Узнав, что Хоу И потерял сознание из-за воспаления раны и жара, и что он смог так быстро прийти в себя лишь благодаря «чудо-лекарству» маленькой девочки, его смуглое, измождённое лицо с вполне правильными чертами помрачнело от неловкости.
Увидев это, Тао Бэйбэй слегка надула щеки.
— Большой брат, слюна нас, таоте, очень ценна. Какая бы тяжелая рана ни была, стоит помазать ее всего пару дней, и затянется большая ее часть, к тому же она совсем не грязная.
Звери — существа чистоплотные.
Совсем не неряшливые.
Плохой цвет лица Хоу И был вызван вовсе не брезгливостью к слюне Тао Бэйбэй, а остаточным страхом перед тем, что он только что одной ногой ступил на порог владений Яма.
Он успокаивающе легко похлопал Тао Бэйбэй по плечу:
— Большой брат вовсе не считает твою слюну грязной, напротив, я должен поблагодарить тебя за то, что спасла меня, иначе я бы, боюсь, не выкарабкался.
Бегство от бедствий, отсутствие лекарей и лекарств — всего одна инфицированная рана могла отправить его на тот свет.
Теперь Хоу И был невероятно рад тому, что в их отряде оказалась такая маленькая таоте.
Какая же она зловещая и пользующаяся дурной славой свирепая тварь? Да это же истинный благой зверь.
Линь Ицин тоже испытала некоторое удивление.
Она не ожидала, что у старшего брата выживаемость окажется ничуть не ниже, чем у них самих.
Тао Бэйбэй посмотрела на Хоу И своими необыкновенно чистыми глазами и, не заметив на его лице ни фальши, ни чувства вины, почувствовала себя гораздо лучше.
Она похлопала его в ответ маленькой ручкой, словно взрослая. Поскольку ростом она была намного ниже Хоу И и в свои шесть лет выглядела лет на пять, ей пришлось хлопать его по руке.
— М-м, не за благодари, мой старый отец говаривал: к своим нужно относиться с заботой и любовью, я, зверь, всё это крепко запомнила.
Линь Ицин и остальные еще несколько дней назад знали, что отец, которого Тао Бэйбэй то и дело поминала в разговорах, давно умер.
Заметив, что, хотя на лице девочки не было мрачной тени, когда она вспоминала о нем, в ее голосе то и дело проскальзывала тоска, а каждое его слово она приняла за чистую монету и прочно запечатлела в памяти, они прониклись к ней еще большим сочувствием.
— Твой отец был прав, мы свои люди, не стоит так любезничать.
— Верно, между своими незачем рассыпаться в благодарности.
— Мы довольно долго пробыли вне лагеря, пора возвращаться.
В конце концов, они с таким трудом заполучили временных союзников, нельзя же их подводить.
Когда они ступили на участок, где отдыхали жители Деревни Ли, четверо спутников Тао Бэйбэй встретили самое горячее радушие со стороны подавляющего большинства сельчан.
— Ты ведь Линь И? Выглядишь весьма бодро!
— Это твои младшие братья и сестра? Ты ведь сам еще подросток, а уже должен поднимать малышню, тяжело, наверное?
— Эта девочка самая младшая? Пяти лет от роду еще нет?
Глядя на троих младших спутников, Хоу И почувствовал, как у него начинает болеть голова.
Один выглядел совершенно растерянным, с видом человека, который абсолютно не понимает, о чем тут толкуют.
Другая улыбалась во все 35, то и дело бросая жадные взгляды на шеи крестьян, и выглядело это донельзя жутко.
Третий с самым серьезным видом прикинулся глухонемым — что ни спроси, не произнесет ни единого звука.
Он уже не надеялся, что эти непутевые младшие смогут влиться в коллектив, лишь бы на глазах у всех деревенских не вырвать кому-нибудь сердце из груди или не свернуть шею хрустящим движением.
Он поспешно вышел вперед, чтобы сгладить неловкость:
— Простите, дяди и тети, мои брат и сестра еще малы, а не так давно умерли наши папа с мамой. Они горевали много дней и с тех пор не слишком любят разговаривать.
Не тяжело, они обычно очень послушные и разумные, особого беспокойства не доставляют.
Услышав это, крестьяне тут же забыли о легком неудовольствии, вызванном тем, что несколько малышей оставили их слова без ответа, и один за другим прониклись жалостью.
Староста Ли, приняв во внимание, что все дети из семьи Хоу были еще малышами, когда после привала они вновь пустились в путь, распорядился поместить их сразу за своей семьей.
Благодаря этому за ними можно было присмотреть.
Другие сельчане, памятуя о том, что те оказали всем услугу, да и шли неплохим шагом, возражать не стали.
Это оказалось весьма на руку Ли Сяоя.
Едва отряд тронулся в путь, она перекинулась словечком с госпожей Сун и стремглав побежала к Тао Бэйбэй.
— Бэйбэй, как здорово, мы снова можем играть вместе!
Ли Сяоя была очень худой, ее губы имели нездоровый бледный оттенок. Пробежав всего несколько шагов, она слегка запыхалась и, прижав руку к груди, озарила Тао Бэйбэй широкой улыбкой.
В прошлую встречу Ли Сяоя показалась Тао Бэйбэй хворой.
Сегодня же, приглядевшись повнимательнее, она заметила, что жизненная сила в ее теле иссякает и та имеет признаки преждевременной смерти.
Не одобряя ее поведения, она произнесла:
— Сяоя, беги медленнее, я же здесь, никуда не денусь.
Ли Сяоя смутилась от такого замечания, но тут же вспомнила, что она-то здесь старшая и это ей полагается заботиться о Бэйбэй, а не наоборот. Почему же все выглядит так, будто роли поменялись?
Недовольная, она ущипнула Тао Бэйбэй за пухлые щечки, тронутые легким детским румянцем.
— Ах ты, Тао Бэйбэй, я ведь переживала за тебя столько дней, а ты, судя по всему, совсем по мне не скучала!
Сил у маленькой Ли Сяоя было немного, щипок получился безболезненным. Тао Бэйбэй, считавшая себя великодушным детенышем, решила не спорить с человеческим детенышем слабого здоровья.
Она выпятила грудь и принялась защищаться:
— Кто сказал, я тоже по тебе скучала, вот.
Только посмотри, это соломенная шляпа, которую мне сплел большой брат! Надень-ка, примерь, с ней сразу станет намного прохладнее.
У семьи Ли Сяоя были дождевики-соломенные шляпы, которые отец с дедом использовали в непогоду, но те были огромными и тяжелыми.
О плетенной из сухой травы шляпе она услышала впервые.
С любопытством водрузив ее на голову, она почувствовала, как выступающие поля заслонили большую часть палящего солнца, и невыносимый зной мгновенно отступил. Ее личико тут же озарилось удивлением и восторгом.
— И правда! Эта шляпа такая легкая, шею совсем не давит.
Госпожа Сун души не чаяла в своей единственной дочери, а потому, беспокоясь за нее, тоже последовала за ней. Услышав это, она перевела внимание на диковинную вещь.
— И впрямь хорошая вещица, а главное — полезная. Бэйбэй, мы сможем потом попросить твоего старшего брата научить нас их делать?
Тао Бэйбэй покачала головой:
— Тетушка Сун, может, вы сами спросите моего большого брата?
И правда, как могла такая малышка, как Тао Бэйбэй, решать подобные вопросы? Госпожа Сун с улыбкой покачала головой.
Виновата, сама поторопилась — увидев полезную вещь, захотелось поскорее смастерить такую же для Сяоя.
Дневное солнце пекло нещадно.
— Ладно, пойду спрошу твоего брата. Бэйбэй, присмотри за Сяоя.
Едва подумав об этом, госпожа Сун тут же направилась вперед, разыскивая Хоу И, который шагал рядом с ее старшим сыном.
Выслушав ее, Хоу И охотно согласился.
Всего лишь соломенная шляпа, а взамен можно было завоевать еще большее расположение жителей Деревни Ли — дело отличное.
http://bllate.org/book/22720/2407092
Готово:
