Этот уик-энд Бай Юй решил провести в постели подольше. Проснувшись, он обнаружил на телефоне несколько пропущенных вызовов с незнакомого номера.
Перезвонил — ответили почти сразу.
— Бай Юй, — голос на том конце провода сразу назвал его по имени.
— Кто это?
— Чэн Сяоцзян.
Бай Юй на секунду замер.
— Что-то случилось?
Он всегда старался держаться от Чэн Сяоцзяна подальше: тот с первой же встречи оставил у него крайне неприятное впечатление.
— Есть время сегодня? Хотел пригласить тебя прокатиться.
— Прокатиться?
Они изредка пересекались на баскетбольной площадке или в клубе Сэньлань, но в обычной жизни не общались. И вдруг — приглашение на прогулку, да еще в самый разгар дня?
Добром это не пахнет. Бай Юй уже собрался отказаться.
— Мне нужно кое-что тебе сказать, — добавил Чэн Сяоцзян. — Насчет Цзянь Шаояна.
— Где встретимся?
Бай Юй не собирался иметь дело с этим странным типом, но любопытство взяло верх. Ему стало интересно, что задумал этот парень, который с первой встречи смотрел на него волком и из-за которого у Бай Юя несколько дней болела рука.
— Сначала подъезжай на парковку у университета, — Чэн Сяоцзян помолчал. — И еще: не говори Цзянь Шаояну, что мы встречаемся.
Приглашает обсудить Цзянь Шаояна и просит держать это в тайне? Неужели Цзянь Шаоян замешан в чем-то нечистом? Любопытство Бай Юя разгоралось всё сильнее.
Выйдя из ванной, он увидел входящий от Цзянь Шаояна.
— Алло, Шаоян, — Бай Юй включил громкую связь, чтобы переодеться.
— Ты можешь хоть раз взять трубку с первого раза? — в голосе Цзянь Шаояна слышалось легкое раздражение.
— Я в ванной был.
— Выходи давай, поедем пообедаем.
— Не получится, у меня дела.
— Какие еще дела могут быть важнее обеда?
— Правда, дела. Езжай без меня, — он повесил трубку.
Линь Сюэбин с изумлением посмотрел на него:
— Ты реально сбросил звонок Цзянь Шаояна?
— А что такого?
— У него же репутация вспыльчивого человека.
— Не сказал бы, я ни разу не видел, чтобы он выходил из себя. — Хотя, погодите, был один раз, когда он накричал на горничных у себя дома. Тот еще тип с переменчивым настроением.
— И почему он вечно к тебе липнет? Ван Канмина он так часто не ищет.
— Кто ж его знает. Ладно, я пошел.
— О, хорошо.
Добравшись до парковки, Бай Юй издалека увидел Чэн Сяоцзяна. Тот стоял, опираясь на дверцу машины, засунув одну руку в карман и небрежно подбрасывая ключи, всем своим видом выражая самодовольство.
Подойдя ближе, Бай Юй узнал машину — это был Porsche, который казался ему знакомым.
— Садись, прокачу, — Чэн Сяоцзян криво усмехнулся, глядя на него с вызовом.
Бай Юй помедлил, пристально вглядываясь в лицо собеседника, словно пытаясь что-то прочитать в его глазах. Чэн Сяоцзян продолжал щуриться, и эта хитрая, довольная улыбка вызывала у Бай Юя лишь дискомфорт.
Чэн Сяоцзян кивнул на пассажирское сиденье. Бай Юй перевел взгляд на машину и молча направился к двери.
— Это ведь машина Цзянь Шаояна? — спросил он, застегивая ремень безопасности.
— Ага. Он сказал, что я могу брать ее, когда захочу.
Цзянь Шаоян всегда был щедр к друзьям, раз позволял пользоваться такой дорогой машиной. Бай Юй вспомнил, как при первой встрече мама Цзянь Шаояна предложила подарить ему автомобиль — он тогда чуть дара речи не лишился. Наверное, для богачей машина — сущий пустяк.
Чэн Сяоцзян, видя, что Бай Юй молчит, добавил:
— Шаоян часто катает меня. Иногда, если ему приспичит, он заставляет меня составлять компанию, даже если я не хочу.
Бай Юй усмехнулся. Это в духе Шаояна — властный и совершенно не умеет слушать отказы.
Он безучастно смотрел в окно на мелькающие деревья. Прогулка его не интересовала. Наконец, они выехали за город и остановились у озера. Наступило лето, полуденное солнце палило нещадно.
Бай Юй вышел из машины и направился в тень у берега. Под ногами сухо шуршала листва. Глядя на гладь воды, он тихо спросил:
— Говори уже. Что там насчет Шаояна?
Стрекоза промелькнула над водой, оставив на зеркальной поверхности крошечные круги. У Цзянь Шаояна на вилле тоже был такой пруд, только благодаря уходу он выглядел чище.
— Слышал когда-нибудь о гомосексуалах?
Бай Юй обернулся и нахмурился:
— В каком смысле?
Чэн Сяоцзян улыбнулся и сделал несколько шагов к нему. В его глазах по-прежнему блестела хитрость.
— Гомосексуалы. Никогда не слышал?
— И какое отношение это имеет к Цзянь Шаояну?
— Мы с Цзянь Шаояном — любовники.
— Что ты несешь? — мозг Бай Юя отказывался воспринимать услышанное.
— Мы оба геи, и мы встречаемся, — Чэн Сяоцзян произносил это по слогам, откровенно лжесвидетельствуя. Он был уверен: это заставит Бай Юя возненавидеть Шаояна и держаться от него подальше.
— Что за бред? Хватит шутить! — мысли в голове Бай Юя спутались. Он был уверен, что Чэн Сяоцзян просто издевается над ним.
Точно, это какой-то розыгрыш. Этот странный тип с самого начала вел себя враждебно, а теперь вывез его за город и несет всякую чушь.
— Ты не веришь, потому что сам не терпишь геев? Или, может, ты и сам влюблен в Шаояна?
— Псих! С чего бы мне влюбляться в мужика!
— Ну и отлично! Тогда держись от него подальше. Ты слишком близко подбираешься, мне это не нравится, — Чэн Сяоцзян высокомерно предостерег его.
Бай Юя начало трясти от ярости. С трудом сдерживаясь, он процедил:
— Мы с Цзянь Шаояном просто друзья.
— Друзья? Вы знакомы-то всего ничего! Неужели ты думаешь, что я не вижу, как ты присосался к нему из-за денег и влияния?
— Не смей осквернять нашу дружбу своими грязными домыслами!
Этот безумец.
Гнев захлестнул Бай Юя. Не в силах больше терпеть, он сжал кулак и ударил Чэн Сяоцзяна по лицу. Тот на секунду опешил, но тут же ответил ударом.
— Да кто ты такой, чтобы приближаться к Цзянь Шаояну!
У Бай Юя из разбитой губы сочилась кровь. Он не ожидал такой силы и на мгновение растерялся. Собравшись с духом, он бросился вперед, схватил обидчика за воротник и дважды ударил коленом в живот.
Чэн Сяоцзян рухнул на землю, корчась от боли.
— Бай Юй, предупреждаю: я тот, кого любит Цзянь Шаоян. Если ты тронешь меня, он тебе этого не простит!
Бай Юй тяжело дышал, глядя на него сверху вниз холодным взглядом:
— Мне плевать, что вас связывает. Просто не лезь ко мне.
Чэн Сяоцзян понял, что Бай Юй умеет драться, и решил сменить тактику, чтобы усыпить его бдительность:
— Ты ведь тоже презираешь геев, да?
Бай Юй продолжал молчать, глядя на него ледяными глазами.
— Шаоян никому не говорит о наших отношениях только потому, что в этом мире есть такие, как ты. С чего вы взяли, что наша любовь — это болезнь?
— Я так не думал.
— Ха! Не думал? Ты же видел нас вчера вечером, когда мы обнимались. Твое лицо в тот момент — я всё прекрасно видел. Презрение, отвращение, гадливость…
— Я… — Бай Юй осекся.
— А теперь Шаоян из-за тебя стал холоднее ко мне. Всё из-за тебя!
Пользуясь тем, что Бай Юй замешкался, Чэн Сяоцзян резко вскочил, сбил его с ног и, оседлав, начал наносить удар за ударом по лицу. Он ненавидел это лицо — именно им Шаоян был очарован, и он хотел его изуродовать.
Бай Юй не успел прикрыть лицо, и кровь залила ему глаза. Уклоняясь от ударов, он резко дернул бедрами вверх и ударил Чэн Сяоцзяна коленом в спину.
— А-а! — Чэн Сяоцзян перевернулся, у него из носа потекла кровь.
Увидев, что Бай Юй пытается подняться, он вскочил, бросился к нему и изо всех сил толкнул в озеро. Затем, зажимая окровавленный нос, он побежал к машине, завел мотор и умчался прочь.
http://bllate.org/book/22599/2391197
Готово:
