Вэй У, хоть и нехотя, но всё же согласился с предложением Сяньчжу. Однако, поскольку сам он был ограничен в передвижении, а с Королевой драконов Циньчунь был знаком лишь шапочно, он поручил Сяньчжу взять всё в свои руки.
…
В последующие дни Вэй У сосредоточил все свои силы на расширении Циньцюаня.
На сей раз, чтобы не наделать лишнего шума, он решил действовать в самых глубинах источника.
Если смотреть снаружи, размеры поверхности Циньцюаня остались прежними, но его реальная глубина стала поистине бездонной.
В тех глубинах, куда не проникал человеческий взор, Вэй У прорыл целое подземное озеро, площадь которого в несколько раз превышала зеркало воды на поверхности.
Если говорить на языке, понятном жителям деревни Икуайши, то нынешних запасов воды в Циньцюане хватило бы на весь сезон, даже если бы Сяньчжу перестала конденсировать влагу.
На этом преобразования Циньцюаня временно прекратились.
Причина была проста: не в том, что Вэй У и Сяньчжу ленились, а в ограничениях Пространства Хаоса.
Чтобы получить порцию земли, требовалось затратить в два с половиной раза больше воды. Сейчас все накопленные в Пространстве Хаоса запасы были исчерпаны, и продолжать поглощение почвы стало невозможно.
Конечно, Вэй У мог бы напрямую использовать божественную силу Духа Земли, чтобы расширить внутреннее пространство Циньцюаня, но тогда нарушился бы хрупкий баланс, и это превратилось бы в обычное расширение водоёма. Для источника, где предложение уже превышало спрос, такая работа была бы бессмысленной тратой сил.
Увлечённый трудом, Вэй У в последнее время почти не покидал Водный чертог. Благодаря расширению источника и росту божественной силы Сяньчжу, обстановка в чертоге тоже изменилась.
Прежде всего, изменилось его расположение: теперь он находился не на самом дне, а был искусно встроен в каменную стену метрах в десяти от поверхности воды. Вокруг чертога вились водоросли, поэтому с первого взгляда его было почти невозможно заметить.
Идеальная маскировка при сохранении доступа к солнечному свету — такое хитроумное решение мог принять только крайне осторожный Дух Земли.
Внутреннее убранство тоже преобразилось, перестав быть безжизненным и серым.
Огромные раковины, казалось, были разбросаны в беспорядке, но на самом деле создавали особую, радующую глаз атмосферу. Вокруг них в невидимых потоках воды плавно покачивались водоросли.
Больше всего изменилась кровать из ракушек: она стала шире и длиннее, а её холодная поверхность теперь была покрыта мягким материалом неизвестного происхождения. Лежать на ней было невероятно удобно — по ощущениям это напоминало латексный матрас с Синей Звезды.
Перемены в Водном чертоге были значительны, но по сравнению с Пространством Хаоса они казались сущим пустяком.
После нескольких дней упорного труда Вэй У поглотил огромное количество почвы, достигнув своей маленькой цели — одного му земли.
Правда, этот слой земли имел толщину всего два метра, напоминая плоскую карту из игры про человечков-кубиков: стоит копнуть чуть глубже, и провалишься сквозь континент.
Если бы он спрессовал эту землю в шар, то по размеру он был бы почти таким же, как расширенный Циньцюань.
Вэй У пробовал встать на эту землю: он чувствовал под ногами твёрдую поверхность, но в то же время ощущал себя как на облаке — легко, зыбко, без всякой опоры.
Он быстро понял, что при такой массе земная гравитация ничтожна, и чтобы по-настоящему почувствовать твёрдую почву под ногами, придётся ещё много потрудиться.
Цель Вэй У была проста: создать в Пространстве Хаоса кусочек чистого края, построить там дом и жить спокойной жизнью, не зная тревог.
Но, судя по всему, до этого было ещё далеко, и предстояло приложить немало усилий.
Он повернул голову и посмотрел на юную Девушку-моллюска, которая, подперев подбородок маленькой ручкой, наблюдала за ним.
— Отдохнула? — мягко спросил он.
— Не надо, господин… — Сяньчжу в испуге вскрикнула, попыталась убежать, но оступилась и с размаху рухнула в объятия своего господина.
…
Тем временем, пока Вэй У и Сяньчжу были поглощены работой, в уезде Аньюань, за пределами деревни Икуайши, происходили заметные перемены.
К источнику Циньчунь, что был недалеко от Икуайши, сегодня пожаловали незваные гости.
Группа из десяти с лишним человек. Впереди шёл высокий и худой мужчина в некогда добротном, а ныне совершенно обветшалом парчовом халате. Его лицо было землисто-жёлтым, губы потрескались от жажды, и лишь глаза горели решительным и острым блеском.
Следом за ним брел старый жёлтый вол, кожа которого потрескалась от палящего солнца. На спине у вола громоздилась поклажа, а сверху сидел маленький мальчик. Его лицо, в отличие от остальных, было розовым и светилось счастьем, что создавало резкий контраст с окружающими.
Большинство людей в отряде были одеты в лохмотья, измождённые и бледные, с тяжёлыми узлами на плечах.
Увидев прозрачную воду источника Циньчунь, мальчик на спине вола радостно вскрикнул и хотел было броситься к воде, но высокий мужчина его остановил.
— Тао-эр, стой! Нельзя проявлять неуважение!
Он одёрнул сына, достал три палочки благовоний, зажёг их, почтительно поклонился и воткнул у края источника.
Подул лёгкий ветерок, искры на палочках вспыхнули, и благовония разгорелись ярче.
Мужчина, обрадованный этим знаком, сложил руки в приветственном жесте и громко произнёс:
— Мы — жители деревни Вэйцзячжуан уезда Аньюань. Направляемся в деревню Икуайши к родственникам. Проходя мимо, просим у Достопочтенного Божества позволения испить воды.
Люди за его спиной, подражая ему, отвесили три поклона и хором прокричали:
— Просим у Достопочтенного Божества позволения!
— Это источник Циньчунь, а не Икуайши. Вы ошиблись местом.
Из воды раздался властный женский голос. Услышав его, все в отряде изменились в лице и невольно попятились.
— Просим прощения, что потревожили вас, — мужчина взглянул на ярко горящие благовония и с трудом подавил желание выдернуть их обратно.
Лица людей были мрачными: они кипели от негодования, но не смели и слова сказать.
Как раз когда они собрались уходить, неподалёку показалась молодая женщина в изящном дворцовом наряде.
— Что вы делаете? Пришли за водой?
Глава 17. Потрясение
— Пришли за водой?
Мелодичный голос зазвучал в ушах путников. Обернувшись, они увидели ослепительно красивую женщину в наряде придворной дамы, которая возникла словно из ниоткуда.
Пришедшей была не кто иная, как хозяйка источника Циньчунь, Королева драконов Ао Цин.
Она взглянула на догорающие благовония, затем на возмущённых людей и сразу поняла, что произошло.
Очевидно, её матушка, с её-то характером, вполне могла принять подношения, но отказать в воде.
Зная, что люди сейчас на взводе, она не стала оправдываться, а молча применила свою божественную власть.
Невидимая сила подняла из источника мощный поток воды, который собрался в воздухе в огромный шар. Только после этого Ао Цин заговорила:
— Три палочки благовоний за сто цзиней воды — это честная сделка. Доставайте сосуды и наполняйте их быстрее.
— Госпожа, остановитесь, прошу вас! Не навлеките на себя гнев Королевы драконов! — люди не радовались, а пугались, в панике останавливаясь и пытаясь её отговорить.
— Ао Цин, что ты творишь! Немедленно убери воду! — в этот момент из глубины источника донёсся крайне неуместный голос.
— Госпожа, уходите скорее, Королева драконов в ярости! — люди в тревоге умоляли её скрыться.
— Не бойтесь, забирайте воду, — Ао Цин оставалась спокойна. Она бросила мимолётный взгляд на рыб, плавающих в источнике, и все присутствующие внезапно перестали слышать протестующие крики из воды.
Разъярённый голос старой драконихи зазвучал теперь только в голове у Ао Цин:
— Ао Цин, я же твоя мать! Я делаю это ради твоего же блага, как ты можешь так со мной поступать! Если ты продолжишь своевольничать, мы все из-за тебя погибнем! Будь я проклята, неужели небо ослепло? У меня было столько детей, почему выжила только ты? Как же я была глупа, что позволила тебе стать Королевой драконов!
Не обращая внимания на брань, Ао Цин даже бровью не повела. Её голос прозвучал твёрдо и властно:
— Королева драконов Циньчуня здесь я. И теперь здесь всё решаю я!
Женщина сказала это так решительно, что люди заколебались.
Только что источник отвечал им отказом, а теперь явилась красавица и объявила себя хозяйкой. Три палочки благовоний за сто цзиней воды — такая удача казалась невероятной.
Изначально они просто хотели напиться, а если повезёт — дать воды измождённому волу. Пройдя почти сто ли, они повидали немало обмана и опасались верить в чудо.
Подождав немного и убедившись, что в источнике воцарилась тишина, люди наконец поняли, что перед ними настоящая Королева.
— Я Вэй Чаншэн из деревни Вэйцзячжуан. Благодарю вас, Королева! Вашу великую милость не выразить словами. Отныне каждый год мы будем приходить к вам с подношениями.
Глава отряда сложил руки в поклоне, остальные последовали его примеру. Лишь после этого они, полные благодарности, начали наполнять свои бурдюки.
Получив целых сто цзиней воды, люди наконец выдохнули, и их нахмуренные брови расправились.
Ао Цин перебросилась с ними парой фраз, узнала, куда они направляются, попрощалась и, превратившись в поток света, вернулась в источник.
Как только люди ушли, воды маленького источника Циньчунь пришли в бурное движение.
…
Вэй У почувствовал прибытие чужаков лишь час спустя.
Группа людей с узлами и домашним скотом — увидев эту знакомую картину, Вэй У понял: в деревню Икуайши прибыли новые поселенцы.
Деревня Икуайши росла с нуля: от пары дворов до нескольких десятков — большинство жителей были приезжими. Обычно сначала присылали разведчиков, чтобы те присмотрели место и обустроили кров, а уже потом перевозили семьи. Прибытие сразу нескольких семей с пожитками случалось нечасто.
Вэй Чаншэн с соплеменниками в сопровождении деревенского старосты подошли к алтарю под Господином Божественным Камнем.
По традиции, первым делом каждый новый житель должен был поклониться камню.
В этот раз привычный порядок немного изменился: после поклонения камню староста повёл людей к Циньцюаню.
Чтобы поклониться Водному богу!
Когда чужаки увидели источник, их охватило изумление.
Перед ними раскинулся водоём шириной в несколько чжанов. Как бы они ни пытались вглядеться, дна было не видать — лишь по цвету воды можно было догадаться о глубине. А чернота в самой глубине, полная тайн и опасностей, словно безмолвно предупреждала: не испытывайте судьбу.
Увидев это, люди не испугались, а обрадовались. Встретившись взглядами, они увидели друг в друге надежду.
— О боги, сколько же здесь воды!
— Водный бог Циньцюаня, молим, защити нас от жажды!
— С такой водой мы точно переживем эту засуху!
У Вэй Чаншэна на глазах выступили слёзы. Ради призрачных слухов он пошёл против всех и решился перевезти семью в эти неизведанные края. Теперь, глядя на эту чистую воду, он почувствовал, как тяжкий груз, давивший на плечи, наконец спал.
— Папа, почему они называют этот большой пруд источником? Почему он так сильно отличается от того весеннего источника, что мы видели раньше?
Посреди восторженных возгласов раздался детский голос, полный недоумения.
Вэй Чаншэн резко обернулся и, сделав шаг к сыну, отвесил тому пощёчину.
— Хлоп!
Мальчик, единственный ребёнок в отряде, схватился за щеку, глядя на отца с недоверием. Он хотел было заплакать, но отец зажал ему рот, а второй рукой надавил на затылок, заставляя склониться.
— Водный бог, дитя моё мало и неразумно, простите его за неуважение. Сейчас же поклонимся и попросим прощения!
Но, к его удивлению, как бы он ни давил, голова мальчика не опускалась. Мужчина занервничал, решив, что сын упрямится, и зашептал:
— Тао-эр, не упрямься! Скорее кланяйся и проси прощения!
Староста деревни заметил, в чём дело. Он знал, что Господин Божественный Камень не любит подобных церемоний, и теперь стало ясно, что приглашённый им Водный бог обладает схожим характером и не обижается на случайные ошибки.
Староста решил вмешаться:
— Не мучай ребёнка. Божества нашей деревни милосердны и добры, они не станут сводить счёты с малышом. Впредь будьте осторожнее.
Вэй Чаншэн с облегчением отпустил сына, смущённо почесал затылок.
Староста, видя неловкость, подошёл к мальчику и начал рассказывать:
— Циньцюань необычен, это Господин Божественный Камень…
Староста увлечённо расписывал историю источника, задрав голову, словно гордый лебедь:
— Десять дней назад здесь была пустошь. Увидев, что деревне не хватает воды, Господин Божественный Камень пригласил Водного бога. И сначала Циньцюань был совсем маленьким, это долгая история…
Староста с приукрасами поведал о том, как пять дней назад источник расширился, повергнув приезжих в настоящий шок. В их сердцах рождалось глубокое благоговение.
— В этой крошечной деревне скрывается такое могущественное божество!
— Мы сорвали куш!
Глава 18. Лекарь
— Господин, пощадите Сяньчжу…
Пока люди изумлялись величию богини Циньцюаня, та, кому они поклонялись, в этот момент униженно молила своего господина о пощаде.
Вэй У решительно отверг мольбы маленькой моллюски, заявив со всей строгостью:
— Путь самосовершенствования подобен плаванию против течения: если не продвигаешься вперёд, то неизбежно катишься назад. Нельзя расслабляться! Помоги мне в практике!
Их «обмен опытом» был бурным и скоротечным.
Позже.
Сяньчжу лениво перебирала своими нежными пальчиками, массируя затылок Вэй У.
Спустя долгое время она всё же не удержалась от любопытства:
— Господин, мы же договорились отдыхать, почему вы вдруг снова… воодушевились?
Вэй У, которому стало щекотно, сменил позу, погладил её по мягким волосам и лениво ответил:
— Услышал одну захватывающую историю, вот и нахлынуло.
…
Как говорится, кому-то радость, кому-то печаль.
В отличие от приезжих, обретших надежду, некоторые старожилы деревни выражали недовольство. К счастью, поскольку пришлые были родственниками местных, до серьёзных конфликтов не дошло.
Циньцюань стал больше, но неизвестно, как долго продлится засуха. Если не ограничить доступ, кто знает, сколько ещё пришельцев придут сюда за своей долей.
Вскоре жители пришли к общему мнению: ситуацию с Циньцюанем нужно держать в секрете.
Как бы то ни было, прибытие новых поселенцев всколыхнуло спокойную жизнь деревни Икуайши.
На следующее утро, ещё до рассвета, заголосили деревенские петухи.
«Что с этими курами, словно гормонов объелись, поют всё раньше и раньше», — подумал Вэй У, просыпаясь под крики птиц и лай собак. Он взглянул на Сяньчжу рядом с собой, но в душе его не дрогнуло ни струны.
Приходилось признать: даже самое интересное занятие при частом повторении начинает приедаться. Чтобы снова разжечь интерес, возможно, придётся подождать до полудня.
У Циньцюаня уже выстроилась очередь за водой. Теперь жители не смели подходить к самому краю, как раньше, — воду набирали с помощью верёвок, стоя на расстоянии. Всё же нынешний Циньцюань был бездонным, и упасть туда было бы делом серьёзным.
Вэй У зевнул и перевёл внимание на свой алтарь.
Маленький сорванец, которого он не видел пару дней, снова пришёл.
На этот раз он не принёс сушёных мышей и не пытался украсть подношения. В руках у него была старая метла, и он старательно выметал камни и сухие листья вокруг алтаря. Закончив, он достал чистую тряпку и принялся бережно протирать поверхность.
«Неужели взялся за ум? Интересно, на сколько хватит его рвения. Но, по крайней мере, совесть у него есть».
Вэй У усмехнулся. За эти годы он многим помог. Многие, как и этот мальчишка, после исполнения желаний приходили с благовониями и дарами. Были и те, кто помогал по хозяйству, но со временем их энтузиазм угасал. Наверняка и с этим ребёнком будет так же.
«Интересно, впитала ли Те Саньнян Святую воду? Пора бы ей добавить новую порцию».
Вэй У принял решение и направился к дому Те Саньнян.
В её доме сегодня было уютнее. Рассвет только занимался, а Те Саньнян уже поднялась с постели и, повязав фартук, хлопотала у плиты.
Выглядела она гораздо лучше, словно человек, оправившийся после тяжёлой болезни. Казалось, всё налаживается.
Но Вэй У чувствовал: её жизненная сила составляет лишь десятую часть от нормы, и к тому же утекает с невероятной скоростью.
«Что происходит?»
Вэй У был озадачен. То, что сил у неё мало, было ожидаемо — Святая вода не могла исцелить её полностью. Но скорость утекания сил была ненормальной. Причина была в чём-то другом.
Не найдя ответа, он решил пока отложить раздумья. Проплыв над плитой, он, пока женщина не видела, капнул Святой воды ей на губы.
Вода мгновенно впиталась, даже не заметив этого.
С каждой каплей Те Саньнян чувствовала себя так, словно приняла чудодейственное лекарство: тело наполнилось лёгкостью и ясностью.
«Это чувство…»
Она никогда не забудет это ощущение. Когда она была на грани смерти, погружаясь в бездну, она чувствовала то же самое, а затем пошла на поправку.
— Позвольте спросить, кто вы, о великое божество?
http://bllate.org/book/23055/2464129
Готово:
