— Выпей это и ложись спать.
Цзиньлэ посмотрел на стакан молока, погрузившись в свои мысли, но затем молча взял его и выпил. Осушив стакан, он тут же закутался в одеяло с головой.
— Предупреждаю: если посмеешь хоть что-то со мной сделать, тебе конец.
Гань Цзинчэнь рассмеялся, глядя на этот грозный, но по-детски милый вид, и погладил его по голове.
— Отдыхай.
Цзиньлэ с досадой наблюдал, как Гань Цзинчэнь действительно просто развернулся и вышел из комнаты, ничего не предприняв.
Трус.
— Алло, пап.
— Почему вчера не пришел домой?
— А, ну… я был у друга.
Гань Цзинчэнь заметил, что у Цзиньлэ остались следы молока на губах, и осторожно стер их салфеткой. Цзиньлэ мгновенно залился краской. Пока отец на другом конце провода продолжал читать нотации об опасностях, подстерегающих омег, ночующих вне дома, мысли Цзиньлэ уже улетели куда-то далеко.
— Цзиньлэ, ты меня вообще слушаешь?
— Понял, понял я.
— И еще, сегодня вечером день рождения Вэнь Цяня, постарайся вернуться пораньше.
Цзиньлэ помолчал, затем ответил:
— …Я понял.
— Что такое?
— Можешь помочь мне сегодня вечером?
— Конечно.
Когда Цзиньлэ вернулся домой, весь дом был завален подарками, а стол ломился от угощений.
— Цзиньлэ, ты вернулся!
— Дядя Вэнь.
Вэнь Шань, отец Вэнь Цяня, работал водителем в семье Цзиньлэ уже более тридцати лет. Это был очень честный человек, и семья Цзиньлэ всегда относилась к нему как к своему, за что он был безмерно благодарен.
— Лэ-лэ, ты пришел! Что так поздно? Вэнь Цянь и Ху И уже внутри, ждут тебя. Проходи, проходи скорее.
Мать Цзиньлэ заметила Гань Цзинчэня, следовавшего за сыном.
— Лэ-лэ, а это кто?
Цзиньлэ тут же взял Гань Цзинчэня под руку.
— Это мой парень.
Гань Цзинчэнь охотно подыграл, переплетя свои пальцы с пальцами Цзиньлэ. Тот искоса взглянул на его профиль.
Зачем же быть таким красивым?
— Господин Гань.
Услышав шум, вышел отец Цзиньлэ.
— Дядя, тетя, здравствуйте. Это небольшой знак внимания от меня.
Отец Цзиньлэ, знавший, что Гань Цзинчэнь спас его сына, посмотрел на гостя с явным одобрением. Мать же пребывала в некотором замешательстве.
— Лэ-лэ, что это значит! — к ним, пылая гневом, подскочил Ху И. — За кого ты меня принимаешь?
Вэнь Цянь стоял рядом с Ху И, изображая беспокойство за Цзиньлэ.
— А ты кто такой, чтобы я перед тобой отчитывался? — Цзиньлэ с презрением посмотрел на Ху И.
— Лэ-лэ, как ты можешь так говорить с братом И? Он ведь твой жених.
— О, какая щедрость. Сам крутишься с кем-то за спиной, а теперь смеешь такое говорить.
Вэнь Цянь словно наткнулся на больное место и взорвался:
— Лэ-лэ, не знаю, каких сплетен ты наслушался, но всё совсем не так, как ты себе придумал!
— Мне плевать, крутишься ты с ним или нет, потому что мне на это наплевать. Но если та история как-то связана с тобой, ты ведь знаешь, как я умею мучить людей.
Встретившись с глубоким, холодным взглядом Цзиньлэ, Вэнь Цянь почувствовал себя неуютно.
— Я не понимаю, о чем ты!
Вэнь Цянь прекрасно знал, что Ху И нанял людей, чтобы изнасиловать Цзиньлэ, и был полностью согласен с этим планом. Это означало, что Ху И не дорожит Цзиньлэ, а еще Вэнь Цяню хотелось увидеть, как сломлен тот, кто всегда был так высокомерен и самоуверен. Он всегда люто завидовал Цзиньлэ, который с рождения имел всё, в то время как сам Вэнь Цянь чувствовал себя лишь рабом при нем.
Увидев выражение лица Вэнь Цяня, Цзиньлэ понял, что тот был в курсе. Разочарование в душе стало еще сильнее — он так надеялся, что Вэнь Цянь ни при чем.
— Ты и этот мусор — немедленно вон из моего дома!
Вэнь Шань, увидев происходящее и заметив виноватое лицо сына, не раздумывая, отвесил Вэнь Цяню пощечину.
— Извинись перед молодым господином! Как я мог вырастить такого неблагодарного мерзавца?
Вэнь Цянь, ошарашенный ударом, пришел в ярость:
— Папа! За что ты меня бьешь? Мы с братом И любим друг друга, а Цзиньлэ вечно нам мешал! Он всегда считал себя выше всех, а я все эти годы жил как раб! Почему в этом мире всё должно быть для него? Брат И такой замечательный, а он не ценит его, вечно ведет себя высокомерно. Он просто его не достоин!
Вэнь Цянь, теряя самообладание, схватил один из подарков и швырнул в Цзиньлэ.
— Лэ-лэ!
— Лэ-лэ!
Гань Цзинчэнь мгновенно притянул Цзиньлэ за спину, а другой рукой отбил летящий подарок.
Вэнь Цянь посмотрел на Гань Цзинчэня и вдруг рассмеялся:
— Знаменитый господин Гань, неужели вы хотите себе вещь, которой уже пользовались? К тому же…
Он не успел договорить — Ху И зажал ему рот рукой. Вэнь Цянь понял, что сболтнул лишнее, и замолчал. Отец Цзиньлэ, тертый калач, сразу понял намек. Его лицо стало суровым.
— Вэнь Цянь, что ты имеешь в виду?
— Дядя, Вэнь Цянь просто слишком разволновался, он несет чепуху.
Цзиньлэ холодно смотрел на них, не желая даже дышать с ними одним воздухом.
— Я приказываю вам! Немедленно! Убирайтесь из моего дома!
Ху И не хотел так быстро рвать отношения с семьей Цзинь, но понимал, что оставаться здесь больше нельзя. Бросив на Вэнь Цяня брезгливый взгляд, он подумал:
Не ожидал, что он такой идиот.
Ху И потащил Вэнь Цяня к выходу.
— Вэнь Цянь, Вэнь Цянь! — позади раздавались беспомощные крики Вэнь Шаня.
Вэнь Шаня, чье состояние было крайне нестабильным, увели в его комнату.
— Вэнь Цянь тоже причастен к тому делу?
— Скорее всего, но я не уверен.
Мать Цзиньлэ, встревоженно наблюдая за ними, спросила:
— Какому делу?
Отец бросил на жену взгляд, не зная, стоит ли продолжать.
— Говори же!
Отец вкратце рассказал ей о попытке изнасилования, попросив не волноваться.
— Как такое возможно! Нужно их арестовать! Немедленно арестовать!
— Мам, не волнуйся. Я во всем разберусь, я заставлю их заплатить, не переживай.
Мать сердито посмотрела на сына:
— Такие серьезные вещи — и вы мне ничего не сказали!
— Мы просто не хотели, чтобы ты переживала.
— Спасибо вам огромное, господин Гань, — мать Цзиньлэ взяла его за руки. — Если бы не вы, даже не знаю, что было бы с нашим Лэ-лэ. Садитесь, садитесь скорее.
— Господин Гань…
— Зовите меня просто Цзинчэнь.
— Цзинчэнь, как далеко зашли ваши отношения с моим сыном?
— Мама, мама, мама!
— Что тебе опять?
— Мам, на самом деле…
— Что! Понарошку?
— Да, я просто попросил Гань Цзинчэня помочь мне.
Мать разочарованно перевела взгляд с одного на другого, но не теряла надежды, внимательно изучая Гань Цзинчэня.
Такой выдающийся человек: внешность, фигура, карьера… Если бы он был с Лэ-лэ, они бы идеально подошли друг другу.
— Цзинчэнь, а у тебя есть пара?
— Мам!
— Нет.
Видя, что мать вот-вот начнет допрос как на смотринах, Цзиньлэ поспешно потянул Гань Цзинчэня к выходу.
— Ладно, уже поздно, тебе пора домой.
Гань Цзинчэнь замер, глядя на то, как Цзиньлэ буквально выпроваживает его, и улыбнулся.
— Тогда, дядя, тетя, я пойду.
— Иди, иди скорее!
http://bllate.org/book/22442/2358254
Готово:
