Жэнь Жань покачал головой, усмехнулся, а затем снова перевёл взгляд на неё. После долгих колебаний его лицо всё же стало серьёзнее:
— Вы с Юань-Юань уже встречались с Су Ин?
— Да, — Нань Юэ не стала скрывать и прямо призналась. — Юань-Юань тебе сказала или ты сам догадался?
— Она последние дни постоянно выспрашивала меня об этом, — ответил Жэнь Жань. — А ещё я случайно наткнулся на видео, где ты в торговом центре остановила грабителя. У потерпевшей в профиль очень знакомое лицо. Я подумал — это, наверное, Су Ин.
Нань Юэ рассказала всё, что следовало рассказать о встрече с Су Ин, и больше не задавала лишних вопросов.
Жэнь Жань редко бывал таким задумчивым и молчаливым — похоже, он до сих пор не отпустил ту давнюю историю.
Увидев это, Нань Юэ извинилась:
— Прости. Я просто хотела исполнить желание Юань-Юань и позволить ей встретиться с ней. Если мои действия доставили неудобства семье Жэнь, прошу прощения за самовольство.
— Ничего страшного, — вздохнул Жэнь Жань. — Я думал, она будет винить свою мать, поэтому всё это время молчал. А ещё раньше я был слишком молод и позволял семье вмешиваться во всё. Сейчас такого не повторится.
Семья?
Нань Юэ слегка замерла. Она поняла, что он имеет в виду не бабушку Жэнь и не своего покойного отца.
Однако спрашивать подробнее она не стала — это семейное, даже личное дело Жэней, и знать о нём побольше ей ни к чему.
Они больше не продолжали эту тему. Помолчав немного на балконе, оба сами собой повернули обратно в дом.
Нань Юэ пошла прощаться с Жэнь Цзяюань, а Жэнь Жань остался внизу, чтобы проводить её.
Она решила, что Жэнь Жань, вероятно, сам захочет поговорить с Жэнь Цзяюань об этом, поэтому не стала ничего упоминать.
Вернувшись в свою арендованную квартиру, Нань Юэ сразу же начала собирать вещи — пора было задуматься о поездке домой.
На самом деле, собирать было почти нечего: она приедет домой примерно к кануну Нового года и уже третьего числа первого месяца снова вернётся в город А.
Хотя, возможно, и не задержится дома так долго.
Вспомнив о квартире семьи Нань, за которую всё ещё выплачивали ипотеку, она достала телефон и забронировала отель.
Перед отъездом Нань Юэ вдруг вспомнила ещё об одном деле — о договорённости пообедать с Ху Сюэжоу.
Ху Сюэжоу закончила съёмки несколько дней назад, но, так как новых предложений пока не поступало, решила задержаться в уезде Л. Там же она пригласила профессионального фотографа и сделала серию портретных снимков.
Она и раньше прославилась благодаря своим фотографиям, так что теперь просто поддерживала интерес к своей персоне, чтобы не исчезнуть из поля зрения публики до выхода фильма.
В тот же вечер, когда она опубликовала снимки в вэйбо, она тут же написала Нань Юэ в вичате, прося перепостить и оставить комментарий.
Нань Юэ выполнила просьбу и заодно полюбовалась серией. Внутренне она отметила: Ху Сюэжоу действительно идеально подходит такой образ.
Фотографии вышли словно картины — изображённая на них девушка холодна и отстранённа, черты лица безупречны, будто вылеплены из воска.
Ей недоставало живости, искры, настоящей человеческой выразительности. Но именно таких и любили многие — и даже впадали в зависимость от этого образа.
Будь Ху Сюэжоу в реальности такой же, как на фото, её, возможно, никто бы и не узнал — и уж точно не полюбил.
Узнав, что угощает Нань Юэ, Ху Сюэжоу не стала церемониться и сразу выбрала дорогой ресторан французской кухни.
Нань Юэ не возражала, но, когда официант принёс фуа-гра и улиток, слегка приподняла бровь:
— Я знаю, что вы любите всяких зверушек, но… тебе этого хватит?
— Конечно, нет, — Ху Сюэжоу изящно разрезала и без того маленькую порцию фуа-гра, откусила крошечный кусочек и принялась смаковать. — Десять-восемь таких порций — и, может, на треть насытишься.
Нань Юэ тоже отрезала кусочек и попробовала:
— Да, вкус неплохой.
Хотя «неплохой» — это максимум. По сравнению с субпродуктами она предпочитала обычное мясо.
За такую цену в ресторане корейских грилей можно было заказать десяток блюд.
Заметив её равнодушное выражение, Ху Сюэжоу фыркнула:
— Жизнь — это про статус и изысканность. Высокий класс — понимаешь?
— Ты же лиса, — напомнила Нань Юэ спокойно.
— …Сейчас я человек, — Ху Сюэжоу огляделась, убедилась, что вокруг мало людей и все сидят далеко, и тогда спросила: — У тебя ещё есть та трава с ароматом? У меня есть подруга, которая тоже хочет попробовать.
Нань Юэ приподняла бровь:
— Хочешь получить траву и при этом так меня обманываешь?
— Ну… Я же тебе клиентов привожу! — Ху Сюэжоу кашлянула. — Она старше меня по культивации и гораздо богаче!
— Ладно, — Нань Юэ кивнула и вдруг вспомнила: — А ты ей обо мне рассказала?
На лице Ху Сюэжоу мелькнуло смущение, но она тут же покачала головой:
— Нет. Раз ты не хочешь раскрывать свою сущность, я не стану болтать направо и налево.
На самом деле, если бы она рассказала подруге, как от страха перед аурой Нань Юэ у неё вылез хвост, то в их кругу ей было бы не жить!
— Хорошо. Но мне нужно несколько дней на подготовку. Завтра я уезжаю домой, так что свяжемся после праздников. Или дай адрес — я отправлю посылку. Можешь проверить содержимое перед оплатой.
Нань Юэ не хотела, чтобы её имя распространялось среди духов и демонов — всё-таки ей ещё предстояло строить карьеру в индустрии развлечений, и осторожность не помешает.
Ху Сюэжоу согласилась:
— Хорошо. Цена та же?
— Да, — Нань Юэ отпила глоток вина и лукаво улыбнулась. — Но если захочешь заплатить больше — не откажусь.
— Фу, — Ху Сюэжоу поморщилась. — Вот зря ты не подписала контракт с агентством. Сама себе босс — одни расходы.
Она быстро доела фуа-гра и переключилась на запечённых улиток.
Поешь немного, вдруг вспомнила, что надо сделать селфи с Нань Юэ и сфотографировать нетронутые блюда на столе. С энтузиазмом опубликовала в вэйбо:
@Ху Сюэжоу: Первое дело по возвращении в город А — обед с Юэ-Юэ~ Так рада~ [фото][фото]
После этого она не стала торопить Нань Юэ лайкать или комментировать, а просто убрала телефон и сосредоточилась на еде.
Нань Юэ усмехнулась, но не стала мешать подруге.
Французская кухня славится малыми порциями и огромными тарелками. Кажется, блюдо проходит множество этапов приготовления, и на стол подают одно за другим, но вкус едва успеваешь ощутить — и уже кончилось.
Когда подали десерт, Ху Сюэжоу с жалобным видом посмотрела на Нань Юэ:
— Закажем ещё что-нибудь?
— Не наелась? — Нань Юэ невозмутимо взглянула на неё.
Ху Сюэжоу энергично закивала:
— Только на одну десятую насытилась.
Нань Юэ кивнула:
— Ладно, поехали ко мне. Закажу доставку — ешь сколько влезет.
— … — Ху Сюэжоу едва не обрадовалась, но тут же пришла в себя. — Лучше я сама домой закажу.
Доставка на дом — это, конечно, удобно, но дома можно есть как угодно: лёжа, в пижаме, безо всяких условностей.
Нань Юэ спокойно согласилась:
— Мне всё равно. Тогда расплачиваемся и разъезжаемся?
— Подожди немного, — Ху Сюэжоу щёлкнула пальцами, вызвав официанта. — В такое заведение редко попадаешь — надо насладиться атмосферой.
Когда официант убрал со стола и отошёл, она сказала:
— Твой учитель Шэн всё ещё в городе С на съёмках. Там, наверное, пробудет ещё месяц — даже Новый год встретит на площадке.
В городе С нет киностудий, там в основном горы и леса. Скорее всего, снимают сцены, где героиня преследует Хун Лин.
Но беглянка Хун Лин ради удобства всё это время остаётся в облике зверя и прячется в кустах.
Так что Ху Сюэжоу там делать нечего.
Нань Юэ задумчиво кивнула, не споря с ней о том, чей «учитель Шэн», и просто заметила:
— На съёмках так бывает. Если дадут один день выходного, а потом снова ехать туда-сюда, только устанешь больше.
В такой семье, как у Шэнов, Шэн Цзинхэну, пожалуй, даже легче и свободнее провести праздники на площадке, чем дома.
— Что? — Ху Сюэжоу захлопала ресницами и с лукавым видом посмотрела на неё. — Не хочешь съездить на съёмки? Привезти тёплые вещи, поддержать морально? Учитель Шэн ведь не против твоего общества. Сделай шаг навстречу — и, глядишь, всё получится!
— Скажи ещё слово — и я запишу это, а потом отправлю папарацци, — Нань Юэ спокойно покачала телефоном.
Ху Сюэжоу тут же сжалась:
— Фу. Если нравится — действуй смелее! А ты всё вертишься, будто сама человек!
После этих слов Ху Сюэжоу больше не осмеливалась говорить глупостей.
Она чувствовала: Нань Юэ вполне способна сдержать угрозу и не станет щадить их хрупкую дружбу.
Ещё полчаса они болтали о светских сплетнях, но потом Ху Сюэжоу снова проголодалась, и им пришлось вставать и расходиться по домам — чтобы заказать доставку и наконец поесть вдоволь.
На следующее утро, двадцать девятого числа двенадцатого месяца, Нань Юэ отправилась в аэропорт, чтобы с первым утренним рейсом вылететь в город Л, к семье Нань.
Аэропорт был переполнен — многие спешили домой к празднику.
По пути Нань Юэ замечала, что некоторые прохожие узнают её и тайком делают фото на телефоны.
Если это не профессиональные папарацци, она не мешала — шла спокойно, позволяя себя снимать, и не останавливалась до самого выхода на посадку.
Погода стояла отличная, температура держалась около пятнадцати градусов, и рейс прошёл без задержек, приземлившись точно по расписанию.
Ступив на родную землю, Нань Юэ почувствовала странное знакомство и ностальгию — будто «Нань Юэ» из этого мира была её второй, параллельной жизнью.
Сев в такси, она машинально ответила на вопрос водителя на местном диалекте.
Водитель смутился:
— А, местная! Возвращаешься на праздники? Выглядишь совсем юной — учишься в университете?
— Работаю, — коротко ответила Нань Юэ и отвернулась к окну.
Водитель неловко усмехнулся:
— Значит, девушка-мигрантка… Такая красивая, одета с иголочки — наверное, добилась больших успехов? Родители, поди, гордятся?
— Скорее всего, нет, — сухо сказала Нань Юэ. — В их семье девочек не жалуют.
— … — Водитель окончательно онемел, не зная, что ответить. Он только криво улыбнулся в знак сочувствия и умолк, сосредоточившись на дороге.
Дорога от аэропорта до центра города казалась незнакомой — в прошлый раз «Нань Юэ» уезжала на прослушивание в город А на поезде.
Лишь подъезжая к родному району, всё стало постепенно узнаваемым — каждая улица будто хранила воспоминания.
Наконец такси остановилось у обычного жилого дома.
Нань Юэ отсканировала QR-код и оплатила поездку. Водитель тем временем помог ей вытащить чемодан и с восхищением заметил:
— У вас, наверное, неплохое положение в семье, раз такая молодая уже сама зарабатывает?
— Спасибо, — Нань Юэ взяла свой чемодан и направилась к подъезду.
На самом деле, «Нань Юэ» почти не жила в этой квартире. Её купили, когда она училась в средней школе, а заселились, только когда она поступила в театральное училище.
Но училище было интернатом, и домой она возвращалась лишь на каникулы — да и то мать тут же отправляла её к бабушке в деревню.
Квартира трёхкомнатная: по идее, одна комната для родителей, одна для брата и одна для неё.
Но Нань Юэ помнила: перед отъездом в город А отец привёз из деревни бабушку.
Если она останется ночевать дома, ей придётся спать либо с бабушкой в одной постели, либо на диване.
Войдя в лифт и нажав на нужный этаж, Нань Юэ не сдержала раздражённого цоканья языком.
В наше время ещё встречаются девушки, которым в собственной семье устраивают такое несправедливое обращение.
Если бы она не оказалась в этом теле, прежняя «Нань Юэ», провалившись на прослушивании, наверняка была бы вынуждена устроиться на работу, а в двадцать лет её бы выдали замуж — как товар, за приданое.
Теперь Нань Юэ наконец поняла, почему у прежней хозяйки тела не было ни малейшего желания жить.
С такой семьёй лучше уж быть вольной и одинокой, без привязанностей и обязательств, заботясь только о себе.
http://bllate.org/book/2277/252870
Готово:
