Бай Цюань снова прикинулся немым и опустил голову на землю, упорно игнорируя допрос Альфы.
Зачем он принял запрос в WeChat от Хо Сыханя? Зачем принял WeChat от человека, которого видел всего один раз? Зачем принял WeChat какого-то незнакомца?
В понимании Бай Цюаня, если они не общались, не разговаривали и не виделись хотя бы три месяца, для него все они — незнакомцы. Малознакомые незнакомцы, приближаться к которым ему совсем не хочется.
Приближение незнакомцев лишь нарушает личные границы Бай Цюаня, переходя черту его психологической обороны и нормальной человеческой дистанции.
Неужели Хо Сыхань заставил Бай Цюаня добавить его в контакты только потому, что у них была одна ночь любви? Или он считает, что раз сам он бета, то должен покорно склонить голову перед властным Альфой?
Бай Цюань страдал социофобией, но дураком не был. Он привык жить тихо и мирно, ни с кем не соревнуясь и ничего не отнимая, и вовсе не желал, чтобы внезапные события, люди или вещи разрушили хрупкое равновесие его жизни.
Альфа прождал целую вечность, но так и не дождался, пока бета поднимет на него взгляд или хотя бы ответит на его вопросы.
Хо Сыхань прижался языком к нёбу, чувствуя легкое раздражение. Альфа, к которому все привыкли относиться как к центру вселенной, перед этим бетой казался полным ничтожеством, не способным привлечь к себе даже мимолетного внимания.
Хо Сыхань даже начал сомневаться в себе: неужели он недостаточно хорош собой? Недостаточно богат? Или уровень его Альфы недостаточно высок?
Нет, в мире Альф Хо Сыхань был абсолютным пределом совершенства. Выходец из элитной и богатейшей семьи, сверхбогатый наследник во втором поколении, обладатель безупречного лица, которого когда-то назвали омежьей мечтой номер один в стране, носитель S-класса феромонов — чистокровный дракон-завоеватель мира ABO. Он должен быть суперглавным героем, но почему не может справиться с каким-то бету с ароматом пресной воды?
— Неважно, почему ты отклонил мой запрос в WeChat, — Хо Сыхань на мгновение замолк и, нахмурившись, бросил: — Подними голову.
Хо Сыханю казалось, что стоящий перед ним бета выказывает ему крайнее неуважение: он говорит, а Бай Цюань даже не смотрит на него. Неужели тот не знает элементарных правил этикета?
Услышав низкий, приказывающий голос Альфы, Бай Цюань неохотно поднял голову:
— Чего тебе?
Бай Цюань нахмурился, спрятав недовольное выражение лица за оправой в черной оправе. Хрупкий бета думал о том, не надоест ли когда-нибудь этому Альфе? Он ведь так хочет спать! Он проработал над главой всю ночь, и его состояние оставляло желать лучшего.
Радостный от вчерашнего воодушевления, Бай Цюань честно дорисовал весь экстра-выпуск и даже с огромным терпением наложил цвета. То, на что обычно уходит неделя или две, прошлой ночью Бай Цюань умудрился нарисовать идеально, без единой ошибки, не отрывая пера ни на секунду.
После этого Бай Цюаню оставалось лишь еще раз просмотреть зарисовки перед тем, как загрузить их в приложение для комиксов.
Вот только та крошечная капля времени, что он подремал, уткнувшись носом в стол утром, нисколько не помогла ему восполнить силы. Ночные посиделки наносят организму сильнейший удар, и без нормального сна Бай Цюань будет ходить разбитым весь день.
Альфа вытащил из кармана костюма свой телефон с QR-кодом WeChat на экране:
— Сканируй, добавляй.
Бай Цюань подумал про себя: если я добавлю тебя только потому, что ты просишь, разве не потеряю все лицо?
— Не добавлю.
Неизвестно откуда в бете взялся такой стержень глухим, лишенным сил голосом бросил он эти два слова, развернулся и неуверенной походкой зашагал прочь.
— Если не добавишь, не вини меня, если я растрепаю всем о том, что было в тот день.
Хо Сыхань от злости едва не рассмеялся. Это был уже третий раз, когда он обломался о бету.
В первый раз — когда проснулся тем утром и получил от беты пощечину, хотя ничего не сделал. Во второй — когда попытался добавить бету в WeChat и получил отказ. Теперь же — третий раз, причем отказ последовал прямо в лицо и без всяких церемоний.— Что? — услышав мерзкий голос и слова Хо Сыханя, Бай Цюань, который уже шел вперед, опустил занесенную ногу обратно и обернулся, нахмурившись и глядя на со злорадной ухмылкой застывшего Хо Сыханя. — Ты действительно подлец, но ведь в тот день жертвой был я.
Хо Сыхань подошел к Бай Цюаню и опустил руку ему на плечо. Альфа склонил голову к самому затылку бета и тихо произнес:
— Кто же спорит? Я ведь тоже жертва.
И правда, Хо Сыхань тоже был жертвой. В тот день он отдыхал в компании нескольких друзей, среди которых были те еще любители развлечься по полной, пробовавшие абсолютно всё. В подобных караоке-клубах всегда имелся скрытый сервис. Обычно Хо Сыхань и вовсе брезговал общаться с ними, но сегодня другие знакомые заманили его сюда под предлогом обычной встречи. Все они были известными богатыми наследниками столицы, поэтому прекрасно знали толк в таких заведениях.
Те любители оторваться вызвали нескольких симпатичных бет и парочку омег с заурядным уровнем феромонов, но привлекательной внешностью, чтобы повеселиться вместе. В разгар веселья они прямо на диване принялись за дело.
Хо Сыхань сидел в самом дальнем углу диванной зоны, наблюдая за этим бесплатным платным шоу, и чувствовал, как к горлу подступает тошнота. Рядом с ним послушно опустилась на колени омега с весьма приятным ароматом феромонов и налила Хо Сыханю бокал вина.
Беты и омеги в подобных развлекательных заведениях проходили специальную профессиональную подготовку исключительно для того, чтобы угождать альфам или богачам с весьма специфическими прихотями.
Хо Сыхань с детства насмотрелся на подобное, так что его это ничуть не удивляло.
— Господин, выпейте вина. — Это была омега с персиковым ароматом по прозвищу Сяо Тао. У него было чистое, невинное лицо — типичный образ нежного и податливого омеги, так любимого многими альфами. К сожалению, уровень феромонов этого омеги составлял всего ранга B: не сказать, что низкий, но и не высокий, чтобы блистать в высшем свете. Он годился лишь на роль игрушки в кругу богатых торговцев. Ни один альфа не посмотрел бы на него всерьез, разве что осыпал бы сладенькими речами и подкинул деньжат в минуты страсти.
У Сяо Тао были большие амбиции. Он вовсе не собирался связываться с какими-то маслянистыми старыми хрычами — если уж искать покровителя, то только красивого альфу с высоким уровнем феромонов и солидным положением. Поэтому сегодняшним вечером Сяо Тао положил глаз на Хо Сыханя, который с самого прихода в кабинку молча сидел в углу.
Лицо Хо Сыханя, возможно, и казалось кому-то привлекательным, но для самого Бай Цюаня оно было слишком недосягаемым. Поэтому Бай Цюань даже в мыслях не смел заглядываться на Хо Сыханя и не испытывал к нему никаких чувств. Если бы кто-то заставил Бай Цюаня описать свое отношение к Хо Сыханю, он бы наверняка ответил, что при встрече готов собственными руками придушить его.
Этот проклятый альфа лишил его невинности, из-за чего тело потом болело несколько дней, да к тому же разговаривал с таким высокомерным видом.
Теперь в глазах Бай Цюаня Хо Сыхань ценился даже меньше, чем тот таракан, которого он тайком прятал на дне платяного шкафа.
Сяо Тао видел, как остальные его приятели увиваются вокруг тех альф, которые выглядели более добродушными и казались легкой добычей для выкачивания денег, даже не заходя вглубь кабинки. Они ведь прекрасно видели сидевшего внутри первоклассного альфу — напротив, Хо Сыхань, даже сидя в самом темном углу, привлекал больше всего внимания. Но аура холода вокруг Хо Сыханя была слишком сильной: с мрачным лицом и совершенно безэмоциональным выражением он выглядел так, будто только что сожрал десяток детей.
Те омеги и беты, что обладали хоть капелькой здравого смысла, благоразумно проигнорировали Хо Сыханя и отправились искать тех богатых альф, с которыми проще найти общий язык. По крайней мере, они не нарвутся на грубость, не станут посмешищем, не дадут повода для сплетен и смогут заработать денег. А если повезет приглянуться кому-то из них, можно будет устроиться содержанкой и не беспокоиться о куске хлеба до конца дней.
В отличие от тех недальновидных омег и бет, Сяо Тао был готов рискнуть и сыграть по-крупному.Он смешал немного возбуждающего средства со щепоткой снотворного и подмешал всё это в бокал, который затем протянул Хо Сыханю.
Поначалу Хо Сыхань привычно отнёсся к тому, что омега подаёт ему выпивку — в конце концов, чем больше алкоголя продадут эти омеги и беты, тем солиднее будет их процент. Рассудив, что раз уж омега даже опустился на колени, чтобы налить ему напиток, стоит позволить тому немного заработать, Хо Сыхань взял бокал и пригубил его.
Вкус этого алкоголя ему не слишком понравился — он казался каким-то странным. Альфа не стал ломать голову над причинами: в шумной и прокуренной VIP-кабине воздух был насквозь пропитан запахами табака и спиртного, так что вполне могло статься, что посторонние ароматы просто исказили подлинный вкус напитка.
Он и вообразить не мог, что среди омег найдётся смертник, решивший подсыпать ему наркотик.
Очень скоро Хо Сыхань почувствовал в теле жар, а в голове — лёгкое головокружение. Он не думал, что опьянел, ведь весь вечер он сидел неподвижно, лишь наблюдая за омерзительным балаганом, творившимся в кабине.
Поняв, что его, судя по всему, отравили, он сослался на необходимость сходить в туалет. Выйдя из кабины, он уже не мог идти по прямой. Это место было ему прекрасно знакомо — он бывал здесь часто и отлично знал, где находится уборная. Быстро добравшись до нужной кабинки, он склонился над унитазом и принялся безостановочно блевать, пытаясь избавиться от выпитого алкоголя.
Однако этот способ явно не помогал: наркотик уже успел всосаться и попал в кровоток. У альфы начался ложный период течки, и в этот момент ему как воздух требовался укол блокатора или же омега, способный помочь справиться с естественной физиологической реакцией.
Ему нужно было облегчение.
Поскольку у альф течка имеет цикличный характер, в данный момент физиологической течки у него быть не должно было. Именно поэтому при нём не оказалось специальных альфячьих блокаторов.
Сейчас Хо Сыханя буквально сжигало изнутри пламенем страсти. Его почти распирало от жара, тело пронзала острая боль, а мучительное набухание сводило с ума. Это было поистине невыносимо — куда тяжелее, чем во время настоящей течки.
Омега по прозвищу Сяо Тао, от которого пахло персиком, опасаясь, что дозы окажутся недостаточно, добавил двойную порцию возбудительного — от такого даже быка свалило бы с ног, не говоря уже о взрослом альфе.
Однако Сяо Тао недооценил силу воли и выносливость S-класса. Он просчитался, и Хо Сыханю удалось в одиночку выбежать из кабинки.
Находясь в туалетной кабинке, Хо Сыхань мучился от невыносимого состояния. Воздух казался слишком разреженным, дышать было тяжело, тело пылало, а кровь в жилах будто закипела и бурлила без остановки.
Он больше не мог сдерживаться.
В этот момент до него донёсся еле уловимый аромат, напоминающий чистую воду из горного родника — лёгкий, едва заметный, такой утончённый, что казалось, будто в следующее мгновение он полностью растворится в воздухе.
Желая отыскать источник этого запаха, Хо Сыхань распахнул дверь кабинки. Его феромоны мгновенно хлынули наружу, распространяясь во все стороны с мощью дикого зверя, метящего свою территорию. Он во что бы то ни стало хотел поставить собственное клеймо на этом опьяняющем аромате, не желая делить столь свежий и неповторимый запах ни с кем другим.
Трудно сказать, что думал бы в трезвом состоянии здравомыслящий альфа, но охваченный неистовым пламенем страсти Хо Сыхань мыслил именно так и действовал соответственно.
Хо Сыхань двинулся наперерез манящему запаху горного родника, а затем, протянув сильную руку, резко зажал Бай Цюаню глаза и рот. После чего подсознательно взвалил бету себе на плечо и бросился бежать.
Сейчас им двигало лишь одно непреодолимое желание — поскорее утащить свою добычу домой, чтобы как следует обласкать её там, пропитать собственным ароматом, сполна завладеть ею и окружить исступленной нежностью...
Когда Сяо Тао, заподозрив неладное и решив, что Хо Сыхань уже мог отреагировать на препарат, выбежал следом...
В воздухе остался лишь слабый, но невероятно властный шлейф феромонов альфы...
Почувствовав этот запах, Сяо Тао ощутил, как у него подкашиваются ноги, а во взгляде мелькнула злость. Какая сволочь увела его добычу!
Бедный бета был безжалостно растоптан на протяжении всей ночи, да ещё и нажил себе ненависть со стороны незнакомца.
Окончательно протрезвев, Хо Сыхань вдруг вспомнил события той ночи, и для него это тоже было травмирующим опытом.
Однако Бай Цюань оставался абсолютно не при делах — он являлся классической жертвой обстоятельств и пострадавшим по всем фронтам.
Сердце Бай Цюаня издавна принадлежало мягким и заботливым бетам-девушкам. Он терпеть не мог жёстких и властных альф, особенно мужчин-альф. Дело было вовсе не в дискриминации по половому признаку — просто он сам по себе питал к ним антипатию, а после случившегося эта неприязнь и вовсе достигла абсолюта.
Бай Цюань искренне считал, что теперь он недостоин своего будущего идеального партнёра, а для него самого — законченного социофобщика — поиски второй половинки были сродни задаче посложнее покорения небес.
Проснувшись после той хаотичной ночи, Бай Цюань принял твёрдое решение: в этой жизни — тьфу, во второй её половине — он останется одиноким стариком до конца дней своих. Единственным утешением служило то, что на старости лет он будет богатеньким старым бетой: пусть одинок, зато с деньгами! Пусть без жены, зато с деньгами! Пусть без детей, зато с деньгами!
— Ты пострадавший, а мне-то какое дело? — Бай Цюань чувствовал себя неуютно, к тому же слова Хо Сыханя звучали так, будто это сам Бай Цюань подсыпал ему наркотик. — С какой стати я должен тебя слушать, да ещё и слушать твои угрозы?
Хо Сыхань передразнил его интонацию:
— О, а какое тебе дело до того, что я стану болтать? Просто хочу тебе угрожать, и всё.
Манера поведения Хо Сыханя опустилась за грань приличия — в нём больше не осталось ничего от того человека, который минуту назад вроде как заступился за него.
Хо Сыхань усмехнулся с игривой издёвкой, и эта ухмылка на губах совершенно не вязалась с его безупречным внешним видом. Одетый с иголочки, он выглядел солидным человеком, но изъяснялся точь-в-точь как уличный хулиган.
— ...Ты действительно перегибаешь палку, — Бай Цюань исчерпал весь свой лимит терпения. Хо Сыхань успешно довёл тихого бету-социофоба до первого в жизни жгучего желания врезать кому-нибудь по физиономии. О нет, уже до второго — первый раз он его всё-таки уже ударил.
Хо Сыхань придвинул своё смазливое лицо вплотную к Бай Цюаню и, перехватив его за тощее запястье, заставил направить кулак прямо себе в нос:
— Ну да, я такой невыносимый. Хватит духу — попробуй ударить меня ещё раз?
Столкнувшись с подобным бессовестным типом, Бай Цюань неизменно оказывался безоружен.
— Добавь меня в WeChat и запиши мой номер телефона, — видя, что лицо Бай Цюаня то бледнеет, то покрывается багрянцем, но к дальнейшим действиям тот не переходит, Хо Сыхань разблокировал собственный смартфон и протянул его бету. — Не то все твои коллеги в подробностях узнают о том, что между нами произошло. Понял?
— ... — мысленно Бай Цюань решил, что завтра же напишет заявление об уходе, а уж узнают они или нет — его не волнует.
Словно прочитав его мысли, Хо Сыхань добавил:
— Ах да, увольняться запрещаю.
— С какой это стати? — Бай Цюань нахмурился, и в его глазах впервые промелькнул самый настоящий импульс прикончить собеседника.
Эй, люди! Где тут мой сорокаметровый нож для разделки свиней? Уведите этого проклятого альфу и срубите ему голову!
Вид у Хо Сыханя был на редкость довольный:
— Твой великий босс против.
Бай Цюань оставил его реплику без ответа.
*Ты возомнил себя пупом земли?*
Но маленький бета испокон веков не любил тратить слова на пустые споры. В этой компании он проработал уже много лет.
Он действительно привязался к этому месту, и уволиться было не так-то просто.
По правде говоря, ему вовсе не хотелось так легко перечеркивать карьеру, на создание которой он потратил столько сил, пусть даже он по-прежнему оставался всего лишь обычным офисным клерком.
Не имея выбора, бедный бета под прицелом властного альфы внёс его номер в телефонную книгу и добавил в контакты WeChat.
Убедившись, что заявка в друзья принята, альфа бесцеремонно выхватил телефон из рук Бай Цюаня, закрепил свой чат на самом верху списка и переименовал себя: *Мой единственный и неповторимый прекраснейший великий босс*. Вдобавок он изменил собственный номер в телефонной книжке так, чтобы имя начиналось с буквы «А».
После чего Хо Сыхань в отличном настроении и с лучезарной улыбкой вернул телефон законному владельцу.
http://bllate.org/book/22936/2443828
Готово:
