Глядя на суровое лицо мужчины в зеркале, Чжоу Илун плотно сжал тонкие губы.
Приходилось признать: в тот момент, когда Цяо Чэнь сидел у него на коленях, задержись они еще хоть немного, он бы точно не сдержался и поцеловал его!
В критический момент разум взял верх. Чжоу Илун вовремя остановился и заставил Цяо Чэня слезть. Еще чуть-чуть, самую малость — и он, командир, потерял бы лицо.
Вспоминая эту сцену, Чжоу Илун сглотнул, снова плеснул в лицо холодной водой и, подождав пять минут, пока окончательно придет в себя, вышел из кабинета и направился на тренировочную площадку к остальным солдатам.
Вернувшись в казарму, Цяо Чэнь тут же рухнул на кровать, превратившись в безжизненную тушу. Он не хотел шевелиться: эйфория прошла, оставив лишь чувство голода и невыносимую усталость.
Сегодня был только второй день тренировок, а за двое суток он съел всего одну булочку. К счастью, сегодня днем ему не нужно было тренироваться. Он немного полежит, дождется открытия столовой и успеет поесть раньше других — наестся до отвала.
План был идеальным, но тело оказалось слишком измотанным, и вскоре Цяо Чэнь провалился в глубокий сон.
Неизвестно, сколько прошло времени, но когда прозвучал сигнал общего сбора, Цяо Чэнь по привычке, словно покойник из гроба, подскочил с кровати и помчался к строю. Прибежав в хвост колонны, он снова оказался последним.
Он слишком долго не ел. Голова кружилась, перед глазами плыло, желудок прилип к позвоночнику, а ноги подкашивались.
Чжоу Илун задержал взгляд на Цяо Чэне на несколько секунд, выразил недовольство и холодно бросил:
— Цяо Чэнь, выйти из строя! Остальным — пять километров, бегом, марш!
Когда Цяо Чэнь вышел из строя и увидел, как основная группа удаляется, он сжал кулаки, уставился прямо на Чжоу Илуна и недовольно спросил:
— Командир Чжоу, сегодня утром я не опоздал. Почему вы приказали мне выйти отдельно?
Чжоу Илун насмешливо изогнул губы:
— Раз до отбора в спецназ ты не служил в армии, то, должно быть, не знаком с нашими правилами. Я объясню, запоминай!
Чжоу Илун поднял палец:
— Первое правило солдата: подчинение приказам — твой священный долг. Самые важные слова — это подчинение. Какой бы приказ ни отдал офицер, у тебя нет права спрашивать почему и тем более подвергать сомнению решения командира. Все, что ты должен делать, — это подчиняться, подчиняться и еще раз подчиняться! Понял?
Цяо Чэнь смотрел на него молча.
Чжоу Илун повысил голос:
— Как мужчина, ответь мне, ты понял?
— Понял!
— Громче! Понял?
— Понял!!!
— Какие два слова самые важные для солдата?
— Подчинение!
— Что?
— Подчинение!!
— Что?
— Подчинение!!!
После нескольких криков Цяо Чэнь почувствовал острую нехватку кислорода. В глазах потемнело, тело шаталось.
Чжоу Илун, глядя на едва державшегося на ногах парня, нахмурился:
— Громкий голос ничего не значит, если слова не идут от сердца. После того как я закончу говорить с тобой, ты должен отвечать: Есть, командир. Это правило.
— Есть, командир.
Чжоу Илун остался доволен послушанием и кивнул:
— За мной! — он развернулся и широким шагом направился прочь с площадки. Цяо Чэнь поспешно заковылял следом.
Они вышли за пределы тренировочной зоны. Всю дорогу Цяо Чэнь хотел спросить, куда его ведут, но, вспомнив слова командира, сдержался. Лишь когда они дошли до столовой, Чжоу Илун спросил:
— За эти три дня нашел дорогу в столовую?
— А? — Цяо Чэнь, пойманный с поличным, сконфуженно взъерошил волосы. — Еще не успел.
За эти три дня у него просто не было шанса поесть: пока он добирался, всю еду уже разбирали.
Чжоу Илун ничуть не удивился. Он завел Цяо Чэня внутрь и указал на окно раздачи:
— Иди бери еду.
Цяо Чэнь удивленно посмотрел на него и не сдвинулся с места.
Чжоу Илун нахмурился:
— Иди, чего стоишь? Ждешь, пока я сам тебе подам?
— Н-нет, я сейчас.
Как только Цяо Чэнь вошел, голод стал невыносимым, от аромата риса потекли слюнки. Он просто не мог поверить, что Чжоу Илун, который вечно был им недоволен, сегодня не только освободил его от тренировок, но и привел поесть пораньше.
Заметив, что Чжоу Илун готов вспылить, Цяо Чэнь рванул к окну раздачи, а командир широкими шагами последовал за ним.
В столовой было пусто, лишь они двое сидели друг напротив друга за столом. Цяо Чэнь был настолько голоден, что принялся жадно поглощать еду. Чжоу Илун сидел напротив, не спеша попивая кашу и откусывая булочку.
Цяо Чэнь осилил две миски риса и три булочки, ощущая приятную тяжесть в животе. Как ни крути, это был его первый полноценный прием пищи с момента прибытия.
Заметив, что Чжоу Илун отложил палочки, Цяо Чэнь тоже постеснялся продолжать.
— Командир Чжоу, я закончил.
Чжоу Илун равнодушно хмыкнул:
— Наелся?
— Да.
— Ну и хорошо.
Чжоу Илун добавил сухо:
— Если бы я не привел тебя сюда, ты бы в жизни не успел к раздаче и рано или поздно сдох бы здесь от голода.
— Спас...
— Не надо, — прервал его Чжоу Илун. — Если бы я тренировал тебя наравне со всеми, ты бы через час упал в обморок. Раз уж я решил тебя не выгонять, я несу за тебя ответственность. Не допущу, чтобы мой солдат сдох от голода в казарме, еще даже не дойдя до поля боя. Это позор для меня.
Цяо Чэнь: ...
— Даю тебе семь дней, чтобы привыкнуть к армейскому ритму. Эту неделю я буду водить тебя на завтрак, обед и ужин. Через неделю вольешься в общую массу. Не успеешь поесть — сам виноват, с голоду сдохнешь.
— Я буду стараться!
Чжоу Илун кивнул:
— Двадцать минут на отдых, свободное время. Потом на площадку, бежать пять километров.
— Есть, командир Чжоу.
Чжоу Илун встал и, не обращая больше внимания на Цяо Чэня, направился к остальным солдатам. Не зная, чем заняться в свободное время, Цяо Чэнь просто поплелся следом.
Они шли в тишине. Солнечные лучи падали на прямую спину Чжоу Илуна, окрашивая его фигуру в теплые тона. Цяо Чэнь смотрел на него и думал: пусть Чжоу Илун вечно ходит с каменным лицом и ведет себя как сухарь, и пусть он ни разу не улыбнулся, но человек он, кажется... неплохой.
***
Вернувшись из столовой, Чжоу Илун с холодным видом наблюдал за тем, как солдаты 4-го взвода 3-й роты заканчивают пятикилометровый кросс. Самые быстрые уже добежали и, поздоровавшись с командиром, отправились завтракать. Чжоу Илун лишь кивал в ответ с неизменным выражением лица.
Цяо Чэнь, стоя рядом, почувствовал прилив сил и загорелся желанием:
— Командир Чжоу, мне теперь бежать?
Чжоу Илун взглянул на часы — двадцать минут отдыха почти истекли. Он посмотрел на Цяо Чэня:
— Сначала я покажу тебе правильную технику. Твоя поза при беге неверна.
Он сделал несколько шагов и перешел на легкий бег:
— Цяо Чэнь, следи за мной. При беге корпус нужно наклонять вперед, ноги поднимать выше, особенно пятки — это поможет увеличить скорость и сэкономить силы. Мышцы должны чередовать напряжение и расслабление, руки — работать в такт ногам. Понял?
Цяо Чэнь кивнул.
Чжоу Илун остановился:
— Пробегись, покажи.
Цяо Чэнь скопировал его движения.
Голос Чжоу Илуна доносился сзади:
— Корпус вперед, ноги выше, еще выше... Да, так. Следи за руками. Хорошо, ускоряйся, беги!
Цяо Чэнь рванул вперед. Чжоу Илун повысил голос:
— Сразу не разгоняйся, держи ритм, следи за дыханием!
Мимо проходил командир 3-го взвода Чэнь Хао, который, закончив тренировку своих бойцов, направлялся в столовую. Он не удержался от шпильки:
— Чжоу Илун, ты же инструктор спецназа, чего возишься с ним, как с новобранцем? Этот омега даже базовой стойки не знает, ритма нет — брось ты это гиблое дело.
Чжоу Илун не посмотрел на него, не сводя глаз с Цяо Чэня:
— Это мой солдат, как хочу, так и тренирую. Не твое дело.
Чэнь Хао, получив отпор, потер нос и усмехнулся:
— Ладно, ты у нас с характером, раз готов тратить время на этот мусор...
— Чэнь Хао, следи за языком.
У Чжоу Илуна была одна черта: он всегда защищал своих. Он мог ругать их сам, но другим не позволял. Слышать, как его человека называют мусором, было неприятно. Он холодно посмотрел на Чэня, и атмосфера мгновенно накалилась.
Цяо Чэнь, хотя и убежал уже далеко, навострил уши. Звуки долетали плохо, и, чтобы услышать самое важное, он невольно замедлил шаг.
Как раз в этот момент раздался окрик Чжоу Илуна:
— Ты что, с утра не ел? А ну прибавь скорость!
Цяо Чэнь, чье сердце только что согрелось от того, что Чжоу Илун заступился за него перед Чэнем, от этого крика вздрогнул и поспешно ускорился.
Увидев, что Цяо Чэнь восстановил ритм, Чжоу Илун бросил Чэнь Хао:
— Цяо Чэнь очень умный.
Это не было попыткой уколоть Чэня — он действительно заметил, что Цяо Чэнь схватывает на лету. Стоило показать технику один раз, как парень тут же начинал делать правильно, тогда как обычным новобранцам требовалась неделя.
Чэнь Хао хмыкнул:
— Все равно омега, пустая трата времени!
Цяо Чэнь был уже далеко, и что было дальше, он не слышал. Когда он сделал круг и вернулся, Чэнь Хао уже ушел, а Чжоу Илун оставался на месте.
Когда Цяо Чэнь пробегал мимо, командир, как всегда, ледяным тоном произнес:
— Расслабь тело, шаг делай равномерным, приземляйся на всю стопу или на внешнюю часть передней стопы — так меньше нагрузки на надкостницу, голеностоп и подъем стопы!
***
К середине пятикилометрового кросса солдаты 4-го взвода начали возвращаться из столовой и строиться.
Чжоу Илун вышел к строю:
— Всем внимание, направо! На полосу препятствий 400 метров, бегом марш!
По команде солдаты двинулись на площадку. Чжоу Илун, тренируя основную группу, то и дело поглядывал в сторону Цяо Чэня, успевая следить за всеми сразу.
Когда Цяо Чэнь закончил бег, весь его лоб и тело были в поту. Он подбежал к строю и отдал честь:
— Докладываю, командир, дистанция 5 километров пройдена.
Чжоу Илун взглянул на часы и нахмурился:
— Время — 25 минут. Серьезное отставание. Еще пять километров, уложись в 22 минуты.
Цяо Чэнь перевел дух, снова отдал честь:
— Есть! — и, развернувшись, побежал дальше.
***
Вечером, после 18:00, когда все были измотаны и разошлись по казармам, Чжоу Илун, приняв душ, направлялся в кабинет. Проходя мимо тренировочной площадки, он увидел, что пустая полоса препятствий не пустует: Цяо Чэнь, словно не зная усталости, продолжал отрабатывать трехшаговые столбы.
Чжоу Илун некоторое время наблюдал за ним. Он не хотел вмешиваться, но, заметив неправильное движение, не выдержал:
— Используй инерцию, не иди напролом, работай ногами! Правая нога запаздывает!
Цяо Чэнь, услышав голос, обернулся. Чжоу Илун был после душа, волосы мокрые, капли воды стекали по лицу к вороту, а под футболкой угадывались мощные мышцы. Это выглядело невероятно сексуально.
Цяо Чэнь сглотнул, отвлекся и оступился.
Чжоу Илун подошел и, не выдержав, пнул его по правой ноге:
— Что ты делаешь? С каждым разом все хуже!
За этот день Цяо Чэнь получил немало пинков, но терпел, не смея признаться, что отвлекся из-за самого командира. Он исправил движения и прошел дистанцию снова. На этот раз чисто, и Чжоу Илун больше не пинался.
Цяо Чэнь тренировался до половины одиннадцатого. Чжоу Илун с каменным лицом стоял рядом, а потом выгнал его:
— Завтра рано вставать, ты до скольки собрался тут торчать?
— Командир, идите спать, я еще немного поработаю, — ответил Цяо Чэнь, чувствуя, как сильно отстает от остальных.
— Мера нужна во всем, — холодно отрезал Чжоу Илун и ушел.
Цяо Чэнь проводил его взглядом, подумал и решил послушаться.
В казарме уже выключили свет. Цяо Чэнь в темноте принял душ и залез на кровать. Он достал подавляющее средство — его нужно было принимать дважды в день, иначе через 12 часов запах омеги начинал проявляться.
Он принял лекарство в 5 утра. Обычно к этому времени запах уже становился невыносимым, но сегодня... он принюхался и ничего не почувствовал.
Цяо Чэнь замер.
Если дело не в лекарстве, то... он провел эти два дня в тесном контакте с Чжоу Илуном и был... временно помечен!
У омег и альф временная метка — самый легкий уровень, возникающий при поцелуях или долгом физическом контакте. В обычной жизни это сразу бы привлекло внимание, но здесь, в армии, да еще под действием подавляющего средства — никто, даже сам Чжоу Илун, не догадается.
В темноте Цяо Чэнь снова вспомнил капельку воды, стекающую по шее Чжоу Илуна.
Черт, как же это сексуально.
***
Пять утра. Сигнал сбора прозвучал в предрассветных сумерках.
Солдаты 315-й казармы вскочили, на ходу надевая одежду. Цяо Чэнь, чтобы экономить время, всегда спал в форме, которую надевал сразу после душа.
Но сегодня он проснулся в холодном поту. Сосед по комнате, бета Шэнь Шаоцзе, пробегая мимо, дернул его за подушку:
— Цяо Чэнь, экстренный сбор, вставай!
Цяо Чэнь проснулся от сигнала, сел на кровати, и лицо его потемнело. Из-за сна он был... не в лучшем виде.
Шэнь Шаоцзе умчался прочь. Цяо Чэнь поспешно сменил брюки, вытер пятна наволочкой и выбежал на площадку. Он прибежал последним, но все же успел.
Чжоу Илун стоял с каменным лицом:
— Всем внимание, направо! Пятиминутный кросс, бегом марш!
Цяо Чэнь побежал вместе со всеми. После вчерашних тренировок он хоть и оставался в хвосте, но бежал правильно и дыхание держал лучше.
Когда он закончил дистанцию, на площадке никого не было, кроме Чжоу Илуна. Цяо Чэнь, тяжело дыша, отдал честь:
— Докладываю, командир Чжоу, дистанция пройдена.
Он поднял глаза, встретился с глубоким взглядом Чжоу Илуна и тут же вспомнил свой сон. Он поспешно отвел глаза.
Чжоу Илун, не подозревая, что творится у него в голове, кивнул:
— Иди ешь.
— Есть.
Чжоу Илун заранее договорился со столовой, чтобы для Цяо Чэня оставили порцию. Он сидел напротив, молча поглощая еду. Цяо Чэнь жевал булочку, не чувствуя вкуса — в голове снова и снова всплывали сцены из сна.
http://bllate.org/book/22900/2437159
Готово:
