Цяо Юй дрожащим пальцем указал на Линь Цзиншэня, а от злости у него перехватило дыхание.
Красивые люди прекрасны даже тогда, когда сердятся. Глядя на рассерженного юношу с раскрасневшимися от гнева нежными щеками и полными влажного блеска глазами, в которых метались искры, понимаешь, до чего же живым и ярким бывает это раздражение.
— Ну всё, — опасаясь, как бы эти двое снова не затеяли ссору, Лу Лин шагнул вперед и потянул Цяо Юя вглубь комнаты.
— Цяо Юй, ты хочешь жить на верхней койке или на нижней? — Лу Лин бросил взгляд на свободные места в спальне. — Сейчас остались свободны только нижняя подо мной и верхняя над Хо И.
Цяо Юй тоже не горел желанием продолжать перепалку с Линь Цзиншэнем. Больше всего на свете ему хотелось поскорее принять душ, лечь в постель и провалиться в сон. Не колеблясь ни секунды, Цяо Юй указал на пустую нижнюю койку.
— Я буду внизу.
Казалось бы, совершенно обычные, заурядные слова, но из уст Цяо Юя они прозвучали так, что от них защемило сердце и в мыслях воцарился полный беспорядок. Лу Лин машинально кашлянул и, переводя тему, предложил:
— Давай я застелю тебе постель.
Цяо Юй только этого и ждал. Он прекрасно умел пользоваться удобным моментом, а потому, слегка прищурившись и изобразив самое послушное выражение лица, сам преподнес Лу Лину свой чемодан, извлекая оттуда постельное белье и пижаму.
Съемки затянулись, и на самом деле стояла уже глубокая ночь. К тому моменту, как все стажеры наконец добрались до общежития и устроились на новом месте, было уже около полуночи.
Цяо Юй никогда не отличался способностью засиживаться допоздна. Продержавшись до этого часа, он теперь покачивался на ходу от усталости.
В ванной комнаты не оказалось ванны, поэтому Цяо Юю пришлось довольствоваться душем. Когда из крана только хлынула вода, она оказалась не сразу горячей, и от резкого контраста с холодом Цяо Юй даже содрогнулся всем телом. Не будь его нынешнее физическое состояние чуть крепче прежнего, он наверняка подхватил бы простуду еще до рассвета.
Воздух в ванной был густым от пара — теплым, убаюкивающим, окутывающим мягкой дремотой. Наскоро ополоснувшись, Цяо Юй почувствовал, как у него начинают слипаться глаза. Собрав последние силы, он даже не стал сушить волосы: натянув пижаму и накинув на макушку банное полотенце, он вышел наружу.
Поскольку мыться еще никто не начинал, в комнате стояла тишина. Никто не спал и никто не разговаривал, каждый был занят своими делами, но стоило Цяо Юю появиться на пороге ванной, как все взгляды в ту же секунду обратились к нему.
Горячий пар из ванной клубился белой дымкой, смешиваясь с тонким ароматом, исходившим от Цяо Юя, и волной пронесся по всем углам комнаты.
На Цяо Юе по-прежнему была его любимая пижама — короткие шорты и свободная футболка. Распаренный от долгого пребывания в горячей воде, он весь покрылся едва заметным розоватым румянцем, который особенно ярко выделялся на фарфорово-белой коже.
Волосы Цяо Юя остались влажными и невысохшими; мягкие черные пряди забавно вились, влажными прядями падая на шею и от этого делая его лицо еще более миниатюрным и невероятно послушным.
Кто-то в тишине комнаты громко сглотнул, нарушив застывшую атмосферу. Линь Цзиншэнь и Хо И, до этого прислонившиеся к спинкам кроватей, мгновенно отвели глаза и принялись суетливо заниматься своими делами.
И только Лу Лин, только что закончивший застилать кровать Цяо Юя, вздохнул и подошел к нему, перехватив сползавшее с головы полотенце.
— Почему не высушил волосы?
Цяо Юй лениво приподнял веки, волоча ноги по полу в сторону кровати. Его голос звучал истомно, мягко напоминая нежное мяуканье кошки в период течки.
— Спать…
Заметив, что Цяо Юй собирается рухнуть на постель с мокрой головой, Лу Лин торопливо протянул руку и придержал его.
— Разве можно так ложиться спать? Утром проснешься — голова раскалываться будет.
Цяо Юй походил на котенка, лишенного костей: он мягко завалился назад, а Лу Лин, не смея прикладывать силу, но боясь упустить его, в растерянности присел на край кровати, подхватывая оседающее в любой момент тело.
— Давай я вытру. Хотя бы немного подсушу, прежде чем ты уснешь.
Когда мокрые пряди Цяо Юя коснулись его груди, капли воды мгновенно насквозь промочили ткань насквозь, но Лу Лин казалось это совершенно неважным.
Ладони у Лу Лина были изящными, с тонкими длинными пальцами и четко очерченными суставами — от таких рук, на которые так и хотелось засмотреться, невозможно было отвести глаз. И сейчас эти самые руки снова и снова скользили по мягким волосам Цяо Юя, бережно вытирая их.
Перед тем как окончательно провалиться в сон, Цяо Юй подумал о том, какой же этот собачий сын Линь Цзиншэнь всё-таки мерзавец, раз совершенно не заслуживает такую заботливую жену.
Убедившись, что волосы Цяо Юя больше не капают и сохранили лишь легкую, едва ощутимую влагу, Лу Лин слегка приподнялся и, подхватив уснувшего парня на руки, осторожно уложил его на только что застеленную постель.
Поправив одеяло, Лу Лин протянул руку, опустил свисавшие по бокам полога кровати и плотно задернул их, скрывая то, что было внутри, после чего собрался идти в ванную, бросив взгляд на пропитанную насквозь на груди одежду.
Линь Цзиншэнь глубоко презирал подобные манеры — вечно он ведет себя как зеленая чайка, борющаяся за чужое внимание, ни капли достоинства.
Заметив, что Лу Лин подобрал чистую одежду и направляется в ванную, Линь Цзиншэнь слегка приподнял подбородок и с издевкой бросил:
— Какая хозяйственность.Его тон был весьма и весьма саркастичным. В изначальном сюжете Линь Цзиншэня в пору его дебюта даже не называли младшим Пэй Юем, поскольку они оба славились одинаково ядовитым языком и были махровыми натуралами.
Единственная разница заключалась в том, что Пэй Юй, когда ругался, всегда выглядел так, будто смотрит на всех свысока, выражался кратко и емко, произнося самые саркастичные вещи с предельно холодным видом.
Линь Цзиншэнь же обладал поистине взрывным характером — язвительным и вредным до мозга костей. Они с Лу Лином были сущими противоположностями, словно огонь и вода. Поначалу никто даже не смел шипперить их пейринг, а фэндомы обоих участников напоминали заклятых врагов, которые круглые сутки ожесточенно грызлись в комментариях.
Ресницы Лу Лина слегка дрогнули. Проигнорировав колкости Линь Цзиншэня, он молча направился в ванную комнату, чтобы принять душ.
Под звуки журчащей воды самым тихим и в то же время отчетливым звуком во всей комнате осталось лишь дыхание Цяо Юя.
Легкое, с чуть капризными нотками сопение.
Поп-группа после капитального ремонта: поле боя
В любом варьете-шоу никогда не удается избежать внезапных нападений.Ровно в восемь утра съемочная группа в сопровождении трейни, на чьи плечи легла обязанность будить остальных, отправилась поочередно тревожить покой в общежитиях.
Тренирующийся стажер, отвечавший за четвертый этаж, попал в топ-20 по результатам голосования за первый эпизод. Получив столь выгодное для повышения популярности задание, он ни капли не отнекивался при его получении: в конце концов, он не мог тягаться в привлекающей фанатов божественной внешности с теми самыми избранными айдолами из комнаты 401, да и никаких особых сценических образов или талантов у него не было.
Вот только, лишь взявшись за дело, он осознал, насколько здесь все сложно. Все они были лишь шапочно знакомыми стажерами, которые без именных бейджиков порой даже не могли вспомнить, кто есть кто.
У каждого свои привычки в быту и во сне, а наткнись на того, у кого тяжелый подъем — глядишь, и недовольную физиономию со строгим укором схлопочешь.
Он прокричал от самого хвоста коридора до начала, взмокнув по дороге до седьмого пота. То еще было зрелище — полное смертельного страха и предельной осторожности.
Повернувшись лицом к объективу камеры, он заговорщически обратился к прямой трансляции:
— Кульминация приближается.— Уважаемые зрители, та самая дверь перед нами — это легендарный, приковывающий всеобщее внимание отряд 401, группа айдолов. Все четыре человека в одном общежитии входят в первую пятерку общего рейтинга популярности. А сейчас наш фронтовой корреспондент Чжоу Жань проведет для вас эксклюзивный репортаж.
С этими словами он взял у съемочной группы ключ и уже собирался отпереть дверь, но, надавив на ручку, обнаружил, что комната 401 вовсе не заперта.
— Эй, неужели у них совсем нет чувства безопасности?
Стоило ему распахнуть дверь, как глазам предстали аккуратно сложенные у стены чемоданы — в комнате 401 царил гармоничный порядок. На левой кровати Хо И с нижней полки уже проснулся: полностью одетый, он стоял у изголовья и застегивал пуговицы. Заметив, что кто-то внезапно вошел, он резко перевел на него взгляд.
Чжоу Жань испуганно вздрогнул, подсознательно ощутив робость, но тут же вспомнил слова фанатов о том, что Хо И — на редкость послушный тип верного пса, и, набравшись храбрости, поздоровался:
— Привет.
Хо И слегка кивнул, его спокойное выражение лица вполне сошло за ответ.
Проходя мимо, Чжоу Жань бросил взгляд на его кровать: идеально заправленное одеяло, кругом безупречный порядок — явно очень педантичный мужчина, что совершенно не вязалось с его внешностью.
Неудивительно, что в обсуждениях фанаты и зрители в чате трансляции единогласно называли Хо И контрастным огромным псом.
Хо И занимал пятое место в рейтинге популярности. Для независимого стажера без какой-либо фанатской базы пробиться на столь высокую позицию, конечно, отчасти помогали его выдающаяся внешность и способности, но решающую роль сыграл именно этот контрастный образ, зацепивший поклонников.
Хо И был высок: при росте один. девяносто пять, широких плечах и узкой талии одно его присутствие создавало давящее впечатление. Что уж говорить о суровой, резкой внешности с ярко выраженными скулами, одиночными веками и высоким переносьем — когда он смотрел на кого-то, в его взгляде неизменно сквозили немотивированная опасность и сердечная холодность. На языке фанатов это называлось чистокровным лицом негодяя.
И вот этот самый Хо И с лицом отъявленного мерзавца на деле оказался образцовым верным псом, который прекрасно справлялся с домашними делами и чутко заботился об окружающих. Истинный идеал женщины — мужчина, способный и в гостиной блиснуть, и на кухне управиться. Как только закулисные кадры и видео с программы попали в сеть, его популярность мгновенно взлетела до пятого места.
Перед ним в рейтинге располагались Линь Цзиншэнь на третьем месте и Лу Лин на втором. Что же касается первого...
Разумеется, оно принадлежало Цяо Юю, от которого теряла рассудок вся студия.
Возможно, голоса говорящих разбудили Лу Лина. Он высунул голову из-за пологов кровати, тихо поздоровался, а заметив камеру, тут же испуганно спрятался обратно.
Задание казалось донельзя простым: побудка еще даже не началась, а двоих уже разбудили сами. И впрямь избранное общежитие?
Однако радоваться раньше времени не стоило. Когда он вместе с камерой подошел к кровати Линь Цзиншэня и успел лишь подать голос, его тут же обругал страдающий от тяжелого подъема Линь Цзиншэнь.
Сквозь полупрозрачные занавески заспанный голос Линь Цзиншэня источал сдерживаемый гнев, и он крайне раздраженно махнул рукой.Какой идиот додумался до этого испытания? С самого утра таскаться везде со съёмочной группой и снимать всё подряд — у людей вообще нет права на личную жизнь?
Подобные слова, пожалуй, хотели произнести многие стажёры, и даже сам Чжоу Жань, на которого только что ругались, невольно готов был с этим согласиться.
Раннее утро, к тому же мужское общежитие. Сколько стажёров могли спать голышом или скинуть одеяло во сне, засветив всё на камеру? А съёмочная группа даже не стучит в дверь, шныряя повсюду со своими ключами.
Фанатам-то весело, а вот каково тем, кого снимают?
С уставшими лицами, тёмными кругами под глазами, без укладки и макияжа. Они же не 401-я палата, где все как на подбор — сплошные красавцы, которым по утрам не нужно приводить себя в порядок: стоит только открыть глаза, а на лице огромными буквами написано: «Прекрасен».
Словно пытаясь разбудить Линь Цзиншэня, Чжоу Жань сглотнул вязкую слюну от подступившего волнения и с камерой в руках медленно приблизился к единственной койке, на которой не было никакой реакции.
А-а-а-а, жена, жена, жена! Жена без макияжа, жена только что проснулась, как же я жду!
Нет-нет-нет, на других стажёров я смотрю с удовольствием, но если разбудят или того хуже заснимут в неглиже мою жену — чёрт побери, от одной мыслей хочется убивать!
Прямо с раннего утра в трансляции царило оживление. Чжоу Жань в этот момент ничего об этом не знал, потому что он уже подошёл к занавеске кровати. Ещё не успев её отдернуть, он заметил высунутую наружу руку. Просунутая сквозь белоснежный полог, тонкая кисть выглядела так, будто выточена из белого нефрита, а каждый дюйм кожи излучал влажное, сияющее свечение.
Инстинктивно сглотнув слюну, Чжоу Жань тихо позвал его по имени. Спустя пару секунд на кровати не произошло ни малейшего движения. Набравшись храбрости, он окликнул его громче и даже откинул полог, скрывавший всю эту красоту.
Цяо Юй?
То ли его голос только что прозвучал слишком громко, то ли из-за того, что полог отдернули, а дверь осталась открытой, в этот миг внутрь хлынул поток холодного воздуха, и Цяо Юй, до этого совершенно не реагировавший на происходящее, наконец недовольно хмыкнул.
Звук получился слабым и тихим, но микрофон и сам Чжоу Жань расслышали его предельно чётко. Когда Цяо Юй обычно разговаривал, в его голосе сквозила ленивая мягкость, что уж говорить о нынешнем звуке только что пробудившегося человека, отягощённом густой ночной хрипотцой.
Черт.
Он чуть было не выругался вслух. От увиденного сердце на мгновение растаяло, и, глядя на лежащего перед ним человека, он подумал лишь о том, до чего же несправедлив создатель: как вообще может кто-то выглядеть без макияжа лучше, чем после тщательной подготовки!
Под двойным прицелом — объектива камеры и взгляда самого Чжоу Жань — всеобщая любимица Сяо Юй наконец открыла глаза и посмотрела наверх. На нём была самая простая белая футболка, но именно она почему-то вобрала в себя самую яркую и ослепительную красоту во всём мире.Похоже, он был немного недоволен тем, что его разбудили, и Цяо Юй, морща нос, всем телом отпрянул назад. Его хрупкие ключицы и белоснежная кожа то и дело показывались на воздухе, постепенно покрываясь розоватым румянцем.
Прекрасный, невинный и манящий одновременно, он любое движение совершал так, будто капризничал, а его благородная утонченность заставляла невольно хотеть ублажить его.
— Не снимай.
Хо И неизвестно когда подошел ближе. Его спокойный голос прозвучал в тишине, а затем опустившийся полог кровати скрыл всю эту красоту, оставив лишь смутный, исполненный соблазна силуэт.
Вместе с опустившимся пологом взорванная ослепительной красотой Цяо Юя трансляция вновь зависла, но тут же, словно из прорванного фонтана, взорвалась бесчисленным множеством сообщений в чате — зрительницам казалось, что лишь невероятная скорость набора текста способна выразить их восторг.
Ого-го-го-го! Жена, мы же с тобой вроде в хороших отношениях, зачем ты убиваешь меня своей красотой!
Хнык-хнык, неужели они каждый день могут видеть такую жену? И еще спать с ней в одной комнате, кажется, даже воздух вокруг падает сладко, я тоже хочу это почувствовать, ууу.
Я просто онемела, правда онемела, я ведь всю прошлую ночь просидела без сна, изучая всевозможные материалы и видео с нашей жентой, думала, что у меня уже выработался хоть какой-то иммунитет, но я явно переоценила свои силы. Жена — это всё!
Рыбка, мамина Рыбка, ууу, такое ощущение, что он такой ароматный и мягкий, мама любит тебя!
Мне одной показалось, что у Чжоу Жаня чуть носом кровь не пошла? Он же прямо на месте, для него удар должен быть еще сильнее, так боюсь, что он влюбится в мою жену.
Ой! Черт, да ты затронула самую суть! Моя сладко-мягкая жена сейчас сидит прямо в волчьем логове! А-а-а!
У него в общежитии целых три волка, что же делать, ууу, я так боюсь, что они сделают с моей женой что-нибудь эдакое.
Да ну вряд ли, они же все парни, вы слишком много о себе возомнили.
Много возомнили? Я сама девушка, и то хочу прижать жену к постели и пустить в ход все средства, а вы мне говорите, что у тех троих парней нет никаких мыслей? Убейте меня, ни за что не поверю!
Раз уж мы не можем это предотвратить, остается пустить всё на самотек, наша группа шипперов уже вовсю строит теории, а то, как Хо И только что опустил занавеску — это же так круто, он безумно влюблен!
Знамя пейринга Хо и Рыбки буду нести я, мы даже имя для них придумали! Душа шипперов, гори!
А я шипперю еретический пейринг, Пэй Юй и Рыбку: холодный и ядовитый наставник против красивой и капризной Рыбки, вкуснятина.Писать о пейрингах можно как угодно дико, но не до такой же степени! Вы тут не секту устроили, а прямое государственное преступление!
Пэй Юй, вали отсюда, мне нужен Лу Лин! Наша быстротечная интрижка — самая крутая!
Что к чему? Не поняла, роса — это Лу Лин и Цяо Юй?
Да здравствует секта Воды и Суши! Пейринг Вода и Роса непобедим!
Я жру все пейринги с Рыбкой, мне плевать, бейтесь, чем сильнее бьетесь, тем я сильнее возбуждаюсь.
Рыбка-сокровище и я — вечный канон, кто не согласен, вызываю на бой!
Рыбка-сокровище и я, вызываю на бой.
Я ярый фанат-мамочка, и я первая с этим не согласна, никто не смеет портить моего сына.
Мам, тебе не остановить нас, банду крашеных. Твоего нежного и мягкого сыночка мы забираем себе.
Блин, аж слеза прошибла. Я тоже фанатка-мамочка, и вдруг поняла, что чувствует мать, когда ее дочурка притаскивает домой какого-то крашеного гопника. Вокруг нашей маленькой принцессы Рыбки одни вонючие мужики, ууу.
Фанаты Пэй Юй, слушай мой приказ! Следуем за господином, отбивать принцессу!
Подданные выполняют приказ!
Бунтовщики и изменники! А-а-а-а!
Трансляция утопала в бесконечных спорах фанатов самых безумных пейрингов, и даже когда камера покинула комнату общежития, перепалки не прекратились.
Сборы на первую тренировку были назначены на девять утра. Цяо Юй, который только-только снова погрузился в глубокий сон, не прошло и десяти минут, как был разбужен поднявшимися Лу Лином и Хо И.
Утренняя раздражительность Линь Цзиншэня еще не прошла, он сидел на кровати, взъерошив волосы «вороньим гнездом», скрестил руки на груди и молчал. Хо И и Лу Лин наперебой звали то Сяо Юя, то подниматься, словно мантру читали, и в конце концов сумели вытащить погруженного в сладкие грезы Цяо Юя прямо из объятий сна.
В итоге перед выходом из общежития 401-я комната явила миру двух стабильных в своем психическом состоянии красавцев и двух растрепанных, не менее озлобленных кредиторов.
Утренний зимний воздух на севере пробирал до костей. Цяо Юй, с головой закутавшись в пушистое пальтецо, полусонный плелся следом за Лу Лином, который держал его за руку, то и дело спотыкаясь на каждом шагу.
Цяо Юй искренне считал свое психическое состояние крайне ненормальным. Да кто вообще! Кто вообще придумал такую хрень, как подъем по утрам!
И почему человеку нельзя просто уснуть и не просыпаться?
Цяо Юй двигался медленно, временами сонно спотыкаясь, и от него неизменно исходило ощущение, что он вот-вот рухнет на землю и уснет прямо на ходу.
Линь Цзиншэнь, шагавший сзади и добрую половину дороги обдуваемый ледяным ветром, наконец-то стряхнул с себя остатки сна, сделал пару широких шагов, догнал остальных, закинул длинную руку и сгреб Цяо Юя в охапку.
— Поторопитесь, а то нашу принцессу застудите.
Линь Цзиншэнь был высоким — хоть и не таким, как Хо И, но метр девяносто в нем имелось, — и когда он обнимал Цяо Юя, тот целиком помещался у него на груди.
Только что проснувшийся Цяо Юй всегда был самым послушным, поэтому он даже не разозлился, когда Линь Цзиншэнь назвал его принцессой.
С появлением Линь Цзиншэня ледяной ветер стал дуть не так сильно, шаги, прежде неуверенные и шаткие, обрели опору и стали тверже, а дорога, казавшаяся бесконечной, мгновенно сократилась.
Добравшись до съемочного корпуса, Цяо Юй окончательно пришел в себя. Трое из них попали в класс А, и лишь один Цяо Юй оказался в классе С, так что у дверей тренировочного зала их пути разошлись.
Толкнув дверь класса С, Цяо Юй втянул голову в плечи, осоловело направился прямо в угол и опустился на пол. Зал по размерам подбирался строго под количество людей: в классе С народу было ни много ни мало, больше двух десятков человек. Толпа взрослых парней в бледно-розовых тренировочных костюмах выстроилась перед зеркалами, принимая эффектные позы и отрабатывая танцевальные движения.
Цяо Юй обладал удивительным свойством: он с легкостью научился не обращать внимания на чужие взгляды, устремленные на него. На мнение камер и окружающих ему было глубоко наплевать.
Ранний подъём и без того стал для него сущим наказанием, а если бы от него потребовалось еще и до седьмого пота пахать на тренировках по танцам, проще было прикончить его на месте.
В эн-ный раз пожалев, что согласился отправиться с Системыч в мир заданий, и вспоминая дни на больничной койке, он подумал: как же сильно он по ним скучает.
После разделения по классам наступала очередь разучивания танца и песни для главной темы. Все стажеры, оказавшиеся на этом шоу, лелеяли мечту дебютировать и прогреметь на весь мир.
Особенно это касалось стажеров из класса В и ниже: у каждого из них имелся тот или иной фатальный недостаток — либо в вокале, либо в хореографии. Разобрать хореографию всего за один день, а затем сдать номер по главной теме — задача для них колоссально трудная.
Впрочем, Цяо Юй вовсе не собирался об этом беспокоиться: участие в шоу для него не имело никакого значения!
По оригинальному сюжету из десяти стажеров первоначальный владелец тела попал на проект прямиком через блат, по знакомству. Однако высокомерный и не желавший палец о палец ударить парень даже не удосужился выучить движения танца до конца. Нетрудно догадаться, насколько жалко он выглядел на фоне сильных ребят из классов А и В.
Стоило появиться главной теме шоу, как на первоначального владельца тела, вокруг которого и без того клубилось немало споров, окончательно повесили ярлык марионетки капитала. Он в один миг превратился из любимчика толпы в общего врага, которого ненавидел весь мир: его поносили на чем свет стоит, а фанаты других участников яростно требовали справедливости для своих кумиров.
http://bllate.org/book/22543/2381611
Готово:
