— Сюй Циянь не людоед, чего ты боишься?
— Командор Сюй, может, и не людоед, но пугает он не на шутку.
Слова прозвучали настолько веско и убедительно, что Шэнь Сюню нечего было на это ответить. Характер у Сюй Цияня холодный, он из той же породы, что и Линь Яо, вот только Линь Яо кажется куда мягче. Впрочем, не исключено, что Шэнь Сюнь просто смотрит на Линь Яо сквозь розовые очки, оттого тот и кажется ему особенным.
Во всем военном округе знали: генерал-полковник Цзян Чжиянь и командор наземных сил Сюй Циянь терпеть друг друга не могут. Никто из них не мог выносить присутствия другого. Шэнь Сюнь видел это собственными глазами, хотя его наблюдения и расходились с тем, что болтали в штабе. Но слухам, которые доходили до него, он доверял. В конце концов, как-то раз за выпивкой Цзян Чжиянь сам признался, что любит Сюй Цияня, вот только не понимает, почему тот его так ненавидит.
Зная, что Сюй Циянь его на дух не переносит, Цзян Чжиянь все равно вечно крутился рядом, нарочно задирая его. Он считал: неважно, любовь это или ненависть, даже если Сюй Циянь презирает его всей душой — главное, чтобы образ Цзян Чжияня врезался в память Сюй Цияня достаточно глубоко. Именно поэтому Шэнь Сюнь, не поняв намеков Линь Яо, предпочел спросить совета у Гу Юньюя, а не у самого Цзян Чжияня.
При таком раскладе то, что Шэнь Сюнь вообще смог кого-то добиться, делает его настоящим безумцем, даже похлеще остальных. В их компании из трех горе-товарищей не нашлось ни одного примера идеальной любви — один другого краше, все в полном провале.
Прошлое вспоминать — только слезы лить. Сейчас официально числилось, что Цзян Чжиянь пропал без вести два года назад: мех нашли, а вот его самого — нет, жив он или мертв, никто не знал. Шэнь Сюнь полагал, что теперь Сюй Циянь сможет вздохнуть спокойно и отдохнуть от суеты, но не тут-то было: на горизонте появился Му Цзю, лицом на пять частей похожий на Цзян Чжияня. Если бы Шэнь Сюнь не знал, что Цзян Чжиянь был влюблен в Сюй Цияня, он бы решил, что этого Му Цзю подослал сам Цзян, чтобы не давать Сюй Цияню покоя даже после исчезновения.
В итоге, спустя столько лет, единственным, кто познал сладость любви из всей троицы, оказался не старший на год Цзян Чжиянь и не младший на год Гу Юньюй, а Шэнь Сюнь, застрявший между ними. Однако, глядя на Сюй Цияня, чье лицо потемнело от назойливости Му Цзю, Шэнь Сюнь вдруг кое-что вспомнил.
— Помнится, у Сюй Цияня терпения на людей не хватает. Почему он до сих пор не развернулся и не ушел?
Стоявший рядом парень, которого Шэнь Сюнь про себя называл Булочкой, вставил:
— Говорят, он здесь с кем-то договорился о встрече, ждет.
— Оу... — отозвался Шэнь Сюнь.
В этот момент Сюй Циянь оттолкнул руку Му Цзю и, холодно бросив пару слов, собрался уходить. Шэнь Сюнь заметил, как Му Цзю улыбнулся и снова потянулся к нему, но Сюй Циянь обернулся. И тут Шэнь Сюнь чуть не выронил глаза из орбит, увидев человека, который шел навстречу Сюй Цияню.
Знакомый. Слишком знакомый. Этот человек еще вчера укладывал его спать и готовил ему ужин у него дома!
Шэнь Сюнь поджал губы и направился в сторону Линь Яо. Сюй Циянь как раз встретился с ним. Линь Яо пронзил Му Цзю ледяным взглядом. Му Цзю последовал за Сюй Циянем и с улыбкой позвал:
— Командор...
Его пальцы не успели коснуться края формы Сюй Цияня, как их перехватила чья-то жилистая рука. Хватка была крепкой, до боли. Му Цзю нахмурился, поднял голову и встретился с усмехающимся лицом Шэнь Сюня.
— Разве так обращаются к командору? Издалека не разглядел, а это, оказывается, ты.
Когда Му Цзю узнал того, кто стоял перед ним, его пальцы в чужой руке невольно сжались. Он нервно сглотнул, но взгляд не отвел, глядя на Шэнь Сюня с вызовом. Шэнь Сюнь отшвырнул его руку и брезгливо отряхнул ладони, словно коснулся чего-то грязного.
Му Цзю прошипел, стиснув зубы:
— Шэнь Сюнь...
Шэнь Сюнь усмехнулся:
— Еще помнишь меня? Значит, с памятью все в порядке.
Глаза Му Цзю покраснели, он впился в Шэнь Сюня ненавидящим взглядом:
— Цзян Чжиянь сдох где-то там, в пустошах. Ты ведь был его лучшим другом, почему не сдох вместе с ним?
Он прошептал это настолько тихо, что слышал только Шэнь Сюнь — даже Линь Яо и Сюй Циянь, стоявшие чуть поодаль, не разобрали слов. Зато Шэнь Сюнь ответил громко, спокойно и с явным презрением:
— Если я сдохну, кто же тогда будет приводить тебя в чувство?
Он поднял голову, глубоко вздохнул и вдруг рассмеялся:
— Кто вообще тебя сюда прислал? Твой папаша-тряпка? Вряд ли. У него кишка тонка пропихнуть тебя в военное ведомство. Полковник, неплохо устроился, но на этом все. Я вернулся. Это моя территория, и я не позволю тебе жить спокойно. Я сказал. Это мой ответ за то, что ты сделал.
Му Цзю взвизгнул от ярости:
— Шэнь Сюнь! Не слишком ли ты наглеешь?
Голос его сорвался на визг. Шэнь Сюнь резко схватил его за воротник и, наклонившись к самому уху, прошептал так четко, что каждое слово врезалось в сознание Му Цзю:
— Я наглею? Когда ты вместе со своей мамашей и этим прихлебателем Му Юэ травили и довели до смерти мать Цзян Чжияня, ты не думал, что переходишь границы? Око за око, ты получаешь то, что заслужил.
Шэнь Сюнь вовсе не был жестоким — просто человеческое сердце всегда к чему-то склоняется. Он вырос вместе с Цзян Чжиянем, поэтому его симпатии всегда были на стороне Цзяна. Шэнь Сюнь никогда ни в чем не нуждался, он рос в любящей семье, окруженный заботой Шэнь Чиму и Су Цзисюэ, его баловал даже император Лу Яньцин. В столице он слыл бунтарем и сорвиголовой, с которым лучше не связываться.
Когда он познакомился с Цзян Чжиянем и его братом Цзян Чжицю, те уже потеряли мать, а отец от них отвернулся. Маленький Шэнь Сюнь тогда не понимал, что значит слово любовница. Его родители были так преданы друг другу, что порой даже сыну не удавалось вклиниться в их идиллию, не говоря уж о ком-то постороннем. Позже, осознав смысл этого слова, он поразился, насколько пусты людские души: если нет любви, зачем притворяться счастливыми? Только ломают жизни себе и другим.
Когда он впервые увидел Му Цзю, тот как раз издевался над братьями Цзян. Сначала Шэнь Сюнь думал, что Му Цзю просто не в курсе происходящего. Позже он понял, что Му Цзю не просто знал — он сам приложил немало усилий, чтобы свести мать Цзян Чжияня в могилу. Му Цзю был старше Цзян Чжицю, но его детский голос звучал как нашептывание демона. Он спрашивал мать Цзян Чжияня, почему она занимает место его мамы, и требовал, чтобы она поскорее умерла — мол, только тогда он сможет вернуться домой.
Любовница привела ребенка в дом. Больная мать Цзян Чжияня, измученная недугами, попала в больницу, а Му Юэ не только не помог, но и принялся травить ее, доводя до крайности. Через три дня ее не стало. Му Цзю и его мать называли братьев Цзян ублюдками, захватили их дом и вышвырнули детей на улицу.
А Му Юэ? Это был его дьявольский план. Он был зятем, вошедшим в семью, поэтому дети носили фамилию матери. Любовница была его первой любовью, его белым лунным светом. Избавившись от жены, он получил имущество, а Цзян Чжиянь и его брат стали ему не нужны — умрут они или выживут, его не интересовало. Если бы не связи семьи Гу Юньюя, Шэнь Сюнь даже бояться представить, через какой ад пришлось бы пройти братьям.
Поэтому сейчас, глядя на высокомерную рожу Му Цзю, Шэнь Сюнь не собирался быть вежливым. Му Цзю, скорее всего, раньше не встречал Сюй Цияня, но Шэнь Сюнь легко читал его планы. Тот явно хотел воспользоваться своим сходством с Цзян Чжиянем, чтобы втереться к Сюй Цияню в доверие — либо чтобы вместе травить Цзян Чжияня, если тот вернется, либо чтобы просто потешить свое эго, заставив Сюй Цияня опустить когти перед ним, копией того, кого он так и не смог покорить.
Толпа вокруг начала расти, как только Шэнь Сюнь схватил Му Цзю за руку. Кто-то похлопал его по плечу. Он обернулся — это был Линь Яо. Линь Яо покачал головой, и Шэнь Сюнь разжал пальцы. Линь Яо потянул его за собой вслед за Сюй Циянем в столовую, на третий этаж.
У окна Линь Яо спросил, что будет есть Шэнь Сюнь. Тот покачал головой, мол, уже поел. Линь Яо не стал настаивать, взял завтрак и сел вместе с Сюй Циянем. Шэнь Сюнь послушно уселся рядом с Линь Яо, наблюдая, как тот неторопливо ест.
— Слышал, у тебя был отпуск. Почему вернулся? — спросил Линь Яо.
Шэнь Сюнь отбросил дурные мысли и, подперев щеку рукой, с улыбкой посмотрел на него:
— О, тебя перевели в отряд Острия Клинка, вот я и вернулся, чтобы стать твоим инструктором.
http://bllate.org/book/22580/2387887
Готово:
