Взглянув на Ву Мэйни, зажигавшую в танце, а затем на Нань Юэ — спокойную, собранную, с лёгкой улыбкой на губах, — Ни Цзямэй наконец отвела глаза и, сдерживая сложные чувства, спросила:
— Что они вообще затеяли?
На её вопрос тут же откликнулись:
— Нань Юэ вызвала Ву Мэйни на танцевальный поединок. Сейчас будет танцевать «Ночной сон» — их конкурсную композицию.
Услышав это, Ни Цзямэй слегка нахмурилась, но почти сразу расслабила брови и больше не проронила ни слова.
И неудивительно: среди всех участниц Ни Цзямэй была, без сомнения, самой яркой звездой. У неё было и лицо, и фигура, и голос — всё на высшем уровне. В детстве она несколько лет занималась балетом, потом переключилась на вокал, а в свободное время осваивала разные музыкальные инструменты. Обучалась невероятно быстро: любой новый танец запоминала после двух-трёх повторений, а после короткой тренировки уже могла выйти на сцену.
Пока она находилась в зале, остальные не осмеливались болтать — все затаив дыхание следили за танцем Ву Мэйни.
Прежде чем музыка стихла, Ву Мэйни завершила выступление сложным акробатическим элементом, вызвав восхищённые возгласы, а затем — искренние аплодисменты.
Слегка запыхавшись, она быстро поднялась, хлопнула в ладоши и вызывающе подняла бровь, бросив Нань Юэ:
— Ну как, всё ещё хочешь танцевать?
— А почему нет? — Нань Юэ сделала несколько шагов вперёд, будто не замечая намёка Ву Мэйни на то, что та может сдаться без боя, и даже искренне похвалила: — Ты отлично танцуешь. Надеюсь, на полуфинале сможешь выступить ещё лучше.
Ву Мэйни фыркнула:
— Даже если я выступлю идеально, всё равно кто-то будет тянуть команду вниз. С таким балластом победа невозможна.
С этими словами она довольно самоуверенно отошла в сторону зрителей, ожидая «выступления» Нань Юэ!
Танец к «Ночному сну» был специально заказан Лань Линсюань у известного зарубежного хореографа. Он сочетал в себе западную энергетику и китайскую эстетику — яркий, зажигательный, полный характера.
На первый взгляд он казался простым, но чтобы исполнить его плавно и точно, требовалось немало мастерства. Почти каждое движение содержало скрытую хитрость, а переходы между позами были наполнены эффектными деталями. Только уловив все эти нюансы, можно было передать подлинный дух танца.
Продюсерская группа, конечно, не ставила перед девушками высоких требований — ведь не все были профессиональными танцорами, да и большинство участниц не имели серьёзной подготовки. Им достаточно было просто двигаться в такт музыке.
И если бы все легко справлялись с этим танцем, Лань Линсюань вряд ли достигла бы сегодняшней славы и незаменимого статуса в музыкальной индустрии.
Поэтому, несмотря на уверенность Нань Юэ, все инстинктивно полагали, что победить Ву Мэйни ей не удастся. «Ночной сон» был сложен, а Ву Мэйни десять лет занималась уличными танцами — это не шутки.
Когда Нань Юэ включила музыку и приготовилась начать, Бай Синьчжу, обожавшая собирать сплетни, незаметно достала телефон, чтобы записать видео и анонимно выложить его в сеть — пусть все увидят, как Нань Юэ опозорится.
Сидевшая рядом Юань Сяофу сначала хотела её остановить, но вспомнила, что в зале и так установлены камеры, и отказалась от этой мысли. Вместо этого она перевела взгляд на Нань Юэ. Хотя Ву Мэйни явно сильнее в танцах, Юань Сяофу почему-то чувствовала: возможно, Нань Юэ всё-таки выиграет.
А если Нань Юэ победит, их тройка сможет нормально работать вместе и даже пробиться в финал!
Внезапно щелчок пальцами прервал её размышления. Она машинально посмотрела вперёд — и глаза её распахнулись от изумления.
Нань Юэ начала танцевать.
Но теперь она словно превратилась в другого человека — взгляд, движения, даже аура стали совершенно иными. Более того, этот «другой человек» казался знакомым.
Юань Сяофу смотрела, не моргая, и вдруг вспомнила клип, который недавно смотрела вместе с Нань Юэ.
У песни «Ночной сон» существовало две версии клипа: одна — сюжетная, другая — чисто танцевальная. Они, конечно, смотрели вторую.
В этом клипе Лань Линсюань меняла образы: то соблазнительно-чувственная, то холодная и властная — красота и сила в каждом кадре. Фанаты писали в комментариях: «Глаза не знают, куда смотреть — на её взгляд, выражение лица или, главное, на танец!»
И сейчас, наблюдая за Нань Юэ, Юань Сяофу испытывала то же самое.
Даже Бай Синьчжу невольно прекратила съёмку, опустила телефон и пробормотала:
— Этот взгляд… он действительно похож на Лань Линсюань.
Кто-то рядом машинально подхватил:
— Да не только взгляд!
Она была похожа на Лань Линсюань во всём — будто сама Лань Линсюань стояла перед ними и исполняла оригинальную версию «Ночного сна».
При этом Нань Юэ была одета просто — серый спортивный костюм, высокий хвост, почти без макияжа, разве что подведённые глаза и красная помада.
— Ах, что делать? Мне кажется, Нань Юэ сейчас невероятно красива!
— Ну, разве что лицом. У неё ведь только лицо и есть.
Эта фраза прозвучала с кислой завистью, и хотя многие хотели согласиться, слова застряли у них в горле. Ведь совсем недавно Нань Юэ продемонстрировала отличный вокал в сольном выступлении. А сейчас даже Ву Мэйни не могла сказать, что танец Нань Юэ плох.
Выражение лица Ву Мэйни несколько раз менялось, пока наконец не потемнело. Она сжала кулаки так сильно, что ладони заболели — это напомнило ей горькую правду:
Победительница этого танцевального поединка — не она.
Когда песня подходила к концу, Ни Цзямэй вдруг встала и, не сказав ни слова, вышла из зала.
Следовавшая за ней Сюй Ноо ещё не пришла в себя, и лишь когда Ни Цзямэй уже вышла за стеклянную дверь, кто-то напомнил ей об этом, и она поспешила вслед.
Как только они ушли, остальные переглянулись и молча, на цыпочках покинули зал, оставив его в полном распоряжении тройки Нань Юэ.
Юань Сяофу не обратила на них внимания — её взгляд не отрывался от Нань Юэ. Она сжала кулаки, нервно ожидая финала.
Когда музыка смолкла, ещё один щелчок пальцами — и Нань Юэ замерла на несколько секунд, после чего выпрямилась и встряхнула хвостом. Теперь она снова стала самой собой.
— Так и есть! — не сдержалась Юань Сяофу, вскочив с места. — Только что ты действительно превратилась в учительницу Лань Линсюань! А теперь снова стала Нань Юэ!
Нань Юэ с недоумением посмотрела на неё, а Ву Мэйни — с мрачным выражением лица.
— Э-э… Я имею в виду, что когда ты танцевала, тебе будто подменили душу — ты стала точной копией Лань Линсюань! А как только перестала — сразу вернулась в себя, — запинаясь, пояснила Юань Сяофу.
Нань Юэ понимающе кивнула, в глазах её мелькнула тёплая улыбка:
— Спасибо за комплимент.
— Хм! — Ву Мэйни не удержалась и фыркнула.
Когда обе посмотрели на неё, она встала и прямо спросила Нань Юэ:
— Говори честно, сколько ты тренировала этот танец?
Она не хотела признавать поражение из упрямства, но желала проиграть с достоинством.
Нань Юэ задумалась. Сказать правду? Лучше выбрать другой ответ.
— Я занимаюсь танцами много лет.
(В древности существовал мечевой танец, так что тренировка меча равносильна тренировке танца — вполне логично.)
Ву Мэйни слегка нахмурилась, колеблясь между «занимается танцами вообще» и «занимается именно этим танцем», но в итоге махнула рукой. Раз Нань Юэ так сказала, проигрыш не выглядел столь унизительным.
— А почему раньше ты так тормозила? Специально?
«Раньше»… Нань Юэ моргнула, не моргнувши глазом:
— Просто никогда не выступала на такой большой сцене. Очень нервничала.
Ответ был явно формальным, но в последнее время Нань Юэ и правда казалась подавленной — всем было заметно, что она растеряна и чрезмерно напряжена.
Ву Мэйни обдумала это и с готовностью приняла объяснение. Главное — чтобы на полуфинале Нань Юэ не подвела и выступила так же хорошо, как сейчас.
Юань Сяофу, видя, что Ву Мэйни молчит, поспешила сгладить ситуацию:
— Раз Нань Юэ уже освоила «Ночной сон», давай оставшиеся две песни возьмём на себя я и Мэйни. Мэйни, согласна?
Ву Мэйни бросила на неё недовольный взгляд, но всё же неохотно кивнула:
— Ладно.
Нань Юэ, конечно, не возражала. Но вспомнив основное задание от 005, она предложила:
— Давайте соберёмся и обсудим детали.
— Зачем вообще собираться…
— Отличная идея! Нам трём так не похожи по стилю — точно нужно всё обсудить! — Юань Сяофу быстро перебила Ву Мэйни и тут же поняла, что перебила, — в её глазах мелькнула тревога.
Ву Мэйни терпеть не могла таких, как Юань Сяофу, и, чтобы избежать дальнейших раздражений, махнула рукой:
— Ладно, собирайтесь.
Нань Юэ улыбнулась:
— Сначала послушаем песни.
Она подошла к экрану. «Ночной сон» они уже слышали, поэтому она нашла оставшиеся две композиции и начала смотреть клипы, внимательно изучая танцевальные движения.
Тем временем за дверью зала участницы всё ещё свободно перемещались по студии.
Когда наконец прибыли специалисты, о которых упоминал помощник режиссёра, оказалось, что тройка Нань Юэ до сих пор не вышла из зала.
Бай Синьчжу вызвалась пойти за ними — на самом деле ей не терпелось увидеть свежие сплетни. Но, подойдя к двери, она увидела, как три девушки сидят на полу и о чём-то дружелюбно беседуют.
Спускаясь по лестнице, Бай Синьчжу не могла удержаться от любопытства — то и дело поглядывала то на Нань Юэ, то на Ву Мэйни.
Результат поединка был очевиден, но почему они не поссорились? Или у Нань Юэ есть какие-то компроматы на Ву Мэйни, из-за которых та так спокойна и даже не злится?
Трое, конечно, не догадывались о фантазиях Бай Синьчжу.
Они спустились вниз и увидели пришедших преподавателей.
Все были женщины: одна выглядела почти их ровесницей, двое других — лет тридцати–сорока.
После представления девушки узнали, что продюсерская группа действительно пригласила для них высококвалифицированных специалистов — все окончили престижные вузы. Одна преподавала вокал, другая — хореографию, а третья… оказалась психологом.
Именно психолог выглядела моложе всех, хотя на самом деле была лишь немного старше участниц. Она сказала, что давно следит за их шоу, и за несколько фраз сумела расположить к себе девушек.
После непринуждённой беседы две профессиональные преподавательницы сразу распределили расписание занятий и репетиций. Ведь репетиционных залов всего три, а групп шесть — им неудобно было бы заниматься всем вместе.
Однако сами занятия были посвящены лишь отработке профессиональных навыков и исправлению ошибок. Что до песен, доставшихся им по жребию, продюсерская группа уже заказала их аранжировку и сняла обучающие видео. Сейчас сотрудники раздавали каждому коллективу эти материалы для самостоятельной отработки. При этом при возникновении трудностей можно было обратиться к преподавателям за помощью.
Когда всё было сказано, начался первый урок.
Тройке Нань Юэ повезло — занятия назначили на вторую половину дня, а утром они могли репетировать самостоятельно. Так они снова вернулись в свой зал, и остальные две группы даже не стали спорить за него — сразу заняли другие.
Сев на пол, трое сначала несколько раз просмотрели адаптированные версии трёх песен и танцев. Затем переглянулись — и улыбнулись.
http://bllate.org/book/2277/252807
Готово:
