сказал, через пару дней можно будет.
— Что-то случилось? Скучно?
— Да, — Су Сяоюй кивнул, в его глазах появилось колебание.
— Что-то беспокоит?
— Я… я хочу навестить дедушку. Давно его не видел, даже не звонил, — нервно проговорил Су Сяоюй, боязливо поглядывая на Цзян Яня и теребя пальцы.
— Ты поужинал со мной сегодня только из-за этого? — нахмурился Цзян Янь.
— Нет, — тут же ответил Су Сяоюй с твёрдым выражением лица.
Цзян Янь понял, что тот не лжёт, но брови не расслабил.
— Я просто… — Су Сяоюй нахмурился. — Боюсь, что он волнуется. А ты отобрал мой телефон, и я даже позвонить ему не могу.
Цзян Янь нахмурился. Об этом он действительно не подумал — всё время был занят делами Су Сяоюя и совсем забыл про старика.
Хотя он и устроил его в хорошую больницу, но привык ли там старик? И с тех пор, как его перевели, он ни разу не навестил его — не скучно ли ему там?
А ведь сегодня утром он ещё говорил Су Сяоюю, чтобы тот звонил, если чего-то захочет. Сейчас это казалось смешным — у Су Сяоюя ведь даже телефона нет.
— Я знаю, что не имею права ставить условия, но…
— Понял, — прервал его Цзян Янь. Увидев разочарованное лицо юноши, он поспешно добавил: — В день выписки я сам отвезу тебя к нему.
— Раньше я не подумал об этом, не волнуйся, я не злюсь, — тихо сказал он.
— Правда?
— Правда, — улыбнулся Цзян Янь и ущипнул Су Сяоюя за щёку. — Так что ешь хорошо и быстрее поправляйся.
— А можно мне одолжить телефон, чтобы позвонить? — осторожно спросил Су Сяоюй.
— Звони, — Цзян Янь достал телефон и протянул ему. — Завтра принесу твой, а то лежать здесь и правда скучно.
— Хорошо! — Су Сяоюй энергично закивал.
— Тебе звонят, — Су Сяоюй только потянулся за телефоном, как тот зазвонил.
Цзян Янь взглянул на экран, и его взгляд стал тяжёлым.
— Я отвечу, — мягко сказал он.
Дойдя до лестничной площадки, Цзян Янь нажал кнопку ответа.
— Что случилось?
— Когда начнём следующий сеанс терапии? Есть несколько вариантов времени, как определитесь, когда вам удобно — дайте знать, — послышался голос У Кэ. Он не знал о ситуации с Су Сяоюем и продолжал действовать по плану.
Цзян Янь слушал голос в трубке, и лицо его стало мрачным. Отношения с Су Сяоюем только начали налаживаться, если отправить его сейчас — всё будет кончено.
К тому же Су Сяоюй уже узнал правду, и если его привезти сейчас, он точно не будет сотрудничать.
Цзян Янь почувствовал, как начала раскалываться голова.
— Господин Цзян? — тихо позвал У Кэ. В трубке долго было тихо, он не знал, не повесил ли Цзян Янь трубку.
— Понял, — нахмурился Цзян Янь. — Пришли мне все варианты времени, я посмотрю и решу.
— Хорошо.
Цзян Янь повесил трубку, крепко сжимая телефон. Его взгляд, устремлённый в сторону лестницы, был мрачным и холодным.
Несколько дней подряд Цзян Янь готовил еду и приносил её Су Сяоюю, и они ужинали вместе. Су Сяоюй постепенно поправлялся, на его осунувшемся лице появился румянец, а улыбка стала более живой.
В этот день Цзян Янь, едва дойдя до палаты, столкнулся с Чжоу Чжифэном.
http://bllate.org/book/23100/2471681
Готово:
