Ли Тинчжи не знал о внезапной печали Фэн Чжэ, всё его внимание было сосредоточено на телефоне.
Он колебался, стоит ли проверять Вичат, и спустя две минуты борьбы с собой всё же решился открыть приложение.
Ванвань по-прежнему не прислала ему ни сообщения.
Его тонкие губы сжались в узкую полоску, а досада в душе достигла предела.
Утром он приготовил завтрак, но девочка ещё спала. Он отправил ей сообщение, на которое она ответила лишь смайликом с улыбкой и больше не проронила ни слова.
И правда: цветы желают остаться, а вода безразлична к их падению!
Она была такой бессердечной.
Нет, дело не в бессердечии, просто у неё к нему вообще нет никаких чувств!
Неужели он настолько ей не нравится?
Он раздражённо дёрнул воротник.
Несмотря на досаду, он всё же решил задобрить её и отправил сообщение: Ванвань, что хочешь на ужин?
Секунда, две, три… десять — ответа не последовало.
Он не желал сдаваться и написал ещё одно: Когда решишь, дай мне знать.
И снова тишина.
Фэн Чжэ, погружённый в свои печальные мысли, повернул голову и случайно поймал разочарованный, полный обиды взгляд Ли Тинчжи.
Он почувствовал: эта тоска господина Ли определённо связана с его возлюбленной!
От этого неожиданного догадки он даже забыл о собственной грусти, подался вперёд и таинственно прошептал: Ты что, в кого-то влюбился?
Ли Тинчжи невозмутимо приподнял веки, бросил на него взгляд в духе догадайся сам и зашагал к Чу Хуайаню и Е Цзэнъяну. Казалось, даже ветер, поднятый его походкой, был пропитан досадой и печалью.
Фэн Чжэ сопоставил свои слова с выражением лица Ли Тинчжи — смесью ожидания и разочарования — и, прокрутив всё в голове пару раз, утвердился в своей догадке на сто процентов.
Ли Тинчжи выхватил клюшку из рук Е Цзэнъяна и с силой ударил по мячу, словно пытаясь выплеснуть раздражение. Белый мячик описал в воздухе красивую дугу и точно угодил в лунку.
Ого, попал с первого удара! — восторженно воскликнул Е Цзэнъян. — Вот это господин Ли, мастерство! Преклоняюсь!
Чу Хуайань молча поднял большой палец вверх.
Фэн Чжэ, заложив руки за спину, не спеша подошёл к ним и язвительно заметил: У господина Ли удача в игре, но, видимо, неудача на личном фронте!
Вокруг мгновенно воцарилась тишина, слышалось лишь лёгкое дуновение ветерка.
Ли Тинчжи мельком взглянул на Фэн Чжэ и обратился к Е Цзэнъяну: Сфотографируй меня на память.
Е Цзэнъян, оправившись от удивления, поспешно достал телефон, выбрал удачный ракурс, сделал несколько снимков и отправил их Ли Тинчжи.
Ли Тинчжи отдал клюшку Е Цзэнъяну и вернулся на стул, не слыша, как остальные за его спиной принялись его обсуждать.
Все его мысли занимала Ванвань.
В итоге он совершил редкий для себя поступок — выложил пост в соцсети.
…
Тем временем в арт-центре.
Два занятия наконец закончились. Родители разобрали детей, и последний ребёнок, уходя, помахал Нин Ванвань: До свидания, учитель Нин!
До свидания! — улыбнулась она в ответ. Сняв накладные ногти, она убрала их в сумку и вышла из класса.
Она заглянула в сторону учительской, но дверь была заперта. Спросила у администратора, и та ответила, что учитель Цзи ушёл по делам.
Нин Ванвань достала телефон. На экране высветился один пропущенный от Тань Яо.
И два сообщения от дяди.
Она была на занятиях и совсем не смотрела в телефон.
Сообщения пришли несколько часов назад. Она поспешила ответить, представляя, как дядя был недоволен.
Прости, дядя, была занята, только увидела.
Я буду рада всему.
Учитель Нин, если возникнут вопросы, можете звонить учителю Цзи напрямую.
Услышав голос администратора, Нин Ванвань подняла голову: Поняла, спасибо!
Дядя не ответил — возможно, был занят. Подумав так, Нин Ванвань вышла из чата, нашла учителя Цзи и перевела ему деньги за чай и обед.
Чтобы он не отказался, она добавила: Если учитель Цзи не примет, считайте, что это вы меня угостили.
Вскоре пришёл ответ: Хорошо, я приму.
Увидев, что деньги приняты, Нин Ванвань со спокойной душой направилась к автобусной остановке и набрала Тань Яо.
Когда та ответила, Нин Ванвань сразу начала извиняться: Прости, Яояо, я была на занятиях, телефон стоял на беззвучном.
О, я и забыла про твои уроки, — Тань Яо слезла с дивана, подошла к балкону и посмотрела на сумерки вдали. — Если завтра свободна, давай по магазинам пройдемся? Мы так давно не выбирались.
Свободна, давай, — легко согласилась Нин Ванвань. — Но лучше попозже, я сегодня плохо спала, хочу выспаться. — Она прикрыла рот рукой и зевнула.
Плохо спала? Неужели твой дядя тебя обидел?
От слов Тань Яо сердце Нин Ванвань забилось чаще, а щёки залил румянец.
Неудивительно, что Тань Яо так подумала: она ведь живёт у дяди, на его территории, и он волен делать там всё, что захочет.
Тем более после того, как она переспала с ним, у дяди появилось ещё больше поводов для такого поведения.
Нет, что ты такое говоришь.
Тогда почему ты не выспалась?
М-м… завтра встретимся и расскажу.
Ой, рассказывай сейчас, иначе сегодня я не усну!
Нин Ванвань заколебалась, собираясь ответить, но тут поступил звонок. Увидев имя Большой Волк, она бросила подруге, что звонит дядя, и поспешно нажала на ответ.
Дядя.
Ты где? — голос Ли Тинчжи звучал бодро.
Нин Ванвань почувствовала облегчение и назвала своё местоположение. Ли Тинчжи ответил: Жди там, буду через десять минут.
Нин Ванвань села на скамейку под навесом остановки, прижала к себе сумку и, чтобы скоротать время, зашла в соцсети. Открыв ленту, она увидела новый пост дяди.
Она нажала на фото: мужчина в кремовом поло и серых брюках, в чёрной кепке, стоит на изумрудном газоне, держа в одной руке клюшку, а вторую спрятав в карман.
Его тонкие губы были слегка изогнуты в приятной улыбке, а в глазах — мягкий, нежный свет.
Глубокий, притягательный, с безупречными чертами лица. Если бы она не была так глубоко ранена в прошлом, то, наверное, влюбилась бы с первого взгляда?
Она поставила лайк.
Попал в лунку с первого удара — это действительно впечатляет!
Визг тормозов.
Перед ней остановилась машина. Нин Ванвань невольно подняла голову и через опустившееся стекло увидела того самого мужчину с фотографии.
Он повернулся к ней, его красивое лицо сияло, а в глазах играли искорки.
Нин Ванвань, сжимая телефон, другой рукой открыла дверь и села на пассажирское сиденье.
В этот раз она стала умнее и просто сидела, не двигаясь. Ли Тинчжи наклонился к ней и одной рукой пристегнул ремень безопасности.
Окно закрылось, и она украдкой спрятала телефон в карман.
Ли Тинчжи не спросил, почему она была здесь одна. Нин Ванвань хотела придумать причину, но решила, что врать нехорошо: ложь требует новых оправданий, а если запутаешься, то возникнут недопонимания, которые будет трудно объяснить.
Она предпочла промолчать, тем более что он и не спрашивал.
Правда, всё, что угодно? — спросил Ли Тинчжи, а затем пояснил: — Я был за рулём, только что увидел твоё сообщение.
Да, всё в порядке.
Даже не знаю, что теперь делать.
Тогда… давай просто сварим лапшу.
Ли Тинчжи улыбнулся: Хорошо.
Нин Ванвань снова зевнула. Сонливость навалилась тяжёлой волной, она прислонилась к дверце машины, и её веки начали опускаться.
http://bllate.org/book/22941/2445121
Готово:
