— Цзян Вэньвэнь, учитель не слепой. Если ты считаешь, что с тобой поступили несправедливо, я могу прямо сейчас отправиться к ответственному лицу и потребовать записи с камер видеонаблюдения. Но ты подумала о последствиях?
Ли, классный руководитель, всегда старалась добросовестно выполнять свою работу, но уследить за всем было невозможно. Она прекрасно знала, что из себя представляет Цзян Вэньвэнь, но, будучи осведомленной о семейных обстоятельствах девочки, порой предпочитала закрывать глаза на её выходки. Однако сегодня та превзошла все ожидания, притащив в кабинет мать, чтобы устроить скандал. Это зрелище повергло учителя в настоящий шок.
— Цзян Вэньвэнь, я верю Е Баобаю. Давай так: ты извинишься перед ним, и мы сделаем вид, что ничего не случилось.
Ли считала, что Цзян Вэньвэнь в целом неплохая ученица. Да, характер у неё был сложный, но в остальном девочка заслуживала снисхождения. Учитель искренне хотела дать ей шанс.
Однако стоило этим словам прозвучать, как Цзян Вэньвэнь рассмеялась, словно услышала нелепую шутку. Она с нескрываемым недоверием уставилась на преподавателя:
— Ли, с какой стати я должна извиняться перед каким-то немым?
В её глазах Е Баобай был неполноценным. И какая разница, что он симпатичный? Рано или поздно общество всё равно выбросит его на свалку.
— Верно! Моя дочь — лучшая, она каждый раз входит в двадцатку лучших учеников школы! А до того, как прийти сюда, я слышала, что этот мальчишка не только немой, но и вовсе дурачок, — Сюй Маньмань, мать девочки, с вызывающим видом и полным безразличием к происходящему задрала нос, словно её дочь была центром вселенной.
Цзян Пэйи, стоявший рядом, чувствовал бессилие. Будь перед ним кто-то другой, он бы не раздумывая пустил в ход кулаки, но перед ним взрослый человек, да ещё и в кабинете учителя — такое поведение было неуместным. Он перевел взгляд на Е Баобая. Тот стоял, низко опустив голову, а от его фигуры веяло холодом. Пэйи не знал, как сильно сейчас больно этому ребенку.
— Тише, всё хорошо. Я рядом, — прошептал он, пытаясь утешить мальчика.
— Я... я не... не немой.
Тело Цзян Пэйи напряглось. Он не ожидал, что Е Баобай заговорит. Голос подростка звучал хрипло и дрожал — то ли от долгого молчания, то ли от переполнявшего его гнева. Как бы то ни было, сердце Пэйи сжалось от жалости. Глаза мальчика сфокусировались на нём, они были полны слёз и покраснели, как у кролика. Сейчас в этом взгляде читалась мольба.
Не раздумывая, Пэйи крепко прижал Е Баобая к себе, а затем перевел острый, как лезвие, взгляд на Цзян Вэньвэнь и Сюй Маньмань.
— Вы слышали? Он умеет говорить! Он не немой и не дурак!
В голосе Цзян Пэйи чувствовалась такая мощь, что даже Сюй Маньмань вздрогнула. Похоже, она так испугалась, что на мгновение лишилась дара речи. Её зрачки сузились, она в оцепенении смотрела на кричащего на неё юношу, не в силах вымолвить ни слова.
Лишь спустя долгое время она вспомнила, зачем пришла, и решила перейти в наступление:
— Плевать мне, немой он или дурак! Он испортил платье моей дочери, и он обязан за него заплатить! Я вам вот что скажу: эта вещь стоила три тысячи! Вы, бедные студенты, вообще в состоянии возместить такой ущерб?
Она победоносно вскинула подбородок. Первая средняя школа не была элитным заведением, поэтому никто здесь не носил таких дорогих вещей, а раз на одежде Е Баобая не было видно брендовых ярлыков, она была уверена: денег у него точно нет.
http://bllate.org/book/22910/2439188
Готово:
