Она и Тао Бэйбэй теперь могли не гадать, съедобны ли те или иные подсохшие корни, — за эту работу отвечали Ян Сяо и Хоу И, так что копали они очень быстро, и за полчаса на земле уже собралась небольшая кучка.
— Ой, вы, малые, шли всё утро, а у вас еще есть силы траву копать?
Женщину, подавшую голос, Линь Ицин узнала: они виделись вчера вечером. Похоже, её звали Лю, и именно она поделилась той баночкой невероятно вкусной маринованной редьки.
Если Тао Бэйбэй была настоящей обжорой, которая мела всё подряд, то Линь Ицин — типичным гурманом.
В отличие от Яна Сяо, который тратил много сил и ел за двоих, она, вдоволь нахлебавшаяся в эпоху бедствий питательных растворов, просто любила всякую еду, не подвергшуюся глубокой переработке и сохранившую первозданный вид.
К тем, кто мог поделиться с ней съестным, у неё неизбежно возникала капелька симпатии.
Поэтому она с улыбкой отозвалась:
— Да, тетя Лю, не хотите тоже покопать? Некоторые съедобные, только на вкус не очень.
Учитывая, что большинство жителей Деревни Ли относились к ним четверым вполне дружелюбно, Линь Ицин была не против поделиться с ней информацией о том, какие подземные корни и корешки можно есть.
— Правда?
Лю вспомнившая про тающие с каждым днем запахи еды в доме и про побег, конца и края которому не было, сильно заволновалась.
— Правда, эти можно есть сырыми, а вот эти — запекать. Моя семья ест их уже несколько дней.
Линь Ицин указала Лю на несколько растений, рассказывая обо всем с самым серьезным видом.
Выслушав её и подумав о том, что малыши ели это без всяких последствий, Лю больше не сомневалась. Она подобрала ветку и, подражая Тао Бэйбэй и остальным, стала разгребать верхний слой опавшей ливни, выискивая сухие корни, чтобы копать вглубь.
Час спустя поисковый отряд, отправившийся на разведку воды, всё ещё не вернулся.
Староста Ли смотрел на уходящую за горизонт дорогу, и его лицо становилось всё более суровым и безнадёжным.
Это проклятое небо действительно не оставляло людям шансов на выживание...
В этот самый момент.
Громкий и зычный крик «Ловите вора!» прозвучал подобно грому среди ясного неба, мгновенно разбудив спавших на земле прямо в одежде сельчан.
Трусливые малыши и младенцы испуганно затянули: «У-у-у».
— Что случилось, что случилось? Где вор?
— Здесь! Там, где отдыхали детишки семьи Лин! Староста, все сюда, скорее!
Староста Ли временно подавил тяжесть на сердце и быстрыми шагами направился туда, откуда доносился шум.
А Ян Сяо тем временем, выкрикнув это предупреждение, резким боковым ударом ноги сбил попытавшегося спешно сбежать худого мужчину в сером халате на землю, впечатав его лицо соломенным лаптем в грязь так, что тот не мог даже пошевелиться.
Мужчина лежал, прижатый к земле половиной лица, его уголки рта были испачканы грязью, и он глухо стонал от боли.
Первый из прибежавших сельчан, хотевший протянуть руку помощи, увидев, что вора уже скрутил ребёнок младше десяти лет, смущённо почесал затылок.
Похоже, его вмешательство тут без надобности.
А третий парнишка из семьи Лин хорош, такую подсечку даже он, занимавшийся боевыми искусствами, повторить бы не смог.
И правда, обладатель врождённой божественной силы, талант налицо.
Убедившись, что вокруг собралось достаточно сельчан, Ян Сяо с крайне праведным гневом указал на лежащего под его ногой худецкого мужчину:
— Уважаемые дяди и дедушки из Деревни Ли, именно этот человек только что, воспользовавшись тем, что я закрыл глаза и отдыхал, подкрался сбоку и без лишних слов попытался украсть зерно из нашего короба!
Линь Ицин в этот момент наконец-то протащила Тао Бэйбэй сквозь плотные ряды сельчан и протиснулась в центр кольца.
Заметив брошенный Ян Сяо торопливый взгляд, она поняла: её выход.
Не говоря ни слова, Линь Ицин, словно маленькое пушечное ядро, подскочила к вору и отвесила ему пару пинков, сопровождая удары бранью:
— Ах ты ж черносердечный ворюга! Еще с утра я видела, как ты то и дело с недобрым умыслом поглядываешь на всех. Сначала я думала, что мы сами накручиваем себя, но оказалось, что ты и вправду мерзавец! Наверное, еще тогда выискивал удобный момент, да?
— Увидел, что мы сироты, и решил начать с нас?
— Наш старший брат только ушёл, как ты тут же сбросил маску! Утренняя стрела наверняка была выпущена вами специально, вы ведь намеренно хотели навредить нашему старшему брату, признавайся?!
— А где те люди, что были с вами? Уж не отправились ли они чинить расправу над моим братом и остальными?
— Говорю тебе: если с моим старшим братом или дядями, ушедшими за водой, что-нибудь случится, я и мой младший брат до конца дней будем грызться с вашей четвёркой насмерть!
Выдав эту тираду, Линь Ицин умело перевела разговор на поисковый отряд, всё еще не вернувшийся с поисков воды.
Она намеревалась навечно пригвоздить этого худого мужчину и троих остальных охотников к позорному столбу, заставив всех поверить, что они «имеют тайные замыслы» и «замышляют недоброе» не только против них четверых, но и против всей Деревни Ли.
Небольшой запас зерна, что был у них в руках, им дали жители Деревни Ли, и сельчане прекрасно это понимали: даже если бы худой вор украл всё до крошки, много ли там было?
Поэтому люди из Деревни Ли неизбежно начнут подозревать, что на самом деле худец хотел обокрасть вовсе не чужаков-сирот, а их самих — жителей деревни, чьи запасы были куда богаче.
Просто деревенских было много, они были сплочёнными и связываться с ними не стоилось, поэтому воришка и выбрал детей семьи Лин — беспризорных и куда более лёгких жертв.
Краем глаза заметив, что лица многих сельчан, включая старосту, помрачнели, а во взглядах, направленных на вора, засквозила настороженность и подозрительность, Линь Ицин мысленно довольно улыбнулась.
Стоит жителям Деревни Ли потерять к чужакам расположение и начать тревожиться за безопасность поискового отряда, как они естественным образом встанут с ними по одну сторону баррикад и объединятся перед лицом общего врага.
План разъединения можно применять не только против врагов.
Иногда его использование на союзниках приносит куда более поразительный результат.
Чем больше староста Ли размышлял над этим, тем сильнее ему казалось, что слова второй девчонки из семьи Лин не лишены смысла.
К тому же поисковый отряд задерживался, тревога нарастала, и его сердце невольно склонилось к этой версии.
Подождав, пока худой мужчина получит свою порцию тумаков, он наконец поднял руку, останавливая девочку:
— Хватит, вторая девчонка семьи Лин, остановись. Если продолжишь бить, он у тебя тут же концы отбросит.
— Слушаюсь, дедушка староста!
Линь Ицин послушно убрала ногу и украдкой покрутила щиколотку.
Новые соломенные лапти и вправду оказались на славу прочными, но если бы подошва была еще толще и тверже, она бы смогла ударить куда эффективнее.
Целясь прямо в область селезёнки, она бы добилась того, что мерзавец кровью харкал.
Староста Ли сперва приказал связать вора по рукам и ногам, и только после этого приступил к допросу:
— Говори, куда делись те охотники, что были с тобой утром? Мысль обокрасть детей семьи Лин пришла тебе в голову самому или кто-то подсказал?
Левая щека худого мужчины была отмечена отпечатком подошвы, правая сплошь покрыта грязью, а в уголках рта запеклась только что выплюнутая кровь — вид у него был крайне жалкий.
Он явно не желал подчиняться чужой воле, но, прекрасно понимая, что в одиночку ему не справиться с толпой сельчан, был вынужден склонить голову.
Резкая боль в животе заставляла его спину покрываться холодным потом.
Он подозревал, что этот проклятый мальчишка ударом ноги повредил ему внутренние органы, иначе с чего бы ему так невыносимо болеть.
— Я не знаю, куда они ушли, я ничего не хотел красть!
— Старший брат этой проклятой девчонки — убийца!
— Я пришёл разоблачить его!
— Если вы мне не верите, можете обыскать их короб: сушеное мясо внутри принадлежит двум кровным братьям тех самых охотников! Тот парень по фамилии Лин убил их, спрятал тела, а их вещи присвоил себе!
— Вот вам и доказательство!
http://bllate.org/book/22720/2407097
Готово:
