— Экспериментальный образец 002: Актёр.
— Пол: женский.
— Происхождение: подобрана мертвецки пьяной в ночном клубе (зачеркнуто), секретно!
— Рецепт препарата ранга F: 100 миллилитров пота женщин в возрасте от года до ста лет + 30 миллиграммов порошка печенья красного хамелеона + 10 миллилитров сока цветков мухоловки возрастом 3 года + необходимое количество неизъяснимого медикаментозного сырья...
— Симптомы после приема: в течение четверти часа температура тела заметно повышается, сердцебиение учащается, токсины в организме выводятся вместе с потом, кожа по всему телу непрерывно разрушается и реконструируется. После реконструкции кожа становится белой, а фигура — пышной и щедрой...
Дойдя в записях до этого места, Ли Сян, видимо, осознал довольно хлопотную проблему и вовремя остановил перо.
[Почему перестал писать? Неужели я скажу тебе, что хорошие вещи нужно смаковать в одиночку?]
[Хе-хе, если говорить на чистоту, разве не побоялся цензуры!]
[Какой порядочный человек ведет дневник рядом с таким делом, тут пробовать надо своими руками, только две руки — единственный критерий для проверки размера...]
Ли Сян яростно тряхнул головой:
— Черт возьми, да закройте же все пасти!
Возможно, под влиянием пространственно-временной кривизны после перерождения Ли Сян обзавелся двадцатью восемью личностями. Говоря простым языком — у него шизофрения.
Безумный ученый, дотошный детектив, вспыльчивый вояка, комичный шут, вежливый фокусник...
Эти личности ни на секунду не умолкали в голове Ли Сяна, гомоня и хихикая, словно деревенские бабки навалились скопом в его черепную коробку и давай одновременно устраивать рейв и скандалить, до чего же до смерти надоедало.
Хорошая новость заключалась в том, что главная личность Ли Сяна пока еще могла подавлять эти придаточные.
В подвале слегка покачивался тусклый свет, а испытательный стол ломился от разноцветных зелий.
Женщина в бежевой мини-юбке каталась и хрипела внутри железной клетки, ее длинные волосы, влажные от пота, в беспорядке прилипали к лицу, кожа на всем теле лоскутами слезала, как серая штукатурка со стен, и отрастала заново, вены на лбу вздулись, пасть была оскалена — точь-в-точь выброшенная на сушу и умирающая от жажды рыба.
Ли Сян слегка нахмурил брови: нужно, чтобы все прошло успешно.
Один бог знает, каких трудов ему стоило собрать эти рецепты и ингредиенты! Только ради того, чтобы собрать пот женщин в возрасте от одного года до ста лет, он бесчисленное количество раз превращался в извращенца из общественного транспорта, преследуя свои цели, и восемьдесят раз попадал в полицейский участок как маньяк!
В конце концов даже участковый полицейский покатился со смеху.
Стоит заметить, что они проходили профессиональную подготовку и обычно не смеются, если только не могут сдержаться.
Все эти рецепты зелий были лишь заменителями со схожими фармакологическими свойствами.
Плотность духовной энергии в нынешнем мире была еще крайне мала — настолько мала, что ее хватало лишь на автомобильные выхлопные газы да злость пашущих на дядиньку работяг, и она еще была далека от той концентрации ци, которая установится через месяц, когда грянет Пришествие Апокалипсиса. Тем более не могло быть и речи о масштабном зарождении или мутации трансцендентных материалов.
Месяц?
Если быть точным, осталось двадцать шесть дней и семнадцать часов!
Наступит Апокалипсис, багровая луна повиснет в небе, жуткий туман разольется повсюду, расколов семь континентов планеты на отчаянные одинокие острова и неуклонно сужая пространство для выживания человечества.
Кошмары, аномалии, кровавые звери, злые духи... хлынут все до единого, обрушившись на остатки человеческой цивилизации так, что та зашатается на краю гибели и рухнет в пучину чистилища, не говоря уже о тех сокрытых за туманом высших измерений Древних Богах, которых невозможно исследовать, невозможно постичь и невозможно вообразить...
Ли Сян запахнул черное пальто, его узкие лисьи глаза слегка сузились: времени у него оставалось действительно немного, нужно как можно скорее отыскать Последовательность Богов.
— А-а-а-а!
Женщина в клетке пронзительно закричала, встав на четвереньки и задрав лицо вверх, и в странной изогнутой позе взобралась на крышу железной клетки, ее густые черные волосы водопадом свесились вниз, после чего пышное тело внезапно рухнуло на пол.
Плюх!
Среди пыли она тяжело и часто дышала, ее голос хрипел:
— Ты... что ты мне дал выпить?..
Уголки губ Ли Сяна искривились в безумной улыбке.
Не умерла — значит, половина дела сделана.
[Что дал выпить? Хе-хе, конечно же, хорошую вещь, от которой ты полетишь на седьмое небо!]
[Если сказать ей, что в зелье замешан пот сотни женщин, она, пожалуй, даже собственный желудок выблевывает наружу. Ха-ха-ха!]
[Скажи ей! Скажи ей! Скажи ей...]
Не обращая внимания на безумную возню и крики в голове, Ли Сян сначала набрал шприцем кровь женщины, запечатал пробирку и сунул ее в карман, а затем притащил ведро воды и поставил внутрь клетки.
— Выпей воды, смочи горло, а после расскажи мне об изменениях в теле после приема зелья. Расскажи подробно, чтобы в будущем продвинутое зелье последовательности Актёра смогло точно воздействовать на симптомы.
Ли Сян снова взял досье и ручку, готовясь делать записи.
Затем он воочию наблюдал, как женщина в клетке с трудом поднялась, обхватила ведро обеими руками и влила всю воду целиком себе в рот.
Буль-буль-буль, ик~~~
Ли Сян слегка удивился:
— Настолько хочется пить?
Растрепанные длинные волосы женщины закрывали половину щеки, а в открывшемся левом глазу читалось растерянность, она робко произнесла:
— А? Извините, я думала, вы велели мне выпить все ведро целиком.
Ли Сян заинтересовался:
— И ты просто подчинилась?
Женщина опустилась на колени, прижав пышные ягодицы к лодыжкам, и послушно кивнула, словно изящная персидская кошка:
— Подсознательно. В голове звучал голос, который непрерывно предупреждал меня, что нельзя идти против вашей воли.
Услышав это, Ли Сян взял ручку и принялся записывать:
— О, занятно.
Он уже пережил крещение апокалиптическим штормом, и даже после возвращения путем перерождения оставшиеся в крови трансцендентные гены не были до конца стерты пространственно-временной кривизной, так что они подходили для роли медикаментозного сырья для пробуждающего зелья лучше всего, а заодно позволяли наложить на подопытную печать «верности».
— Что еще?
— Физические показатели улучшились по всем фронтам, мне кажется, я могу голыми руками разорвать гепарда!
— Продолжай.
— Обострилась чувствительность всех органов чувств, особенно зрения — я почти могу уловить каждый ваш микромимический жест и мелкое движение. Например, только что, когда вы смотрели на меня, ваши зрачки сузились, кадык дернулся, а слюна сглотнулась, кажется, у вас возникла какая-то невыразимая физиологическая реакция...
— Ничего подобного!
Ли Сян скривил губы:
— С чего это ты вдруг наговариваешь на честного человека?!
— Пожалуй, поставлю тебе высший балл за умение лгать.
— Хм, насколько я знаю, по профессии ты театральная актриса. Скажи-ка, улучшились ли твои актерские способности?
При этих словах только что почтительная и послушная женщина резко переменилась в лице, бросившись на железную клетку, словно свирепый дикий волк; вены на ее лбу вздулись, и она прокричала резким голосом:
— Актерские способности?! Да все, что было только что, — игра! Говоришь, улучшились ли у меня актерские способности?!
— Черт побери, да кто ты такой?! Какую дрянь ты мне дал выпить?!
Ли Сян слегка кивнул, глядя на «актрису», которая сменила личину за одну секунду, сохраняя при этом по-прежнему сонный и ленивый вид:
— Похоже, эффект от лекарства неплох, во всяком случае, ты способна имитировать множество ролей. Способность следующей стадии — перевоплощение.
Экспериментальный образец 002, Актёр: способность ранга F — имитация, идеальное управление микромимикой, голосом и движениями тела, точное копирование любого целевого персонажа.
Способность ранга E — перевоплощение, похищение внешности и телосложения целевого персонажа вплоть до получения его личности, то есть подлинное воплощение в другого человека.
Лишь достигнув ранга E, можно считать себя истинным трансцендентом.
Хлоп~
Ли Сян захлопнул досье последовательности 002 и повернулся, направляясь к выходу.
— Вернись! Твою мать, вернись!
Женщина в клетке отчаянно закричала, ее бледное лицо исказилось, а длинные волосы растрепались:
— Кто ты черт побери такой, ну-ка отпусти меня!
Ли Сян не замедлил шага и небрежно бросил досье на испытательный стол, заставленный разноцветными пробирками:
— Меня зовут Ли Сян.
— Текущая ситуация довольно проста: ты — моя подопытная, и пока ты сотрудничаешь с экспериментом, у тебя есть высокие шансы обрести способность к мести и забрать назад всё, что было утрачено.
Бум.
Дверь заперлась на замок, и подвал погрузился внезапную тишину.
В полумраке подопытный образец 002 на мгновение замерла, остекленевшим взглядом уставившись в пустоту, затем обессиленно опустилась на колени, закрыла руками правую половину лица и нервно забормотала:
— Забрать назад... неужели это возможно...
— Постойте, откуда он знает про мое прошлое?!
Волна жуткого холода окатила 002 с ног до головы, она инстинктивно обхватила колени руками и сжалась в комок в самом темном углу, а ее глаза наполнились безграничным ужасом.
Ли Сян вышел из подвального помещения, поднялся по ступенькам и оказался в холле первого этажа.
На нем была надета пижама в сине-белую полоску, а поверх нее — черное пальто. Заметив под глазами темные круги, он зевнул во весь рот и направился к барной стойке, чтобы заварить себе чашечку бодрящего кофе.
Ничто не бодрит лучше ледяного американо.
Все эти дни без сна и отдыха Ли Сян жил за счет воздуха, а бодрствовал на американо.
Это было двухэтажное зданьице.
На первом этаже располагалась кофейня площадью около шестидесяти квадратных метров, выполненная в классическом ностальгическом стиле (старом и потрепанном). Ли Сян был в ней директором и единственным сотрудником.
Наверху находились две спальни — берлога братьев Ли Сяна и Ли Няня.
Ли Нянь учился на втором курсе Хуаншаньского университета, целыми днями не утруждал себя ни учебой по специальности, ни штудированием любовных поз, а вместо этого орал на каждом углу, что намерен пробиться в писатели и написать книгу, которая сделает его божеством. Типичный графоман и никчемный парень.
Не спрашивай о родителях — спросишь, ответом будет лишь молчание.
По крайней мере, так считал Ли Нянь. Все те двадцать лет, что братья были брошены, он думал именно так.
По словам Ли Сяна, гибель обоих родителей или их статус могущественных правителей — обязательный элемент для завязки истории главного героя, ведь одиночество не имеет слабостей.
Сейчас в Городском округе Хуаншань как раз наступила пора цветения рододендронов. За окнами струился слабый аромат, а утренний свет проникал сквозь стекла.
Скрип-скрип~
Ли Нянь вразвалку спустился по ветхой лестнице на первый этаж, потер сонные глаза и с максимально наглым видом выдал:
— Сяо Ли-цзы, подавай утреннюю трапезу!
Ли Сян тут же одарил глупого младшего брата выразительным взглядом:
— Подам твоей бабушке кривые ноги колесом!
— В холодильнике есть вчерашняя еда, хочешь есть — разогревай сам.
— Слушаюсь!
Брошенный на попечение старшего брата никчемный тунеядец покорно сдал назад, льстиво улыбнувшись на манер какого-нибудь предателя, и резво побежал готовить завтрак.
Пять минут спустя захудалая кофейня открыла двери для обычных посетителей.
В пустом зале братья сидели за столом, уплетая оставшийся с вчерашнего дня хлеб и просроченный джем. Впрочем, большая часть досталась Ли Эргоу.
Говорят, что нынешние студенты способны на всё, кроме учебы, но Ли Нянь был исключением — у него не получалось вообще ничего. На вид он казался слегка придурковатым, но при этом ни капли не умным.
Ли Сян выделил три главные черты Ли Няня: никчемность, сквернословие и способность жрать как не в себя.
По телевизору передавали местные новости.
— В последнее время полиция Городского округа Хуаншань получила множество заявлений о пропаже людей. Большинство пострадавших — молодые женщины, напившиеся в ночных клубах. Полиция создала специальную следственную группу для строгого расследования этого дела и открыла горячую линию с денежным вознаграждением, приглашая всех граждан предоставлять соответствующую информацию...
Ли Нянь, зажав в зубах кусок хлеба, медленно повернул голову и уставился на Ли Сяна.
Ли Сян:
— Ли Эргоу, ты чего на меня уставился?
Ли Нянь изобразил крайнюю встревоженность и понизил голос:
— Брат, тебе не кажется, что ты ведешь себя слишком нагло? Прямо напротив нашего дома ведь находится полицейский участок!
http://bllate.org/book/22763/2412319
Готово:
