На следующий день уже была пятница, и Нань Юэ, как обычно, рано утром вышла из дома на репетицию.
Она полностью освоила весь танец — не упустила ни единого движения Лань Линсюань. Только так можно было по-настоящему понять замысел хореографии и почувствовать, какое впечатление создаёт каждое взаимодействие жестов и поз.
Она даже пробовала одновременно петь и танцевать, чтобы убедиться: дыхание остаётся ровным, а внимание распределяется между двумя задачами без ущерба ни для одной из них.
К полудню она, как и всегда, отправилась в аэропорт.
По дороге она больше не слушала демо-запись песни с Лань Линсюань, а переключилась на плейлист, который прислал ей Шэн Цзинхэн.
Нань Юэ никогда не проходила систематического вокального обучения. До сих пор она полагалась исключительно на врождённую способность управлять голосом, на приятный тембр и умение вкладывать в песню искренние эмоции.
С одной-двумя композициями такой подход работал. Но если продолжать в том же духе, даже самые взыскательные слушатели со временем устанут от однообразия.
Каким бы прекрасным ни был голос, без разнообразия и развития он быстро наскучит публике, привыкшей к новизне и переменам.
Значит, чтобы стать ещё популярнее и чтобы о её песнях узнало как можно больше людей, нельзя довольствоваться достигнутым. Нужно неустанно совершенствовать вокальное мастерство.
Прежде всего — выработать собственную манеру пения: уникальную, запоминающуюся, такую, что остаётся в памяти надолго.
Иными словами, к природным данным необходимо добавить технику.
Для этого Нань Юэ должна как можно больше слушать и петь сама, экспериментируя с разными стилями и приёмами, пока не найдёт тот самый, который идеально подходит её голосу.
Шэн Цзинхэн прислал ей несколько плейлистов — с китайскими и зарубежными композициями, охватывающими период от прошлого века до наших дней.
Это ясно показывало, сколько музыки он сам прослушал за свою жизнь: его голова словно хранила целую библиотеку мелодий.
В аэропорту она, как всегда, сама оформила регистрацию.
Поскольку было всего лишь пятничное днём — до окончания занятий и рабочего дня — провожающих фанаток оказалось немного: несколько девушек шли за ней, весело переговариваясь.
Нань Юэ шла своей дорогой, время от времени оборачиваясь и улыбаясь им в ответ.
Вдруг она заметила, что девушки резко замолчали и остановились. Немного удивлённая, она тоже замерла и обернулась.
И увидела человека, которого не встречала уже давно.
Вэй Цзюнь подошёл ближе и улыбнулся:
— Так и есть, это ты! Вылетаешь в четыре часа дня в Цзиньчэн?
— Да, — ответила Нань Юэ, слегка удивлённая. — Вэй-гэ, вы с учителем Шэном?
Это был её третий выезд на съёмки шоу, но впервые ей предстояло лететь из города А одновременно с Шэном Цзинхэном.
— Конечно. Пойдём, сначала поменяем тебе билет.
Куда бы ни направлялся Шэн Цзинхэн, он всегда летал первым классом.
А Нань Юэ пока не обладала таким статусом, поэтому ей хватало и бизнес-класса — там тоже было просторно и тихо.
Раз им предстояло лететь вместе, её билет нужно было повысить до первого класса.
К счастью, Цзиньчэн — небольшой северный городок, не областной центр и даже не город второго-третьего эшелона, поэтому места в первом классе оказались свободны, и смена билета прошла без проблем.
Получив новый посадочный талон, Нань Юэ последовала за Вэй Цзюнем в VIP-зал ожидания.
Шэн Цзинхэн сидел у панорамного окна. Мягкий солнечный свет падал на его высокий прямой нос, чётко разделяя свет и тень, будто рисуя идеальную линию — так, словно он был частью старинной фрески.
В ухе у него висел белый наушник, а второй, как и у Нань Юэ, свободно свисал — так было удобнее общаться с окружающими.
Нань Юэ взглянула на свои такие же белые наушники и подумала, что, если сейчас их уберёт, это будет выглядеть слишком подозрительно. Поэтому она просто вынула второй наушник и сжала его вместе с телефоном в руке.
— Учитель Шэн, какая неожиданность.
Шэн Цзинхэн повернул к ней лицо. Его спокойные глаза скользнули по ней, после чего он слегка кивнул:
— Угу. Садись.
Нань Юэ на мгновение замерла — ей вдруг вспомнилось то, что она видела накануне вечером.
Левая рука невольно напряглась.
Она подошла и села напротив него.
Шэн Цзинхэн бросил взгляд на её телефон и наушники и спокойно произнёс:
— Можешь слушать. Ничего страшного.
— …Хорошо.
Значит, он не собирался разговаривать.
Она и должна была догадаться: даже находясь рядом, они, скорее всего, обменяются меньше слов, чем в переписке в вичате.
Нань Юэ снова надела один наушник и продолжила слушать музыку.
Они пришли в аэропорт не слишком рано: рейс вылетал ровно в четыре, и ждать пришлось всего около двадцати минут, прежде чем началась посадка.
Хотя Шэн Цзинхэн был настолько знаменит, что за ним обычно следовали фанатки-фотографы или даже преследователи, его ледяной, отстранённый взгляд заставлял всех держаться на расстоянии не ближе ста метров.
Поэтому по пути к самолёту их никто не беспокоил — ни фанаты, ни случайные прохожие.
Тем не менее, их всё равно успели сфотографировать издалека — и той же ночью в вэйбо взлетел в тренды хештег.
Просто и лаконично, без пояснений: #ШэнЦзинхэнНаньЮэ
Чуть позже в тренды вошёл ещё один хештег, понятный лишь посвящённым. Для остальных он выглядел загадочно и не вызывал интереса.
#ВокальноеПарно
Этот хештег, конечно, не мог сравниться с первым по популярности — тот уверенно держал первую строчку весь вечер.
Однако именно сейчас пара впервые вышла за пределы узкого фан-сообщества: всё больше людей узнавали, что у этой пары не только есть имя, но и фан-сообщество «ВокальноеПарно» почти догнало по числу подписчиков официальный фан-клуб одного из начинающих артистов.
Ли Мэйцзюнь, движимая любопытством, зашла в этот фан-клуб и только тогда узнала, что «вокальное» — это от «Шэн» и «Юэ».
— У вас уже есть имя для пары? — спросила она. — Ведь фильм, который вы снимали вместе, ещё даже не вышел?
Нань Юэ кивнула:
— Да, с того самого момента, как закончилось шоу.
— Правда? Вы тогда уже… — Ли Мэйцзюнь слегка покашляла и перевела тему: — Тогда обязательно посмотрю.
— Ли-цзе, — осторожно предупредила Нань Юэ, — смотри только полуфинал и финал. Или ещё можно добавить выпуск перед полуфиналом — сольные выступления.
Ведь именно после той фразы «Она того стоит» и началось всё это.
— Поняла.
Когда Ли Мэйцзюнь искала информацию о Нань Юэ в интернете, она уже видела некоторые негативные отзывы. Поэтому, услышав её слова, быстро поняла: вероятно, в более ранних выпусках были те самые «чёрные страницы», которых большинство артистов предпочитает не вспоминать.
На прошлой неделе Нань Юэ и Ли Мэйцзюнь подготовили подарки.
На этой неделе Шэн Цзинхэн и Лин Хао тоже приготовили ответные подарки.
Подарок Шэна Цзинхэна был вполне стандартным и справедливым для всех: каждому из троих участников и двум поварам он вручил по одному клатчу — мужскому или женскому — из новой весенней коллекции бренда, который он недавно видел на Неделе мод.
Лин Хао подарил большой набор самых популярных товаров от бренда закусок, который он рекламировал.
Разница между подарками сразу стала очевидной.
Но, впрочем, так и должно было быть. Лин Хао лишь молча теребил подушку, твёрдо решив, что в ближайшие пару лет обязательно станет таким же знаменитым, как Шэн Цзинхэн.
Раздав подарки, четверо неторопливо отправились в кафе.
На этот раз продюсерская группа изменила график работы заведения: открываться в десять утра и закрываться, когда закончатся продукты.
Продукты на этот раз закупали сами сотрудники продюсерской группы вместе с поварами, стараясь взять побольше.
Таким образом, кафе должно было проработать до шести–семи вечера.
Это давало возможность гостям издалека — тем, кто на следующий день уже должен был уезжать, — успеть заглянуть, не рискуя прийти к закрытому кафе.
Продюсерская группа, конечно, не одобряла такие поездки, но количество просьб в интернете росло с каждым днём, и в конце концов пришлось пойти навстречу публике.
Поскольку это была уже третья съёмка, всё больше фанатов знали о расписании и заранее планировали поездки.
Весь день, кроме Шэна Цзинхэна, который неизменно стоял за стойкой бара, остальные трое то и дело заходили на кухню, чтобы готовить блюда и десерты, которые им велела освоить продюсерская группа.
К счастью, помощник повара, увидев это, вышел на помощь: повар остался на кухне, подсказывая и контролируя процесс, а помощник взял на себя основную работу в зале.
Благодаря этому в кафе не царила неразбериха, и гостей удавалось обслуживать без срывов.
Наконец, когда все продукты закончились, они быстро закрыли двери. Ли Мэйцзюнь и Лин Хао, совершенно измотанные, рухнули на стол.
— Эх, Лин Хао, ты уже пригласил гостей на следующую смену? Только не таких, с которыми потом мучаешься!
— Не волнуйся, цзе. Мой гость — просто золото! Дома он сам всё делает по дому. Да и до славы жил скромно, подрабатывал чем угодно. Так что работа в маленьком кафе для него — пустяк.
— Отлично. Главное, чтобы реально помогал.
— Эй, цзе, а ты уже… хе-хе.
Они болтали всё веселее и, похоже, совсем не собирались возвращаться.
Нань Юэ тем временем наблюдала, как сгущаются сумерки, и молча убрала всё, что требовало уборки, протерев каждую поверхность до блеска.
Обернувшись, она увидела, что Шэн Цзинхэн всё ещё молча стоит за стойкой, словно стройная кипарисовая сосна, не знающая усталости.
Она подошла ближе и вдруг почувствовала что-то неладное:
— Учитель Шэн, вам нехорошо?
— Нет, — ответил он, не оборачиваясь, аккуратно поставив последнюю высушенную чашку на место и неторопливо вытирая руки. — Позови остальных. Пора возвращаться.
Два повара уже ушли домой, чтобы приготовить ужин, оставив четверых участников доканчивать уборку в своё удовольствие.
Они выключили свет, заперли дверь и не спеша пошли обратно.
Как обычно, Шэн Цзинхэн шёл позади троих, сохраняя дистанцию — не слишком близко и не слишком далеко, иногда даже наступая на их тени.
Но когда они приблизились к дому, где жили, он вдруг стал замедлять шаг, и расстояние между ним и остальными начало увеличиваться.
Его присутствие становилось всё более отдалённым, и в какой-то момент Нань Юэ не выдержала — остановилась и обернулась.
Но знакомой фигуры уже не было видно.
— Что случилось? — спросила Ли Мэйцзюнь, тоже оглянувшись. — Эй? А где учитель Шэн? Заблудился?
Лин Хао растерялся:
— Маловероятно… Может, что-то забыл и вернулся за этим?
— Я пойду за ним, — сказала Нань Юэ, чувствуя, как сердце её слегка сжалось. Она вынула руку из локтя Ли Мэйцзюнь. — Вы идите вперёд. Если что — позвоню.
Не дожидаясь их реакции, Нань Юэ тут же развернулась и пошла обратно по дороге, по которой они пришли.
Она думала, что Шэн Цзинхэн, судя по его обычной скорости, не мог уйти далеко.
К тому же, если он ушёл так незаметно, то, скорее всего, направлялся не в сторону оживлённых улиц старинного городка.
Однако, следуя за едва уловимым следом его присутствия, она обнаружила, что он действительно пошёл в противоположную от оживлённых улиц сторону — и двигался гораздо быстрее, чем она ожидала.
В некоторых местах он прошёл так стремительно, что оставил лишь едва различимый след.
Если бы Нань Юэ не достигла недавно нового уровня в своём внутреннем развитии, она бы точно не смогла определить, по какой именно дороге он пошёл.
Он шёл так быстро… Что же могло случиться, что заставило его так стремительно удаляться от мест, где много людей?
Убедившись, что вокруг никого нет и поблизости нет камер, Нань Юэ слегка собрала ци и, сосредоточившись, ускорила шаг, словно лёгкий ветерок, чтобы нагнать его.
Когда она приблизилась к самой окраине старинного городка, у подножия древней городской стены, след его присутствия стал сильнее — и в нём явственно ощущался запах огня.
Нань Юэ замедлила шаг и осторожно приблизилась к кустам в углу у стены.
http://bllate.org/book/2277/252894
Готово:
