Сидевший за монитором Дэн Юэ недоумённо хмурился, лишь изредка поджимая губы.
Что с Се Циншу? Странно как-то, ведь до этого съёмки шли вполне нормально.
Дэн Юэ ещё раз пересмотрел отснятый материал: за исключением самого последнего выражения лица, всё было безупречно. Он списал случившееся на недостаток совместного опыта у актрис, погрузившись в задумчивость.
Немного переведя дух и наконец совладав с охватившим её волнением, Се Циншу произнесла:
— Сяо Чжу, сходи за сценарием.
Этот жест скорее походил на попытку скрыть бушевавшую в душе бурю.
— Хорошо. — Сяо Чжу поспешно побежала обратно, а вернувшись, заметила, что Се Циншу куда-то уставилась отрешённым взглядом, и невольно проследила за ним.
В поле зрения попали Чжоу Цюэ и её единственная помощница, которую она привела с собой.
Лицо у ассистентки было незнакомым — судя по всему, она не из компании. В её глазах читалось откровенное презрение. Стоя рядом с Чжоу Цюэ, она создавала разительный контраст, но окружающие предпочитали не вмешиваться: опасаясь неприятностей, они лишь бросали украдкой взгляды, молча наблюдая за разворачивающимся представлением.
— Цюэ-цзэ, ты и впрямь возомнила себя великой звездой? — на лице помощницы застыло пренебрежение, а на самом обращении она сделала особый акцент. Очевидно, её вовсе не устраивало прозябать в роли ассистентки Чжоу Цюэ, и держалась она крайне дерзко.
Чжоу Цюэ опустила голову, и было заметно лишь, как у неё дважды дрогнули плечи. Рассмотреть её истинные эмоции не получалось, но эта невозмутимость лишь сильнее вызывала жалость.
Дэн Юэ, единственный, кто знал её истинный характер, при виде этой картины почувствовал, как у него задергался глаз. Ну вот, эта великая актриса снова разыгрывает спектакль.
Впрочем, на этот раз работа шла даже эффективнее, чем ожидалось, да и в чужие дела ему ввязываться не хотелось. Он просто махнул рукой, велев всем немного отдохнуть.
А поведение Чжоу Цюэ лишь распаляло Лян Но, подливая масла в огонь её злости.
Изначально она должна была занять место предыдущего менеджера и пойти на повышение, но кто же знал, что та окажется настолько слепой? Умудрившись кого-то задеть, та угодила под такой удар, что о возвращении в профессию нечего было и мечтать.
Из-за этого пострадала и сама Лян Но, застряв в роли скромной ассистентки. Сначала она кипела от негодования, но потом получила сообщение от некоего тайного покровителя с предложением следить за каждым шагом Чжоу Цюэ, не упуская ни единой мелочи, и за это каждый раз щедро платили.
Постепенно Лян Но кое-что прознала о происхождении Чжоу Цюэ и стала вести себя совершенно разнузданно, в открытую притесняя ту. Разумеется, ничего особенного она так и не обнаружила, но со временем бдительность притупилась — ей стало казаться, что эту девчонку проще простого загнать под каблук.
Стоило ей отправить очередную порцию сплетен заказчику, как тот, судя по всему, оставался крайне доволен и щедро насыпал сверху еще десяток-другой тысяч.
В итоге Лян Но вошла во вкус, перейдя от тайных пакостей к открытым издевательствам на глазах у всей съёмочной группы.
— И что это за игра такая? Никуда не годится! — в тонкостях актёрского мастерства она не разбиралась, но способность сопереживать происходящему у неё никуда не делась. Ей просто не хотелось, чтобы у Чжоу Цюэ всё шло гладко, а вспомнив наставления таинственного благодетеля, она завелась ещё сильнее.
— Сестрица сыграла прекрасно, — голос Чжоу Цюэ звучал глухо, но в нём сквозило упрямство.Голос был тихим, но Се Циншу расслышала его отлично, из-за чего её шаги на мгновение замерли.
Лян Но, разумеется, тоже заметила это. Пожалуй, если называть человека, который во всей округе ненавидел Чжоу Цюэ больше всех, то это, без сомнений, окажется Се Циншу. Так что Лян Но не придала происходящему особого значения; её глаза лукаво задвигались, будто в голове внезапно родилась какая-то идея.
Тонкая струйка феромонов бесшумно поплыла вокруг, заполняя пространство тяжёлым запахом ржавчины, который безжалостно терзал обонятельные нервы.
Таков был излюбленный метод альф. Как правило, альфы умели себя контролировать, и последствия столь опрометчивого выброса феромонов трудно было даже вообразить — особенно если их вдыхал омега, ведь малейшая неосторожность могла спровоцировать у последнего течку.
Для Чжоу Цюэ, если подобное выйдет наружу, это станет сокрушительным ударом.
Подобный поступок Лян Но ясно показывал, что она вовсе не собирается оставлять Чжоу Цюэ хоть малейшей лазейки или возможности для отступления.
На холодном лице Се Циншу наконец треснула маска безразличия. Этот эпизод уже встречался в оригинальной книге, причём тогда он завершился успехом, после чего Чжоу Цюэ оказалась в крайне неловком положении в мире шоу-бизнеса.
Ни одна съёмочная группа больше не смела нанимать её, а СМИ сочиняли об этом скандале самые невероятные и грязные небылицы. Самым диким было обвинение в том, что Чжоу Цюэ на работе соблазняла альфу, из-за чего у неё самой и началась течка — именно это впоследствии привело к появлению на сцене одного никчёмного негодяя.
Се Циншу нисколько не волновало, появится этот персонаж или нет, однако она чётко помнила, что по сюжету эта сцена должна была случиться гораздо позже. Ни при каких обстоятельствах она не могла произойти сейчас, да ещё и на её глазах.На месте не оказалось блокаторов для альф. Тело действовало гораздо быстрее мыслей: Се Циншу даже не успела ничего толком обдумать, как схватила Чжоу Цюэ и закрыла ей ладонью рот и нос. Сладостное дыхание коснулось кожи на ладони.
Щекотки почти не было.
Просто это почему-то заставило Се Циншу вспомнить кошку, которую она когда-то держала: бывало, насыплешь корма на ладонь, чтобы та ела понемногу, а она в конце концов обязательно осторожно-осторожно ткнется туда влажным носом и затянет довольное мурчание.
Такая мягкая на ощупь, та кошка сильно отличалась от нынешней ситуации, да и рука сейчас вовсе не казалась мягкой, однако ощущение было куда более глубоким и отчетливым.
Из-за того, что большая часть лица оказалась скрыта, в глазах Чжоу Цюэ — черно-белых, невероятно ясных — читалось абсолютное, предельное неверие, особенно заметное в приподнятых, манящих уголках.
Феромоны, которые секунду назад дико ворвались в грудную клетку, вызывая тошноту от одного лишь лишнего вздоха, вдруг оказались перекрыты холодным ароматом. Очень слабым, таким, что приходилось принюхиваться со всей тщательностью, чтобы обнаружить хоть малейший его след.
Пальцы Чжоу Цюэ судорожно сжались в кулаки, побелев от напряжения, но бушевавшая в груди буря ярости, уже готовая вырваться из-под контроля, в одно мгновение улеглась, сменившись безмятежным покоем.
Для нее подобное состояние было непозволительной роскошью: альфа, даже если вырвать у него когти и насильственно стереть любые внешние проявления, в самом своем исступленном потоке крови всегда остается средоточием собственничества и напора — тем, что невозможно скрыть никаким ежедневным, неустанным самоконтролем.Чем сильнее было сдерживание, тем яростнее накатывало потом.
Даже Дэн Юэ говорила, что если так пойдет и дальше, это рано или поздно сведет ее в могилу.
Чжоу Цюэ охватило злорадство: на самом деле ждать будущего было вовсе не обязательно, она уже сейчас прочувствовала на себе всю силу этой обратной реакции.
Чжоу Цюэ попыталась вдохнуть еще пару раз. С ее ракурса был виден лишь холодный и четкий контур подбородка Се Циншу, губы плотно сжаты, ни намека на эмоции — стоило приблизиться, как тут же начинало знобить от стужи.
Но руки ее при этом были теплыми.
— Убери, — бросила Се Циншу Лян Но. Голос ее звучал ровно, но возражениям не подлежал. — Свои феромоны.
Лян Но остолбенела, ее лицо застыло от неожиданности. Она никак не ожидала такого поворота: Се Циншу вела себя совсем не так, как раньше. Перепугавшись, Лян Но тут же втянула феромоны обратно, не оставив в воздухе ни единой нити.
Воздух в тот же миг стал чистым.
— Ш-ше, Се-лаоши, я просто пошутила с сестрицей Чжоу Цюэ, вы только не принимайте всерьез.
Лян Но выдавила из себя сухую улыбку. Се Циншу — это тебе не Чжоу Цюэ, с ней шутки плохи, так просто не отделаешься. Вспомнив о чем-то, она взглядом подала знак стоявшей за ее спиной Чжоу Цюэ, мол, замолви за меня словечко.
— Она говорит правду? — перевела взгляд Се Циншу, задавая встречный вопрос, но совсем забыла, что все еще заслоняет ладонью лицо Чжоу Цюэ.
Губы скользнули по ладони — мягкое ощущение проникло прямо в самую душу. Теперь она и вправду походила на того маленького котенка.
Се Циншу разжала пальцы, не отводя от нее глаз.
Вместе с ворвавшимся в легкие воздухом едва уловимый прохладный аромат окончательно растворился, не оставив и следа.
— Ничего страшного, сестрица, я правда в порядке, — робко пролепетала Чжоу Цюэ. Не договорив, она прикусила губу, исподлобья бросила быстрый взгляд и тут же снова опустила голову, изображая жуткий испуг.
Хотя она ничего не сказала, казалось, было сказано все.
Дэн Юэ поначалу переживала, не обидят ли девчонку, но при виде этой картины ее уголки губ невольно дернулись.
Лян Но вытаращила глаза. Заметив, что вокруг по-прежнему крутятся зеваки, а во взглядах читаются то праздное любопытство, то откровенное омерзение, она вмиг запаниковала. Скрипнув зубами, она подумала, что в обычное время за этой малюткой такого не замечалось, а вот поди ж ты, в нужный момент умеет себя подать.
Как ни отмывайся теперь — в реку не сможешь войти дважды, все равно не поверят!
Вступать в открытый конфликт с Се Циншу ей не хотелось, да и такую хорошую работу терять тоже, поэтому пришлось пойти на попятную и извиниться: — Простите, больше это не повторится.
— Смотри у меня, держи свои феромоны под контролем, — холодно бросила Се Циншу.
Если кто-то возомнил, что раз он альфа, то ему всё дозволено, зачем тогда вообще нужны железы?
Лян Но решила, что на этом инцидент исчерпан, тут же с облегчением выдохнула и трусливо сбежала.
Но Сяо Чжу, неотступно следовавшая за Се Циншу, прекрасно понимала: на этот раз та разозлилась по-настоящему, и так просто всё точно не закончится.
С хорошей жизнью этой Лян Но можно было попрощаться.
— Спасибо, сестрица.
Се Циншу невпопад угукнула, а первой промелькнувшей в голове мыслью было: а малышка-то вполне послушная.
Послушная, вежливая — никто бы не стал питать неприязнь к такому человеку.
Но она также отчетливо осознавала одно: Лян Но, простая ассистентка, ни за что не осмелилась бы провернуть подобное в одиночку. За ее спиной определенно кто-то стоял.
Именно из-за Клана Бай всё это в итоге и произошло. Если бы не подобное давление, те мерзавцы-альфы не смогли бы воспользоваться моментом, у Чжоу Цюэ всё было бы в порядке, да и семье Се не пришлось бы пережить месть.
Се Циншу словно прозрела, и ее лицо едва заметно смягчилось. Раз уж избежать столкновения с сюжетом нельзя, то лично присматривать за малышкой она вполне в силах.
Казалось, это не такая уж и сложная задача.
Се Циншу окинула взглядом Чжоу Цюэ. У той за ушами проступил легкий румянец, и выглядела она довольно мило. Се Циншу тихонько вздохнула: всё-таки девчонка слишком мягкотелая, не мудрено, что ее так затерроризировали. Надо бы уделить ей побольше внимания.
Она воспитает из Чжоу Цюэ настоящую омегу-мощного бойца!
Ну или по крайней мере такую, которая сможет пинком отправлять в нокаут мерзких альф и отстаивать права омег.
Чжоу Цюэ почувствовала, что обращенный на нее взгляд стал странно-пламенным.
Снимать кино в такой обстановке было уже бессмысленно. Дэн Юэ взвесила финансовый вопрос, решив сэкономить деньги того самого инвестора, который урезал дополнительный бюджет, сверила график съемок на следующий день и распустила всех по домам.
[Прошлое дело принесло какие-то результаты?]
Телефон Лян Но внезапно завибрировал, когда она погрузилась в свои мысли. В такой час написать мог только тот самый человек.
Феромоны были выпущены по указке этого человека, словно в качестве какой-то разведки боем. Лян Но не понимала смысла, но всё же ответила:
[Как вы и велели, я попыталась, но ничего не вышло.]
Текст замер на экране, палец завис в воздухе, так и не нажав кнопку отправки.
Лян Но спиной ощутила чей-то острый взгляд. По спине пробежал холодок, она медленно обернулась и увидела, что Чжоу Цюэ смотрит на нее с лучезарной улыбкой. В ее манере держаться не осталось и следа прежней мягкости и беззащитности.
— Что это ты там пишешь? Мм?
Голос Чжоу Цюэ звучал игриво, но от него кровь стыла в жилах.
Лян Но теперь не могла вымолвить ни слова. Обрушившиеся на нее волны феромонов безжалостно давили на психику, лоб покрылся холодной испариной, лицо побледнело, и ей приходилось едва ли не вжиматься в стену, чтобы ноги не подкосились и она не рухнула на колени.
Это… это исходило явно не от омеги.
Тело Лян Но, будучи самой альфой, на уровне инстинктов вопило об опасности и требовало бежать. Та превосходила ее по силе в разы, еще чуть-чуть — и ее собственные феромоны будут полностью подавлены!
— Почему ты не отвечаешь на мой вопрос? — в глазах Чжоу Цюэ не было ровным счетом ничего. Она легко перехватила из ослабевших рук телефон с еще не отправленным сообщением и слегка усмехнулась; в этот момент в ней проступило куда больше подлинности.
В расширенных от ужаса зрачках Лян Но плескалась паника. Она ведь всегда это знала.
http://bllate.org/book/22681/2402411
Готово:
