— Ты, ты, ты! Извращенка! — Личико Цзян Нин в одно мгновение вспыхнуло алым, круглые очки съехали набок, и она, оттолкнув Ло Наньцянь, бросилась к Линь Шоучжо.
— Дядя Линь, когда мы уедем? — Цзян Нин отвернулась, не желая больше смотреть на Ло Наньцянь, но покрасневшие до самых кончиков уши выдавали её бешено колотящееся сердце.
Ло Наньцянь, застигнутая врасплох, оказалась оттолкнута, и тепло маленького тела в её объятиях мгновенно исчезло. То удушливое чувство, которое только что начало рассеиваться, вновь нахлынуло с новой силой.
Взгляд Ло Наньцянь был намертво прикован к фигуре, прячущейся за высокой спиной Линь Шоучжо. Виднелись лишь краешек спины да манящий румянец.
Она смотрела на Цзян Нин, которая от смущения не смела оглянуться и мечтала лишь поскорее сбежать.
Смотрела на тонкие плечи, вздымающиеся от частого дыхания, на покрасневшие, почти прозрачные на солнце милые ушки…
Уголки губ Ло Наньцянь помимо воли на одно мгновение едва заметно дрогнули вверх.
Это не была нежная улыбка, как и не была она насмешливой. Лишь краткий, почти неуловимый изгиб.
В нём смешались остатки боли, жадность от внезапно обретенного и чувство… пугающего собственничества, словно она нашла уникальное сокровище.
Но в следующую секунду странная гримаса исчезла, словно смытая приливом.
Многолетняя ледяная рациональность быстро воздвигла дамбу, насильно подавляя бушующие инстинкты. Хаотичный поток сознания был приведен в порядок железной волей.
Боль и алчность отсеялись, оставив лишь кристально ясную цель и холодную, почти жестокую оценку ситуации.
Хочу, чтобы она… была рядом.
Значит, нужно заполучить её.
Взгляд Ло Наньцянь вновь стал привычно холодным, но в его глубине разгорелось иное, более сосредоточенное и агрессивное пламя — холодный расчет охотника, настигшего свою добычу.
— Сколько времени… — прошептала она почти беззвучно, словно пробуя на вкус интересную задачу, — …потребуется, чтобы приручить тебя?
Она презирала грязные методы.
Желаемое она привыкла получать лишь самыми разумными и честными способами.
Стать её семьей? Путь сложный, слишком много переменных.
Стать её подругой? Основа есть, но недостаточно прочно.
Стать её… возлюбленной?
Это было самым прямым и эффективным решением, полностью отвечающим тайному и жгучему желанию в глубине её души.
Цель ясна, план намечен.
Взгляд Ло Наньцянь точно лег на крошечный участок покрасневшей кожи, словно она молча поставила свою персональную метку.
— Что случилось, госпожа? — заметив, что обращаются к его подопечной, Линь Шоучжо смягчил тон.
— Просто испугалась… хочу домой… — Цзян Нин подняла личико, стараясь выглядеть как можно более жалкой, с глазами на мокром месте.
— Хорошо, мы едем домой, — голос Линь Шоучжо звучал спокойно и утешающе.
Он выпрямился, закрыв Цзян Нин своей массивной фигурой, и перевел взгляд на Ло Наньцянь, застывшую на месте.
Прежняя настороженность и холод в его глазах отступили, сменившись безупречными манерами и искренней благодарностью, свойственной управляющим знатных семей.
Он шагнул вперед, остановился в нескольких шагах от Ло Наньцянь и слегка склонил голову в торжественном поклоне.
— Юная леди, — голос Линь Шоучжо звучал четко и уверенно, в нём сквозило неподдельное одобрение, — в критический момент вы не побоялись встать на защиту моей госпожи. Ваша реакция и храбрость достойны высшей похвалы. Клан Цзян запомнит этот долг.
Он смотрел на по-прежнему холодное лицо девушки, и хотя не уловил ни единой эмоции, это не помешало ему выразить признательность.
Так или иначе, именно эта девушка первой заслонила собой Цзян Нин, и один этот поступок заслуживал величайшего уважения.
— Примите этот небольшой знак нашей признательности. Прошу, не отказывайтесь.
Линь Шоучжо извлек из внутреннего кармана пиджака изысканную черную карту без банковских логотипов, края которой были украшены тончайшим темно-золотым узором.
Это была не обычная кредитка, а внутренний платежный инструмент клана Цзян, символ их признания и щедрого вознаграждения.
Он спокойно протянул карту Ло Наньцянь.
Взгляд Ло Наньцянь наконец оторвался от того места, где только что стояла Цзян Нин, и сфокусировался на черной карте.
Её глаза оставались спокойными, без тени отказа или радости. Она лишь привычно протянула длинные пальцы и приняла карту.
Движение было четким и быстрым, словно она брала что-то совершенно незначительное.
— Это мой долг, — голос её звенел, как ледяной ключ, сухой и почти безразличный.
Её взгляд скользнул по карте, не задерживаясь, будто это был обычный клочок бумаги. Всё её внимание по-прежнему было сосредоточено на том, что скрывалось за спиной управляющего — на маленькой фигурке, которую он так тщательно оберегал.
Линь Шоучжо, наблюдая за реакцией Ло Наньцянь, не смог до конца избавиться от странного ощущения, возникшего из-за её недавнего поведения. Но за её смелость и защиту Цзян Нин он был благодарен искренне.
Он снова кивнул:
— Еще раз благодарю. До встречи.
Тон оставался вежливым, но в нем чувствовалось четкое намерение попрощаться.
Закончив, Линь Шоучжо не стал медлить. Он развернулся, полностью загородив собой Цзян Нин, и быстрым шагом повел её к припаркованному у обочины неприметному, но элегантному черному седану.
Дверь бесшумно отъехала в сторону. Он осторожно помог растерянной Цзян Нин сесть в салон, а затем устроился сам.
Дверь закрылась, отрезая их от внешнего мира.
Двигатель глухо взревел, и машина плавно, но быстро тронулась с места.
Ло Наньцянь стояла на месте, сжимая в пальцах дорогую черную карту, и провожала взглядом удаляющийся седан, пока тот не исчез в конце улицы.
Сотрудники Ока Порядка начали зачистку места происшествия и конвоирование человека в черном балахоне.
К Ло Наньцянь подошел капитан Сюй, окинув её сложным, испытующим взглядом:
— Ты…
Ло Наньцянь словно не слышала его. Она медленно опустила глаза на карту в своей руке. Кончиком пальца она слегка потерла холодную поверхность, словно проверяя её на ощупь.
Затем, совершенно обыденно, она сунула карту в карман своей школьной формы, так же небрежно, как если бы это был ненужный мусор.
— Цзян Нин… — едва слышно прошептала она, словно смакуя на языке сладкий аромат, оставшийся от того короткого объятия.
В её холодных персиковых глазах вспыхнул и разгорелся с новой силой тот самый сосредоточенный, жадный огонек, который никто не был способен заметить.
— До следующей встречи.
Она произнесла это в пустоту, так, чтобы никто, кроме неё, не услышал.
Развернувшись, она растворилась в толпе людей на улице, где постепенно восстанавливался порядок. Её походка была твердой, а в каждом движении чувствовалась непоколебимая решимость.
Цзян Нин сидела в мчащемся автомобиле, прижавшись лбом к холодному стеклу. Она украдкой оглянулась, но Ло Наньцянь уже и след простыл.
Девушка облегченно выдохнула и откинулась на мягкое кожаное кресло.
http://bllate.org/book/22549/2382382
Готово:
